,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Будни революционеров
+11
Шел третий месяц революции. Над залом заседаний Верховной Рады, где держала оборону оппозиция, витал запах немытых женских и мужских тел, отходов жизнедеятельности, «Mad faggot», любимого парфюма Пляшко, перебивающего даже эти колоритные ароматы своим сладким благоуханием.

Будни революционеров


Внезапно дверь открылась и в помещение вошли вожди: Олег Тягнибес, в темно-синей вышиванке, художественно расписанной трехпалыми желтыми клешнями и свастиками, и пламенный Растений Морковнюк в камуфляже и каске, которая при ходьбе постоянно наезжала ему на глаза. За ними двое здоровых охранников, натужно пыхтя, тащили мешки с продовольствием.

Вдруг послышался громкий топот, как будто к водопою бежало стадо умирающих от жажды носорогов. Толпа оппозиционеров раздалась, что-то похожее на громадный шар налетело на охранника, сбило того с ног, схватило мешок с едой и, довольно сопя, так же быстро укатилось под трибуны. Через несколько секунд в зале заблокированной Верховной Рады раздался треск разрываемой ткани, затем пространство заполнило энергичное чавканье, которое иногда сменяло довольное выразительное похрюкивание.

- Що це було? – поразился Растений, дрожащими пальцами поправляя чуть не слетевшие с носа из-за неожиданной атаки колобка-гиганта очки.

- Та це Андрюша Иллиенко, – доверительно сообщил лидеру нардеп Дуринец. - Зголоднів хлопець, уже години три нічого не їв.

Чавканье на секунду прекратилось, из трибуны выглянула бегемотообразная мордища Иллиенко, который услышал собственную фамилию. Хомячьи щеки свободовца раздувались как паруса, заполненные ветром, вобрав в себя полпалки бывшей в мешке салями, остаток которой торчал между его пухлыми губами. Со стороны Андрей напоминал перекормленную морскую свинку, которой неизвестные садисты загнали прямо в пасть какой-то крупный продолговатый предмет.

Продолжая усиленно пережевывать пищу, юный фашист убедился, что его никто не звал, и, продолжая довольно чвакать, опять скрылся за трибуной.
Растений глянул на бордовые штаны Дуринца, затем его лиловую вышиванку, усеянную сине-желтыми узорами, оценил лихорадочный шизофренический блеск в очах нардепа и его тупоносые коричневые ботинки, и боязливо отодвинулся назад.

- Що таке? – удивился Дуринец, по инерции придвигаясь к Морковнюку. От резкого движения с давно немытых длинных волос нардепа, обвязанных какой-то подозрительной серой тряпкой, поднялось облачко перхоти, медленно оседая на плечах его модернисткой вышиванки, а микроскопические кусочки сала и капли кетчупа, висевшие на бороде, полетели вниз.

Растений немножко ошалел от такой сюрреалистической картины, и, проигнорировав вопрос Дуринца, поправил в очередной раз наехавшую на глаза каску и повернулся к толпе депутатов, деловито копавшихся в мешках с припасами.

- Ну, показуйте, як ви тут улаштувалися, – распорядился он стоящему с ним рядом Александру Турчанову.

- Ходімо, – взял его под руку яйцеголовый пастор.

- Ось тут у нас спальня, – подвел он Растения с Тягнибесом к сектору возле трибуны. - Тут територія Батьківщини, – указал Турчанов на сектор, над которым гордо висели плакаты «Вона вже сидить – Вони ще крадуть». «Свободу Тимашенке, Лозинскому и педофилу Завадскому – справжнім героям незалежної України».

- Ось тут територія "Свободи», – махнул пастор рукой в сторону сектора с нарисованными свастиками, надписями «Україна понад усе», «Не ображайте закомплексованих карликів, серед них може бути новий Степан Бандера», «Кішки зло», «Гітлер вчора - Тягібес сьогодні».

- Що це таке? – лицо Тягнибеса злобно перекосилось, чугунная челюсть вызывающе выдвинулась – Провокація?

Фюрер резко ткнул пальцем в плакат – «Бандера прийде - навоз прибере».

- Та ні, навоз, це про ворогів титульної нації, – торопливо начал убеждать главу фашистов угодливо подскочивший к нему « свободовец» Беднюк.

- Зрозумів, – искаженные черты Тягнибеса разгладились, - тоді нормально.

- А тут у нас територія "Удару", – продолжал экскурсию по заблокированной Раде Александр Веньяминович, широко улыбаясь до ушей.

Растений проследил за его взглядом и гаденько захихикал, ознакомившись с плакатом: «Стране нужны интеллектуалы. Кандидат наук, ученый Виталий Клячко – наш президент»!

К нему сразу подскочил возмущенный смехом над лидером Валя Наливайко.

- Че скалишься, пейсы жмут? – злобно осведомился он.

Растений набрал воздуха в грудь, собравшись достойно ответить этому негодяю, но тут увидел средний палец, который ему показывал Эдуард Хрючиц по кличке «жаба».

Нижняя губа Морковнюка задрожала. Достав мобильный телефон, он, трясясь от гнева, начал набирать телефон «прыщавого», чтобы как в былое время, обиженно сопя, пожаловаться «шефу» на выходки «быдла», но вовремя вспомнил, что Йущенга уже не президент.

Добил Растения какой-то небритый толстый коротышка из «Удара», который со словами «вот тебе, на, успокойся», сунул ему в руку здоровенную морковь.

После такой выходки «главный кролик парламента», истерически всхлипнув, пробормотал что-то про «жопу», в которую он что-то собирался засунуть, и «суку Дурнева, из-за которого его постоянно троллят этим продуктом".

Удивленные нетрадиционными желаниями «лидера» депутаты молча наблюдали, как Растений отбросил ставший ему ненавистный в последнее время красный овощ, и громко подвывая, разбрызгивая сопли и слюни, выбежал из помещения Рады.

А тем временем Турчанов продолжал общаться с Тягнибесом, позабыв об «обиженном» кролике.

- А де у нас біотуалети? – с любопытством поинтересовался фюрер, – ми ж з Растэнием і Віталком на них 100 тисяч вам давали.

Александр Веньяминович непроизвольно нахмурился, его неправдоподобно алые губки обиженно надулись и сложились в фигуру, напоминающую куриную жопку, и даже его лысина заблестела как-то особенно возмущенно.

«Туалетные» деньги он уже потратил на ландшафтный дизайн возле своего громадного особняка, а на оставшиеся несколько сотен гривен купил коллегам полусотню ночных горшков.

- Ходімо, – увлек он за собою Тягнибеса.

- Ось все тут, – зайдя под ширму из покрывал, Турчанов королевским жестом указал на горшки, расставленные на огороженной территории.

Увидя шефа, кряхтящие на этих «средствах гигиены» «свободовцы» Мутник и Коршолинский вскочили и, преданно глядя на фюрера, вскинули руки в традиционных «зигах».

- Сидіть, сидіть, – барским движением руки Тягнибес заставил своих соратников продолжать процедуры.

Фюрер окинул злобным взглядом десятки горшков и резко повернулся к Турчанову, но глянув в его немного выпученные бессовестно «честные» глаза, вздохнул и отвернулся.

- Ну, гаразд, я це все розумію, – устало проговорил Тягнибес, рассматривая горшки с наклейками «Фарион», «Наливайко», «Дуринец», «Бодренко», «Катюринчук». - Але це що? – указал он на громадную десятилитровую кастрюлю с неразборчивой подписью, выглядящую среди стандартных «средств гигиены», как Гулливер в окружении лилипутов.

Подошедший к лидеру, Андрюша Иллиенко чуть не поперхнулся куском пережевываемого сала, покраснел, сконфузился, и быстро сдав назад, спрятался за спины депутатов.

Спецзаказ, – радостно отвечал Турчанов, понявший что скандала и глупых вопросов о деньгах не будет – для члена вашей фракции.

- Гаразд, мені пора в штаб на нараду – вздохнул Тягнибес, вспомнив о предстоящем отчете, о «революционных действиях» в посольстве США. Он кивнул соратникам и сопровождаемый охраной вышел из помещения Рады…

Продолжение следует…. (может быть)

Алексей Слободан



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх