,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Кризис УКРСУЧЛИТА
0
В какой-то мере я счастливый человек. Значительная часть моей жизни прошла в украинском селе. Знакомство с младых ногтей с настоящей народной "мовой", ныне презрительно именуемой "суржиком", помогло мне с детства без проблем читать украиноязычную литературу.

При этом подчеркну, что именно советскую украиноязычную литературу, когда украинскую "мову" не пытались искусственно развести с русским языком. Когда "мова" имела шанс, преодолев последние искусственные препятствия, возведенные лингвистической профессурой, стать действительно письменной формой того же "суржика" - языка, на котором осуществляло свою коммуникацию около 70% этнических украинцев, а не тем, что пытаются сделать из украинской мовы сейчас, - письменную форму канадско-галицкого диалекта, на котором от силы говорит процентов 10 всех украинцев.

Благодаря знанию суржика мое знакомство с украинской литературой в 80-х годах началось с Остапа Вишни, Всеволода Нестайко (лучшего украинского детского писателя), Петра Панча. Потом, когда подрос, были Олесь Гончар, Павло Загребельный, Зинаида Тулуб. Сюда надо добавить украиноязычные переводы произведений Кира Булычева, Ярослава Гашека и Мигеля Сервантеса. Так что представление об украинской литературе и возможностях украинского языка у меня сложились еще до тех процессов, которые начались на Украине в связи с обретением ею независимости.

До 1991 года украинская литература и идеологический официоз существовали в значительной мере параллельно, давая возможность творцам экспериментировать со стилями, сюжетами и направлениями, при этом максимально приближая устную речь к письменному языку. До "независимости" государство поддерживало литературный процесс в целом, запрещая только явные выпады против коммунистической системы, после же 1991 года новообразованное государство необычайно сильно плюнуло на культуру и стало поддерживать исключительно верноподданические и идейно выдержанные художественные произведения. В результате наступил коллапс украинской литературы.

Ведь перед какой дилеммой оказался потенциальный украиноязычный писатель? Можно написать даже интересную, но просто книгу, без идеологических посылов и творческого осмысления лозунгов "державного будівництва". Отнести рукопись в коммерческое издательство и в лучшем случае получить гонорар в размере трех-пяти тысяч гривен. Подчеркну - в лучшем случае. Это при том, что хорошая книга пишется минимум полгода и отнимает гигантское количество сил, времени и средств. То есть книгописание на украинском языке - вещь крайне невыгодная, поскольку коммерчески не оправданна. Трагическая судьба украинского языка и украиноязычных писателей - результат того, что с 1991 года над украинским языком постоянно проводят какие-то зверские эксперименты, суть которых можно свести к формуле "Мова, геть від язика", когда в украинский язык искусственно начали вводить множество польских и немецких заимствований, архаизмов и просто выдуманных слов (наподобие "новинар", "проголос", "чарунка", "нетрі", "первина", "залюднення" и т. д.).

В результате текст, написанный современным украинским языком, у истоков которого стояли Шевченко, Франко, Леся Украинка, вообще перестает быть понятным даже для украиноязычных читателей и воспринимается ими так, как русскоязычные читатели воспринимают книги, написанные на старославянском: общую канву понять можно, а нюансы - нет. Понятно, что такая литература будет иметь ограниченный круг почитателей и вряд ли когда-нибудь станет финансово рентабельной. Поэтому для украиноязычного писателя есть два пути добиться финансового успеха: получить литературную премию имени Шевченко, которая еще совсем недавно составляла астрономическую сумму - четверть миллиона гривен, или же организовать скандал вокруг своего литературного творения. В результате современная украинская литература в своей основе состоит из двух видов произведений - политконъюнктурных книг, написанных ради премий, и скабрезно-сексуальных романов (ради скандалов).

Подойдем к полке с современной украинской литературой и посмотрим книги самых известных авторов и самые резонансные произведения. Вот, например, недавно почивший в Бозе Олесь Ульяненко (Александр Ульянов) получил малую Шевченковскую премию за роман "Сталинка". Для того чтобы читатель понял, что представляет собой этот роман и за что у нас премии раздают, привожу небольшую цитату: "І відтоді Лорд почав придивлятися до старого жида Бушгольца, що завше осторонь - чи то дурень, чи ні те ні се; божевільня прокидалася о пів на шосту, - хворі не вставали, а санітарам уривався терпець, тож перекидали просмерділі матраци: хворі й побожеволілі лежали пластом, купи тіл ворушилися, жвавіші топтали і били ногами геть нерухомих, а потому всі гуртом перлися до виходу, пускаючи прозоре плетиво слини". И в таком стиле весь роман. Продраться сквозь заросли текста не представляется возможным. При этом в романе предостаточно эпизодов, в которых автор смакует сцены секса и насилия.

Другой не менее раскрученный современный украинский автор Лесь Поддеревянский известен в основном тем, что его пьесы изобилуют матами. Самое интересное, что пьесы даже ставятся. На эти постановки заявляется весь литературный бомонд, что как бы символизирует: я не ханжа, и понимаю, что и низкие жанры в литературе должны быть представлены. Но помилуйте, не только же низкие. Где жанры высокие? Да хотя бы средние? Их в современной украинской литературе просто нет. Хотя, наверное, где-то есть. Но о них ничего не пишут критики, их не рекламируют издательства, их авторов не приглашают на ТВ, им не раздают премии.

Остальные деятели укрсучлита (так обычно сокращают термин "сучасна українська література") недалеко ушли от своих матерящихся коллег по цеху. Например, писательница Оксана Забужко, автор громкого по названию и пустого по содержанию романа "Полевые исследования украинского секса", описывает сексуальные похождения украинской феминистки, используя нецензурную лексику. Забужко известна и своими псевдофилософскими размышлениями о судьбе народа, естественно украинского, который злостно угнетала советская власть.

А вот распиаренный украинскими националистами и не менее бездарный роман Василия Шкляра "Черный ворон", написанный в стиле псевдонатурализма и имеющий явный ксенофобский уклон, за который, что тоже вполне естественно, автору дали Шевченковскую премию. Напомним, что Шкляр - заместитель руководителя Союза писателей Украины. Возникает вопрос: насколько непредвзятым был выбор? Содержание романа активно обсуждалось в прессе и на ТВ, поэтому не буду повторять яркие сцены романа про "писающих евреек" и "обгадившихся кацапах".

Такой же политический уклон просматривается и в последнем произведении Лины Костенко "Записки украинского сумасшедшего". Вот цитата из этого "художественного" произведения: "Папа Римський розпочав своє дев'яносто третє паломництво. Сьогодні він прибув до Греції. Черниця піднесла йому чашу з землею, і він поцілував ту землю. І вибачився за кривди, які заподіяли тут хрестоносці. Ще коли вони були, ті хрестоносці! - а він вибачився. Торік він взагалі попросив у Бога прощення в Соборі святого Петра за всі гріхи католицької церкви протягом двох тисяч років. Можна собі уявити московського патріарха, щоб він вибачився перед народами, які зазнали від Росії кривд? Можна собі уявити Росію, що визнала б свої провини і покаялася? За репресії, за депортації, за Голодомор? За ту колись пошматовану Польщу. За поневолену Україну. За "сторозтерзаний Київ". За кров'ю залитий Кавказ. За поневіряння кримських татар. За вторгнення в Афганістан. У Будапешт, у Прагу. За Берлінський мур. За Чорнобильську атомну, що отруїла наші й суміжні землі. Та, зрештою, перед своїм власним народом - за переслідування найдостойніших своїх громадян, за руйнування храмів, за всіх тих убитих хлопців у її неоголошених війнах. Ні, вона вже покрикує на Німеччину, щоб хутчій платила остарбайтерам компенсацію. А що б подумати про свої власні борги - репресованим, депортованим, силоміць вивезеним народам. Їхнім спустошеним землям. Їхнім пограбованим поколінням. У кожної нації свої хвороби. У Росії - невиліковна".

Это пишет 81-летняя женщина, всю сознательную жизнь прожившая при советской власти (и изрядно эту власть нахваливавшая) и выдаваемая сейчас за совесть нации.

Других рекламируемых авторов в укрсучлите сейчас нет, и это очень грустно. Я понимаю людей, в первую очередь русскоязычных жителей Украины, которые пытаются познакомиться с тем, что сейчас выдают за украинскую литературу, и в результате брезгливо отстраняются от этого культурного явления.

В советские времена у украинской литературы был большой культурный потенциал, разбазаренный на политическую конъюнктуру и дешевые скандалы на независимой Украине. Пора набраться смелости и заявить, что король голый, и начинать с нуля строить новую украинскую литературу, которая не будет вызывать отторжения у большей части своего народа. Первым шагом в этом тяжелом, но необходимом деле должно стать возвращение языка народу. В украинском языке должна быть проведена жесткая деполонизация и дегерманизация. В конце концов, мы живем не в Речи Посполитой и над нами не свистят панские кнуты.

Сделаем "язык для народа, а не народ для языка", и тогда закономерным явлением станет оживление литературного процесса, привлечение к нему новых масс как читателей, так и писателей. Возможно, тогда издание книг стотысячным тиражом будет обычным делом, а популярность авторов будет определять не комиссия по присуждению Шевченковской премии, а народ.

Алексей ИВАНОВ



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх