,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Ни газа, ни зрелищ
  • 27 октября 2010 |
  • 19:10 |
  • Olmir |
  • Просмотров: 10182
  • |
  • Комментарии: 1
  • |
0
Визит президента России Дмитрия Медведева в Туркменистан прошёл в высшей степени неформально – главы государств общались не в официальной резиденции Гурбангулы Бердымухамедова, а в специально разбитом шатре, за ужином. Во время визита не было подписано ни одного документа – и, как отмечается особо, не планировалось.

Российский президент уделяет особое внимание небольшой центральноазиатской стране. За время его правления это уже четвёртый официальный визит Дмитрия Медведева. С Ашхабадом напрямую связано положение «национального достояния» - Газпрома.

Большое беспокойство в Кремле вызывают планы участия Туркменистана в проекте Nabucco – эта труба позволит поставлять природный газ в Европу в обход территории России. В свою очередь, у Москвы есть свой инструмент давления – во-первых, с прошлого года российская газовая монополия закупает у Туркменистана меньшие объёмы газа, во-вторых, Россия совместно с Казахстаном планировала строить Прикаспийский газопровод.

Сейчас, как сообщает газета «Коммерсант», стороны договорились заморозить строительство Прикаспийского газопровода. А чтобы туркменская сторона потеряла интерес к проекту Nabucco, Москва пообещала помочь Ашхабаду доставить газ на рынок Южной Азии, подключившись к строительству трубы из Туркмении в Индию через Афганистан и Пакистан. Фактически, новая труба должна пройти через чрезвычайно нестабильный регион, где до сих пор идут боевые действия.

В то же время стало известно, что Газпром не намерен пересматривать объёмы закупок туркменского газа, они останутся на прежнем, чрезвычайно низком уровне.

В последние 4-5 лет Туркменистан переориентировал поставки своего газа на Иран и Китай. Так, в декабре 2009 года был открыт газопровод Туркменистан-Синцзян (провинция на западе Китая). К 2013 году по нему будет перекачиваться 40 млрд кубометров в год. При этом инвестором строительства трубы выступил сам Китай, вложив в проект 20 млрд долларов. По слухам, в счет этого кредита Китай будет закупать туркменский газ по цене 90 долларов за 100 кубометров (при мировой цене в 200-250 долларов и цене прежних поставок туркменского газа в РФ в 100 долларов).

Самое интересное, что вскоре Россия вынуждена будет конкурировать с Туркменистаном за китайский рынок газа. К 2015 году, как ранее объявлял вице-премьер Сечин, Россия будет поставлять до 30 млрд кубометров в Китай по т.н. «западному маршруту».


Напомним, проблемы с Туркменией начались в прошлом году, когда руководство Газпрома решило «наказать» центральноазиатских партнёров за стремление к диверсификации. Однако, после такого шага туркменское руководство стало проявлять ещё больший интерес к другим рынкам сбыта «голубого топлива».

Как объяснил «СП» эксперт по странам Центральной Азии доктор исторических наук, руководитель Центра балканских, кавказских и центрально-азиатских исследований Института всеобщей истории РАН Артём Улунян, процесс охлаждения отношений между бывшими советскими республиками – абсолютно естественный. Страны, номинально получившие независимость в 90-е, постепенно выходят из-под влияния «старшего брата».


«СП»: — То, что сейчас происходит между Россией и Туркменией – значит ли, что Россия постепенно теряет для себя эту страну?

– Я бы не стал говорить, что Туркменистан потерян для России. Дело в том, что Туркменистан проводит собственную внешнюю политику, частью которой является и энергетическая политика. Суть её – усиление позиций страны на международной арене как нейтрального государства, о чём постоянно заявляет руководство страны. Усиление не только с точки зрения международных обязательств Туркменистана, но и его внешнеэкономических связей.

Туркменистан не склонен вступать в экономические блоки, частью которых, так или иначе, являются международные проекты, скажем так, однобоко ориентированные. Поэтому, когда мы говорим о позиции Туркменистана по газовой проблеме, это, прежде всего, стремление выйти из под контроля другой страны, которая, мягко говоря, может воздействовать неблагоприятно на внешнеэкономические и внешнеполитические связи Ашхабада.

Если говорить о состоявшемся визите и о заявлении, которое было сделано вице-премьером Сечиным по части, касающейся Nabucco, то мне кажется, что это отражение определённых настроений, которые существуют в Кремле, и тех желаний, которые существуют у Кремля.

Трудно сказать, будет ли строиться Nabucco, или нет, но, насколько мне известно, ситуация складывается следующим образом: если не Nabucco, то Туркменистан всё равно будет работать на второе, третье, четвёртое, двадцать пятое направление.

В Центральной Азии сейчас происходят серьёзные процессы усиления независимости государств, ослабления влияния от других государств-коллег по СНГ, прежде всего от России.

«СП»: — Дальнейшее разбегание?

— Я бы не стал использовать слово «разбегание», просто рано или поздно этот вопрос должен был возникнуть. Этот процесс идёт с 90-х годов, это не ситуация нынешнего момента, просто сейчас это стало очевидно. Естественно, всё, что касается энергетических проблем, а это очень болезненная для Москвы тема, будет постоянно всплывать во взаимоотношениях между государствами.

Что касается Туркменистана, то глубоко убеждён, что у него есть перспективы налаживания взаимоотношений с традиционными партнёрами на Западе. Более того, Европа и США хотели бы большей независимости тех стран, у которых есть запасы ресурсов, от каких-либо колебаний политической линии в рамках СНГ, что вполне естественного.

Ничего предосудительного в поведении Туркменистана, таким образом, нет, это вполне нормальный процесс. Другое дело, что пора отказаться от бытующего представления, что эти государства – бывшие советские республики. Сейчас уже нет первых секретарей и нет обкомов, поэтому снимать-назначать руководителей этих стран, используя какие-то странные действия, невозможно, потому что существует международное сообщество.

Энергетическая тема, которая сейчас постоянно доминирует во взаимоотношениях со странами Центральной Азии, на мой взгляд, искусственная. Потому что всем давно понятно, что независимые страны используют эти ресурсы в своих собственных целях.

В большинстве этих стран существуют общественно-политические режимы, мягко говоря, не соответствующие демократическим требованиям. И вопрос заключается не в том, насколько эти страны будут самостоятельны, сколько зачем нужна самостоятельность авторитарным руководителям – для того, чтобы продолжать руководить, или чтобы добиться определённых результатов для своей страны.

Судя по тому, что сейчас происходит, можно сказать, что политика в странах Центральной Азии носит резко выраженный персонифицированный вид.

«СП»: — А есть ли шансы демократизации этих режимов?

— Говорить о том, что эти режимы добровольно станут демократическими, даже не стоит. Такие надежды, конечно, в своё время высказывались, но сейчас всем всё понятно. Такая возможность есть только у двух стран региона: у Кыргызстана, и, при определённых обстоятельствах, при определённых изменениях, которые могут произойти, в Таджикистане.

Все остальные государства так и остаются с режимами различной степени авторитарности и тоталитарности, и они будут присутствовать, пока есть те общественно-политические системы, хозяйственно-общественно-политические, над которыми довлеют их нынешние руководители.

«СП»: — Вы говорили об интересах Туркмении к сотрудничеству с Европой и США, есть сотрудничество с Россией. Туркменистан ищет других партнёров – Китай, Индия, Турция и так далее? Кто имеет влияние на Туркмению, кроме США, России и Европы?

– Скорее даже не влияет, а кто интересен. Интересен любой, кто сможет создать баланс в отношениях Туркменистана и прочих партнёров. Речь идёт о том, что Ашхабад использует все возможные и вероятные пути поставки сырья, чтобы не зависеть только лишь от одного-двух-трёх партнёров.

В данном случае, я полагаю, что такие перспективы есть. Но тут не стоит забывать об ещё одной особенности: рынок газа начал сужаться. Он перестаёт быть очень интересным. На данный момент сырьевая политика остаётся значимой, но определяющей она не будет. Те, кто пытается использовать такие рычаги давления, как газ, нефть, алюминий и так далее, они обречены оказаться на задворках развития. Быть сырьевыми придатками.

Время, когда идёт борьба за газ в Центральной Азии, постепенно уходит. Появились другие возможности транспортировки газа, и они уже используются, пусть и не в тех объёмах, как традиционные трубопроводы. Борьба за Центральную Азию, где много газа, нефти, и других ресурсов напоминает историю середины XIX века, когда тоже была борьба за эти земли, которая ни к чему не привела.
Источник



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх