,


Наш опрос
Как изменилась Ваша зарплата в гривнах за последние полгода?
Существенно выросла
Выросла, но не существенно
Не изменилась
Уменьшилась, но не существенно
Существенно уменьшилось
Меня сократили и теперь я ничего не получаю


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


'The Korea Times', Южная Корея: Может ли Россия быть великой?
  • 16 октября 2010 |
  • 22:10 |
  • irenasem |
  • Просмотров: 36177
  • |
  • Комментарии: 16
  • |
0
КЕМБРИДЖ. В 1950-х многие американцы боялись, что Советский Союз превзойдёт США как ведущая мировая держава. СССР был первой страной мира по территории, третьей по населению и второй по экономике. Он производил нефти и газа больше, чем Саудовская Аравия.

Более того, СССР обладал более чем половиной мирового ядерного оружия, имел больше обычных вооружений, чем Соединённые Штаты и наибольшее количество людских ресурсов, вовлечённых в исследование и развитие, было тоже в СССР. Всего через год после США, в 1952, СССР испытал водородную бомбу и первым запустил спутник в 1957.

В условиях мягкой войны («soft way» — Джозеф Най является признанным авторитетом в этой области - прим. пер.) коммунистическая идеология была привлекательна для значительной части послевоенной Европы, обязанной за победу СССР над фашизмом, и Третьего мира, для населения которого она ассоциировалась с массовыми национально-освободительными движениями. Советская пропаганда активно продвигала миф о неизбежности триумфа коммунизма.

Никита Хрущёв в 1959 громко пообещал, что к 1970, максимум к 1980 году Советский Союз обгонит США. А в 1976 году Леонид Брежнев сказал французскому президенту, что коммунизм к 1995 году будет доминировать в мире.

Эти заявления подкреплялись официально декларируемым ростом ежегодных экономических показателей на 5-6% и возросшей долей СССР в мировом ВВП с 11% до 12,3% между 1950 и 1970 годами.

Однако затем началось долгое падение, как экономических показателей, так и доли СССР в мировом ВВП. В 1986 году Михаил Горбачёв констатировал, что советская экономика «сильно расстроена. Мы испытываем недостаток по всем направлениям».

Через год министр иностранных дел Эдуард Шеварднадзе сказал своим подчинённым: «Вы и я представляем великую страну, которая последние 15 лет теряет свои позиции ведущей индустриальной державы».

Оглядываясь назад, кажется удивительным насколько переоценивали на Западе мощь Советского Союза. В 1970 году «Комитет против актуальной угрозы» заявлял, что СССР превосходит США, а в 1980 году такие настроения сказались на итогах выборов в США. В 1991 году СССР распался.

Конец СССР оставил Россию всерьёз ужатой: она потеряла территориально (76% территории СССР), демографически (50% населения СССР), экономически (45% советского валового продукта), в военном отношении (33% вооружённых сил СССР). Более того, исчезла мягкая сила коммунистической идеологии.

Хотя Россия, по-прежнему, обладала около 5 000 снаряжённых ядерных боеголовок и миллионной армией (хотя её военные расходы составляли всего 4% от мировых — сравните с 40% у США), её способность проектировать силу в мировых масштабах значительно уменьшилась.

В экономическом отношении у России было 2,3 трлн долларов годового ВВП, что составляло 14% американского и 16 000 долларов годового дохода на душу населения (исходя из паритета покупательской способности), что составляло 33% аналогичного показателя в США. Её экономика всерьёз зависела от нефтяных и газовых доходов, а высокотехнологичная продукция составляла всего 7% промышленного экспорта (у США — 28%).

В терминах мягкой силы, у России, несмотря на привлекательность традиционной российской культуры, мало глобального присутствия.

По словам российского аналитика Сергея Караганова, «России следует использовать жёсткую силу, включая военную, так как она живёт в гораздо более опасном мире и ей не за кого спрятаться, а мягкой силы — политической, социальной, культурной и экономической привлекательности - у неё мало».

России больше не препятствуют коммунистическая идеология и громоздкая плановая система. И возможность этнической фрагментации, хоть и сохраняется, но отступила. В СССР этнические русские составляли 50% населения, в Российской Федерации их — 81%.

Наблюдается нехватка политических институтов, необходимых для эффективной рыночной экономики и ужасающая коррупция. Российскому «капитализму воровских баронов» не хватает эффективного регулирования, которое создавало бы веру в рыночные отношения. Система здравоохранения пребывает, по-прежнему, в расстроенном состоянии, показатели смертности растут, рождаемости - падают. Среднестатистический россиянин умирает в 59 лет (пенсионный возраст для мужчин — 60 и его планируют «плавно поднимать» с 2015 года — прим. ред.) — чересчур низкий порог для развитой экономики. По оценкам демографов ООН, российское население может сократиться к середине века со 145 млн до 121 млн.

Для России возможно много вариантов будущего. В экстремальном варианте некоторые видят Россию индустриальной «банановой республикой», чьи коррумпированные институции и непреодолимые проблемы в демографии и здравоохранении делают упадок неизбежным.

Другие возражают, что реформы и модернизация могут решить российские проблемы и руководство страны работает именно в этом направлении.

В конце 2009 года президент Дмитрий Медведев обратился с радикальным призывом к модернизации экономики, освобождению её от унизительной зависимости от естественных ресурсов и отходу от пережитков советского стиля в отношениях, которые, по его словам, нивелируют попытки России остаться мировой державой.

Но, как утверждает Катинка Бариш из «Центра по европейскому реформированию», концепция модернизации, предложенная российским лидером, чрезмерно государственническая, особенно учитывая, что госучреждения работают из рук вон плохо.

— Инновационная экономика требует свободных рынков, венчурного капитала, свободно мыслящих предпринимателей, судов по вопросам быстрого банкротства и солидной защиты интеллектуальной собственности, — говорит она. — Вместо этого — широко распространены монополии, вездесущая коррупция, удушающее государственное вмешательство и слабые и противоречивые законы.

Недостаточная функциональность правительства и язва коррупции затрудняют модернизацию. Пётр Авен, президент «Альфа-Банка», говорит, что «экономически это напоминает всё больше и больше Советский Союз. Это огромная зависимость от нефти, нужда в капитале, нужда в серьёзных реформах, в то время как социальное бремя очень велико. Главная угроза — это стагнация». Российский экономист решительно утверждает, что «консенсуса в пользу модернизации нет».

Но каков бы ни был итог, Россия с остатками ядерного оружия, большими людскими ресурсами, высокоразвитыми навыками в кибертехнологиях и расположением как в Европе, так и в Азии обладает возможностями или доставить всем много проблем или внести большой вклад в глобализованный мир. Мы все заинтересованы в российских реформах.


Джозеф Най — бывший помощник секретаря США по обороне, профессор Гарварда и автор готовящейся к печати книги «Будущее силы» ("The Future of Power").



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх