,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Таджикистан: станет ли страна кандидатом №1 в «цепи революций» СНГ?
  • 6 марта 2011 |
  • 13:03 |
  • XPEHA |
  • Просмотров: 87743
  • |
  • Комментарии: 2
  • |
0
После революций в Египте, Тунисе, Ливии, Бахрейне, мировые СМИ денно и нощно гадают, в каком краю и государстве «сдетонирует» народное восстание в следующий раз. Как в известной песне Андрея Миронова: «Вжик, вжик, вжик - уноси готовенького! Вжик, вжик, вжик, кто на новенького?». В числе потенциальных «новеньких», находящихся в зоне риска, кандидатом же №1 американская «Stratfor» и ряд других аналитиков однозначно называют Таджикистан. Да, да, маленький, затерянный в горах Памира и, казалось, напрочь забытый политикумом Таджикистан.

Таджикистан - красивейшая страна на границе с Афганистаном, с высокими Памирскими горами, покрытыми ледниковыми шапками, часто называемая «крышей мира», бесчисленными бурными горными реками, богатыми недрами (к примеру, страна занимает одно из ведущих мест в мире по разведанным запасам сурьмы, имеет крупнейшее в мире месторождение серебра и т.д.), благодатным климатом. С 1997 года Таджикистан испытывал небывалый стабильный экономический подъём – рост ВВП достигал от 8% до более чем 10%. Теперь мировые СМИ и экспертное сообщество пророчат этой стране затяжной период нестабильности и народных волнений.

Аргументы о "взрывоопасности" Таджикистана. Вспомним основные факторы, позволяющие определить страны с высоким протестным потенциалом, широко растиражированные в прессе (к примеру, в «The New York Times» – Питер Рудегейер и Христия Фрилэнд или «The Wall Street Journal» – Ален Маттич): авторитаризм, высокий уровень коррупции, социальная несправедливость, уязвимость к ценовому шоку на продукты питания, степень проникновения интернета, готовность людей к выступлениям, организованная преступность (наркотрафик из Афганистана) и т.д.

Рассмотрим, насколько эти критерии применимы к Таджикистану, другими словами, каковы они, угрозы, стоящие перед страной, достаточны ли они для того, чтобы «взорвать» общество?

Таджикистан: «крыша мира» или всё же его «дно»?

Таджикистан всегда был бедным, в СССР по экономическому развитию он стабильно занимал последнее место среди всех республик, пояснили эксперты Академии Masterforex-V. Кровавая и разорительная гражданская война (1992-1997 годы), потеря дотаций из Москвы и общесоюзного рынка сбыта для товаров, бегство русскоязычных технических специалистов превратили Таджикистан в одну из наиболее бедных стран мира несмотря на его немалый экономический потенциал. Итак, что характерно для сегодняшнего Таджикистана:

■ авторитарный политический режим. Вот уже более 16 лет президентом страны является Эмомали Рахмон, он лично контролирует все структуры власти. Британская Guardian, опираясь на данные Wikileaks, назвала его диктатором, а парламент страны – его марионеткой:
– согласно новой редакции Конституции страны Рахмон, начиная с 2006 года, может занимать президентский пост ещё два семилетних срока;
– в новом составе парламента с учётом партий-сателлитов (АПТ и ПЭРТ) 59 из 63 парламентариев безоговорочно поддерживают президентскую политику. Любопытна верхняя палата парламента: она на четверть состоит из депутатов, назначенных самолично президентом, и на три четверти – из парламентариев, избранных местными депутатами;
– СМИ находятся практически под полным контролем власти, а немногочисленные независимые журналисты подвергаются нападениям и арестам (заявление посла США в ОБСЕ) и пр. В общем, сколько-нибудь организованной и влиятельной оппозиции в стране нет.

Можно было бы сказать, что в Душанбе всё под контролем, всё спокойно. Но как тут не вспомнить другие авторитарные режимы, ещё недавно казавшиеся вечными – Зина аль-Абидина Бен Али в Тунисе, просуществовавший более 20 лет и считавшийся самым стабильным в Северной Африке, 30-летнее правление Хосни Мубарака в Египте или более чем сорокалетнюю власть Муаммара Каддафи в Ливии. Ну и где они сегодня? «Одних уж нет, а те далече…». Кстати, на начальном этапе волнений там также отсутствовала серьёзная организующая оппозиционная сила.

Относительно Таджикистана эксперты академии Masterforex-V утверждают, что по уровню неэффективности функционирования государственных структур Таджикистан на много порядков превосходит не только Узбекистан, но даже Кыргызстан. Об этом свидетельствуют:
– активизация подпольных радикальных исламистских организаций (листовки экстремистского содержания на улицах, перестрелки на границе, серия терактов, первое в истории страны появление террориста-самоубийцы, врезавшегося на начинённой взрывчаткой машине в милицейское здание в городе Худжанде, нападение боевиков на колонну военнослужащих в ущелье Камароб, в результате которого погибли десятки военнослужащих и т.д.). Нельзя сказать, что власть не замечает этой опасности. Напротив, она буквально обрушилась на религиозные движения: закрываются мечети, студенты лишены права выезжать за границу для обучения в медресе, ограничено ношение исламской одежды, под запретом находятся бороды молодых мужчин, из школьной программы удалён такой предмет как «Познание ислама» и пр. Но активность экстремистских организаций неуклонно растёт, по-видимому, общество усиленно двигается к исламу;
– местный регионализм и клановый протекционизм, которые ещё называют «ахиллесовой пятой Таджикистана». Гиссарские, кулябские, каратюбинские, исфаринские региональные кланы, как говорят сами таджики, буквально ненавидят друг друга;
– падение авторитета Рахмона в стране. Не помогает ни изменение фамилии на иранский манер – из Рахмонова в Рахмона, разговоры об арийских корнях его семьи, правда, немецкое издание Spiegel Online назвало его – «Бывший директор колхоза и печально известный алкоголик», ни попытки создать культ его личности в обществе (в местных СМИ величают его политику не иначе, как «мудрая»), ни увлечение в угоду собственным амбициям гигантоманией в бедной стране (пятиметровый герб страны на 45-метровом постаменте, гигантский флаг с флагштоком в 165 метров) и т.д.

Как следствие - недовольство качеством управления на всех уровнях и рост недоверия к властям. А отсутствие организованной оппозиции в этой связи означает отсутствие цивилизованного пути борьбы за власть, за её назревшие изменения. Уже давно доказано что, чем старательнее закрыты все клапаны, через которые может прорваться народное недовольство, тем нестабильней режим, тем опаснее возможный взрыв, тем он опустошительней.
Таджикистан: станет ли страна кандидатом №1 в «цепи революций» СНГ?■ крайняя коррумпированность власти в стране. Transparency International по индексу восприятия коррупции поставила Таджикистан на 154-е место, ниже его в этом списке из постсоветских стран только Узбекистан, Туркменистан и Кыргызстан. Как следует из материалов, опубликованных WikiLeaks, американские представители в Душанбе в своих депешах писали, что «вся власть в стране, от президента до милиционера на углу, охвачена кумовством и коррупцией», что все сколько-нибудь прибыльные отрасли экономики – алюминий и электричество от гидроэлектростанций – давно поделены между членами «семьи» президента Рахмона. Известно, что представители «семьи» (Рахмоновцы) возглавляют свыше 300 «хлебных» постов в государстве. Так, совсем недавно, уже на фоне народных выступлений в Северной Африке, 23-х летний сын президента занял руководящий пост в таможне страны, одна из его дочерей является заместителем министра иностранных дел и т.д. Если учесть, что у Рахмона многодетная семья, множество родственников, многие аналитики проводят параллели с событиями в Северной Африке, где подобный образ жизни нуворишей правящего клана Трабелси в Тунисе, владевшего от авиакомпании, банков, заводов, фармацевтических фирм и до радиокомпаний и телеканалов, крайне раздражал тунисское общество и как оказалось, достаточно было спички... и разгорелось пламя восстания;

■ социальная нестабильность в таджикском обществе, вызванная, прежде всего, очевидным неравенством возможностей:
– имущественное расслоение. Страна всё отчетливее делится на очень узкий круг очень богатых людей и подавляющее большинство не просто бедных. В городах можно увидеть помпезные особняки и бронированные авто последних моделей с автосалонов, появляющиеся в Душанбе одновременно с Москвой, но общим фоном являются разваливающиеся глинобитные постройки и вдрызг разбитые дороги. Так, ВВП на душу населения здесь составляет лишь $2,19 тыс., минимальная зарплата равняется всего $20, тогда как потребительская корзина – $45 (для примера. В итоге, 60% таджиков живёт в бедности. Кризисная группа МВФ заявила о «презренной бедности», в которой находится три четверти сельского населения страны. Да что там много говорить, если только на днях здесь полностью отменили дневной лимит на электроэнергию. В зимний период редкая деревня получает свет. Так что на фоне Таджикистана революционные Тунис и Ливия, не говоря уже о Бахрейне, просто сказочно богатые страны (уровень ВВП на душу населения соответственно – $9 500 и $14 192, в Бахрейне около $40 тыс.). Подробнее в статье "Битва за Бахрейн: кто победит - Иран или США?";
– растущая безработица. Напомним, безработица в Тунисе превышает 14%, среди молодежи она составляет около 30% (по другим оценкам – 52%), а среди выпускников вузов – почти 45%. Именно озлобленные и безработные мужчины составили там костяк народного движения. Как с этим в Таджикистане? Что называется, хуже не бывает. Сегодня в стране половина рабочих рук не у дел, что является серьёзной угрозой безопасности режиму;
– рост цен на продовольствие, бензин. Так, за последние полгода цена на муку здесь выросла на 80%, сахар – на 25%, рис – на 23% Эксперты уже бьют тревогу по поводу того, что дальнейший рост цен может привести к повторению событий Северной Африки в этой центральноазиатской стране, а рост цен на товары первой необходимости могут вызвать массовый протест населения.

В общем, налицо огромный разрыв между властями и народом. На сегодняшний день можно говорить о том, что отторжение основной массы населения от власти стало почти непреодолимым. А, как известно, более всего возмущает людей невозможность достойного существования, особенно, если это происходит на фоне благоденствия других. Не материальные лишения сами по себе, а всеобщее осознание их неоправданности, несправедливости, взрывает общество, подчеркнули эксперты землячества арабских стран Академии Masterforex-V. Разница с арабскими странами в том, что в случае народных волнений Рахмону не удастся их остановить удвоением зарплат и раздачей каждому подданному по $10 тысяч, как это было сделано в Кувейте, или выделением на социальные нужды $36 миллиардов, как в Саудовской Аравии. Таких средств у Таджикистана просто нет;

■ нестабильная и отсталая экономика страны. Это является следствием целого ряда объективных и субъективных причин. Отметим наиболее важные из них:
– географическая закрытость. Известно, что Таджикистан расположен вдали от основных евразийских транспортных потоков. Кроме того, из любого справочника следует, что эта страна богата природными ресурсами, но 93% её территории занимают высокие горы. В этих условиях слабое развитие таджикской инфраструктуры серьёзно тормозит подъём страны. В связи с этим Таджикистан в последнее время достаточно активно строит тоннели под перевалами, автомобильные и железные дороги, мосты, желая превратить свою транспортную систему из тупиковой в транзитную;
– основным сектором экономики Таджикистана по-прежнему является государственный. Государство и сегодня считается собственником значительной части экономики. Доля частного сектора в ВВП страны составляет всего 48% (в соседней Киргизии – 75%). Государство управляет своей собственностью, во-первых, неэффективно, а во-вторых, непрозрачно, потому что, если верить WikiLeaks, большая часть выручки государственной «Таджикской алюминиевой компании» (Talco), самого большого алюминиевого завода в Центральной Азии и одного из самых больших в мире, оседает в оффшорной компании, контролируемой Рахмоном. Недоброжелатели говорят о том, что промышленность страны развалена, она состоит только из большого алюминиевого завода, гидротехнических сооружений и малых устаревших заводов лёгкой и пищевой промышленности. Богатый на природные ресурсы Таджикистан сегодня почти ничего не производит и не добывает. А ведь в советское время здесь круглосуточно работали уникальные предприятия;
– сельское хозяйство слабо диверсифицировано и находится на грани деградации. Система искусственного орошения практически разрушена, из-за нехватки средств химической защиты страна ежегодно теряет до 40% выращиваемого урожая, более 90% сельхозмашин давно отработали свой срок, массовая трудовая миграция вскоре может обезлюдить кишлаки. К тому же Таджикистану в последние годы катастрофически не везёт на погодные условия, то ливни и наводнения, то полное отсутствие осадков и нашествие саранчи. Как отмечает политолог Иннокентий Адясов, ситуацию могли бы изменить иностранные инвестиции, но тот же хлопковый бизнес контролируется кланом Рахмона, который жёстко защищает его от чужих;
– неблагоприятный налоговый и инвестиционный климат. Налоговое бремя, если верить местной прессе, порой достигает 85%, что делает бизнес просто невыгодным. Запутанное законодательство, коррупция на всех уровнях, часто меняющиеся правила игры, отсутствие правовой защиты делают инвестирование капиталов в Таджикистан сегодня рискованным делом. Неслучайно, по данным Всемирного банка, страна занимает 172-е место из 175-ти стран в рейтинге защиты прав инвесторов. Вот и получается, что частные инвестиции к ВВП составляют всего 1%, даже в Киргизии этот показатель – 6%;
– неустойчивость банковской системы Таджикистана. Финансовые рынки Таджикистана, по экспертным оценкам землячества трейдеров Средней Азии Академии Masterforex-V, являются самыми слабыми из всех центральноазиатских стран. Банки страны выдают только краткосрочные кредиты и под 20-30% годовых. Кредиты в основном идут не на развитие реального сектора экономики, а на финансирование импорта, кроме того, в связи со списанием безнадёжных хлопковых кредитов растут «плохие» долги банков. Поэтому вполне понятно 116 место Таджикистана в рейтинге глобальной конкурентоспособности (The Global Competitiveness Index 2010-2011), ниже из постсоветских стран стоит только Киргизия, а вот по благоприятствию ведения бизнеса (Doing Business) страна заняла последнее место среди всех республик бывшего СССР (152-е место);
– экспортно-ориентированная экономика. Основным экспортным товаром страны является алюминий (свыше 50% экспортных поступлений), а также хлопок и сельхозпродукция. Понятно, что мировой финансовый кризис больно ударил по экономике Таджикистана. Так, например, экспорт в страны СНГ в прошлом году сократился более чем на четверть. Из-за падения цен на сырьё на 30-50% упала выручка от экспорта, что привело к сокращению и без того скромных валютных поступлений и ударило по бюджету страны. В целом, бюджет страны почти на 50% состоит из международной помощи и денежных переводов трудовых мигрантов;

■ демография. Как известно, средний возраст населения той или иной страны является важным показателем склонности к протестным акциям. Согласно теории Голдстоуна, как только доля молодёжи приближается к 20%, то при прочих равных условиях начинаются социальные потрясения. В самом деле, кто же не был радикалом в молодости, ниспровергателем существующего порядка, обличителем социального зла и искателем земного рая? Роль молодежи особенно была заметна в последних выступлениях в Тунисе, Ливии и Египте. Так вот, Таджикистан это одно из немногих государств СНГ, где самый высокий прирост населения (28,2 на 1000 человек). Сегодня половина населения страны моложе 18 лет. Кроме того, радикализирует молодёжь несбалансированность прироста населения с ростом экономики. В Таджикистане население за 20 лет удвоилось, а экономика упала вдвое;

■ непростые отношения с соседями, прежде всего, с Узбекистаном. Обострились они из-за строительства Рогунской ГЭС в Таджикистане. Узбекистан выступил против этого проекта, считая, что он сократит поступление воды для его сельского хозяйства. Кроме того, Ташкент явно не хочет усиления гидроэнергетических возможностей Душанбе. Чтобы заставить таджикские власти отказаться от этих планов, Узбекистан фактически ввёл железнодорожную блокаду, задерживая таджикские поезда. Что ещё более ударило по и без того слабой экономике Душанбе. Правда, здесь возможны подвижки. Недавно сенат США поддержал строительство этой ГЭС в Таджикистане.
Итак, на сегодня Таджикистан является слабым государством, балансирующим на грани банкротства. Весь комплекс социально-политических и экономических причин, вызвавший народные волнения в странах Ближнего Востока и Северной Африки, налицо и в Таджикистане.

Не так страшен Таджикистан, как его малюют?

Не всё так просто и очевидно в этой центральноазиатской стране. Об этом говорит хотя бы тот факт, что в Таджикистане пока нет перерастания протестных настроений в массовые акции неповиновения. Более того, согласно последнему отчёту МВФ, страна медленно, но всё же оправляется от экономического кризиса. Разными международными организациями на этот год прогнозируется рост её ВВП от 2% до 4%. Так что же удерживает Таджикистан «на плаву», что в определённом смысле является его «подушкой безопасности»? Отметим некоторые важные факторы его развития:
● богатые природные ресурсы Таджикистана. Эмомали Рахмон любит говорить, что в недрах его страны содержится вся таблица Менделеева. Вся не вся, но:
– по запасам гидроэнергоресурсов она занимает 2-е место в СНГ (после России) и 8-е место в мире. 60% рек региона берут своё начало в таджикских горах. Страна активно строит малые ГЭС, за последние несколько лет их построено более 100, планирует зарабатывать на экспорте электроэнергии в Афганистан, Пакистан, Индию и даже Китай. А всевозможные прогнозы о нехватке пресной воды для человечества могут открыть перед Таджикистаном заманчивые перспективы;
– разведано более 400 месторождений золота, драгоценных камней, урана и пр., при этом эксплуатируются только около 100 месторождений. К примеру, эксперт Александр Собянин считает, что горы Памира и Тянь-Шаня фантастически богаты ураном – сырьём XXI века (по разным оценкам, от 13% до 40% мировых запасов). Именно здесь был добыт уран для первой советской бомбы. Как отметил всё тот же Александр Собянин, «Памир – ключ ко всему Тянь-Шаню». Тот, кто будет его контролировать, получит контрольный пакет в «проектах века» Центральной Азии;
● выгодное географическое расположение. Стоит вспомнить, что Таджикистан является соседом Узбекистана и Киргизии, граничит с Китаем и Афганистаном, находится вблизи от Пакистана и Ирана. В общем, настоящий «Бермудский треугольник». Поэтому он является стратегически важным для мировых «тяжеловесов»:
– Россия имеет здесь самую большую военную базу в этом регионе (вплоть до 2014 года). А недавно американские СМИ с плохо скрываемым сожалением сообщили, что Таджикистан уступил стратегически важную для НАТО авиабазу Айни России. Москву серьёзно беспокоит протяжённая и плохо охраняемая граница Таджикистана с Афганистаном (это вам не шуточки – 1 206 км.), которая превратилась в главный коридор транзита для афганских наркотиков, направляющихся в Россию, а также активизация таджикских исламистов, связанных с афганскими талибами. Наконец, России совершенно невыгодно укрепление здесь НАТО;
– Запад рассматривает территорию Таджикистана в качестве надёжного транзита грузов в Афганистан. Эксперты полагают, что США именно Таджикистан рассматривают в качестве своего нового основного партнёра в Центральной Азии. Не случайно в последнее время американцы поддерживают достаточно тесные отношения с Рахмоном, избегают критики в адрес его режима, а их помощь и кредиты уже превысили $1 миллиард. Таджикистан старается ответить взаимностью. Если верить Wikileaks, «таджикская сторона просигнализировала, что была бы рада разместить у себя американскую военно-воздушную базу»;
– для Китая эта центральноазиатская страна является стратегически важной территорией. В последние годы он вложил в Таджикистан примерно $4 миллиарда и сегодня является самым крупным торговый партнёром Душанбе, причём эта зависимость растёт не по дням, а по часам. К примеру, в 2010 году число китайцев в Таджикистане составило уже почти 82 тысячи;
– всё активнее наращивает своё присутствие в Таджикистане Иран. Как пишет в «Независимой газете» Виктория Панфилова, в ушедшем году он стал одним их самых крупных инвесторов страны. Отметим, что из всех стран СНГ только Таджикистан имеет военные связи с Ираном. В этом месяце ожидается визит Эмомали Рахмона в Тегеран. Сближению стран способствует не только персоязычность этих народов, сходство культуры и менталитета, но и желание Ирана получить доступ к урану Таджикистана.

Поэтому, как справедливо заметил Пол Куинн-Джадж («Business Week»), никто из стратегических игроков не заинтересован в развалившемся государстве по соседству с Афганистаном, никто, кроме талибов. Это понимает и Таджикистан. Душанбе всеми силами пытается сохранить баланс между Россией, США и Китаем, пока это получается более или менее успешно.

Однако преувеличивать значимость Таджикистана для стратегических игроков всё же не следует. Для США критически важным был и египетский режим Хосни Мубарака, безграничной поддержкой Запада пользовался режим в Тунисе, но это не спасло их от народного гнева:
Таджикистан: станет ли страна кандидатом №1 в «цепи революций» СНГ?● трудовая эмиграция. Как уже отмечалось, важнейшую роль в народных протестах в Северной Африке и на Ближнем Востоке сыграла молодёжь, страдавшая от безработицы. Безработица огромна и в Таджикистане, вот только выходить на улицу здесь практически некому. Основная масса экономически активного населения находится на стройках России (по различным оценкам, от 1 до 1,5 миллиона). То есть трудовая эмиграция, с одной стороны, позволяет таджикской власти снижать социальное напряжение в стране, выпускать пары недовольства, а с другой, денежные переводы от гастарбайтеров поднимают жизненный уровень их многочисленных родственников (по разным оценкам, они составляют от $1 до $2 млрд.). И все довольны;
● бедность. По оценкам Международного валютного фонда, 63% таджиков живут меньше чем на $2 (по ППС) в день. Казалось бы, эта нищета должна непременно поднять волну народного гнева. Как бы ни так. Известный российский публицист начала прошлого века В. Розанов писал, что «революции происходят не тогда, когда народу тяжело. Тогда он молится». Великий французский мыслитель Алексис де Токвилль давно сформулировал «железный закон революции»: революция происходит не тогда, когда в обществе плохо и становится ещё хуже, а наоборот, когда в обществе было плохо, становится лучше, но хочется, чтобы было ещё лучше. Ровно это и произошло с Ливией. Там, как известно, государство бесплатно раздавало квартиры бюджетникам, зарплата, к примеру, медсестры составляла почти $1000, почти у каждой семьи было по 2—3 автомобиля, оплачивало из бюджета образование за границей двум детям из одной семьи, но это показалось недостаточным и народ поднялся на протест. Захотелось жить, к примеру, как в Кувейте, почти на полном государственном обеспечении. «Не хочу быть столбовою дворянкой, а хочу быть вольною царицей». В этом смысле Рахмону пока ничего не угрожает;
● интернет. Как известно, в Египте и Тунисе информация о готовящейся демонстрации распространялась через Facebook и Twitter, что позволило журналистам заявить о победе твиттера над тиранией. Начнём с того, что на Египет, Тунис и Йемен приходится аж 14 тысяч пользователей Twitter. В Ливии интернет имеет всего 5% населения. Что уж там говорить о Таджикистане, где всемирная сеть до сих пор остаётся роскошью. Стране с крайне низким уровнем образования, в которой всё меньше девочек посещает школу и, вопреки общемировой тенденции, растёт сельское население (почти 74%) твиттерная революция не опасна;
● ментальность таджиков, безусловно, отличается от арабской:
* практический склад ума, рациональное мышление;
* сдержанный темперамент, спокойствие и рассудительность;
* способность стойко переносить трудности и лишения, неприхотливость и терпеливость;
* упорство, трудолюбие и настойчивость в достижении поставленной цели и прочие особенности национального характера являются, в данном случае, сдерживающим фактором.

Наконец, таджики ещё не забыли тяготы и потери времён гражданской войны, чтобы вновь взяться за оружие. Так что повторение североафриканского сценария в Таджикистане сегодня маловероятно. И потом, есть же очередь. В начале прошлого века революционная волна накрыла Россию и Европу, после Второй мировой войны – Азию и Индокитай, в 60-е годы протест прокатился по Западной Европе и США, в конце 90-х годов «бархатные революции» охватили Юго-Восточную Европу и СССР, уже в начале этого века «цветные революции» свершились в ряде стран СНГ, теперь очередь за Северной Африкой и Ближним Востоком. Хотя, сказано же было, «никогда не говори никогда». В нынешних условиях волнения могут начаться где и когда угодно. А поводом для народного взрыва может стать даже самосожжение какого-нибудь уличного торговца. В общем, в этой очереди все первые. Но каждый в своё время.
My Webpage



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх