,


Наш опрос
Нравиться ли вам рубрика "Этот день год назад"?
Да, продолжайте в том же духе.
Нет, мне это надоело.
Мне пофиг.


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


МАРГИЛЕНЦИЯ
  • 2 октября 2009 |
  • 16:10 |
  • jorik.13 |
  • Просмотров: 15095
  • |
  • Комментарии: 5
  • |
0
Из огромного моря современной газетной эссеистики, так или иначе возрождающей великую традицию предреволюционной русской мысли, торчит как мачта корабля статья А.Галковского "Андерграунд" в "Независимой газете" в ноябре 1992 года. Она и была рассчитана на эффект - иначе бы редакция не стала уделять две полосы под обычное эссе ("опыт о человеке", позволю напомнить первоначальное название этого жанра). Эффект разорвавшейся бомбы? Может быть - в среде того "советского истеблишмента", который автор окрестил "андерграундом", изничтожил, оплевал и так далее. Вроде бы повторено то, что сказал Мережковский: "Хам пришел", но повторено так крепко, так точно схвачены реальные черты хама, и устроена ему такая хамская вселенская смазь... Но среда торжествующего хама -достаточно замкнута, и о ее реакции мне знать не дано. Как историк - и, следовательно, немножечко социолог - почти уверен, что обличаемая элита отреагирует правильно: молчанием. Такова лучшая стратегия обвиняемого на всяком допросе, таков единственный способ сколько-нибудь обеззаразить любые обвинения - в стукачестве ли, в безграмотности ли, в краже ли. Как спорить с человеком, который нагадил на твоем обеденном столе? Если не можешь его выставить из дома и не можешь уйти - молчи. Начнете спорить - вас же он полгода спустя на смех поднимет: не умеете отличить фекалии от филиппики.

Статья произвела сильнейший эффект, однако, в той среде, от имени которой выступает Галковский - в среде маргинальной. Возмутились отверженные. Гуинплена освистали лорды - Галковского освистывает прежде всего чернь. Это-то что за эффект? Ведь все его обвинения справедливы, и надо бы радоваться, что кто-то сказал - или, точнее, свистнул - правду. Не в первый раз, конечно, но свистнуто не средне, а очень даже изрядно. Не просто сказано: вся "элита" современного русского общества - сволочи, суки и мразь, совершенно несправедливо зажирающие век людей талантливых, а сказано в превосходнейшей степени. Но зажираемые - возмутились: смердяковщина-де, гордыня сатанинско-подвальная (действительно: давненько уже никто про себя так не писал: я - гениальнее всех, и пошли прочь с дороги!). Те, от имени кого свистнул Галковский - зажимают носы и уши, отворачиваются, знать его не хотят. Но единственный вразумительный довод, который приводят в оправдание своего отвращения: то, что обруганы не только подлинные мерзавцы, но и заветные кумиры, облегчавшие интеллигенции жизнь, а вернее - украшавшие подавленное ее прозябание: Николай Бердяев и Сергей Аверинцев.

"Эффект Галковского" отвратителен - он отвращает от себя союзников, потому что говорит нечто непосильное им. Слишком многие узнали себя в Галковском - и их стошнило. Потому что, прежде всего, это эффект подонка, который плюет на других подонков. Неужели мы - сидящие в подполье, невостребованные, неангажированные, мнящие себя умнее, лучше и чище - неужели и мы на самом деле просто глупы, так же глупы, как и те, кто на самом верху, как и сидящий внизу Галковский? "Не всякий, кто бит нагайками - революционер", - сказал Алексей Пешков. Неужели и в нашем случае все дело в элементарной логической ошибке? Не всякий, кто против подлецов и глупцов - честен и умен, - вот, Галковский же... Может быть и я... того... Может быть, и все мои ненапечатанные книги такой же вздор, как характеристики, данные этим философом Аверинцеву и Бердяеву? А какой-нибудь совсем юный маргинал еще и усомнится: а что, может про Аверинцева с Бердяевым и про масонов - того, правда?..

Галковский абсолютно прав: Россия - страна, где подполье стало верхом. Но как же он примитивен, выводя из этого, что революция была механическим переворотом, что верх и низ просто поменялись местами. Россия - страна подпольная от крыши до погреба. И потому положение в социальной системе - отвержен ты или обласкан - ничего не говорит о том, умен ты или глуп, холоп ты или свободен, творец или потребитель. А вот то, что в сердце у тебя злобная зависть, - верный симптом состояния анти-творческого, разрушительного, анти-умного. Но у какого маргинала в сердце нет этой злобы на мир, в котором печатают - не нас, за границу зовут - не нас, не нас любят и даже плюют не на меня. Вон, Галковский хотя бы ругательные о себе рецензии десятками меряет, а ты - сам себя не оплюешь, так и сидишь чистенький как Михалков.

Более того, по самосознанию интеллигенция России не делится на элиту и подполье - или на "элиту" и "андеграунд". Лауреаты и звезды, богатые и бедные, преуспевшие и затертые, - все в равной степени считают себя униженными и оскорбленными, профессионально посвящая себя зависти и злобе. Всем недодано: и ректору какого-нибудь очередного "гуманитарного" университета, выросшему на партийной халяве, и физику-кочегару, выросшему на халяве жэковской. Оба считают возмоможным красть у казны и сограждан, оба - борцы с истеблишментом, оба - смердяковы.

Только подлинная сила всякого эффекта не может быть в одной вони и злобе. Они - лишь оболочка, которую разрывает иное чувство, причастное подлинному бытию и потому динамитных свойств. И эффект Галковского - в отчаянной, могучей любви и вере. Вот то, что провидел и что любил Достоевский в самых мерзостных своих героях: и они - люди, обычные в своей жажде необычного. За этой всхлипывающей гордынькой ("Я умный, я хозяин, я хороший) - всего лишь пронзительный крик: "Полюбите меня! Я нуждаюсь в вашей любви! Я умру без нее!" А за постоянной оглядкой на Запад - трогательная в своей нелепости вера в то, что есть где-то норма, есть дом, где подполье - внизу, а чердак - вверху. На самом-то деле - последняя правда сказана Христом: "Весь мир во зле лежит". И в Англии, и в Сингапуре "во всех цивилизованных странах", и в дореволюционной России - вовсе не лучшие правят и вовсе не самые талантливые получают самые большие гонорары. И кто винит нынешних правителей России в ничтожестве, кто полагает, что на Западе есть "великие", "умные", "знающие" - очень сильно ошибается; и там у руля - ничтожества. Для того они и завели демократию с цивилизованностью, чтобы и с ничтожествами кое-как выгребать.

Ибо нет ничтожеств в ничтожном мире. Но и не "все черненькие, все прыгают". Все - люди, и высшая степень интеллигентности, ума и благородства - в евангельской заповеди: "Любите врагов ваших". Умных и глупых, достойных и недостойных, ничтожных и чтожных - любите всех, ибо все - ваши враги, все могут в любое мгновение запрезирать вас и ударить вас, и нет человека, который мечтает спасти вас. И возрастай потихонечку - от веры в кисельные берега Темзы и молочную справедливость Гарварда до веры в Бога, любившего людей, распятого людьми и все же до конца и после конца Соединяющего божественную Свою природу с человеческой. Ты плюешь в человека, хотя знаешь и чувствуешь, что попадаешь в самого себя, а ты согласен быть оплеванным? Тогда не плюй в человека, потому что ты попадаешь - в Христа.



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх