,


Наш опрос
Нравиться ли вам рубрика "Этот день год назад"?
Да, продолжайте в том же духе.
Нет, мне это надоело.
Мне пофиг.


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Феномен свободы в либеральной клетке
  • 2 ноября 2009 |
  • 18:11 |
  • Forum |
  • Просмотров: 14189
  • |
  • Комментарии: 4
  • |
0
Феномен свободы в либеральной клетке


Призывы отстоять свободу или завоевать ее как будто сами собой срываются с языка «верховных жрецов» от политики, отделенные от их сознания. В ближайшее время в связи с избирательной эпопеей на Украине тональность таких апелляций только возрастет.

Складывается впечатление, что слово «свобода» наряду с «демократией» и некоторыми другими привлекательными словечками – из тех, которые служат демократам для связности речи и гипноза слушателей. Якобы признак демократичности, подобно тому, как жаргонизмы – свидетельство причастности к обособленному кругу, например, криминальному.

Понятие «свобода» вследствие употребления политиков совершено расплылось и утратило смысл. Такая свобода – знамя фетишистов. На самом деле свобода от чего? Кто угнетатели? Что с ней делать? Предполагает ли она ответственность, в какой мере? Подобные резонные вопросы с одинаковым успехом можно задавать бесконечно.

Но что могут знать рабы политических рейтингов и материально-финансовых активов о свободе? Свобода не в адюльтерах и педофильских забавах. На верхнем своем полюсе она тяготеет к смерти. Свободный человек ничего не боится и готов умереть. Свободные граждане не стали бы терпеть тотального лицемерия и цинизма власти. Их не прельстишь подачками. Потому, в случае политиков, прославлять свободу и призывать ее – все равно, что вызывать каток, который их переедет. Казалось бы, парадокс, если не учитывать, что политики уверены в податливости общества и, соответственно, своей безопасности.

Призывая к свободе, спекулируя на этом понятии, они вовсе не хотят, чтобы граждане ничего не боялись. Хотя против смерти граждан они настроены не воинственно. Пусть только те сперва правильно проголосуют. Граждане могут исчезнуть с лица земли, но не должны пропасть голоса избирателей.

Однако есть или жили те, кто в касающихся свободы вопросах действительно компетентны. Они-то вряд ли стали бы о ней кричать.

10 сентября исполнилось 45 лет со дня рождения русского рок-музыканта Егора Летова, который знал о свободе гораздо больше, чем все представители современного украинского парламента и президентского секретариата. Сравнивать его опыт свободы с соответствующими накоплениями большинства обитателей указанных злачных мест все равно, что сравнивать боевой опыт участника войны с практикой играющего в войну ребенка.

Товарищ Егор обитал на невидимом для широкой общественности социальном уровне, но внес значительно больший вклад в культуру в хорошем смысле этого слова, чем совокупно весь сонм отполированных «звезд» шоу-бизнеса, завсегдатаев мясного ряда, которыми денно и нощно выкалывают нам глаза с телеэкранов. Только признает это не какое-нибудь жюри, а высший суд, который, несомненно, существует, хотя и не заседает на заседаниях.

Чрезвычайно любопытна и показательна идейная эволюция и судьба Егора Летова. Придя на рок-н-рольный фронт в начале 1980-ых, он, ведомый своей личной неподдельной свободой, яростно набросился на свойственную коммунистическому строю систему подавления. Горько-язвительные с суицидальными и апокалиптическими оттенками тексты под скрежет гитары надрывно и отчаянно бросал он в, как ему наверно представлялось, коммунистического монстра, невзирая на неформальный интерес к своей персоне со стороны КГБ. Ему внимала довольно большая (не столько числом, сколько энергией и бесшабашностью) аудитория. Трудно измерить его лепту в разрушение коммунистического строя, но несомненно, что она весома. Во всяком случае больше, чем у многих нынешних популярных антикоммунистов.

Однако уже в 1990-х Летов орал на концертах и протестных митингах советскую песню «И вновь продолжается бой» и подобные ей по сути.

Вот как он объяснял такую метаморфозу: «Я не советской власти вредил, а системе подавления… И сейчас мы выступаем не за ту советскую власть, против которой мы боролись, а за то, ради чего была совершена революция 1917-го года. Это совсем другие вещи… И вообще, почему я выступаю, скажем, за советскую власть? Потому что мне есть с чем сравнивать. Я выступаю на стороне порядка. Там порядка было больше в гуманном, человеческом смысле. Было не страшно по улицам ходить. Это не только идеология. Это гораздо шире…» (http://www.gr-oborona.ru/pub/pub/1056113213.html, здесь и далее – цитаты из материалов официального сайта «Гражданской обороны»).

«Да, я способствовал разрушению. Может, так надо было. Оно того было достойно, собственно говоря. Но я делал это не ради того, чтобы победила эта демократия, я хотел, чтобы стало лучше. А стало гаже. Да, мы сломали все это дело. Я думаю, что мы очень хорошо потрудились. Но когда взломали, полилась вся эта гадость, жижа, и все затопила. Она гораздо зловоннее… В известном смысле все мои песни, все мое творчество всегда были направлены против той пресыщенной, алчной, лакейской прослойки граждан, учиняющей ныне беспримерно циничный, чудовищный раздор и поругание нашей отчизны, оглушительно ратуя за некие «общечеловеческие ценности», сводящиеся к идее собственного ожирения за счет обирания и удушения ближнего своего».

Заметим, что тюрьма и психбольница в советские времена грозили ему не понарошку. Достаточно почитать тексты его песен. Но, видимо, в нахлынувшие посткоммунистические годы ему стало еще теснее и безысходнее. Он почувствовал, как под напором «свободы слова» размывается островок понимания и осмысленности, который служил ему опорой, усиливается одиночество и слова «ничего святого» приобретают роковую отточенную завершенность. Монстр подрос и стал еще ужаснее.

Всю свою жизнь Летов вел себя, казалось бы, противоестественно, избегая личной выгоды в общепринятом понимании, хотя мог бы, скажем, стать первым экспертом среди вышедших в фавор антикоммунистов, сидеть свадебным генералом в президиумах демократических форумов и преспокойно стричь на этом деле купоны. Ему помешало одно: он был свободным.

Каким и умер 19 февраля 2008 года, лежа дома на диване и до некоторой степени разочаровав способом своей смерти падкую до сенсаций и героических сюжетов публику. Многих потребителей свободы слова, шныряющих в интернете в поисках «жареного», сильно интересовало, не захлебнулся ли он своей блевотиной, пребывая в состоянии алкогольного опьянения. Это, похоже, единственное, что их действительно волновало в связи со смертью героя.

Другим же останется его признание: «Я из Советского Союза. Советский Союз я защищаю до смерти. Это была моя Родина. Сейчас я живу Бог его знает где. Нас посетила какая-то чума… Я советский националист. Родина моя – СССР. СССР – это первый и великий шаг вдаль, вперед, в новое время, в новые горизонты. СССР – это не государство, это идея, рука, протянутая для рукопожатия, и слава и величие России в том, что она впервые в истории человечества взяла на себя горькую и праведную миссию прорыва сквозь тысячелетнее прозябание и мракобесие, одиночество человека к великому единению… В 1917 году наша страна сделала первый шаг на пути к истине – не бывать ему последним!»


Феномен свободы в либеральной клетке


Феномен свободы в либеральной клетке


Феномен свободы в либеральной клетке


Феномен свободы в либеральной клетке


Феномен свободы в либеральной клетке


Пётр ПЕТРОВ

2000.



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх