,


Наш опрос
Нравиться ли вам рубрика "Этот день год назад"?
Да, продолжайте в том же духе.
Нет, мне это надоело.
Мне пофиг.


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


В торгово-экономических отношениях с Украиной Россия следует европейским принципам
  • 2 сентября 2013 |
  • 23:09 |
  • AlksndP |
  • Просмотров: 1400
  • |
  • Комментарии: 6
  • |
+9

 В торгово-экономических отношениях с Украиной Россия следует европейским принципамНа прошлой неделе между украинским и российским премьерами состоялся, по выражению Дмитрия Медведева, «предельно откровенный» разговор относительно участия Украины в тех или иных интеграционных проектах и последствиях внешнеэкономического выбора Киева.

Итоги переговоров прокомментировал первый вице-премьер правительства РФ Игорь Шувалов. По его словам, дальнейшие переговоры о перспективах одновременного участия Украины в зоне свободной торговли с Евросоюзом и Таможенном союзе бессмысленны. Как рассказал г-н Шувалов, украинская сторона пытается найти некий формат совместимости между двумя данными экономическими пространствами. Но это, о чем, к слову, много раз писали «2000», попросту нереально.

«Мы пытались найти варианты даже с переходным периодом (в том, что касается институтов регулирования, таких как техническое регулирование и фитосанитарный контроль). Даже если бы здесь мы нашли компромисс, и мы на него готовы, по единому таможенному тарифу у них нет возможности. Они соглашением о зоне свободной торговли с ЕС связаны абсолютно», — сказал первый вице-премьер РФ. Шувалов также добавил, что по результатам переговоров сформулирован вывод: «если будет подписание соглашения о свободной торговле между ЕС и Украиной, есть серьезные опасения, что некоторые товарные группы будут проходить на территорию Таможенного союза бесконтрольно».

Шувалов отметил, что в ТС создается единая таможенная территория с единой внешней таможенной границей и применяется единый тариф. «По соглашению Украины с ЕС по большей части товаров, которые там обозначены, применяется нулевая таможенная ставка. Это около 95% товаров, которые будут проходить на территорию РФ», — сказал первый вице-премьер. Имелось в виду, что эти товары, беспошлинно поступающие из Европы на украинскую территорию, будут далее проходить на территорию РФ в случае сохранения ныне существующего режима торговли между Украиной и Россией. Естественно, ни в Москве, ни в других столицах стран-участниц ТС в таком развитии событий не заинтересованы и готовятся защищать свою таможенную территорию.

Иными словами, речь о тех обстоятельствах, при которых страны ТС будут вправе задействовать нормы Приложения №6 к договору о создании ЗСТ СНГ (ввести пошлины в отношении целого ряда товаров, поступающих из Украины), о чем мы подробно совсем недавно писали (см. «Урок. Впрок ли?», «2000», №35 (666) 30 августа – 5 сентября 2013 г.).

О справедливых подходах во взаимной торговле


О том, что негативных последствий в торгово-экономических отношениях между Украиной и Россией не избежать, заявили и в МИД РФ. «У нас есть опасения, что в случае подписания этого соглашения возможно перетекание или вытеснение на наши рынки или вообще реэкспорт товаров из Евросоюза через Украину и Турцию на наш рынок», — сказал старший советник российского посольства в Киеве, руководитель группы двустороннего и регионального сотрудничества Игорь Севастьянов. А недавнюю ситуацию на российской таможне он назвал «репетицией»: «была проведена, что ли, репетиция, какие возможны меры усиления контроля, тем более Украина переходит на правила определения товара, которые приняты в Евросоюзе». Т.е. происходило именно то, о чем писали «2000». Наш материал так и назывался: «Россия начала подготовку к созданию ЗСТ Украина-ЕС» (№34 (665) 23 — 29 августа 2013 г.).

Еще один российский дипломат, официальный представитель МИД РФ Александр Лукашевич, заметил, что даже поверхностное ознакомление с соглашением, которое Украина готовится подписать с Евросоюзом вытекает: «вступление в силу положений о свободной торговле, идущих применительно к Украине значительно дальше стандартных обязательств для таких соглашений, объективно приведет к существенному ухудшению условий взаимной торговли между Украиной и странами-членами ТС». И сохранить свои позиции на рынках Таможенного союза Украине не поможет и Соглашение о зоне свободной торговли СНГ — страны ТС будут вынуждены задействовать защитные меры с тем, чтобы «предотвратить наплыв на наши рынки вытесняемой европейским импортом продукции украинских товаропроизводителей». «И это будет сделано в соответствии с правилами ВТО», — подчеркнул А. Лукашевич.

Кто-то, возможно, скажет, что мы слишком много места уделяем предупреждениям из России. Дескать, что из номера в номер повторять нередко однотипные по смыслу тезисы.

Однако, во-первых, речь идет об архиважном вопросе интеграционного выбора, который будет определять судьбу страны на много лет вперед – европейская «мышеловка» вот-вот захлопнется (это, судя по всему, произойдет уже в ноябре), отыграть назад Киеву и сейчас сложно, а после официального подписания соглашения об ассоциации (включающее в себя и создание ЗСТ Украина-ЕС) станет практически невозможно.

Во-вторых, интеграционный выбор, по нашему мнению, должен быть осмысленным (как для власти, так и для украинских граждан) — и в этом плане трудно переоценить позицию ключевого торгового партнера Украины, каковым является Россия.

В-третьих, в традициях официального Киева (да и украинской политической элиты в целом, будь то власть или оппозиция) уходить от ответственности за принимаемые решения, перекладывать, что называется с больной головы на здоровую. В частности, игнорировать позицию и предупреждения партнеров, а когда наступают объективные последствия (в т.ч. негативные для Украины) принятых в Киеве решений (не будем углубляться в детали, по чьим «подсказкам» осуществляются шаги «суверенной и независимой Украины», брюссельским или вашингтонским) — обвинять Москву в «империализме», «давлении», «шантаже» и т.д.

Справедливы ли заявляемые Москвой подходы к будущему (в контексте соглашения Украины с ЕС) украинско-российской торговли? На мой взгляд – абсолютно справедливы. Николай Янович на днях в ходе заседания правительства призывал именно к этому: «Мы призываем партнеров (из России – С.Л.) к справедливому применению правил торговли на основе положений ВТО и действующего Соглашения о зоне свободной торговли между странами СНГ». Резонно.

В этом контексте уместно напомнить размышления самого Николая Яновича три с половиной года назад, когда нынешняя команда только пришла к власти. Как известно, из Москвы сразу же последовало предложение Киеву присоединиться к процессу создания ТС, но украинская власть тогда аргументировала «невозможность» вступления в данный экономический союз своим членством в ВТО (мол, Украина состоит в ВТО, а участники ТС — нет).

И вот как рассуждал украинский премьер 9 апреля 2010 года в программе «Большая политика» на телеканале «Интер»: «Если бы мы объединились на таких условиях, — мы на условиях ВТО, а они (Россия, Казахстан, Беларусь) на своих условиях защиты таможенной границы, — то мы, безусловно, выиграли бы… Сейчас, на первый взгляд, для нас это является более выгодным, чем для них». И объяснял почему – потому что завозить иностранные товары на территорию всех 4 стран было бы выгодно именно через Украину, поскольку здесь ввозные пошлины меньше (http://news2000.com.ua/news/ekonomika/112847).

Само собой, такой вариант «вступления Украины в ТС» был невозможен, и Киеву (прими он решение о присоединении к Таможенному союзу) пришлось бы поднимать таможенные тарифы (при этом Россия обещала компенсации в размере санкций, которые могли применить к Украине партнеры по ВТО). Но важен сам факт, который признал Н. Азаров: при нынешних крайне низких украинских таможенных пошлинах и в несколько раз более высоких российских, Украина – в случае свободы торговли между ней и ТС — становится эдаким «транзитным коридором», через который товары из третьих стран следуют на рынки России и других стран ТС (а данная ситуация коренным образом не изменилась и после присоединения РФ к ВТО – Россия выторговала для себя намного лучшие условия вступления, позволяющие защищать свой внутренний рынок). Т.е. у Москвы та самая логика, о которой вел речь Николай Янович.

Посмотрим на вопрос справедливости и с другой стороны. Что означает режим свободной торговли между Украиной и странами ТС? Он означает, что Россия, Белоруссия, Казахстан защищают свои рынки не только для своих производителей, но и производителей из Украины. И наоборот – Украина защищает свой рынок как для своих товаропроизводителей, так и для производителей из стран ТС.

Но таможенная защита российского рынка (как и всего рынка ТС) в несколько раз выше, чем таможенная защита рынка Украины. Получается, что Россия (равно Белоруссия и Казахстан) защищает интересы украинского производителя, имеющего свободный доступ на рынки ТС, в несколько раз лучше, чем Украина – производителей из России, Белоруссии и Казахстана, которые имеют свободный доступ на украинский рынок. Учитывая, что по многим позициям Киев при вступлении в ВТО вообще обнулил таможенные пошлины, производителям России, Казахстана и Белоруссии свободная торговля с Украиной вообще не дает никаких преференций – они вынуждены конкурировать с производителями из Европы, США, Китая и т.д., что называется, на общих основаниях (или почти на общих).

Разве это справедливая ситуация в украинско-российских торгово-экономических отношениях? Даже сейчас эта ситуация несправедлива! И именно по отношению к России.

Ну, а когда Украина совершенно обнулит пошлины на ввозимые из Европы товары (что предполагается соглашением об ассоциации, включающем создание ЗСТ Украина-ЕС), то говорить о справедливых отношениях (при сохранении нынешнего режима свободной торговли между Украиной и Россией) станет и вовсе неуместно. Ведь получится, что Россия и дальше защищает свой рынок для украинских производителей, а Украина свой для российских не защищает вовсе! Кому нужна такая «свобода торговли»? Абсурд!

К выше сказанному следует добавить и абсолютно абсурдную ситуацию (опять таки – несправедливую по отношению к России) в тех областях, в которых пока еще сохраняется украинско-российская производственная кооперация. Скажем, авиастроение. Таможенные пошлины в России – 20% на иностранные самолеты вместимостью свыше 50 человек. На Украине – 0%! Т.е. Россия защищает свой внутренний рынок для самолетов, производимых совместно с украинскими партнерами. Украина – не защищает совсем! Украинско-российские самолеты на рынке Украины не имеют никаких преференций и должны на общих основаниях конкурировать с самолетами производства третьих стран. Это справедливый подход? На мой взгляд, ответ очевиден: нет!

Из истории 2004-го, или Таможенный союз повторяет действия Евросоюза

Вполне ожидаемые (в свете интеграционного выбора Киева) осложнения в украино-российских торгово-экономических отношениях стали поводом для политических спекуляций не только на Украине, но и в Европе.

Так, европейский комиссар по вопросам расширения и европейской политики соседства Штефан Фюле заявил (имея в виду, конечно же, Россию), что «любое давление на Украину, оказываемое для того, чтобы сделать невозможным подписание Соглашения об ассоциации с ЕС является неприемлемым». Глава комитета Европарламента по иностранным делам Эльмар Брок высказал мнение, что «Россия использует свои возможности (давления на Украину в сфере торговли) вопреки международному праву, которое определяет суверенное право каждой страны принимать свои решения. И это лишь вопрос Киева — подписывать ли Соглашение об ассоциации с ЕС — но не Москвы или Брюсселя. Поэтому такое поведение России неприемлемо». И т.д. и т.п.

Но, спрашивается, а когда Москва ставила под сомнение суверенные права Киева относительно того, подписывать ему соглашение с ЕС или нет? Никогда не ставила. Наоборот. Каждое (подчеркну: каждое!) заявление из России по поводу интеграционного выбора Украины (шла ли речь о предложении вступать в ТС или комментарий к перспективам подписания соглашения об ассоциации с ЕС) сопровождалось оговоркой: выбор – за Украиной, это ее суверенное право. Другое дело, что всякое право принимать решения сопровождается и ответственностью за их последствия – о чем также напоминали из Москвы. Но причем тут «давление»?

Г-н Брок совершенно прав, напомнив банальные истины о том, что международное право определяет «суверенное право каждой страны принимать свои решения». Хорошо бы, чтоб тот самый Брок и его коллеги из Европарламента, единомышленники из Еврокомиссии помнили об этом, например, в ситуации с г-жой Тимошенко. Ведь международное право определяет и суверенитет судебной ветви власти каждой страны. Но, не секрет, Европа не особо церемонится в этом вопросе с суверенитетом Украины и позволяет себе вмешиваться в ее внутренние дела – оказывая самое настоящее давление по «делу Тимошенко» (в т.ч. беспардонные заявления на эту тему позволял себе и г-н Брок).

Однако вернемся к суверенному праву Украины самостоятельно определять внешнеэкономический вектор интеграции. Все так. Но, очевидно, и у Москвы (а равно и других столиц ТС) есть ровно такие же суверенные права – выстраивать такую торгово-экономическую политику, которая бы отвечала их национальным интересам. В Европе, судя по всему, этот момент упускают из вида, либо делают вид, что не понимают, о чем ведет речь Москва.

В МИД РФ уже отвергли всякие упреки на тот счет, что Россия-де «заставляет» Украину присоединиться к Таможенному союзу, кроме того, призвали Брюссель не искажать суть вопроса. В частности, официальный представитель МИД РФ Александр Лукашевич заметил: «Призываем ЕС не искажать реальность и давать не эмоциональные, а объективные, экономически обоснованные оценки сценариев социально-экономического развития Украины после подписания соглашения об ассоциации (c ЕС)». При этом, по словам г-на Лукашевича, в Москве обратили внимание на весьма характерные высказывания иных европейских политиков, например, высокого представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности г-жи Эштон: «ЕС ставит во главу угла не интересы граждан Украины, а геополитические соображения и боится, по выражению Эштон, «потерять Украину».

Но в свете «праведного гнева» Европы в адрес России хотелось бы напомнить 2004-й год, а именно – события, связанные с т.н. большой волной расширения Евросоюза. Как известно, 1 мая 2004 года сразу 10 государств (Кипр, Чехия, Эстония, Венгрия, Латвия, Литва, Мальта, Польша, Словакия и Словения), преимущественно Центральной и Восточной Европы стали членами ЕС. И одним из последствий этого стало существенное изменение режима торговли данных стран с Украиной. Например, со странами Балтии Киев имел зону свободной торговли, которая автоматически прекратила свое действие со вступлением указанных государств в Евросоюз.

Из-за изменений торгового режима – к чему тогдашних новичков обязал Брюссель — Украина понесла убытки, исчислявшиеся сотнями миллионов долларов. Киев даже пытался ставить вопрос о компенсациях. «Сегодня вопрос компенсации мы ставим исходя из собственной ситуации, и исходя из того, что есть ряд вопросов, где вполне обоснованно мы можем доказать необходимость компенсационных мер по конкретным направлениям», — заявлял в ноябре 2003-го тогдашний министр иностранных дел К. Грищенко (http://korrespondent.net/business/82757-es-ne-kompensiruet-ukraine-poteri-ot-svoego-rasshireniya).

Однако Европа категорически заявила, что ничего компенсировать не собирается – о чем тогда же было заявлено представителем Европейской комиссии Кристофером Паттеном.

При этом – хотя последствия расширения ЕС и изменения режима торговли с рядом стран ударяли по украинскому карману – в Киеве даже поблагодарили Европу за «откровенность». Украинская сторона, заявил 11 ноября 2003-го глава МИД Украины, «удовлетворена откровенностью и уровнем диалога, который ведется между нами и Еврокомиссией, Евросоюзом в целом, а также странами — будущими участниками ЕС, с которыми у нас существуют проблемы в связи с денонсацией соглашений о свободной торговле и в других сферах» (http://www.mediaport.ua/news/ukraine/8882).

Понятно, что потери от ужесточения режима торговли со странами Балтии не могут сравниться с теми убытками, которые понесет Украина от защитных мер ТС. Но тут важны не объемы потерь – а сами принципы подходов к торговой политике.

Почему были изменены торговые режимы между Украиной и новыми (на тот момент) членами ЕС? Потому что Евросоюз не желал, чтобы территории новых членов ЕС стали «воротами» для свободного проникновения на европейский рынок товаров из Украины и стран СНГ (с которыми у Украины были открытые таможенные границы). Чего же, спрашивается, удивляться, что и Россия (а точнее – Таможенный союз) руководствуются той же логикой?

К выше сказанному остается добавить, что если в 2004-м в связи с ситуацией «большого расширения ЕС» у Украины не было вариантов отстоять свои экономические интересы – ни остановить расширение она не могла, ни в Евросоюз ее никто не звал (как, впрочем, не зовут и теперь), то в ситуации с Таможенным союзом у Киева варианты есть. В отличие от Брюсселя, поставившего десять лет назад Киев перед фактом изменения торговых режимов с рядом партнеров, Москва предлагает полноправное членство в Таможенном союзе со всеми вытекающими из этого интеграционными преференциями для Украины.

Россия: позитивные цели

Безусловно, Россия очень заинтересована в том, чтобы Украина была полноценным участником Таможенного союза. И активность российской стороны по этому поводу не случайна.

Часто можно услышать ернического толка комментарии к предложениям россиян относительно украинского вступления в ТС, которые, как известно, сопровождаются и обещанием целого ряда преференций для Украины (начиная от существенного снижения цен на энергоносители и вплоть до готовности компенсировать финансовые претензии партнеров по ВТО при повышении Украиной уровня таможенной защиты). Дескать, почему Москва такая «добренькая», столько «калачей» предлагает. Подозрительно, мол. Иные заводят речь о «бесплатном сыре», который бывает только в «мышеловке».

Но ни в какую «мышеловку» Россия Украину не завлекает, и «бесплатных сыров» не предлагает. Точно так же как богадельней Россия быть не собирается – ни в случае присоединения Украины к ТС ни (тем более) в ситуации отказа от участия в этом проекте. Все те преференции, которые обещают Киеву – это осмысленные предложения в расчете на получение значительно больших выгод от углубления интеграционных связей между нашими странами, выгод как для Украины так и России.

Интерес Москвы чисто практического свойства. Наши государства находятся примерно на одном уровне развития экономик, вышедших из единого советского народно-хозяйственного комплекса. В СССР (как и в любом едином экономическом пространстве) имело место разделение труда и едва ли не все крупные предприятия в России и на Украине, особенно в сфере высоких технологий, создавались как элементы одного большого целого. Несмотря на дезинтеграционные процессы последних двух десятилетий Россия и Украина по-прежнему связаны тысячами кооперационных нитей.

Украина – это достаточно большой рынок, объединение которого с рынками России, Казахстана и Белоруссии позволяет создать один из крупнейших рынков в мире, который был бы, с одной стороны самодостаточным (читай: независимым от веяний мировой конъюнктуры), с другой – весьма конкурентным и привлекательным для инвесторов.

Основной смысл привлечения Украины – это синергетический эффект, когда сложение потенциалов позволяет, что называется, от два плюс два получить пять и более.

Россию можно подозревать в «имперских замыслах». Но вряд ли кому придет в голову нечто подобное в отношении тех же Белоруссии и Казахстана. Почему они участвуют в ТС?

Вот, например, мнение президента Казахстана. 27 ноября 2009-го, после заседания Межгоссовета ЕврАзЭС на уровне глав государств (на котором были приняты ряд ключевых решений, открывших дорогу началу функционирования Таможенного союза) президент Казахстана Нурсултан Назарбаев отметил: «Создается огромный рынок в 170 миллионов человек. Промышленный потенциал общий наших стран — 600 миллиардов долларов, совокупные резервы одной только нефти — 90 миллиардов баррелей — становятся ключевым игроком на рынке энергоресурсов. Общий объем сельского хозяйства наших стран — 112 миллиардов долларов, 12 процентов мирового производства пшеницы и 17 процентов мирового экспорта этой продукции. Общий ВВП наших стран — 2 триллиона долларов, совокупный товарооборот — 900 миллиардов долларов».

А среди выгод, которые получают участники ТС, Нурсултан Абишевич особо отметил следующие: «создание единой таможенной зоны повысит возможность для широкого сотрудничества наших стран по самым разным направлениям, прежде всего объединение усилий активизирует создание совместных производств и коопераций. Это крайне важно для новой индустриализации, совместной защиты от внешней экспансии товаров; … единый рынок наших стран, как я сказал, оценивается в два триллиона долларов, станет привлекательным для инвестиций, а это значит, предприниматели смогут привлекать дополнительные ресурсы. Тем самым наша экономика получит заметный импульс, будут созданы новые рабочие места, расширится ассортимент продукции для населения; … мы сможем более эффективно использовать огромный транзитный потенциал наших государств».

Присоединение Украины – это еще плюс 45 млн к указанному внутрисоюзному (имеется в виду Таможенный союз) рынку. Это еще большее увеличение общего промышленного потенциала. Это доведение контроля над мировым рынком зерновых примерно до 30%. Такую цифру называл, в частности, украинский премьер Азаров 16 апреля 2011-го в интервью агентству Bloomberg, говоря о перспективе создания зернового пула с участием России, Украины и Казахстана: «Такую идею рассматривают, разговоры на эту тему ведутся и такое объединение логично обоснованно, поскольку вместе Украина, Россия и Казахстан занимают примерно 30% рынка экспорта зерновых культур в мире».

Учитывая известные продовольственные проблемы, с которыми сталкивается человечество, только одно это – возможность диктовать свои условия на зерновом рынке – сделал бы союз наших стран влиятельнейшим международным игроком. И в случае участия Украины в ТС вопрос создания зернового пула автоматически становился бы на повестку дня, можно даже сказать, что он был бы создан уже по факту членства Киева в Таможенном союзе – поскольку ТС контролировал бы те самые 30% мирового рынка зерновых. Однако пока Киев продолжает свой курс «в Европу» и вынужден слушать наставления из Брюсселя (выступающего категорически против данной инициативы) это невозможно.

Как невозможно и «более эффективно использовать огромный транзитный потенциал наших государств» (о чем говорил Н. Назарбаев) – крайне важная и актуальная для Украины тема. Украинский транзитный потенциал огромен – но его раскрытие практически всецело зависит от заинтересованности в этом со стороны России и других стран ТС.

Только в энергетической сфере сложение добычных и транзитных потенциалов ТС в формате «четверки» (т.е. с участием Украины) заставило бы Европу (и не только ее) ходить к нам, что называется, на поклон. Сейчас же Брюссель пользуется тем, что усилия России и Украины по защите своих интересов в энергетической сфере разрозненны (и такое положение создано не без «стараний» Запада, действующего по старому принципу «разделяй и властвуй»).

При том что и в составе трех (России, Казахстана, Белоруссии) Таможенный союз дает значительный положительный экономический эффект, но он мог бы быть на порядок (!) большим, если бы в нем принимала участие и Украина. Еще 29 ноября 2007 года в своем докладе «Вступление в ВТО как инструмент экономической интеграции евразийского сообщества» Сергей Глазьев, ссылаясь на расчеты Института народнохозяйственного прогнозирования Академии наук РФ, отмечал: «Об Украине. 90% интеграционного эффекта достигается за счет объединения российской и украинской таможенных территорий, потому что именно здесь наиболее сильные кооперационные связи, именно у нас главный синергетический эффект за счет сложения научно-технических потенциалов. И участие или неучастие Украины для таможенного союза вопроспринципиальный. Без Украины интеграционный эффект теряется более, чем на три четверти. Если интеграция не произойдет, и мы останемся по разные стороны торговых границ. Это означает экономическую катастрофу на Украине, так как случится переход на мировые цены по торговле энергоносителями с падением уровня жизни примерно в полтора-два раза. Произойдет резкое сжатие производства в тех отраслях, которые сегодня определяют экономический рост на Украине. Это химико-металлургический комплекс, прежде всего, и машиностроительный. Но экономическая катастрофа на Украине повлечет негативную реакцию в России, потому что спрос со стороны Украины на российскую продукцию тоже резко снизится. В настоящий момент 50 процентов добавленной стоимости украинских машиностроительных изделий — это российские комплектующие, соответственно прекращение производства этих товаров означает и сокращение спроса».

Вот почему Россия так заинтересована, чтобы Украина вступила в Таможенный союз. Поэтому же Москва готова и к предоставлению интеграционных бонусов. В цитированном докладе С. Глазьев по этому поводу отмечал: «Конечно, за удовольствие иметь таможенный союз с Белоруссией, Украиной и другими государствами придется заплатить отказом от экспортной пошлины, взимаемой с энергоносителей, которые поставляются на эти территории. Но опять же наши расчеты показывают, что на перспективу до 2015-го года совокупный интеграционный эффект измеряется примерно в 300 миллиардов долларов дополнительной добавленной стоимости и прироста валового продукта всей нашей зоны. Это на порядок (примерно раз в 50) превышает ту упущенную выгоду, которую российский бюджет будет иметь в связи с отказом от взимания экспортных пошлин с газа и нефти, поставляемых в государства-члены таможенного союза».

Ну и, конечно, было бы нелепо отрицать политические, геополитические цели, которые ставит перед собой Москва (а кто в мире их не ставит?), инициируя интеграционные процессы на постсоветском пространстве. Собственно, наращивание экономического потенциала (как интеграционное следствие) – это уже геополитический козырь. С другой стороны, экономика и политика (во всех ее аспектах, включая и оборонную составляющую) всегда идут, как говорится, рука об руку. Иметь у своих границ экономического союзника – означает гарантировать себя от разного рода «сюрпризов» и в вопросах национальной безопасности.

Таким образом, суммируя выше сказанное, можем констатировать: цели России – позитивные, т.е. направленные на созидание, достижение общего успеха для всех стран и народов бывшего СССР, это, как принято выражаться у западных политологов, игра с положительной суммой (что касается постсоветских государств).

Запад: негативные цели

Иное дело Запад. Именно Запад, а не Европа, хотя речь и идет о т.н. евроинтеграции Украины. Не случайно те же США так озабочены евроинтеграционным курсом Киева – ничуть не меньше, чем ранее продвижением Украины в направлении НАТО. В июне с.г. нынешний посол США в Киеве Джеффри Пайятт, выступая на слушании по его утверждению в комитете по международным отношениям американского сената, отмечал, что в качестве главной своей задачи на этом посту видит «подталкивание» Украины «к выполнению условий, необходимых для подписания соглашения об ассоциации с Европейским союзом». Заявления г-на Пайятта в русле этого самого «подталкивания» мы теперь слышим регулярно (хотя часто это выглядит как «заталкивание» Украины в орбиту Европы, иначе говоря: «выталкивание» из орбиты России).

Казалось бы – что Америке до украинской евроинтеграции? Ведь не с Соединенными Штатами Украина намерена подписать соглашение об ассоциации и создать зону свободной торговли. С чего такое «участие» США? Сам собой напрашивается единственный возможный ответ: геополитический интерес.

Суть последнего, вобщем-то и не сильно скрывается. Вспомним, например, нашумевшие высказывания Хиллари Клинтон (на тот момент госсекретаря США) в декабре 2012-го в Дублине. Г-жа Клинтон тогда заявила, что США прилагают активные усилия для «ресоветизации» постсоветского пространства, отбросив эвфемистические формы — занимаются дезинтеграцией, разрушением исторических связей и основ для возрождения союзных (в разных смыслах – от экономического до оборонно-политического) отношений на пространстве экс-СССР. «Это будет называться по-другому: таможенным союзом, Евразийским союзом или еще как-нибудь в этом роде. Но не будем обманываться на этот счет. Мы знаем, какова истинная цель, и пытаемся найти эффективные способы замедлить или предотвратить это», — цитировало Клинтон издание Financial Times. Более чем откровенно.

Обнаружить позитивные цели Запада по отношению к Украине невозможно. Расчет на синергетический эффект при создании зоны свободной торговли Украина-ЕС? Не просматривается (и никто об этом даже речь не заводит). Сохранение и развитие кооперационных связей? Тоже нет – в виду практически полного отсутствия оных, особенно в сфере высоких технологий. Нужны ли Европе украинские самолеты, турбины, станки? Нет.

Для Запада не интересна Украина сама по себе. Внимание к Украине основывается в огромной степенина том, чтобы не допустить ее сближения с Россией. Украина – площадка для игры (с Россией) с отрицательной суммой. Все, что может усилить Россию (включая интеграционные проекты с ее участием) воспринимается как угроза и подвергается обструкции (словом и делом).

Соглашение о политической ассоциации Украины с ЕС, включающее в себя создание ЗСТ между указанными сторонами — это не превращение Киева в равноправного партнера с другими столицами Евросоюза. О вступлении в ЕС (и даже перспективе оного) речи не идет, как и о возможности влиять на принимаемые в Брюсселе решения. Указанное соглашение – это ничто иное, как создание институциональных препятствий для интеграции Украины в проекты с участием России.

И, безусловно, это будет не первое такое институциональное препятствие (хотя, очевидно, и самое мощное). Подобного толка преграды создавались годами, шаг за шагом. Например, условия вступления Украины в ВТО — чему, как мы знаем, предшествовал отказ Киева синхронизировать процесс присоединения ко Всемирной торговой организации с Москвой. Однако синхронизация, судя по результатам, была. Но с Европой!

20 декабря прошлого года на своей пресс-конференции Владимир Путин заметил: «Уровень таможенной защиты российского рынка после вступления в ВТО составляет 9,5 или 9,7 %. Уровень таможенной защиты Украины, которая не так давно вступила в ВТО 2,7%. Кстати, уровень защиты еврозоны — 2,8%». Бросается в глаза существенные различия между украинским и российским уровнями таможенной защиты и в то же время практически полное совпадение между украинским и европейским (хотя у Украины несколько ниже, при том что даже в равных условиях украинский производитель не в состоянии конкурировать с европейским).

Можно вспомнить и о присоединении Украины к Европейскому энергетическому сообществу — что также нанесло вред интересам Киева, в частности, сделало невозможным создание газотранспортного консорциума с Россией, который бы гарантировал объемы транзита и низкие цены на газ – но явилось институциональным препятствием для украинско-российской интеграции (имеется в виду упомянутый газотранспортный консорциум).

Цели Запада – негативные, направленные на разрушение (общего до недавнего времени восточнославянского пространства, и шире — советского), препятствование интеграционным процессам на территории бывшего СССР, даже если такая интеграция в интересах постсоветских стран.

Понимают ли на Западе выгоды от создания Таможенного союза и участия в нем Украины? Безусловно! Вот что, к примеру, писал чуть больше года тому на страницах The National Interest Джеффри Манкофф, научный сотрудник авторитетного американского Центра стратегических и международных исследований (Centre of Strategic and International Studies — CSIS): «экономическая интеграция с Евразией несет потенциальные преимущества и выгоды для стран региона. Региональные интеграционные процессы идут по всему миру (причем не только в рамках ЕС, но и через Североамериканское соглашение о свободной торговле (НАФТА), Ассоциацию стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН), предложенное Вашингтоном Транстихоокеанское партнерство и т.д.), но постсоветское пространство остается при этом на обочине. Отсутствие горизонтальных торговых связей иизолированность от мировых рынков очень сильно мешают развитию региона и сохраняют его хроническую экономическую отсталость».

«Самым значительным преимуществом создания нового Евразийского союза станет возникновение колоссального единого рынка и уменьшение преград для перемещения товаров и людей», — писал американский автор, добавляя, что «поскольку в СССР поощрялась региональная специализация» и «развивались цепочки поставок и снабжения, пересекавшие республиканские, а теперь межгосударственные границы», интеграция также «поможет снизить производственные затраты за счет того, что каждый член интеграционного пространства сосредоточится на тех областях, в которых у него есть сравнительные преимущества».

Т.е. выгоды очевидны и заокеанскому глазу. Но! В том же материале Джеффри Манкофф обращает внимание, что интеграционные проекты на постоветском пространстве несут в себе угрозу интересам Запада и США в частности: «Хотя тревога по поводу нового СССР (или «СССР lite») преувеличена, у Соединенных Штатов есть основания для беспокойства. Экономическая и политическая логика углубления интеграции на части постсоветского пространства довольно сильна, так как региональные объединения способствуют укреплению слабых экономик, особенно в Центральной Азии. Однако такая интеграция при российском спонсорстве несет с собой угрозу иного рода: усиление зависимости соседних государств от России, что подвергнет опасности не только их развитие, но и самостоятельность во внешней политике» (The National Interest, перевод ИноСми.ру, 20.04.2012).

Экономическая логика для стран бывшего СССР «довольно сильна», но Россия усилится! А если так, то какое дело Западу до экономической логики, читай – экономических интересов Украины и других стран бывшего Советского Союза? Никакого! Эти интересы ни США, ни Европу не волнуют. Как говорят в подобных случаях, факты свидетельствуют в пользу интеграции постсоветского пространства – тем хуже для фактов!

Свои интересы (геополитические) Западу важнее, чем экономическое процветание региона. Добавим, что «самостоятельность во внешней политике» (постсоветских стран) – еще один эвфемизм, означающий «отдельно/обособленно от России».

Украина в роли «геополитической дуры»

Народная мудрость гласит: «Если тебя обманули один раз, то обманувший — подлец. Если тебя обманули два раза, то ты — дурак». После стольких обманов со стороны Запада, у Украины, казалось бы, должен был выработаться соответствующий иммунитет.

Запад обманул Украину, наобещав «золотые горы» в истории с отказом от ядерного оружия. США, как выражаются в известных кругах, кинули Киев, уговорив отвергнуть Бушерский контракт с Ираном (Вашингтон посулил компенсировать потери, загрузив собственными заказами Харьковский Турбоатом – но впоследствии отказался исполнять обещание). Запад обманул в ситуации с закрытием Чернобыльской атомной станции. Вступление в ВТО – когда Украину вынуждали пойти на уступки, рассказывая, что свободная торговля со всем миром и так принесет-де дивиденды – также вылилось в обман. Выше мы вспоминали о присоединении Украины к Европейскому энергетическому сообществу, с чем Киев связывал защиту своих транзитных интересов — но и в этом случае надежды оказались обманутыми.

Ныне очередной трюк на старую тему «молочные реки в кисельных берегах»: политическая ассоциация и ЗСТ Украины с ЕС. Об украинских выгодах опять говорится «в дальнесрочной перспективе». Что-то когда-то, через энное число лет, возможно, будет — но без конкретных цифр и твердых гарантий. Получится – получится, а нет – так нет. Никто никому в этом плане ничем не обязан, ни за что ни перед кем не ответственен.

Почему-то вспоминаются слова из известной песни Булата Окуджавы: «На дурака не нужен нож. Ему с три короба наврешь. И делай с ним что хошь».

Впрочем, есть все основания полагать, что украинская элита не обманывается посулами Запада, а содействует ему в обмане украинских граждан – за западную «крышу» для своих часто неправедно нажитых капиталов, за западную же «индульгенцию» от ответственности за коррупцию.

My Webpage



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх