,


Наш опрос
Нравиться ли вам рубрика "Этот день год назад"?
Да, продолжайте в том же духе.
Нет, мне это надоело.
Мне пофиг.


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Путин – версия 3:1, или Советский православный Владимир Владимирович Чавес?
  • 26 августа 2013 |
  • 08:08 |
  • Alive |
  • Просмотров: 418
  • |
  • Комментарии: 5
  • |
-10
7 мая 2012 Владимир Путин , который не выпускал из рук бразды правления и, будучи премьер-министром, вернулся на пост президента России. Первый год третьего срока правления Владимира Путина представители либерального направления в русской, да и европейской политике оценивают, безусловно, негативно, но весьма интересны нюансы в оценках.

Глава движения Союз правых сил психолог Леонид Гозман подчеркивает, что Путин отступил даже от своих прежних позиций и пошел на раскол общества.

Леонид Гозман: Если распределять все годы - 13 лет его власти – ранжировать их, то я могу сказать, что этот год был самый плохой. Потому что, с моей точки зрения, это не просто год упущенных возможностей по реальной политической стабилизации и социально-экономическому развитию страны, это год очень сильного отката. Владимир Владимирович, в общем, особым демократизмом никогда не отличался, но столь резкий поворот от нормальной жизни к архаике – от XXI века к XVII – раньше не случался.

Год ознаменовался не просто политическими процессами – «дело 6 мая», Навальный, Pussy Riot, но он ознаменовался очень сильным расколом общества. Владимир Владимирович опирается на наиболее архаические его слои (казаки, православные хоругвеносцы и прочая радость), и в экономическом плане наиболее архаические слои.

Потому что Уралвагонзавод, где его так же не любят, как и по всей стране, на самом деле, Уралвагонзавод – это символ индустриального периода развития нашей страны, сталинской индустриализации (я говорю не о жестокости, а о характере предприятия).

Такие предприятия есть во всем мире, от них пока никуда не деться, но в нормальных странах они не составляют лица экономики страны. Он окончательно, видимо, решил не разговаривать с образованными горожанами. К сожалению, я не вижу сегодня хороших, спокойных выходов из этой ситуации. Мне кажется, что страна в тупике, и во многом, в тупике благодаря этому последнему году.

RFI: Значительная часть населения этот курс поддерживает.

Леонид Гозман: И да, и нет. Значительная часть, по оценкам независимых экспертов, за Владимира Владимировича на президентских выборах реально проголосовало порядка половины пришедших на избирательные участки избирателей. И это, конечно, огромная цифра.

Но если вы посмотрите на реальную мотивацию голосовавших за него, то она достаточно странная. Среди электората Владимира Владимировича вы легко находите людей, которые голосовали потому, что больше не за кого голосовать. Потому что, если не Путин, то придут китайцы, американцы, евреи, челябинские метеориты и что-нибудь еще. То есть, чисто негативная мотивация.

Но вы не найдете человека, который голосует за него потому, что за 6 лет он сделает хорошие дороги, за 6 лет он сделает образование и т. д. То есть, нет позитивной мотивации. Это поддержка на фоне пустыни, это тень, которую отбрасывает кактус, но как только вы посадите нормальные деревья, никто под кактусом прятаться от солнца не будет. И довольных людей практически нет.

Политик левых взглядов, депутат Госдумы от партии «Справедливая Россия» Илья Пономарев, настаивает на том, что Путин пытается найти точку опоры среди одной социальной группы.

Илья Пономарев: Это был очень тяжелый год, и мы, действительно, видели нового Путина. Как многие предсказывали, что будет Путин 2:0, некоторые даже ерничали, что это будет Путин 3:0. И действительно, мы видим совершенно другого президента, который опирается на другой слой населения. Если раньше это была риторика в адрес люмпенизированных консервативных слоев, то действительно сейчас это стало его опорой, он стал выражать их интересы и реализовывать собственно программу этого слоя.

Пока, к сожалению, оппозиция не нашла способа, как этому эффективно противостоять, и что можно противопоставить в нашем подходе, но я думаю, что это еще впереди. Но остановится ли Путин и вспомнит ли, что изначально он приходил с совершенно другой повесткой дня в Кремль в 2000 году, это очень, к сожалению, сомнительно.

Потому что, в конечном итоге, сейчас стравливаются друг с другом разные слои населения, и конъюнктурно от этого Путин решает свои конкретные задачи, но стратегически задачи развития и задачи стабильности теряют. А в конечном итоге, любой ответственный политик должен быть заинтересован в поступательном развитии страны, а не в том, чтобы она шарахалась из стороны в сторону и постоянно меняла свою политическую систему.

RFI: А в элите есть силы, которые хотели бы другой России?

Илья Пономарев: Безусловно, есть. Мне кажется, это видно невооруженным глазом. Даже среди тех, кто в принципе лоялен нынешней власти (если под властью понимать систему, которая выстроена Путиным), они, тем не менее, очень скептически относятся к этому консервативному повороту. С большой опаской относятся к изоляции страны от международного сообщества, и вообще, хотят, чтобы страна вернулась, скорее, на тот неолиберальный путь развития, который был в начале 2000-х годов. Правда, моя позиция в том, что я хочу третьего пути, я не хочу возврата в неолиберализм 2000-х.

RFI: А чем вас не устраивает советский консерватизм? Постсоветский.

Илья Пономарев: Меня вообще консерватизм не устраивает. Потому что меня не устраивает развитие страны во имя каких-то искусственных ценностей. Меня устраивает развитие страны во имя интересов человека, во имя возможности для человека самореализовываться. А этого у нас в России уже очень давно не было.

А вот лидер партии «Демократический выбор» Владимир Милов уверен, что обещания показать народу какого-то другого Владимира Путина оказались блефом.

Владимир Милов: Было много комментариев о том, что якобы мы увидим Путина версии 2:0, что это будет новый Путин, который что-то предложит, какой-то проект развития страны. Я думаю, главный итог этого года – это то, что за Путиным ничего нет, кроме стратегического вакуума. Он в общем занят сведением личных счетов с теми, кто ему устроил неприятные месяцы во время зимних выборов и протестов. А он очень озлоблен тем, что его возвращение во власть получилось таким проблемным.

Он видит, что у него падают рейтинги и сложная перспектива, потому что даже лояльные Кремлю соцопросы показывают, что россияне хотели бы видеть нового человека у власти в 2018 году, и Путин все больше ассоциируется с прошлым, а не с будущим. Я думаю, этот вакуум – это главный итог прошедшего года. То, что мы не увидели ничего нового, никакого плана развития страны, движения вперед и решения этих серьезных проблем, которые у нас накопились и обостряются, в том числе, и в социально-экономической сфере.

Мы видим старого, еще более озлобленного Путина, который понимает, что в принципе часики тикают. Он пока еще политически силен, но никуда сдвинуть нашу страну вперед не может. И мне кажется, от этого он будет еще больше злиться. Нас ждут довольно непростые времена в этом плане.

RFI: Но вакуум чем-то заполняется? Таким советским консерватизмом?

Владимир Милов: Власти пытаются во всех этих неоконсервативных штучках якобы опираться на мнение и волю людей, но мы видим, что большинство россиян, хотя и относят себя к людям, исповедующим православную веру, тем не менее, не воспринимают религию как фундаментальный повседневный институт. Поэтому эти заигрывания носят очевидно поверхностный характер – с консервативными настроениями.

Это один из способов продлить жизнь этой зависшей системе управления страной, как-то ее перезагрузить. У меня лично ощущение, что это не срабатывает. Ровно из-за этого у них чуть ли не каждую неделю из табакерки вылезает новая идея: то с гомосексуализмом бороться, то борьба с пьянством за рулем. Всячески эти истории пытаются прикрыть пустоту, вакуум.

На конференции «Без Европы? Границы демократии в России» член Литовского парламента консерватор Мантас Адоменас заявил, что в России торжествует реакция, нарушаются права человека, что она игнорирует Евросоюз.

Мантас Адоменас: Закручиваются гайки для невозможности развития демократических сил – общественных, политических. Я имею в виду все эти принятые законы насчет «иностранных агентов», демонстраций. Это еще более делает атмосферу в России напряженной, с еще более централизированной властью. И дальше все закручивается.

Если посмотреть на позитив за этот год – очень трудно что-то сказать. Коррупция, что – уменьшилась? Не уменьшилась. Права человека, что – улучшились? Не улучшились. Давление на демократические организации, на неправительственные организации, что – исчезло? Нет, еще более усилилось. На медиа – то же самое. Интенсивность, с которой пытается Евросоюз наладить определенные контакты с Россией неадекватны той ситуации, которая создается в самой России. Все это списывается – как ни будь! Как ни будь переживем. И я думаю, это самое опасное. Евросоюз видит своего партнера. И главная цель – это иметь хорошие отношения с Путиным и с созданным им режимом.

В Вильнюсе я встретил бывшего кандидата на пост президента Беларуси Александра Милинкевича. Один из лидеров белорусской оппозиции огорчен тем, что Владимир Путин продолжал поддерживать диктатуру Александра Лукашенко.

Александр Милинкевич: Все-таки демократии в России все меньше, режим катится к жесткому авторитаризму, и мы хорошо в Белоруссии это знаем – что это такое. Это бесперспективно и для самой власти, а тем более для людей. Я искренне считаю, что Россия принадлежит европейской цивилизации, и она должна приближаться к ней. Не обязательно сегодня говорить об интеграции – просто к стандартам европейским.

А Россия уходит. Уходит, при этом желая увлечь бывшие постсоветские страны в эту орбиту Союза Недемократических Государств. Там, где исчезает демократия, я сразу думаю о завтрашнем дне как у нас, так и в России. Поэтому этот год – год больших разочарований, хотя у меня и не было больших надежд на то, что это будет демократия. Но еще более глубоких разочарований, чем я думал в момент инаугурации. Я понимал, что власти нужны определенные успехи, но те успехи, которых она ищет, просто отбрасывают в далекое прошлое Россию.

RFI: В российско-белорусских отношениях что-то принципиально изменилось или все то же самое?

Александр Милинкевич: Все то же самое. Россия всеми способами поддерживает авторитарный режим огромными дотациями в виде дешевых нефти и газа, открытием рынка. И для России – чем у нас меньше Европы, чем у нас меньше демократии, тем лучше. Это для нас плохо. И чем меньше независимости – тоже для России хорошо. Это путь к воссозданию империи. Я понимаю, что коммунистической империи не будет, но то, что воссоздается олигархическая империя – это всем ясно. Мы хотим жить в свободном доме и рядом иметь соседей, которые тоже живут в своем свободном доме.

Ни имперская риторика, ни обещания евразийской интеграции не спасают Владимира Путина от падения популярности, накапливаются раздражение усталость от его появления на экранах, с теми же шуточками и репризами.

Сопредседатель Партии народной свободы Владимир Рыжков видит, что ради преодоления этого тренда был изменен образ Путина.

Владимир Рыжков: В основном, было негативное развитие событий. Изменилась идеология власти. Она стала реакционно-популистской – такое сочетание апеллирования к архаическим ценностям (вера, духовные скрепы, Герои труда, школьная форма, единый учебник, Сталинград, Советский Союз) с популизмом в духе Чавеса и Латинской Америки.

Эти майские указы (8 указов в мае от прошлого года), где обещано повышение всем – пенсионерам, военным, прокурорам, бюджетникам и т. д. – это сочетание рекации и популизма ничего хорошего не сулит, потому что это не модернизация, а наоборот, отказ от модернизации страны.

Эта новая идеология власти повлекла второй результат года – резкое замедление экономического роста. Потому что, чтобы оплатить все эти счета, оплатить все эти обещания, потребовалось резко поднять налоги, и издержки в экономике еще больше выросли.

Это резкое замедление экономического роста – ответ бизнеса на эту новую идеологию, потому что развивать бизнес в реакционно-популистской стране невозможно. Поэтому еще больше побежали деньги, еще больше побежали люди, выросли налоги и, соответственно, замедлилась экономика.

И третий результат первого года Путина – это то, что политическая система окончательно стала корпоративной. Думские партии окончательно встроены в систему, развивается проект «Общенародного фронта», куда включаются профсоюзы, партии, какие-то профессиональные объединения и т. д.

То есть, режим стал еще более популистски-реакционным, экономика еще больше замедлилась, потому что ухудшился деловой климат и его перспективы, а режим стал еще более авторитарным, корпоративистским. Это не сулит России ничего хорошего, это обещает еще большие экономические трудности, еще больший дефицит бюджета, еще больший отток денег и людей и еще более жесткий авторитарный режим, еще больше репрессий и давления на гражданское общество.

Создается впечатление, что оппоненты Кремля поняли за первый год третьего срока Путина: волна морального протеста пошла на спад, и обдумывают новые варианты действий, – говорит лидер партии «Демвыбор» Владимир Милов.

Владимир Милов: У оппозиции, я думаю, есть прекрасная возможность выучить главный урок этого протестного года. То, что не помогло ей продвинуться вперед и побороться за власть с Путиным – это отсутствие массовой поддержки широких слоев населения.

Есть большая дискуссия о том, как сделать так, чтобы выйти к российскому избирателю. Я оптимист в том плане, что видно, что массовый россиянин устал от действующей власти. Это ситуация хорошая, потому что у нас создается спрос на новые политические силы, но делать это непросто.

И совершенно точно нельзя выходить к людям с традиционной интеллигентской московской повесткой дня. Это не востребовано. Востребованы прагматичные политики, которые говорят о решении конкретных проблем. Это будет главный тест для оппозиции в ближайшие годы – сможет ли она завоевать симпатии массового избирателя. Если нет, то может все повториться в следующий раз, как было сейчас.

RFI: А она не будет соскальзывать на националистическую повестку дня, как вас обвиняют, например, в этом?

Владимир Милов: Мы совершенно не боимся разговора о русской теме. Мы считаем, что в последние 20 лет теми, кто делал реформы в России в последнее время, русская тема была не востребована. Это их грубая ошибка.

И, кстати, если посмотреть на ту же Прибалтику или Восточную Европу, мы видим, что там проевропейская модернизация осуществлялась с очень ярким националистическим оттенком, и это было хорошо.

Это помогло задействовать этот национальный фактор, сделать его востребованным для позитивных политических изменений. Это можно и в России сделать. И мы как раз хотим развернуть этот национальный дискурс, национальный вектор в политике в позитивистскую, европейскую сторону – в сторону серьезных преобразований, которые уже у нас назрели. Я думаю, что это правильное направление.

RFI: Не кончится ли тем, что «бей мигрантов» просто-напросто будет?

Владимир Милов: Пугать себя можно всегда. А с другой стороны, мне кажется, что «бей мигрантов» может очень легко получиться по итогам нынешней ситуации, когда у нас открытые двери, а миллионы людей из Средней Азии, где зарплата 100-200 долларов в месяц и безработица, просто приезжают сюда и начинают искать работу, мы видим, что это уже приводит к напряжению серьезному.

«Бей мигрантов», скорее будет следствием нынешней обстановки открытых дверей, а вовсе не действий каких-то разумных сил, которые будут пытаться предлагать решение этих проблем.

Взяв реальный курс на застойный советский консерватизм с дополнительной опорой из прошлого, инкорпорируя в образ советской России элементы казенного православия, Владимир Путин провоцирует оппозицию.

Все больше желающих взять в руки оружие массового поражения, например, сыграть на максимально болезненных для новой консервативной опоры Кремля темах, например, пойти ва-банк, раздувая проблему мигрантов. Это тоже итог первого года третьего срока президента Владимира Путина.

My Webpage



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх