,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Красная плесень
  • 3 апреля 2010 |
  • 02:04 |
  • Stalker |
  • Просмотров: 46590
  • |
  • Комментарии: 6
  • |
0
Действительно - это историческая психологическая загадка: Сталина ненавидят и им ужасаются - люди СО СТОРОНЫ. Те же, кого можно причислить к потомкам замученных - им восторгаются.

ЭТО уже к самому Сталину не относится. Если народ любит своих палачей и презирает своих мыслителей и художников (так наз. гнилых интеллигентов) - моему украинскому с таким народом не по пути.


Нас от московитов отделяет НЕ язык, русский или украинский - а вот эта любовь к тирану и ненависть, презрение к человеку творческого труда. Именно по ЭТОМУ признаку мы различаем украинцев от не-украинцев.

По отношению к государству Украина и к демократии как государственному устройству.

Даже в Украине сказывается дефицит на людей культуры, людей высококвалифицированного труда и глубокой личной инициативы.

Не буржуазию и не помещиков истребляли люди Сталина - а люди, зараженные “вирусом свободы”, способностью самим ставить себе жизненные цели и отвечать за результаты своей деятельности.

Могут не поверить - КАК это можно истреблять людей за простую способность мыслить и действовать самостоятельно? Но именно ИХ и истребляли - людей, получавших ресурсы не из рук государства - предпринимателей, специалистов, крестьян.

Любое тоталитарное общество начинается с умерщвления интеллектуальной части общества - чтобы, в идеале, загнать оставшихся “грамотеев” в “шарашки” - загоны для интеллектуального человеческого скота.

А выживали - худшие, трусливые, с тусклым блеском глаз и наклоненной головой - такие выжили и дали потомство.

Кровожадный людоед Сталин, повязанный большой кровью с чекистами, ввел пытки как нормальную практику в отношении «врагов народа».

Трагический 1941 год принес не только бедствия, связанные с нападением Германии на СССР, но и новые аресты и расстрелы. Документ о карательных действиях против бойцов и командиров, попавших в плен и окружение, вышел уже на шестой день войны. По приказу наркома обороны № 270 и постановлению от 16 августа 1941 года, подписанному Сталиным, Молотовым, Буденным, Ворошиловым, Тимошенко и Шапошниковым, все советские воины, оказавшиеся в плену или на оккупированной территории, объявлялись «изменниками Родины», будь то генерал, адмирал или же обыкновенный рядовой солдат или матрос.

е, кто вышли из окружения, попадали в фильтрационные лагеря НКВД и чаще всего шли потом под трибунал (карали и членов семей бывших военнопленных). За период 1941–1944 годов одних офицеров было репрессировано 72 тысячи, а всего — 994 тысячи человек; более 157 тысяч из них было расстреляно. С 1944 года арестованных бывших военнопленных уже миллионы. В мае 1945 года отдел «Ф» и 4-е Управление НКГБ объединяются. Возглавляет это объединение Судоплатов, курирует Берия. Всего за войну и вскоре после нее подверглось аресту, казням и высылке 2 миллиона 500 тысяч человек. На фронте и в тылу вплоть до 1946 года свирепствовал Смерш, возглавляемый В.С. Абакумовым, который принимал личное участие в расправах над арестованными офицерами.

Дела о военных заговорах, аресты военачальников начались еще при Ежове. По официальной справке Военной коллегии Верховного суда СССР, Ежовым были уничтожены: 1 нарком ВМФ, 3 заместителя наркома обороны, 16 командующих войсками округов, 25 их заместителей, 5 командующих флотилиями, 8 начальников военных академий, 33 командира корпусов, 76 командиров дивизий, 40 командиров бригад, 291 командир полка.

Продолжая разработку «военных заговоров», при Берии в 1940–1941 годах арестовали более 100 генералов и адмиралов РККА; 23 из них были расстреляны, 12 — умерли, находясь под следствием.

С осени 1941 года опустевшие было камеры Сухановки начали заполняться новыми заключенными — так называемыми военными преступниками. Это были недавние военнопленные, прибывающие из особых отделов фронтов, а также свои, тыловые «враги народа».


Это заместитель командующего Юго-Западного направления по автобронетанковым войскам генерал-лейтенант Владимир Степанович Тамручи. Перед арестом он был в резерве Главного управления кадров Красной армии. В.С. Тамручи был родом из Баку, имел высшее военное образование. Его арестовали 22 мая 1943 года. Семь лет находился он под следствием в одиночной камере Сухановской тюрьмы. Один Бог знает, что ему пришлось здесь перенести. В возрасте 58 лет 28 октября 1950 года он умер. Не выдержало сердце или он был забит до смерти сухановскими изуверами, мы уже не узнаем.

Контр-адмирал Константин Иванович Самойлов, также умерший во время следствия в тюрьме, был ровесником Тамручи, родом тоже из Баку, имел высшее военное образование. Перед арестом был начальником Управления военно-морских учебных заведений ВМФ СССР. Арестовали его вскоре после начала войны — 9 июля 1941 года. Обвинение было сформулировано как «подозрение на измену» Родине. За это «подозрение» он всю войну и послевоенные годы — целых 10 лет — томился в тюрьме. Из документов известно, что 59-летний адмирал умер в 1951 году, находясь под следствием в Сухановской тюрьме.

Ряды сухановских военачальников в годы войны пополнили начальник штаба 4-й ударной армии Федор Николаевич Романов, арестованный в январе 1942 года; преподаватель Академии ВВС Александр Александрович Туржанский; военачальники В.С. Голушкевич, И.А. Ласкин, Г.А. Ворожейкин. Все они были арестованы в 1942–1943 годах и содержались по 8–10 лет в сухановских одиночках.

В числе жертв Сухановки — маршал авиации, Герой Советского Союза Сергей Александрович Худяков (Ханферянц Арменак Артемьевич). Перед арестом в декабре 1945 года он находился на Дальнем Востоке, где успешно участвовал в войне с Японией. 14 декабря маршала вызвали в Москву, по прибытии арестовали и отвезли в Сухановку. Там, надо думать, за него крепко взялись, потому что маршал был не из слабых. Но его, как и других военачальников, быстро сломили. По приговору Военной коллегии Верховного суда СССР маршал был обвинен в связях с английской разведкой, в «злоупотреблении служебным положением» и в том, что жил под другим именем.

Маршала Худякова расстреляли 18 апреля 1950 года.

Генерал-майор Павел Григорьевич Понеделин перед войной был начальником Ленинградского военного округа. С апреля по август 1941 года он командовал 12-й армией Юго-Западного фронта, имел три боевых ордена. В районе Умани он попал в окружение, при попытке прорыва был взят в плен. В апреле 1945 года генерал был освобожден союзными войсками, от работы в армии США он отказался, затем семь месяцев проходил проверку при Советской миссии в Париже. Полностью восстановленный в правах, в декабре 1945 года П.Г. Понеделин вернулся в Москву и вскоре приступил к работе в Военной академии им. Фрунзе. Но лишь одну неделю генерал находился на свободе. 30 декабря он был арестован по доносу некоего К. После ареста Понеделин был водворен в Сухановскую тюрьму. Следствие по его делу продолжалось пять лет — до июня 1950 года. Все это время он томился в одиночке.

Понеделин обвинялся в измене Родине и выдаче на допросе в плену секретных сведений. Военной коллегией Верховного суда СССР от 25 августа 1950 года он был приговорен к расстрелу. В тот же день приговор привели в исполнение. Тело расстрелянного генерала было кремировано в Донском крематории.

Всего в Сухановке содержались без суда и следствия 52 высших офицера Красной армии, ставших во время войны добычей Смерша, — за неосторожные высказывания об отличной подготовке вермахта и наших просчетах.


Прежде всего следует сказать о военачальниках, которые умерли в Сухановке, не дожив до суда.


К началу 1950 года о военных узниках Сухановки как будто забыли. Берии напомнил о них военный прокурор генерал Афанасьев. С интервалом в полгода Берия дважды обращался с вопросом о сухановских военачальниках к Сталину. Решение последнего было следующим: «Мелочь судить, остальных расстрелять!»

В конце декабря 1945 года при возвращении из немецкого плена были арестованы и помещены в сухановские одиночки: командир 15-го стрелкового корпуса генерал-майор Петр Фролович Привалов; начальник военных сообщений генерал-майор технических войск Сиваев Максим Наумович; генерал-майор войск связи Белянчик Михаил Николаевич; контр-адмирал, заместитель командующего Черноморским флотом Бондаренко Петр Тихонович; генерал-майор, командир 13-го стрелкового корпуса РККА Кириллов Николай Кузьмич, переданный советским властям миссией в Париже. Эти и другие военачальники, уже отсидевшие в одиночных камерах Сухановки по пять и более лет, в 1950–1951 годах были расстреляны.

Когда в Сухановке принялись «вышибать» показания одновременно из всех генералов и адмиралов, а это были люди крепкие, мужественные, началось что-то невообразимое.

Днем коридоры следственных кабинетов тихие, пустынные, видны следователи, сидящие за столами, строчащие какие-то записи. Но ночью… все наполнялось криками, визгом, воплями. Красные от натуги следователи в полуоткрытые двери виднелись за «работой» — избиением, истязанием подследственных. Следователь мочился в графин и заставлял пить подследственного. Избиения были такими, что крепкие 50—60-летние мужчины, бывшие полковники, генералы, кричали, не помня себя: «Мама!»

Очевидец слышал женские крики из соседнего кабинета: «Как вы смеете? Вы не смеете, не смеете!» Он думал про себя: что же они там с ней делают?

Некоторых после длительных допросов отправляли на принудительное лечение в тюремную психиатрическую больницу. Так поступили с 51-летним генерал-лейтенантом в отставке И.С. Варенниковым, подполковником А.А. Грибом и некоторыми другими.

Даже представителям всесильного Смерша пришлось познакомиться с Сухановскими казематами. По свидетельству ответственного сотрудника прокуратуры Кульчинского, в Сухановке несколько лет содержался бывший начальник Смерша одного из фронтов генерал-майор Сидякин. Он сошел с ума в тюрьме и, сидя в одиночной камере, целыми днями выл и лаял по-собачьи.

Казненных генералов и адмиралов кремировали в Донском крематории. Через 2–3 года, некоторые через год после расстрела были реабилитированы.

Красная плесень
В.С. Тамручи, генерал-лейтенант танковых войск

Красная плесень
Н.К. Кириллов, генерал-майор

Красная плесень
П. Т. Бондаренко, контр-адмирал
Вышел из окружения — под трибунал!

Источник








Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх