,


Наш опрос
Как изменилась Ваша зарплата в гривнах за последние полгода?
Существенно выросла
Выросла, но не существенно
Не изменилась
Уменьшилась, но не существенно
Существенно уменьшилось
Меня сократили и теперь я ничего не получаю


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Сами себе враги
0
В своей жизни я пережила не один десяток журналистских революций. Каждая новая была хуже предыдущей. Но всех их объединяло две вещи: во-первых, журналисты всегда слабо понимали, чего они хотят; во-вторых, из-за этого всегда находились политики, которые с радостью использовали хаос в головах свободной прессы.

Когда вчера Анна Герман пошла вести беседы с коллективом ТСН, я понимаю, зачем это нужно было ей.

Анне Николаевне, вероятно, очень некомфортно в статусе "врага прессы номер 4", которым ее наделил один из последних рейтингов, она хочет продемонстрировать деятельность по защите свободы слова.

А вот зачем журналистам ТСН было встречаться с замом главы АП, когда в письме они весь свой гнев направили на гендиректора своего же телеканала - непонятно.

Единственное, чего добились журналисты - теперь Герман может всем говорить: "ходила, разобралась в ситуации, пообещала содействие".

На самом деле если кто-то и является настоящим врагом прессы, то это - сама пресса. Большинство аргументов, высказываемых журналистами в борьбе с давлением власти, в реальности либо являются просто эмоциями, либо вообще летят мимо цели.

Вчера и сегодня вышли открытые письма журналистов двух редакций - 1+1 и СТБ. Оба - о цензуре в СМИ. Моей подписи нет ни под одним, ни под другим. Не потому что я считаю, что цензура - это хорошо. А потому что коль журналисты берутся по-взрослому бороться с чиновниками, заявляя, что они власть, то и методы должны быть взрослыми.

Журналисты ТСН заявляют: свидетельство цензуры - то, что "окончательное решение относительно выхода материала в эфир принимается не редактором выпуска, а Генеральным директором 1+1".

Оппоненты, стремящиеся все формализовать, тут же спрашивают: "И что? Субординация - это внутреннее дело редакции, пусть ваш Гендиректор хоть пол моет. Где доказательства цензуры со стороны власти?". Так оно и произошло: Герман сказала, что не нашла источника цензуры и ушла победителем. Даже не явилась на вторую встречу: из этого журналистского протеста всю пользу для себя она уже извлекла...

То, что произошло - это холостой выстрел. Это даже не штанга со стороны моих коллег, а гол в свои ворота!

Знаете, что будет потом? Будет, как в сказке про франзузского мальчика, который кричал "волки, волки". Когда действительно придут волки, начнутся настоящие проблемы, будут доказательства, никто не поспешит на помощь. Скажут, мол, собралась кучка истериков...

Наши аргументы - непродуманны и инфантильны, а позиция - непоследовательна. Как можем мы, журналисты, требовать чего-то от политиков, если сами не в состоянии жить в системе тех социальных ценностей, которые мы же декларируем? Читаю заголовок новостей: "Коллектив ТСН хоче говорити з Герман без преси". Хороши борцы за открытость!

Украинской журналистике пора взрослеть и выработать настоящие, железобетонные критерии того, что такое цензура, и как правильно доказать сворачивание демократии. А также - что делать, чтобы ни одному чиновнику даже не пришло в голову "указывать журналисту перстом", как говорил Ющенко, что и как надо писать.

Наступление на демократию - это даже не то, что премьер-министр соседней страны приезжает в Украину и говорит, что "за такие деньги я бы съел вашего президента".

Мы все знаем, кто такой Путин, и что Россия - дикая страна. Наступление на демократию - это то, что ни один украинский журналист, который это слышал и записывал, не поправил интервьюируемого, и не сказал: "Владимир Владимирович, в нашей стране не принято есть президента, мы его не для этого выбирали, вас обязательно накормят". Это была бы гражданская позиция. Но, к сожалению, рядом с Путиным тогда не оказалось ни одного взрослого журналиста.

Наступление на демократию - это когда Янукович говорит журналисту "Украинской правды" "не болтай языком". Наступление на демократию - это когда руководитель Аппарата Верховной Рады не отвечает на письменные запросы телеканала. Что прямо противоречит закону. Просто не отвечает, без всяких причин.

Наступление на демократию - это система аккредитации в Кабмин, когда журналисты, аккредитованные по специальному списку, должны носить с собой, кроме редакционного удостоверения, еще и паспорт. Иначе не пустят.

Наступление на демократию - это когда Юлия Тимошенко во время пресс-конференции в Кабмине говорит журналистам, что они не должны выключать камеру: "я знаю ви її вимкнули, бо коли камера працює, там горить червона лампочка".

Наступление на демократию - это когда один из топовых депутатов Партии Регионов говорит: "И я тогда так строго сказал Пинчуку "Викор, почему на твоем канале показывают, как на нашей сцене на митинге стоит и машет флагом какая-то тётка в колготках старой проститутки?". Наступление на демократию - это то, что вообще стал возможен такой диалог. Равно как и то, что депутат потом этим хвастается.

Но никого из журналистов это не беспокоит. Их беспокоит цензура вообще...

Справедливости ради скажу, что во всех последних заявлениях есть рациональное зерно. В заявлении СТБ, в отличие от 1+1, даже есть факты, и я лично знаю: если отставить эмоции, большинство их них - правда. Но о чем эти факты могут свидетельствовать?

Я часто цитирую выдержку из статьи Сергея Рахманина в "Зеркале недели" о "триумфальном" шествии новой власти: "массовых изнасилований по всей стране не произошло только потому, что выстроилась огромная очередь готовых отдаться добровольно".

Разразившийся скандал свидетельствует не о цензуре. А о том, что топ-менеджеры каналов "как-то вдруг" стали заодно с властью. А значит - водораздел "свой - чужой" проходит не ЗА турникетом телеканала, а ВНУТРИ редакции. И борьба должна происходить не с мифическими бесами во власти, а с конкретными СВОИМИ начальниками внутри корпорации. Не посредством вбрасывания заявлений в публичную плоскость, а системным диалогом с менеджерами, и если надо - с собственниками. Которые ведут себя по принципу героя "украинского поэта" Чехова, который всё боялся, "как бы чего не вышло".

Но системного диалога не происходит. Потому что выпустить пар - проще, бороться с начальниками - опасно. А диалог - это труд. Интеллектуальный и эмоциональный. А всем лень.

Получается роковой дуализм: те, кто больше всех говорят, пишут, и даже кричат о свободе слова, на самом деле выхолащивают эту тему. Вместо предметного разговора получается высокоинтеллектуальная дискуссия на тему "кто козел?".

Проекта решения проблемы свободы слова в стране - как не было, так и нет. А политики как использовали нас в своих интересах, так и продолжают. И в этом никто не виноват, кроме нас самих.

Ольга Червакова для УП



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх