,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Положение труда в Европе: идейное наследие «социального пакта»
0
Положение труда в Европе: идейное наследие «социального пакта»
Асбьорн Валь
21 июня 2010 года


Европейские профсоюзы сегодня находятся в обороне. Кроме того, они переживают глубокий политический и идеологический кризис. В настоящее время они неспособны играть роль защитников экономических и социальных интересов своих членов. Они утратили позиции практически во всех отраслях.

Когда-то сильные и влиятельные профсоюзные движения сегодня растеряны, утратили видение перспективы, и никак не обретут новые социальные и политические ориентиры. По иронии судьбы, те самые теории и политика, которая в послевоенный период усиливала их, сегодня стала их бременем. Идеологическое наследие «социального договора» уводит профсоюзное движение в никуда.


Неолиберальное наступление

За всем этим кроется неолиберальное перерождение наших обществ. Этот процесс не является темой статьи, поэтому остановимся только на нескольких важных моментах. В последние 20 лет, мы столкнулись с колоссальным наступлением неолиберальных сил. Капиталистические интересы перешли в наступление, и мы сегодня видим огромный сдвиг в балансе власти между трудом и капиталом.

В авангарде этого движения идут, разумеется, транснациональные компании. Послевоенный «социальный пакт» между трудом и капиталом, политика мирного сосуществования труда и капитала, сломан. Капитал фактически вышел из социального договора и проводит все более агрессивную политику против организованного труда.

Попытки транснациональных компаний и их политической обслуги узаконить захваченные позиции являются важной частью этого процесса. В основном это делается через международные институты и соглашения типа ВТО, и региональные структуры типа Европейского Союза. Поскольку эти структуры менее демократичны, чем местные власти и национальные правительства, они оказались наиболее мощными инструментами корпоративной власти.

В дальнейшем я исхожу из того, что ЕС сегодня является проводником, через который в Европе насаждается неолиберальная социальная и экономическая модель. ЕС и другие наднациональные органы созданы на основе нового баланса власти, и не могут измениться, демократизироваться или быть побеждены, пока рабочие не изменят баланс власти в свою пользу. Такой сдвиг потребует от профсоюзов сделать своей главной долгосрочной задачей мобилизацию власти народа и рабочего класса.


Новые условия, старая политика

К несчастью, мобилизация власти рабочего класса сегодня не является целью профсоюзного движения в Европе. Парадокс в том, что экономический и политический климат в Европе крайне изменился, однако большинство профсоюзов продолжают проводить политику социального договора. Они считают глобализацию не результатом целенаправленной стратегии капитала, его новой власти и классовых отношений, а следствием развития технологий, то есть занимают позицию, очень близкую к Маргарет Тэтчер, сказавшей свое знаменитое «этому нет альтернативы». Их метод это «социальный диалог» с организациями работодателей, государством и наднациональными организациями, все эти кампании за поддержание трудовых стандартов (борьба с трудовым рабством, право на создание профсоюзов и коллективный договор, защита от дискриминации), требование социальной ответственности корпораций, кодексов поведения и рамочных соглашений с транснациональными корпорациями. В общем, это капитал ни к чему не обязывает, и не имеет иного эффекта, кроме улучшения негативного имиджа транснациональных корпораций.


Исторический компромисс между трудом и капиталом

В течение 19-го века профсоюзы постепенно достигли соглашения с капиталом в Западной Европе. В 1930-е годы это соглашение было узаконено в некоторых странах Европы, особенно на севере. После Второй Мировой войны аналогичный процесс произошел в большинстве стран Европы.

Социальный пакт между трудом и капиталом был основан на создании «welfare state» (государства всеобщего благосостояния), в котором постепенно улучшилась оплата труда и его условия. От периода социальной конфронтации между трудом и капиталом общества перешли к социальному миру и двух- или трехсторонним переговорам (труд, работодатели, государство), к политике консенсуса. Поскольку это привело к значительному улучшению оплаты труда и его условий, эта политика получила значительную поддержку рабочего класса. Как следствие, радикальные и антикапиталистические части трудового движения постепенно отошли в сторону. Данной политикой классового компромисса руководили социал-демократические партии. Не удивительно, что нынешние проблемы профсоюзов отражают проблемы социал-демократических партий.

Важно понять, что социальное партнерство между трудом и капиталом было результатом силы профсоюзов и рабочего движения. Работодатели и их организации увидели, что они не могут победить профсоюзы, и вынуждены были пойти на переговоры. Другими словами, мирное сосуществование между трудом и капиталом основано на силе рабочего движения. Другим важным фактором в послевоенный период стало то, что капитализм в то время проходил через более чем 20-летний период стабильного и высокого экономического роста, что сделало возможным для него поделиться своими доходами с обществом.

Решающей частью социального пакта было национальное регулирование капитала и рынков. Контроль над капиталом был введен во всех странах. Важным следствием этого стало то, что профсоюзные организации стали сугубо национальными. Интернационализм в профсоюзных организациях превратился в разновидность дипломатии с международными организациями (типа Международной Организации Труда), или даже в форму туризма профсоюзных деятелей, мало что давая интересам рядовых членов.


Слом социального пакта

Классовый компромисс, однако, был хрупкой конструкцией, поскольку его сохранение зависело от стабильности капиталистической экономики с высоким уровнем роста. Этот компромисс был подорван серией экономических кризисов, начавшихся в 1970-е годы. Кризисы вынудили капиталистические силы перейти в наступление – кроме других вещей, направленных на снижение издержек. Началась атака на права профсоюзов, зарплаты, а сокращение социальных расходов подорвало сами основы государства всеобщего благосостояния.

Расслабившиеся профсоюзы были захвачены врасплох таким поворотом дел, когда работодатели внезапно оказались гораздо более враждебными и несговорчивыми, чем раньше. Переговоры, которые ранее велись в основном о повышении зарплат и улучшении условий труда, повернулись в обратную сторону. Лидеры профсоюзов оказались не готовы к такому наступлению. В рамках идеологии социального пакта неолиберальное наступление попросту непостижимо. Во многих странах трудящиеся просто вышли из профсоюзов, когда те оказались не в состоянии защитить их интересы.


Так 1980-е стали временем упадка профсоюзного движения, что можно увидеть и в статистике членства. Некоторые профсоюзы, пытавшиеся бороться, как профсоюз британских шахтеров, были разбиты.

В случае с шахтерами, одной из причин поражения была бюрократия конфедерации профсоюзов (TUC), считавшей активное сопротивление шахтеров большей угрозой политике социального пакта, чем яростные атаки тэтчеровского режима на угледобывающие компании. Много лет спустя TUC признала свою ошибку, и уже более не поддерживает политику социального пакта.

С крахом командной экономики в восточной Европе в 1990-е годы, единственная альтернатива западному капитализму исчезла. Капитализм победил на всех фронтах, и социальный пакт стал ему больше не нужен. Вот почему классовый компромисс был сломан во всей западной Европе. Сегодня для него больше нет исторических или экономических предпосылок, а наиболее важный продукт такого компромисса – государство всеобщего благосостояния, находится под все большим давлением.

Тем не менее, профсоюзные бюрократы продолжают считать себя посредниками между трудом и капиталом. Это было четко видно на третьем Мировом Социальном Форуме (WSF), прошедшем в Порту-Алегре в январе 2003, параллельно с Мировым Экономическим Форумом (WEF) в Давосе. Тогда международные профсоюзы выпустили специальное заявление о необходимости «демократизации глобализации».

Другими словами, большинство международных профсоюзов не считают себя противниками корпоративной глобализации. Противников глобализации они считают слишком радикальными. Международная Конфедерация Свободных Профсоюзов (ICFTU), или Глобальные Союзы, не присоединилась к Мировому Социальному Форуму – она проводит свои собственные конференции и встречи. В то же время, она посылает одинаково представительные делегации, как в Давос, так и на Мировой Социальный Форум. «Мы всегда стремились к диалогу» - это стало ее навязчивым рефреном.


Политика, независимая от отношений власти

Неубедительный анализ отношений власти и современных условий особенно хорошо заметен в той просветительской работе, которую проводят международные профсоюзы. Они пытаются убедить своих коллег из Центральной Европы в преимуществах модели социального партнерства. Учитывая нынешние отношения власти, подобного рода «просветительство» для профсоюзов Центральной Европы и развивающихся стран просто вредно, поскольку они находятся под атакой враждебно настроенных работодателей.

Здесь важно отметить, что все эти процессы особенно сильно задевают работников промышленности. Это происходит потому, что промышленность, а не транспорт или госсектор, более открыта перед международной конкуренцией. Ослабление профсоюзов и идеологический сдвиг вправо более заметен в промышленности, чем в любой другой отрасли экономики.

Катастрофическое продолжение политики социального партнерства в ситуации, когда его экономический и социальный базис исчез, сегодня проводится большинством европейской профсоюзной бюрократии – особенно Конфедерацией Европейских Профсоюзов (ETUC). Так за последние несколько лет мы стали свидетелями растущей активности в форме консультаций, переговоров, лоббирования и так называемого «социального диалога». Результаты этого ничтожны.

На международном уровне наиболее сильным сторонником идеи социального партнерства является ICFTU, что четко отражено в ее заявлении по «Global Compact» ООН. «Признано, что глобальные рынки требуют глобальных правил. Наша цель – направить выгоды глобализации ко все большему числу людей, при помощи эффективного свода многосторонних правил мировой экономики, которая трансформируется глобализацией рынков… Наше собрание согласно с тем, что Глобальный Компакт должен способствовать этому процессу, помогая построить социальное партнерство бизнеса и труда».

В Европе подобная беспомощная политика социального диалога завела профсоюзное движение в тупик. Активная профсоюзная политика, направленная на мобилизацию своих членов для борьбы с наступлением работодателей на уровне Евросоюза практически не проводится, хотя мы и видим ее примеры на национальном уровне (во Франции в 1995 и в Италии в 2002).

Печальным следствием такой политики стало постепенное ухудшение благосостояния и условий труда. Через переговоры профсоюзы постепенно согласились с растущей «гибкостью» труда. Стали уменьшаться размеры выплат по болезни, сокращаться пенсии и пособия по безработице, повышаться плата за образование, детские садики и социальные услуги, отменяться неприбыльные программы строительства жилья. Условия труда ухудшились и через законы о труде, ослабившие контроль над рабочим временем, ухудшившие надежность рабочих мест за счет перевода их в краткосрочную работу по контракту, и так далее. Еще одним важным следствием этого стала деморализация работников и уменьшение численности профсоюзов. Рост правых популистских партий стал, вероятно, самым опасным следствием профсоюзной политики соглашательства.


Стратегические соображения


Что же могут предпринять профсоюзы против глобального наступления корпораций? Ясно одно: громких слов недостаточно, даже на международных собраниях. Примером тому служит опыт первого Европейского Социального Форума во Флоренции, а также Италии в ноябре 2002.

Существует две основные позиции профсоюзов. Одну занимают очень активные, небольшие и непредставительные группы. Другую занимают основные европейские профсоюзные организации. Например, немецкий профсоюз «IG Metall», борющийся за 30-часовую рабочую неделю, ранее согласившийся на сокращение зарплат и ухудшение условий труда ради того, чтобы «Фольксваген» открыл новый завод в Германии, а не в какой-нибудь дешевой восточноевропейской стране.

Первое, что нам необходимо понять, что враждебная политика транснациональных компаний должна встретить отпор. По этому вопросу в профсоюзном движении существуют расхождения, как на национальном, так и на международном уровне. Те руководители, которые хотят оживить свои организации, должны создавать новые альянсы с лучшими частями движения. Даже с учетом многих исключений, такие организации в основном находятся в общественном секторе, в транспортной отрасли, в некоторых частях частного сектора, и в ряде отраслей местной промышленности.

Для сопротивления транснациональным корпорациям необходимо создавать сети и налаживать сотрудничество между работниками одной отрасли. Развитие интернациональной, классовой солидарности сломает тенденцию разделения предприятий на «наших» и «чужих». Эта тенденция имеет крепкие корни в США, но за последние 20 лет усилилась и в Европе. Эту узколобую и ошибочную стратегию нужно заменить объединенной борьбой с демократическим принятием решений.

Еще одно важное направление представляет борьба против приватизации государственного сектора. Захват корпорациями этих частей общественного богатства представляет крайне важную часть сдвига баланса власти между трудом и капиталом.

Не менее важным моментом прогрессивной стратегии профсоюзов является изменение доминирующих сегодня взглядов профсоюзной бюрократии, ее идеологии социального партнерства и мирного сосуществования труда и капитала. Мы должны переубедить членов нашего движения. Они должны понять, что политика социального партнерства есть следствие специфических исторических условий, которые сегодня изменились.

Нам необходим новый анализ, объясняющий людям, как возник исторический компромисс между трудом и капиталом, и почему он был разрушен. Недовольство людей нужно воспринимать серьезно, направляя его в профсоюзы и борьбу за улучшение рабочих и жизненных условий. Это единственный способ не допустить, чтобы они попали в объятия правых популистских партий.

Наконец, мы должны создавать союзы с глобальными движениями, борющимися с неолиберализмом – за демократию, справедливость и солидарность. Это глобальное движение в настоящее время наиболее радикально, и наиболее критично по отношению к системе, чем большинство профсоюзов. Профсоюзам необходим радикализм и боевитость этих народных движений, чтобы освободиться от иллюзий классового компромисса. Если правильно построить союз с ними, наши движения смогут взаимно усилить друг друга и вывести нашу борьбу на более высокий уровень.

В нынешних, гораздо более неблагоприятных, чем ранее, условиях попытки создать новый социальный пакт, новый классовый компромисс просто иллюзорны. Потому и наша цель должна находиться по ту сторону социального договора и государства всеобщего благосостояния. Лишь глубокая трансформация общества может ликвидировать условия проведения неолиберальной политики и защитить интересы трудового народа. И только социализм может дать нам это.


Перевод Андрея Маклакова

Полный текст документа доступен по адресу:

http://www.monthlyreview.org/

Ссылка



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх