,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Информационная гибель СССР: причины и следствия
  • 1 декабря 2013 |
  • 10:12 |
  • URUZ |
  • Просмотров: 533
  • |
  • Комментарии: 12
  • |
Советский Союз во многом погибает из-за других причин, чем те, которые постоянно повторяются при обсуждении. СССР обладал сильной экономикой, уровня которой постсоветское пространство все еще не может достичь за более чем двадцать лет своего существования.

СССР обладал сильными технологиями, которые шли от естественных фундаментальных наук. Но СССР не имел технологий, идущих от наук социальных, гуманитарных. Он и не стремился их развивать, поскольку созданный внутри СССР мир во многом управлялся за счет принятия решений не внизу, а наверху.

Каждый человек имел перед собой ограниченный выбор, поэтому система не нуждалась в разработках по управлению выбором человека, как, например, можно рассматривать рекламу и паблик рилейшнз для западного мира. Плакат «Летайте самолетами Аэрофлота» четко отражает эту ситуацию, так как никаких других самолетов не было. Закрытое общество, плановая экономика порождали ситуацию минимизации контекстов принятия решений для потребителя.

Сегодняшние сетевые технологии принесли новый тип войны - сетевую, в результате которой Дж. Аркилла, к примеру, четко формулирует принцип, что иерархии не могут побеждать сети (Arquilla J., Ronfeldt D. The advent of netwar (revisited) // Networks and netwars. Ed. by Arquilla, D. Ronfeldt. - Santa Monica, 2001). Особенностью сети как раз и является делегирование принятия решений как можно ниже, что дает возможность быстрого реагирования на изменения в окружающем пространстве. В Советском Союзе, наоборот, все решения принимались как можно выше. И это, кстати, является типичным правилом любой бюрократической системы, которая тратит массу времени на согласование при принятии решений.

Советский Союз был сильной индустриальной державой. Однако его постарались оставить именно в этом состоянии, в котором и сегодня находится весь постсоветский мир. Советский Союз пропустил переход в новую технологическую форму - информационную. Это было сделано еще тогда, когда отказались от своих собственных разработок ЭВМ, перейдя на западный вариант IBM. Как следствие, сегодня ни Россия, ни Украина не в состоянии создавать свои собственные мобильные телефоны, компьютеры и даже телевизоры. Россия, заложив в свою основу вариант сырьевой экономики, в этом плане вообще находится на доиндустриальной стадии развития.

Переход в новую фазу всегда требует «сжигания» определенного ресурса. Советский Союз, перейдя к индустриализации, уничтожил таким образом свое крестьянство. Постсоветский мир в переходе человечества к информационной стадии потерял не только свои передовые позиции, но и свою субъектность. Теперь мы экономически как потребители поддерживаем переход передовых стран к новому технологическому укладу.

Бывший директор НИИ статистики Госкомстата России О. Смолин приводит цифры, которые отражают «колониальный» статус российской экономики (см. тут и тут): Например, доля иностранного капитала в экономике России. Официально: 20%. Фактически: 75%, в т.ч.: в имуществе: официально - 25%, фактически - 60%; в прибылях: официально - 21%, фактически - 70%; в акциях: официально: 18%, фактически - 90%. Размер интеллектуального капитала официально: $1,5 трлн. а фактически - $25 трлн. Занижение интеллектуального капитала почти в 17 раз помогает властям обосновать курс на копирование худших образцов зарубежного образования.

Перестройка как порождение разнообразия (политического, экономического, социального) стала следствием феномена застоя. Психологически застой воспринимается сегодня как проявление стабильности, но в то время он был попыткой «заморозить» любые изменения. Ни одна система не может эффективно функционировать с подобной «приглушенной» обратной связью.

Советский застой также имел и информационную составляющую. Воспитав большое число людей с высшим образованием, привив любовь к книге и чтению, уже нельзя удерживать людей в информационном и виртуальном пространстве с существенными ограничениями. Только стандартный идеологический набор, только соцреализм вызывали естественное отрицание.

По этой причине те же «шестидесятники» сразу в свое время привлекли внимание. Они могли даже выступать в качестве модели «выпускания пара». Любая западная выставка сразу же создавала многочасовые очереди. То есть закрытость страны создала наилучшие условия для привлечения внимания ко всему чужому. В СССР переводили очень много, но при этом всегда присутствовал идеологический критерий. Как считалось, лучше переводить уже умерших писателей, поскольку они уже не смогут выступить с осуждающим по отношению к Союзу заявлением. К тому же, книги в СССР всегда были дефицитом, что также подтверждает тот факт, что люди имели нужду в гораздо более насыщенном разнообразием информационном и виртуальном мире.

Ж. Эллюль отмечает, что все страны насаждают грамотность, чтобы вместе с ней запускать и пропаганду (Ellul J. Propaganda. The formation of men's attitudes. - New York, 1973, р. 110). Без введения элементарной грамотности пропаганда не сможет проникать в широкие слои населения. И отсюда становится понятным, как в современном мире именно министерства образования заняли место министерств пропаганды прошлого.

А. Снайдер приводит наиболее значимый пример управления чужим информационным пространством, который в сильной степени способствовал разрушению СССР - это проект звездных войн, именуемый стратегической оборонной инициативой США (Snyder A. Warriors of disinformation. American propaganda, Soviet lies, and the winning of the cold war. - New York, 1995; Снайдер А. Америка потратила миллиарды, запугивая мир Россией // Комсомольская правда. - 1997. - 26 ноября; его сайт - www.alvinsnyder.com ). Втягивая информационно СССР в эту новую гонку, США разрушали советскую экономику. Мы говорим об информационном управлении, поскольку в реальности проект звездных войн был блефом. В него просто «заманивали» СССР.

Снайдер также подробно описывает, как они препарировали записи переговоров советского пилота, сбившего южнокорейский лайнер в 1983 г., чтобы продемонстрировать в ООН, что пилот не сомневался, что перед ним пассажирский, а не военный самолет. Когда в 1988 г. уже американцы сбили иранский лайнер, Р. Рейган назвал это «трагическим, но объяснимым», ссылаясь на то, что американцы приняли его за военный самолет, что в принципе невозможно.
В статье 1996 г. в газете Washington Post А. Снайдер детально описывает совещание в госдепартаменте по подготовке этого видеоматериала. При этом он подчеркивает, что госслужащих нельзя осуждать, ведь они выполняют волю начальства.

Если интерпретацию сбитого корейского самолета и звездные войны Снайдер относит к успехам американской пропаганды, то к числу успехов советской он причисляет привязку СПИДа к секретным разработкам Пентагона, а также антиамериканские демонстрации в Западной Европе по поводу размещения там ядерного оружия.

СССР также втянул США в строительство самолета-невидимки с помощью двойного агента А. Толкачева (см. тут и тут). Этот «Стеллс» хоть и обошелся в 30 миллиардов долларов, но не оказался невидимкой для советский ПВО.

Описывая мир после холодной войны, Снайдер акцентирует то, что Голливуд может быть и союзником в продвижении американских идей, но он же может давать и невыгодную картинку американской действительности. То есть и такой мощный канал также требует определенной коррекции, если не сказать управления со стороны власти.



Еще одной попыткой предложить для публичной дипломатии работающую матрицу являетсяработа Н. Гринчевой о «психосиле» культурной дипломатии. Она попытается приложить к данным прикладным задачам теорию французского философа Б. Стиглера (см. о нем, в его биографии есть даже тюремное заключение за вооруженное ограбление). Он философ техники, который считает, что современные электронные технологии пытаются свести знания к информации, хотя это разные вещи. Информация - это «сырой материал» для знаний.



Процесс этих изменений касается всех. Происходит то, что Стиглер именует процессом грамматизации. Это массовый перенос психических, ментальных и социальных функций сквозь технику, меняющих психическое и коллективное сознание. Например, с его точки зрения сеть «убивает» прошлое глубокое чтение. Сеть организована так, чтобы затруднить полемическую и герменевтическую активность, являющуюся обязательной для эволюции знания.



Если перенести это на перестройку, то мы как раз имели близкую модель, хотя и без сети, когда огромный массив информации обрушился на граждан, которые не получили из-за этого возможности собственного осмысления предоставляемой им информации. Им пришлось взять знания, которые им предлагались без всякой проверки. И главной особенностью перестройки стало то, то новые информационные потоки с антисоветским содержанием порождались с помощью все еще советской пропагандистской машины. Условно говоря, если до этого ЦК был главным по насаждению ленинизма всеми методами, включая репрессивные, о теперь ЦК стал главным по порождению антиленинизма.



Б. Стиглер цитирует Ж. Делеза, подчеркивавшего, что сегодня мы живем в обществе контроля, созданного информационными технологиями. Стиглер же видит все это как потерю «индивидуации» человека. Радио и телевидение, с его точки зрения, позволили «интимизировать управление индивидуальным поведением, трансформированным в массовое поведение, когда наблюдатель, изолированный перед своим экраном (в отличие от кинотеатра), сохраняет иллюзию уединенного развлечения».



Стиглер говорит о темпоральных объектах, которые существуют только в процессе своей реализации. Эру темпоральных объектов привнесли радио и телевидение. Этот феномен полностью повторяет процессы цветных революций. Вот, что пишет Стиглер: «программные индустрии начинают производство темпоральных объектов, которые совпадают временем своего прохождения с временем потока сознаний, объектом которых они являются. Это совпадение позволяет сознанию воспринять время этих темпоральных объектов. Современные культур-индустрии могут таким образом заставить массы зрителей присвоить (принять как своё, т.е. купить) время потребления зубной пасты, прохладительных напитков, обуви, автомобилей и т.д.».

В этот же список можно добавить и время потребления цветных революций. Например, оранжевая революция происходила в сильной степени под влиянием прямых телевизионных трансляций, которые проводил Пятый канал. Правда, до этого Пятый канал получил особый статус, поскольку основные официальные каналы были подвергнуты остракизму: Киев был обклеен стикерами, где перечисление этих каналов суммировалось фразой «Они лгут».

Перестройка или цветная революция являются таким массовым действом, в котором жестко программируется и контролируется индивидуальное поведение. Все должны были повторять варианты массового поведения, в котором стало неприличным быть на стороне власти.

В своей книге Стиглер подчеркивает, что трансформация технической системы может дестабилизировать социальную, поскольку полностью изменяет ежедневную активность человека (Stiegler B. Technics and Time: The fault of Epimetheus 1. - Stanford, 1998). Частично это вытекает и из рассмотрения человека как обслуживающего персонала для машины. Вероятно, лучше всего этот тезис может проиллюстрировать смена жизни человека, возникшая в результате промышленной революции.

Мы можем реинтерпретировать эту ситуацию и для периода перестройки. Когда СССР стал обслуживать чужие машины: от ЭВМ до автомобилей, то это естественным образом привело к ментальной смене в головах у населения. Об этом же когда-то написал в своей диссертации историк В.О. Ключевский, когда говорил, что вместе с чужой вещью мы перенимаем мышление ее создателя.

Если информационные войны меняют фактаж, то смысловые войны - правила и иерархии. К примеру, перестройка поменяла правила, что такое успешный человек. Если до этого его карьера ассоциировалась с государством, то теперь этот тип карьеры рухнул. Партийный чиновник как цель становится изгоем нового общества. Иные люди, иные профессии, иные тексты стали во главу. Всех «потерявшихся» стал забирать рынок продаж.

Советский Союз породил миллионы читающих людей, например, инженерный класс, которые были отпущены за ненадобностью на базары. В постсоветской действительности они оказались не нужны, и инженерный класс был уничтожен. Однотипно прошло разрушение средней и высшей школы, хотя эти процессы параллельны падению уровня образования и на Западе. Мир как бы отказался от уровня знаний, вернувшись к уровню фактов и информации. И это объясняет то внимание к астрологии, магии и оккультизму, которое возникло на уровне массового сознания.

Больше здесь



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх