,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Армейская аллергия на власть
+1
Стереотипы мышления политологов

Интересно, понимают ли руководители политсил и сотрудники их избирательных штабов необходимость и сложность работы с целевой аудиторией, включающей военнослужащих, ветеранов ВС, членов их семей и близких к ним категорий граждан? И параллельно возникает второй закономерный вопрос, более волнующий политологов: насколько многочисленны силовые структуры, чтобы их голоса повлияли на исход голосования?
На первый взгляд, пессимистическое отношение к этой теме вполне обоснованно: численность ВС сейчас очень незначительная — менее 200 тыс. чел. Действительно, такая цифра не вызовет особого энтузиазма ни у самих кандидатов, ни у политологов и сотрудников избирательных штабов.
Существует стойкое убеждение, что военные голосуют по приказу своего командования. А раз так, то и работать с такой целевой аудиторией нет смысла. Увы, это не голословное утверждение, а вывод, сделанный в результате общения со многими специалистами в этой сфере. Помнится, как один из руководителей избирательных штабов у целого ряда политических сил и одновременно политолог Олег Медведев горячо доказывал автору этих строк нецелесообразность расходования «избирательных ресурсов» на эти группы избирателей.
Но в этом и заключаются первые ошибки политсил и кандидатов-мажоритарщиков: недооценка численности избирателей в погонах и неверный стереотип мнений о типе их голосования.
На самом деле реальная численность военного электората и близких к ним категорий граждан гораздо больше. Ведь на момент распада Союза на территории Украины группировка войск насчитывала, по разным оценкам, около 900 тыс. военнослужащих. Часть из них уехала в другие республики СССР, но число украинцев-военнослужащих, вернувшихся в начале 90-х годов на родину, еще больше. Сейчас продолжают служить немногие из них, подавляющее большинство уже в запасе и частично являются военными пенсионерами. Но утверждать, что они, преимущественно офицеры, потеряли духовную связь с армией — преждевременно.
Родственная группа для них — сотрудники предприятий ОПК, которых в Украине на момент обретения независимости было от 1,5 до 2,5 млн. человек.
Давайте вспомним ветеранов более старших возрастов, а также членов семей упомянутых категорий сограждан и обнаружим, что рассматриваемая нами целевая аудитория на самом деле состоит из нескольких миллионов человек, причем достаточно зрелых возрастов. Такая цифра заставит задуматься любого специалиста в сфере избирательных технологий.

О работе с «военным электоратом»

Примеры работы с военнослужащими, притом вполне успешные, в нашей истории уже были. В этой связи следует упомянуть последовательную позицию Компартии Украины, которая из года в год находит возможность своей партийной деятельностью охватывать проблематику национальной безопасности, силовых структур, ОПК, ветеранов и т.п.
Были и другие случаи интереса к данной теме. Например, в начале 2000-х годов Центр Разумкова смог реализовать проект «Армия и выборы», в ходе которого на деньги спонсоров детально изучил данную тему и разработал рекомендации соответствующим политикам. А партия «Яблоко» даже запускала проект независимого информационно-аналитического издания для военнослужащих.
Некоторые крупные политические партии страны имеют в своих штабах (или под своим крылом) так называемые военные структуры. Например, «Товариство українських офіцерів» под вывеской БЮТ. Но преувеличивать их роль и возможности не стоит: обычная имитация активной работы среди военных и «высасывание» денег из партийных касс. При этом принимать во внимание другие малочисленные партии, образованные бывшими «силовиками», не будем. Они или «однодневки», или завуалированные «филиалы» более влиятельной политсилы. Помимо этого, известно много случаев до банальности простой «покупки голосов» военных избирателей путем оказания им материальной помощи «спонсорами».
Но времена меняются, и сегодня нужно понять, что подкупом военнослужащих различными видами спонсорской помощи уже невозможно достичь эффекта, который был возможен в 90-х и в начале 2000-х годов. Прежде всего это четко ограничено и во многих случаях просто запрещено действующим законодательством. Но самое главное то, что вряд ли кто из военных руководителей независимо от ранга рискнет принять спонсорскую помощь для своих подчиненных от партий «оранжевой» направленности.
Заметим, что почти одновременно со стартом избирательной кампании в войска из Минобороны направлены соответствующие распорядительные документы, требующие, с одной стороны, обеспечить беспрепятственное информирование военнослужащих и членов их семей по основным аспектам предстоящих выборов, а с другой — не допустить их втягивания в различные противоправные варианты избирательного процесса.
Искать какие-то другие официальные документы, даже самые секретные, обязывающие командиров обеспечить «нужное голосование», бесполезно: никто не рискнет брать на себя юридическую ответственность, подписывая такой документ. Но вот устные требования, рекомендации по данному вопросу исключать нельзя, ведь слово к делу не подошьешь.
Один знакомый офицер поделился воспоминаниями, как в начале 2000-х его вызвал непосредственный начальник и открыто спросил, за кого на очередных выборах собирается голосовать вверенный ему батальон. Поскольку офицер был далек от политики, то честно ответил, мол, пускай люди голосуют за кого хотят. Реакция была самой резкой: «Вы не понимаете важности момента. Проведите со своими подчиненными работу надлежащим образом».
Сейчас, пожалуй, таких «прямолинейных» ходов ожидать не приходится. Но вполне очевидно, какой результат голосования военнослужащих хотят видеть большинство нынешних военных руководителей высокого ранга: ведь своими должностями они обязаны действующей власти.
Что реально следует сделать командирам всех уровней, так это исключить доступ политических экстремистов типа «полевых командиров Майдана» к оружию и военной технике. К сожалению, эта мысль имеет под собой реальную основу, так как после второго тура президентских выборов 2004 г. спецслужбы получили оперативную информацию о подготовке к захвату вооружения и военной техники силовых структур со стороны представителей некоторых политсил с целью их последующего использования в ходе политических баталий. К счастью, этого удалось избежать. Но не факт, что уроки недавней истории способны остудить некоторые нынешние горячие головы.

Некоторые прогнозы

По сведениям из партийных штабов, ряд «политологов» в угоду заказчикам пытаются размышлять и даже строить «прогнозы» о возможности вовлечения военнослужащих в разные формы противоправных действий на стороне власти и оппозиции в случае серьезной дестабилизации обстановки в стране. Наверное, это самая большая иллюзия с их стороны. В принципе в былые годы армия действительно играла существенную роль во внутриполитической жизни. Вспомним дворцовые перевороты в Петербурге или спасение маршалом Г. Жуковым Никиты Хрущева при попытке в 1957 г. отправить его в отставку «антипартийной группой» Молотова, Кагановича, Маленкова и «примкнувшего к ним Шепилова».
Да и сейчас в некоторых странах, причем вполне цивилизованных, вроде Турции, сохраняется сильное влияние военных на внутриполитическую жизнь, вплоть до возможности военного переворота. Но это, как говорится, не о нас. Ведь за годы перестройки и последующей независимости «реформаторы» сделали все, чтобы в прямом и переносном смысле «втоптать военных в грязь» и вывести их потребности на уровень инстинктов выживания: нищенская зарплата для удовлетворения самых примитивных потребностей, отсутствие жилья и постоянные реформы, отбивающие всякую охоту выкладываться на службе. Какая при этом может быть с их стороны гордость за страну, готовность к самопожертвованию и пр.?
Вывод напрашивается один: военные вряд ли захотят становиться пешками в чужой игре ни для одной из сторон гипотетического внутригосударственного политического кризиса. И если в случае внутреннего вооруженного конфликта они будут защищать гражданских людей от экстремистов любого толка, то опускаться до уровня жандармов и принимать участие в подавлении каких-либо массовых акций сопротивления и тем более самим в них участвовать они не захотят, а найдут множество причин этого не делать вообще или как минимум свести все к имитации бурной деятельности.
Что касается возможности военного админресурса влиять на ход голосования своих подчиненных, то это наглядно демонстрирует следующий пример. В 2007 г. Анатолий Гриценко, будучи министром обороны, вошел на парламентских выборах в первую десятку от НУНСа. Он придумал хитрый способ вести избирательную пропаганду среди подчиненных, формально не нарушая закон: практически каждую неделю брал по нескольку дней отпуска и разъезжал по регионам в рамках избирательной кампании. В те дни он встречался с военнослужащими и членами их семей, выступая как официальное лицо. Кто не верит — может просмотреть архивы новостей за этот период, как министр обороны встретился, например, с офицерами N-ского гарнизона, на котором проинформировал присутствующих о деятельности руководства государства (читай «оранжевых») «по укреплению обороноспособности страны».
Министр обороны по наивности считал, что нововведения, которые появились при нем в украинской армии (деятельность по интеграции в НАТО, попытки борьбы с коррупцией, стремление сделать кадровые процедуры более прозрачными и честными и т. п.) обеспечат единогласную поддержку НУНС. Но что-то не сработало, и военнослужащие в день голосования проигнорировали «оранжевых» банальнейшим образом.
Через короткое время ситуация повторилась, но уже на президентских выборах 2010 г.: не любят военные голосовать за популистов-реформаторов. Безусловно, нас могут упрекнуть, что это голословное утверждение, которое не подкреплено реальными цифрами. Но это не так. На тот момент за границей находились два украинских миротворческих контингента: вертолетный отряд в Либерии и «УкрПолбат» в Косово. Для них организовали два отдельных избирательных участка. Т.е. все проголосовавшие на них были военнослужащими украинской армии и результаты их волеизъявления официально зарегистрированы.
Справка «2000». На избирательном участке № 51 (город Монровия, Либерия, 56-й отдельный вертолетный отряд из состава Миссии ООН) заграничного избирательного округа в 1-м туре выборов Президента Украины в январе 2010 г. приняли участие 296 человек. Известны результаты подсчета голосов: у А. Гриценко — 49 сторонников (16,55%), зато у В. Януковича их гораздо больше — 140 (47,28%). Очень похожее отношение к своему бывшему министру и у избирателей в погонах заграничного избирательного участка № 87 (населенный пункт Брезовица, Косово), где находится «УкрПолбат». Там проголосовали 185 человек, из которых за Гриценко получен 31 голос (16,76%), а за Януковича — 87 (47,03%). Источник — сайт ЦИК.
Вроде бы и есть сторонники у «борцов за права военных» из «оранжевого» лагеря, но уж слишком большой отрыв был в голосах от сторонников ныне действующего президента. И прошу заметить, что голосовали не полуграмотные солдаты срочной службы, а исключительно профессиональные военнослужащие — офицеры и контрактники.
Кстати, ротация упомянутого вертолетного отряда готовилась на базе полка армейской авиации, размещенного в Херсонской области, но в его составе — заметный удельный вес военнослужащих из «національно свідомой» Львовской области. Получается, что военный админресурс игнорировали даже выходцы из западной части Украины, не говоря уж об остальных регионах.
Но эксперты в последнее время отмечают настораживающую тенденцию: военное ведомство все делает для того, чтобы военнослужащие и близкие к ним категории граждан голосовали не за действующую власть, а поддержали, например, Объединенную оппозицию. Судите сами. Именно в 2012 г. в армии начались масштабные сокращения. Нынешние «реформаторы» решили выйти на численность ВС в пределах около ста тысяч человек, т. е. почти половина военнослужащих, в первую очередь офицеры и контрактники, должны покинуть армию. Воодушевлены ли они такой перспективой, чтобы голосовать за действующую власть? Неужели этого не понимают на Банковой и в Минобороны?
К тому же военнослужащие, которые сами пытаются приобщиться к активной общественно-политической работе, во многих случаях переступают грань дозволенного, так как армия по определению вне политики, а членство в партиях и партийная деятельность для людей в погонах вообще запрещены. Важно также то, что подобные действия вызывают осуждение и у сослуживцев. Например, авторитет таких военачальников, как генерал Радецкий и адмирал Тенюх, сильно упал после того, как они показались на трибуне Майдана в военной форме. На собрании офицеров ВМС в Севастополе сослуживцы указали тогда еще капитану 1-го ранга Тенюху на поведение, не имеющее ничего общего с офицерским званием...

Вместо выводов

Парадоксально, но все чаще убеждаемся в том, что до сих пор на электоральном поле существует обширная незаполненная ниша. По большому счету за 20-летие независимости почти ни одна крупная партия не пыталась работать системно среди военного электората. Люди в погонах не почувствовали, что они кому-то нужны и кто-то реально, особенно в период между избирательными кампаниями, отстаивает их интересы. Нет, политические партии нельзя создавать по профессиональному признаку, но если политсила претендует на лидерство в стране, то по определению обязана охватить большинство населения и стать выразителем интересов упомянутого большинства.
А это сделать становится все сложнее, так как у самих военнослужащих уже аллергия на те партии, которые успели побывать при власти. Ведь их лидеры обещали военным золотые горы. Где сейчас Ющенко, Тимошенко и иже с ними со своими обещаниями? Действующая власть в лице Партии регионов также наступает на грабли своих предшественников, повторяя те же ошибки...
В столь низкой поддержке виноваты сами политики. Почему бы им не включить в проходную часть списка нескольких представителей различных слоев нашего населения, в том числе и военных? Ведь в СССР Компартия строго следила, чтобы среди кандидатов в депутаты всех уровней были представители всех профессий, национальностей, регионов и т. д.
Полагаем, политсилам, рассчитывающим на реальную поддержку военного электората, нужно осознать и воплотить в жизнь несколько простых вещей. Прежде всего обратить внимание на многочисленность и перспективность упомянутой целевой аудитории избирателей в погонах, на специфический характер работы с ней. Попытаться стать действительно своими для военнослужащих.
Наверное, им очень помогло бы включение в проходную часть списка уважаемых в украинской армии людей, в первую очередь военачальников, имеющих реальный авторитет среди подчиненных.
Не помешали бы нормальные СМИ или интернет-проекты для военнослужащих как альтернатива зашоренным ведомственным газетам или желтой прессе военизированной направленности.

Очевидно, что нынешним украинским политикам, желающим прийти к власти на будущих выборах, следовало бы внимательно ознакомиться с результатами выборов минувших и понять, что нужно делать сейчас для будущих избирателей в погонах в обмен на их симпатии и поддержку. Плохо, что избирательная кампания в парламент стартовала, партийные планы уже разработаны, списки кандидатов составлены. За оставшиеся два с лишним месяца изменить что-либо вряд ли удастся. Но это уже проблемы партий, а не избирателей. Ведь выборы-2012 далеко не последние...

Николай ТКАЧЕВ



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх