,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Урок. Впрок ли?
  • 31 августа 2013 |
  • 15:08 |
  • AlksndP |
  • Просмотров: 559
  • |
  • Комментарии: 2
  • |
+4
Урок. Впрок ли? Итак, ситуация на российской таможне нормализовалась. Пока. Как заявили 20 августа в украинском Министерстве доходов и сборов, таможенная служба России вернулась к штатной растаможке украинских товаров. В Миндоходов отметили, что «в ходе переговоров российская сторона заверила, что по состоянию на сегодня дополнительные процедуры таможенного контроля по отношению к украинским товарам не применяются, товары украинских предприятий пересекают российскую таможню в штатном режиме».

Урок. Впрок ли?

[То, что теперь было поименовано «профилактическими мероприятиями», может вскоре стать постоянным таможенным режимом на российской границе // STATIC.VZ.UA]
VZ.UA

Впрочем, и на следующий день после цитированного сообщения поступала информация о том, что российские таможенники применяют усиленный контроль к украинским грузам. Так, ИТАР-ТАСС сообщал, что на белгородском участке украинско-российской границы таможня РФ продолжала работать с применением мер дополнительного контроля.

По словам генерал-майора таможенной службы РФ А. Ушакова, в рамках таможенного кодекса РФ были введены дополнительные процедуры контроля, чтобы исключить любые риски. К ним, в частности, относится возможность «несоответствия грузов, которые находятся в автомобиле или в вагонах, предъявленным документам». В качестве примера генерал привел случай, когда «несколько дней назад сотрудники таможни и пограничники задержали около 100 тюков с товарами из Турции, которые пытались переправить на российскую сторону». Г-н Ушаков также отметил, что снятие дополнительных процедур не приведет к полной отмене контроля, который «будет продолжаться».

Тем не менее в целом ситуация нормализовалась. Надолго ли? Это будет зависеть от дальнейших шагов Киева.

Как пояснил отвечающий за евразийскую экономическую интеграцию советник президента РФ Сергей Глазьев в интервью «Вестям», Россия проводила «профилактические мероприятия» для «проверки готовности таможенного администрирования к фильтрации грузов, поступающих с украинской территории, с целью отсечения украинских от неукраинских... В связи с тем, что в ноябре ожидается подписание соглашения об ассоциации между Украиной и ЕС, где предполагается установление Украиной режима свободной торговли с ЕС, возникают риски беспошлинного ввоза к нам европейских товаров под видом украинских. И не только европейских — ведь Евросоюз имеет преференциальные торговые режимы с большим количеством стран, включая Турцию».

Глазьев подчеркнул, что подписание соглашения о политической ассоциации вкупе с созданием ЗСТ Украина—ЕС будет означать, что Киев станет работать по таможенным правилам и по правилам происхождения товаров ЕС, «а не по нашим общим правилам». И это в свою очередь приведет к тому, что «таможенный кодекс Таможенного союза будет применяться исходя из максимального риска реимпорта неукраинских товаров на нашу территорию».

Иными словами, в ситуации с таможенными затруднениями, с которыми столкнулись украинские предприниматели, имело место как раз то, о чем мы и писали: «Последние действия российской таможни — это по сути подготовка России к созданию ЗСТ между Украиной и Евросоюзом» (см. «2000», №34 (665), 23—29.08.2013. «Россия начала подготовку к созданию ЗСТ Украина—ЕС»).

Теперь официальный Киев осведомлен уже не в теории
(исходя из многочисленных предупреждений российских партнеров, о которых мы упоминали в указанном материале), а на практике — в каком режиме украинским грузам придется пересекать границы России и других стран ТС и какие последствия подобный таможенный режим будет иметь для украинского товаропроизводителя. А уж будут ли сделаны выводы из этого «урока на таможне» (и какого толка) — это зависит от украинской власти. Мяч, как говорят в таких ситуациях, на поле официального Киева — выбор за Украиной, о чем неоднократно заявляли в Москве. Но и ответственность (в т. ч. и материальную) за свой выбор, за его последствия, тоже несет Украина.

Вопреки заявлениям внутри Украины и вне ее (например, ряд европейских чиновников распространили «призывы» к России «не давить» и «не шантажировать» Киев) о том, что российская сторона-де прибегала к неким «недопустимым мерам», представитель Украины в Евразийской экономической комиссии Виктор Суслов в интервью «5-му каналу» 22 августа признал: «ни одного случая, по которому убедительно можно обратиться, к примеру, в суд, украинская сторона пока еще не нашла». Т. е. все действия российской таможни были законны и не противоречили существующим нормативно-правовым актам — как двусторонним, так и международным.

«Шуму много, а толку ноль»

В свете имевших место событий есть смысл вспомнить о таком документе, как «Меморандум об углублении взаимодействия между Украиной и Евразийской экономической комиссией», подписанном 31 мая с. г. в Минске украинским премьер-министром Николаем Азаровым и главой Евразийской экономической комиссии (ЕЭК) Виктором Христенко.

Кто следит за перипетиями «тесного сотрудничества» Украины с ТС, тот наверняка помнит, сколь амбициозно украинская власть подавала данный меморандум. Николай Янович было договорился до «права совещательного голоса», что позволит-де Киеву влиять на решения, принимаемые ЕЭК. «Украина будет обладать информацией о готовящихся решениях и будет иметь возможность на дипломатическом уровне, на уровне контактов руководства стран упреждать их принятие», — заявлял он 29 мая с.г. (УНИАН). В том же ключе высказывались многие высокопоставленные украинские чиновники.

В то же время мы рассматривали указанный меморандум в качестве политтехнологии власти, направленной на ее базовый электорат — жителей юго-восточных регионов, внешнеполитические предпочтения которых в дополнительных комментариях не нуждаются.

Несколько месяцев назад мы писали о меморандуме между Украиной и ТС: «Чего только не придумывал официальный Киев, чтоб обзавестись каким-либо документом, который можно было бы предъявить избирателям в качестве «свидетельства об интеграции с Таможенным союзом». То предлагали Москве формулу «3+1», хотя в таком формате с ТС по факту, без всяких дополнительных соглашений, сотрудничает любая страна, в т. ч. и Украина. Не получилось. То вышли с идеей создания зоны свободной торговли Украина — ТС. Хотя такая ЗСТ — между Украиной и странами Таможенного союза — и так существует: зона свободной торговли СНГ, участниками которой являются как Россия, Казахстан, Белоруссия (т. е. все страны ТС), так и Украина. Создать подобный гибрид — ЗСТ внутри ЗСТ— тоже не получилось. Тогда родился вариант «интеграции» как получения «статуса наблюдателя» при ТС. Эту «интеграционную» новацию «2000» не раз комментировали, характеризуя ее как очередной «политтехнологический трюк, направленный на введение в заблуждение пророссийски ориентированного избирателя Украины» («Меморандум «ни о чем», «2000», №23(656), 7—13.06.2013).

Что же касается практической ценности меморандума, то, опираясь на текст документа, мы констатировали: «шуму много, а толку ноль»; «ознакомление с текстом документа не оставляет сомнений в том, что Киев не получил ничего из того амбициозного набора «инструментов влияния» на принятие решений в ТС, которые прежде анонсировал премьер-министр Азаров». Последние события стали подтверждением наших выводов.

Точно так же получил подтверждение и тезис лидера Компартии Петра Симоненко, высказанный в интервью нашему еженедельнику: «Все эти эрзацы, разные там формулы «3+1» никоим образом не могут служить заменой полноценного членства в Таможенном союзе. Никакой статус наблюдателя не предоставит Украине преференций, доступных членам ТС, как и не даст возможность участвовать в принятии решений Евразийской экономической комиссии...» («2000», №17(652), 26.04—2.05.2013).

«Леопольдовская» позиция

Интересна реакция украинской власти на проблемы, возникшие у товаропроизводителей Украины на российской таможне. В ходе всего периода «профилактических мероприятий» (как выразился С. Глазьев) высокопоставленные чиновники в Киеве пытались делать вид, что ничего особенного не происходит. Президент вообще не сказал ни слова. Отдуваться пришлось подписанту меморандума «об углублении сотрудничества» с ТС премьеру Азарову.

15 августа мы узнали от Николая Яновича, что не следует «искусственно раздувать и искусственно преувеличивать» возникшие проблемы, даже не проблемы, а, по выражению премьера, «определенные сложности», связанные «прежде всего, как мы считаем, с образованием, структурированием и формализацией Таможенного союза» (что эти «определенные сложности» имеют отношение к пребыванию Украины вне ТС и ее курсу на формирование ЗСТ с ЕС — эта мысль г-ну Азарову то ли не приходила в голову, то ли он предпочел ее не озвучивать).

16 августа украинский премьер заверил, что все в порядке, «осуществляется абсолютно нормальная работа по урегулированию тех вопросов, которые нуждаются в дополнительном согласовании и рассмотрении», не более того. Г-н Азаров посетовал на реакцию «некоторых украинских политиков»: они, мол, с «энтузиазмом» «разыгрывали тезис о якобы торговых войнах между Украиной и Россией». Заметим, что среди этих «некоторых» были и однопартийцы Николая Яновича, например «регионалы» М. Чечетов и В. Олийнык (которых, видимо, вовремя не сориентировали относительно того, какой линии станет придерживаться власть). Кроме того, премьер загадочно заметил: «Ну а наши люди должны делать из всех этих событий соответствующие выводы». Что имелось в виду? Неизвестно.

Но выводы, безусловно, напрашивались сами собой. О некоторых было сказано выше — о том, что разного рода «заменители» («формула 3+1», «статус наблюдателя», «меморандум об углублении сотрудничества» и проч.) не заменят полноценного участия Украины в ТС. Далее: продолжение курса на «безальтернативную евроинтеграцию», подписание документов об ассоциации и создании ЗСТ с ЕС принесет Украине большие проблемы в плане доступа на российский рынок.

Наконец, 21 августа Николай Азаров обвинил украинские компании в том, что у тех возникли проблемы на российской таможне. На заседании Кабинета Министров премьер заявил: «В течение полутора месяцев российская таможня издавала так называемые профили риска по отдельным группам товаров, которые вызвали определенные предостережения. К сожалению, часть украинских компаний-экспортеров не обратили необходимого внимания на усиленные требования российских таможенников». И ни слова о степени вины власти, которая и принимает решения относительно интеграционного выбора. Ведь как бы скрупулезно ни выполняли украинские компании-экспортеры требования российских таможенников, это не изменит того объективного факта, что Украина не является членом Таможенного союза — со всеми вытекающими последствиями для украинских производителей и их возможностью торговать на российском (и других стран ТС) рынке.

Столь «леопольдовская» позиция украинской власти вполне понятна. Ведь что означало признать серьезные проблемы с доступом украинских товаров на российский рынок? Это означало опровергнуть свои собственные недавние заявления о том, что удалось найти взаимоприемлемые формы сотрудничества с Таможенным союзом, позволяющие Украине отстаивать свои интересы на этом важнейшем рынке. Кроме того — зафиксировать провал своей «политики маневрирования» между ЕС и ТС (чем, на мой взгляд, реально и явилась ситуация на российской таможне). Власть (и персонально премьер Азаров) оказалась бы в глупом положении в свете недавно подписанного меморандума с Евразийской экономической комиссией.

Публично признать проблемы с доступом на рынки ТС — это инициировать общественно-политические дебаты на тему «в правильном ли направлении развивается страна?» А для властей невыгодна сама дискуссия относительно плюсов и минусов того или иного интеграционного выбора. И потому, что аргументов в пользу создания ЗСТ с ЕС (и отказа от вступления в ТС), прямо скажем, в арсенале евроинтеграторов немного. Да и вообще: какие обсуждения, если «евроинтеграция» объявлена «безальтернативной». И в этом плане остается только поблагодарить российских таможенников, актуализировавших на Украине «интеграционную» дискуссию, даже против желания украинской власти.

Любые проблемы на российском направлении крайне невыгодны власти и в политическом отношении, ведь в таких ситуациях она теряет остатки доверия в среде пророссийски настроенного избирателя. Поэтому официальный Киев и старался, что называется, сглаживать углы.

Наконец, если бы власть прибегла к резким заявлениям, к использованию «воинственной» риторики, то за ними логически должны были бы следовать некие «ответные действия». А это действительно уже могло бы перерасти в торговую войну, которую (против России) Украина, конечно же, не потянет. Да еще и в столь сложной экономической ситуации, в которой она сейчас находится.

Последствий не избежать

Однако то, что теперь было поименовано «профилактическими мероприятиями», может вскоре стать постоянным таможенным режимом на российской границе, с которым придется сталкиваться украинским экспортерам. И об этом прямо предупредил украинских партнеров (очевидно, во избежание «недоумений» в будущем, сопровождаемых криками о «шантаже», «давлении» и проч.) президент Владимир Путин.

22 августа Владимир Владимирович в ходе своей поездки в Ростов-на-Дону прокомментировал ситуацию на украинско-российской границе: «Если наши соседи пойдут на существенную либерализацию таможенного режима с ЕС, то на рынок Украины действительно неизбежно хлынут товары, достаточно неплохие по качеству и по цене, но это приведет к тому, что они будут выдавливать с собственно украинского рынка товары украинского производства», — сказал Владимир Владимирович. «Тогда странам Таможенного союза придется подумать о защитных мерах, такая возможность существует», — отметил он, добавив, что проблема заключается еще и в том, что «трудно будет понять маркировку, страну происхождения товара». О том, что описанная Путиным ситуация более чем вероятна, мы писали еще 2 года назад: «открывая свой рынок для товаров из Европы, Украина ставит своего собственного производителя в положение (прямо скажем — нелепое положение), когда он, проигрывая в конкурентоспособности европейцам, вынужден искать другие, неукраинские рынки сбыта» («Россия за евроинтеграцию Украины платить не будет», «2000», №13(552) 1—7.04.2011). Как видим, и в Москве теперь так же смотрят на эти «заманчивые» (для ТС) перспективы.

Зачем производителям Таможенного союза дополнительные конкуренты? Зачем России становиться рынком сбыта для украинских товаров, которые Киев по сути своими собственными руками выдавливает с украинского рынка? Зачем России (и остальным странам ТС) фактически оплачивать последствия от создания Украиной ЗСТ с ЕС? Совершенно незачем, если не сказать — это было бы абсурдно.

Добавим, что либерализация таможенного режима между Украиной и Евросоюзом — это не вопрос «если», а вопрос «когда». Т. е. когда будет подписано соглашение о политической ассоциации с ЕС и начнет функционировать ЗСТ Украина—ЕС. Указанная либерализация прописана в уже парафированном соглашении между Киевом и Брюсселем, можно даже сказать: суперлиберализация для товаров из Европы. Напомню в этом плане слова премьера Азарова во время встречи с делегацией Европарламента 25 мая

2012-го: «Мы пошли на многочисленные компромиссы в части заключения Соглашения о зоне свободной торговли. Мы открыли свой рынок для стран Европейского Союза, а ЕС установил для нас десятилетний переходный период, во время которого квоты на ряд важных для нас позиций будут отменены. Сделок такого типа в Украине нет ни с кем, даже с Россией».

Соответственно и обозначенных Путиным последствий (вкупе с защитными мерами ТС) — если Украина таки подпишет документ окончательно (как ожидается, это должно произойти в ноябре в Вильнюсе) — не избежать.

На текущей неделе должны состояться украинско-российские консультации по вопросу создания ЗСТ Украина—ЕС, угроз, возникающих для рынков Таможенного союза, и возможной защитной реакции ТС. По словам Владимира Путина, достигнута договоренность с Виктором Януковичем о том, что «мы проведем дополнительные консультации, и на следующей неделе должны в Москву приехать наши коллеги с Украины, которые на межправительственном уровне еще раз проанализируют возможные угрозы и поймут, они существуют реально или не существуют, и если да, то что с этим делать».

Опять-таки: будем надеяться, что позиция и предупреждения российских партнеров будут услышаны представителями украинской власти, и будут сделаны соответствующие выводы.

Еще более предметно разъяснил возможные последствия создания ЗСТ Украина—ЕС советник президента РФ Сергей Глазьев. В планируемом к подписанию соглашении с ЕС прописан пункт о том, что Украина обязуется пропускать европейские товары практически без досмотра, т. е. без уплаты пошлины и, что немаловажно, без ветеринарных и санитарных проверок. Это приведет к тому, что на украинском рынке появится огромное количество европейских, турецких и прочих товаров, «которые потом будут перетекать к нам» (т. е. в Россию и остальные страны ТС). «Поэтому мы в первую очередь опасаемся реимпорта», — отметил он.

Здесь уместно напомнить, что, по признанию Виктора Суслова, сделанному в вышеупомянутом эфире «5-го канала» 22 августа, в ходе усиленных проверок украинских грузов российскими таможенниками в ряде случаев «реально нарушения имели место быть».

О них сказал и Сергей Глазьев, отметивший, что уже сейчас зафиксировано большое количество неукраинского мяса, сыров и других товаров, проходящих через границу. И если этот поток станет системообразующим фактором в торговых отношениях с Украиной, то таможне придется работать так же, как и с европейцами — «жестко проверять правила происхождения товаров». Т. с. к «европейской Украине» — и подходы, как к европейцам.

«Российская таможня до сих пор не ставила Украине высокий уровень риска, просто не желая нарушать тех операционных связей, которые еще поддерживаются в нашем экономическом сотрудничестве. Но если Украина подписывает соглашение об ассоциации с ЕС и берет на себя обязательства слепо выполнять все нормы европейского регулирования и без контроля пропускать европейские товары, это приведет к очередному реимпорту плюс к вытеснению украинских товаров, которые не будут выдерживать конкуренции», — сказал Глазьев.

Он же озвучил и предполагаемую сумму, в которую оцениваются эти вытесненные европейцами с украинского рынка украинские же товары: около $4 млрд. В контексте указанных проблем Украина «бросит» все свои возможности на российский рынок, в связи с чем торговые отношения между странами придется жестко администрировать («Интерфакс», 18.08.2013).

Но и это не все. Под вопросом окажутся отношения в рамках зоны свободной торговли СНГ. Напомню, с каким оптимизмом в свое время подавали подписание договора о ЗСТ СНГ украинские чиновники. Скажем, 10 августа 2012-го тогдашний вице-премьер-министр — министр социальной политики Сергей Тигипко на пресс-конференции в Днепропетровске: «Страны СНГ — основной наш рынок сбыта, почти 40% украинского экспорта идет на эти рынки. На втором месте страны Евросоюза. Я считаю принятие решения о создании зоны свободной торговли со странами СНГ чрезвычайно важным». Или секретарь СНБО Сергей Клюев 30 августа 2012-го: «рынок СНГ — это крупнейший рынок сбыта украинских товаров. В 2011 году на него уже приходилось 42% внешнеторгового оборота Украины или $72 млрд... рынок СНГ особенно важен для Украины, так как именно в страны содружества сегодня поставляется львиная доля украинской продукции с высокой добавленной стоимостью — преимущественно машиностроения»... Ну а основная часть этого «крупнейшего рынка сбыта украинских товаров» — это, не секрет, рынки Таможенного союза, прежде всего России.

Но доступ на этот «основной наш рынок сбыта», поглощающий львиную долю украинской продукции с высокой добавленной стоимостью, может значительно усложниться.

21 августа в интервью «Вестям» С. Глазьев сообщил, что в случае подписания Украиной Соглашения об ассоциации с Еврсоюзом... возможно, будет поставлен вопрос о прекращении отношений свободной торговли с Украиной, изучением этого вопроса уже занимается Евразийская экономическая комиссия».

В украинском Кабмине поспешили заявить, что такое невозможно. Так, в комментарии агентству РИА «Новости» (22.08.2013) правительственный уполномоченный по вопросам сотрудничества с РФ, странами СНГ, ЕврАзЭс и другими региональными объединениями Валерий Мунтиян заявил: «Во-первых, выход из ЗСТ — это суверенное право Украины. Во-вторых, исключение стороны из ЗСТ не предусмотрено действующей договорной базой. В-третьих, это не выгодно ни Украине, ни России, ни другим участникам договора». Согласно соглашения о ЗСТ СНГ, подписанного в октябре 2011-го, уточнил В. Мунтиян, «прекращение действия договора для любой из его сторон возможно лишь только при направлении такой стороной депозитарию Исполкома СНГ письменного уведомления о таком своем намерении не позднее чем за 12 месяцев до выхода... Поэтому прекращение действия договора и тем самым режима свободной торговли возможно только при согласии на это стороны договора. Выход же, например, России, из договора приведет к ее отказу от режима свободной торговли не только с Украиной, но и другими государствами СНГ», — подчеркнул он.

Что до суверенных прав Украины, тут не поспоришь — как говорят, хозяин — барин. Что же до выгод России и других участников договора, то тут, полагаю, они сами будут подсчитывать — насколько им «интересен» наплыв товаров из Украины, вытесненных европейскими производителями.

Наконец, по поводу договорной базы о ЗСТ СНГ, которая-де не предполагает «исключение стороны из ЗСТ». Существует такой документ, как Приложение №6 к договору о создании ЗСТ СНГ. А в нем сказано: «В случае если участие одной из Сторон в соглашении, предусмотренном пунктом 1 статьи 18*, ведет к росту импорта из такой стороны в таких объемах, которые наносят ущерб или угрожают нанести ущерб промышленности Таможенного союза, то государства — участники Таможенного союза без ущерба для применения статей 8 и 9 настоящего Договора после проведения соответствующих консультаций Сторонами, оставляют за собой право ввести пошлины в отношении импорта соответствующих товаров из такой первой Стороны в размере ставки режима наибольшего благоприятствования».

____________________________________
*В статье 18 Договора о зоне свободной торговли СНГ говорится о том, что Стороны имеют право заключать договора о свободной торговле с другими странами и объединениями.

Уверен, что именно нормы Приложения №6 и имел в виду Сергей Глазьев, говоря о возможном прекращении отношений свободной торговли с Украиной в случае подписания Соглашения об ассоциации с ЕС (составной частью которого является ЗСТ Украина — ЕС) — ТС в случае резкого роста импорта из Украины имеет право вводить пошлины в отношении ее товаров (что и есть не что иное, как прекращение отношений свободной торговли).

И тут необходимо подчеркнуть (в свете известной любви украинских политиков и чиновников к поискам в любых действиях России «шантажа» и «давления»): ничего нового! Об этом официальный Киев был давно предупрежден. В частности, еще 20 октября 2011 г. Сергей Глазьев в ходе видеомоста, посвященного обсуждению соглашения о зоне свободной торговли между странами СНГ, заметил: «Я не исключаю, что в любой момент одна из сторон (СНГ) потребует проведения консультаций по поводу зоны свободной торговли с Евросоюзом». И если по результатам этих консультаций выяснится, что угроза действительно существует, то в соглашении о ЗСТ могут возникнуть новые защитные меры. «В этом случае, если правительства (стран СНГ) признают, что возникают угрозы для нашей взаимной торговли, наша сделка может начать размываться, т. е. появляются новые изъятия, и вместо дальнейшей интеграции мы можем получить новый барьер», — подчеркнул он.

О том же два месяца назад в интервью «Коммерсантъ Украина» (№101 (1804), 19.06.2013) говорила министр Евразийской экономической комиссии Татьяна Валовая: «я хочу напомнить, что в договоре о создании ЗСТ в рамках СНГ есть отдельное положение, согласно которому, если создание ЗСТ с третьими странами нанесет ущерб промышленности ТС, нарушит условия, исходя из которых проводились переговоры, то пострадавшие страны имеют право вернуться к практике взимания пошлин. О чем идет речь? Я откровенно скажу, что согласно гипотетическому сценарию Украина может создать ЗСТ с Европой на не самых лучших для себя условиях. Это вполне возможный сценарий, поскольку Украина одна, и ей трудно рассчитывать на благоприятные условия в переговорах со всем Евросоюзом. Пока это никому не удавалось. И вот на рынки Украины поступает различная продукция из ЕС, вытесняя украинскую продукцию на рынки ТС. Речь идет не о реэкспорте европейской продукции, хотя это также возможно, а о замещении товара. Законодательная база позволяет ТС реагировать на это, ведь договор подписывался в совершенно других экономических условиях. Поэтому хотя создание ЗСТ с Евросоюзом и не является недружественным шагом, но, находясь в режиме ЗСТ и с другими странами, Украина должна просчитывать последствия».

Будем на это надеяться — официальный Киев отдает себе отчет в том, что делает, и каковы будут последствия его шагов.

В прошлом украинское руководство не раз демонстрировало подход «сначала делаем — потом думаем». Так было при вступлении в ВТО, когда сначала «опережали Россию» и шли на многочисленные уступки всем подряд, а потом хватались за голову и ставили вопрос о пересмотре тарифов (но, как известно, безуспешно). Так было со вступлением в Европейское энергетическое сообщество, членство в котором заблокировало Украине возможность создания газотранспортного консорциума с РФ (а он мог стать инструментом снижения цены на газ и гарантий транзитных объемов), но при этом расчеты на помощь организации в защите украинских интересов (в частности, по недопущению строительства обходных газопроводов) оказались тщетными.

Надо полагать, в Киеве и теперь — готовясь к подписанию соглашения с ЕС — делают ставку на бендеровское «Запад нам поможет» (в современном варианте «Европа нас защитит»). Как бы эта ставка не оказалась очередной пустышкой.

Сергей ЛОЗУНЬКО



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх