,


Наш опрос
Как изменилась Ваша зарплата в гривнах за последние полгода?
Существенно выросла
Выросла, но не существенно
Не изменилась
Уменьшилась, но не существенно
Существенно уменьшилось
Меня сократили и теперь я ничего не получаю


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Россия и новые реалии геополитики
  • 4 октября 2011 |
  • 11:10 |
  • OkO55 |
  • Просмотров: 796
  • |
  • Комментарии: 1
  • |
+1
Противостоять диктату атлантической системы, отстоять самобытность своей культуры и обеспечить национальную безопасность в широком смысле — как создание условий для выживания нации — Россия в одиночку не сможет. Ей необходимо определиться с потенциальными союзниками и партнерами, для чего может быть эффективно использован геополитический анализ.

Данный анализ проводится не только в целях определения собственных национальных приоритетов на том или ином этапе мирового развития, адекватного соотнесения их с наличными силами и средствами. Во взаимосвязанном и взаимозависимом тесном мировом пространстве такой же анализ необходим и в отношении реалий своих геополитических противников и соперников, чтобы определить их интересы и возможности для сопоставления с собственными, в целях выявления полярности, противоречий, совпадений, параллельности и т.п.

В российской внешней политике в последние годы геополитические реалии были подменены "моральным" подходом и "политико-ценностными" ориентирами, что привело к нарушению баланса между либерально-демократическими идеями и неизменными геополитически заданными интересами страны, которые воплощают условия ее выживания и стабильности в национально-государственном качестве[1].

Начиная с классиков геополитики А.Мэхэна, Х.Маккиндера, К.Хаусхофера и до современных исследований во всех без исключения геополитических построениях, сценариях и моделях важнейшая роль отводится расположенному между океанами крупнейшему мировому участку суши — Евразийскому континенту. В свою очередь, в геостратегическом регионе Евразии выделяется ряд геополитических регионов, тяготеющих к определенным центрам геополитического и цивилизационного притяжения. Такими центрами являются региональные державы Россия, Китай, Индия и Иран.

З.Бжезинский по этому поводу пишет: "Геополитические центры — это государства, чье значение вытекает не из их силы и мотивации, а скорее из их важного местоположения и последствий их потенциальной уязвимости для действий со стороны геостратегических действующих лиц. Чаще всего геополитические центры обусловливаются своим географическим положением, которое в ряде случаев придает им особую роль в плане либо контроля доступа к важным районам, либо возможности отказа важным геополитическим действующим лицам в получении ресурсов"[2].

Геополитические центры, в свою очередь, выделяются на основе определенных критериев их совокупной мощи: рельеф и масштабы территории; конфигурация границ; количество населения; наличие или отсутствие полезных ископаемых; экономическое и технологическое развитие; финансовая мощь; степень этнической однородности; уровень социальной интеграции; политическая стабильность; специфика духовных ценностей[3].

Анализ сложившейся геополитической ситуации в мире позволяет выделить ряд геополитических центров, которые имеют относительно сходные векторы развития и точки соприкосновения национальных интересов, в первую очередь на основе сопротивления натиску атлантической цивилизации во главе с США. Реалии современного мира таковы, что такие субъекты геополитики, как Россия, Китай, Индия и Иран, осознав свои национальные ценности и объективные интересы, способны стать основой новой архитектоники многополярного мира.

Сопоставление геополитических факторов России, Китая, Индии и Ирана выявляет значительное количество геополитических точек соприкосновения и совпадения их интересов.

Например, с точки зрения классической геополитики географическое положение государства определяет его историю, диктует стратегию. По этому критерию поведение государств делится на два основных типа, антагонистических по своим потребностям и интересам: континентальный (сухопутный) и торговый (морской). Для первого типа характерно наличие обширной территории, многочисленное население, значительные запасы природных ресурсов, развитый наземный транспорт, размещение промышленности в основном во внутренних районах, преобладание сухопутных войск в структуре вооруженных сил, стремление к освоению в первую очередь новых участков суши. Для второго типа государств величина территории, населения и запасов природных ресурсов не играют решающей роли. Они выживают и развиваются за счет контролирования мировых потоков и каналов сырья, рабочей силы, финансов, стараются монопольно овладеть передовыми технологиями.

С этих позиций Россия, Китай, Индия и Иран являются региональными державами с ярко выраженным континентальным типом поведения, которые объективно вынуждены противостоять экспансии держав с морским, или торговым модусом, и здесь национальные интересы указанных стран во многом совпадают. Поэтому по отношению к государствам, проводящим политику давления на основе “торгового” критерия, эти страны объективно являются их геополитическими противниками, в связи с чем должны были бы неизбежно быть союзниками. Вместе с тем, континентальным странам имманентно присуще стремление к освоению и подчинению новых сухопутных пространств, поэтому интересы России, Китая, Индии и Ирана в этом аспекте противоположны, и они объективно всегда будут геополитическими соперниками, что подразумевает некоторые общие точки соприкосновения и совпадения национальных интересов. Но на данном историческом этапе они будут почти интуитивно стремиться к поддержанию равновесия в системе своих взаимоотношений, увязывая в общую “результативную” возможные столкновения различных политических, экономических и военно-стратегических интересов.

Итак, мы отметили совпадение у России, Китая, Ирана и Индии важнейших качественных характеристик — национальных стратегических целей, обусловленных геополитическими факторами и типом поведения, направленных на выживание путем противодействия "атлантической системе". Какие же у них имеются другие точки соприкосновения?

Их не так уж и мало. В частности, перечисленные страны являются не только центрами геополитических регионов важнейшего и крупнейшего в мире единого Евразийского геостратегического региона, но и центрами самобытных культур и цивилизаций.

Все они имеют “имперские” традиции, но одновременно испытали на себе гнет западно-христианской системы, колониализма, народы их настроены негативно к США и их союзникам, навязывающим миру свои духовные ценности. Между тем, между народами этих стран в историческом опыте превалируют позитивные моменты, определяющие в целом взаимную положительную комплиментарность. Следует отметить и серьезные антиамериканские настроения в национальном менталитете населения и части политических элит.

Во всех геополитических концепциях Евразийский континент является ключевой территорией для глобального доминирования и, следовательно, объектом силового противоборства. Каждая из рассматриваемых стран имеет собственное поле геополитического притяжения именно на этом континенте. Объединение или согласование этих полей позволяет рассматривать континент как единое полностью контролируемое пространство. Реальность же такова, что комплекс противоречий между рассматриваемыми субъектами геополитики менее значим для каждого из них, чем объективная задача согласованного контроля над евразийским пространством в противовес диктату атлантизма и навязываемой им модели "нового мирового порядка".

Даже простой взгляд на географическую карту Евразии с учетом геостратегического положения России, Китая, Индии и Ирана показывает, что большинство остальных территорий попадают в географическое окружение, что неминуемо влечет геополитическую зависимость.

Совокупный территориальный, людской, ресурсный, военно-экономический потенциал указанных стран дает возможность противостоять силовому унифицированию мира на основе ценностей и в интересах атлантизма, а суммарные показатели территории, экономики, населения, военных возможностей рассматриваемых стран сопоставимы с совокупной мощью стран атлантической ориентации. Согласованное же использование имеющихся геополитических ресурсов реально позволяет отстаивать совместные интересы и противостоять натиску атлантической цивилизации.

Кроме того, отдельные значимые геополитические факторы, являющиеся отрицательными для России, Китая, Индии, Ирана могли бы частично взаимно компенсироваться и, в итоге, общая результативная составляющая имела бы более высокие показатели. Вполне возможно, что в этой связи в отношениях с Китаем России придется выступить в качестве "младшего партнера", пожертвовав своими амбициями, стремясь выиграть в геостратегическом плане. Ключевым моментом является здесь то, что ряд западных стран (в первую очередь Германия) пойдут на диалог и сотрудничество с Россией и другими рассматриваемыми странами, только оценив их совокупную мощь и новый геополитический расклад сил. Реалии сегодняшнего дня таковы, что в одиночку обеспечить свою безопасность и реализовать свои национальные цели ни одна из наших стран объективно не в состоянии.

Авторы хотели бы акцентировать внимание на том, что геополитический анализ, приводимый в данной статье, в большей степени носит теоретический характер и только в геостратегическом плане сопоставим с реальной практической внешней политикой, которая носит во многом конъюнктурный характер и направлена на решение текущих проблем. Речь не идет о призыве к заключению многосторонних союзов и блоков, а также соглашений, направленных против третьих стран, что сократило бы для России зону политического маневра на международной арене. Тем более что такие страны, как Германия и Франция, объективно остаются геополитическими партнерами нашей страны и во многом определяют развитие ситуации в Евразии и в мире. К тому же, "... Германия понимает, что от состояния германо-российских связей во многом будет зависеть не только европейская стратегическая стабильность, но и возможность Бонна достичь своих политических целей в Европе. Она не в восторге от политики США в Европе и может оказаться нашим партнером при решении целого ряда вопросов европейской безопасности, которую, как справедливо считают немцы, следует строить не в интересах одних лишь США"[4].

Не следует забывать, что рассматриваемые вопросы широко исследуются и обсуждаются и у оппонентов, в первую очередь, в США, которые прекрасно понимают опасность для их экспансионистских планов осознания политическими элитами России, Китая, Индии и Ирана общности целей по организации безопасного совместного проживания на евразийском континенте. Например, не трудно заметить, какую обеспокоенность по этому вопросу высказывает в своей последней книге один из ведущих политологов США З.Бжезинский[5].

Рассматривая же взаимоотношения между странами в "четырехугольнике" Россия — Китай — Индия — Иран, роль России является ключевой. Именно она будет во многом связующим, координирующим звеном и позитивным объединяющим центром. Традиционные отношения с Индией позволяют выступать Российской Федерации в качестве определенного арбитра в отношениях этого государства с Китаем, более стабильные связи с Ираном — принимать активное участие в урегулировании контактов между ним и Индией, а также Китаем и т.д. Участие в этих процессах, в свою очередь, позволяет надеяться на повышение международного авторитета и политической значимости России, а следовательно, и ее геополитического веса.

Что касается практической реализации вышерассмотренных теоретических положений, одним из вариантов могла бы быть выработка единых подходов к повышению роли ООН и ее Совета Безопасности в международных делах в противовес возрастанию влияния НАТО и США, которые в последнее время все больше и больше игнорируют мнение и волю международного сообщества. Даже если предположить в этой связи негативную реакцию США на восстановление и повышение значимости ООН (вплоть до выхода Соединенных Штатов из организации), то Россия и ее геополитические партнеры от такого размежевания и новой расстановки политических акцентов могут только выиграть, привлекая на свою сторону все антиатлантические силы, включая колеблющиеся страны, и мировое общественное мнение в целом. Авторитет же Вашингтона при таком развитии событий может лишь существенно пострадать.

Вряд ли следует обо всем вышесказанном заявлять прямолинейно на международном или межгосударственном уровне, что может привести и к негативным последствиям в отношениях с нашими западными партнерами. Однако, продвижение своих геостратегических идей в политические и научные элиты, а в перспективе и в процесс формирования общественного мнения Китая, Индии и Ирана, а также и других стран (включая и нынешних временных союзников атлантистов) должно быть переведено в практическую плоскость.

Полностью читайте позицию автора в аналитическом докладе Центра.

* * *

[1] См.: Этап за глобальным. Национальные интересы и внешнеполитическое сознание российской элиты. Доклад независимой группы экспертов, М., 1993. — С.94.

[2] Бжезинский З. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы. — М.: Междунар. отношения, 1998. — С. 55 — 56.

[3] Критерии выделения геополитических центров даны по работам Н.Спайкмена. По данному вопросу см.: Дугин А. Основы геополитики. Геополитическое будущее России. — М.: "Аркторея", 1997. — С. 63 — 64.

[4] См.: Кортунов С.В. Имперские амбиции и национальные интересы. Новые интересы внешней политики России. Серия "Научные доклады", — № 64. — М.: Московский общественный научный фонд, 1998. — С. 44.

[5]Бжезинский З. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы. — М.: Междунар. отношения, 1998. — 215с.

Полностью читайте позицию автора в аналитическом докладе Центра.

Павел МАРЕЕВ

My Webpage



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх