,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Как «врезать власти» — и фигурально, и буквально
+1
— Результаты голосования 28 октября показывают, что в украинскую политику возвращается идеология. Партии, имеющие четкую идеологию — КПУ и «Свобода», — получили поддержку большего числа избирателей, чем прогнозировали социологи. В то же время политическая сила, сознательно отказавшаяся от ясной идеологической позиции — партия «УДАР», — получила существенно меньше голосов, чем ожидалось в соответствии с данными предвыборных социологических опросов. Можно ли ожидать в ближайшем будущем появления новых политических проектов с ясной идеологией? Какие взгляды они будут выражать — консервативные, либеральные, социалистические?

— Я бы не стала из успеха КПУ и «Свободы» делать выводы о победе идеологий. На парламентских выборах в 1998 г. КПУ заняла первое место и получила по партийному списку 20%, в 2002-м хоть и была второй, но тоже набрала почти 20%. Уже через 4 года на парламентских выборах в 2006 г. едва преодолела избирательный барьер в 3%, а на внеочередных выборах в 2007-м получила чуть более 5%.

Что же произошло — избиратели враз поменяли идеологию? Да просто появилась партия, которую граждане востока и юго-востока признали «своей», с теми же маркерами (русский язык, Россия, анти-НАТО и пр.). Но более сильная — Партия регионов. И рост результата КПУ на нынешних выборах произошел за счет перехода (или возвращения) к КПУ разочарованной части избирателей ПР, поскольку иной альтернативы, чем КПУ, в этих регионах просто нет. Мог быть Тигипко с его «Сильной Украиной», но его своевременно и грамотно обезвредили.

То же и со «Свободой». Ну неужели за 5 лет, прошедших со времени предыдущих выборов, где «Свобода» набрала 0,7%, более чем в 10 раз возросло количество сторонников этнического национализма? Да, как показывали опросы, у «Свободы» есть идейный, «ядерный» электорат, составляющий 3 — 5% избирателей.

А на выборах часть избирателей проголосовали за «Свободу», опасаясь, что в случае ее непрохождения оппозиция потеряет 5%, частично голосование было протестным: если подбирать печатные выражения — «Нате!». «Свобода» воспринималась (в том числе и русскоязычными) как сила, которая может «врезать власти» (и в фигуральном, и в буквальном смысле). В то же время «политическая сила, сознательно отказавшаяся от ясной идеологической позиции, — партия «УДАР» — получила хоть и «существенно меньше голосов, чем должна была в соответствии с данными предвыборных социологических опросов», однако больше, чем обладающие определенной идеологией «Свобода» или КПУ.

Более того, четкая идеологическая определенность отнюдь не ведет к росту сторонников, скорее наоборот — для партий, претендующих на значительный электорат, характерна идеологическая расплывчатость.

Впрочем, новые проекты будут возникать, скорее всего, в определенном идеологическом спектре (хотя бы потому, что в Украине нет больше таких фигур, как Кличко, которые могли бы создать партию на своей популярности). Можно предвидеть, что наиболее вероятно возникновение нового политического проекта в регионах былой поддержки ПР, где сейчас образовался вакуум. По содержанию это будет партия (вначале может быть общественное движение) пророссийской направленности.

— Супруга Павла Лазаренко накануне его выхода на свободу заявила, что он хотел бы вернуться в Украину, поскольку намерен оказывать влияние на внутреннюю экономическую ситуацию. Может ли бывший премьер-министр получить гарантии безопасности от действующей власти в обмен на показания против Юлии Тимошенко? Повлияют ли показания Лазаренко на позицию политической элиты США и ЕС, продолжающей настойчиво требовать освобождения Тимошенко?

— Показания против Юлии Тимошенко в обмен на отказ от судебного преследования — это вообще единственная возможность для Лазаренко вернуться в Украину, где его ожидает не меньше судебных дел, чем по месту восьмилетнего времяпрепровождения. Но сколько бы показаний ни дал Лазаренко и сколько бы дел ни завели на Тимошенко, это никак не повлияет на позицию политических элит и общественное мнение в США и Европе, где подобные дела воспринимают как политические преследования.

Ведь если сейчас начать копать дела уже далеких 90-х, то где окажутся нынешние славные фигуранты списка богатеев журнала «Форбс»? И если наши доблестные правоохранительные органы предпочитают дела давно минувших дней, игнорируя нашу буйную современность, то ведь это и называется «выборное правосудие».

— Партии регионов для получения большинства понадобятся голоса самовыдвиженцев, большинство которых прошли в парламент, опираясь на скрытую поддержку власти. Насколько устойчивым и надежным будет такое большинство? Сохранят ли депутаты-самовыдвиженцы (а также некоторые депутаты-мажоритарщики от Партии регионов) лояльность к власти в случае дальнейшего ухудшения экономической ситуации и роста протестных настроений?

— Естественно, большинство в Верховной Раде будет пропрезидентским — для того ведь и меняли избирательный закон (а «методов убеждения» достаточно — прокуратура, налоговая, суды). К тому же в сейфах уже хранится немало заявлений от самовы-движенцев о вхождении во фракцию ПР, написанных в обмен на содействие на выборах.

Однако следующий парламент будет иметь гораздо более сложную структуру, чем нынешний, подвластный взмахам руки Чечетова. И поддержка и даже лояльность мажоритарщиков по отношению к власти будет зависеть от многих факторов. Прежде всего они должны будут считаться со своими избирателями в округе, поэтому не смогут голосовать за некоторые непопулярные законопроекты (такие, как, например, продажа земли, повышение коммунальных тарифов и пр.).

Ухудшение экономической ситуации, наоборот, подтолкнет бизнес-мажоритарщиков ближе к власти — к тендерам, госзаказам, льготам, кредитам и пр. Однако в решающей мере лояльность мажоритарщиков к власти будет прямо пропорциональна рейтингу президента Виктора Януковича.

— Очевидно, что партия «Свобода», получившая возможность создать фракцию в Верховной Раде, заинтересована не в парламентской деятельности, а в использовании парламентской трибуны для увеличения собственной популярности и укрепления образа антисистемной силы. Существует ли в этой связи опасность радикализации парламента? Будут ли «УДАР» и «Батькивщина» подражать резким заявлениям и политическим жестам «Свободы», опасаясь превращения Тягнибока в наиболее популярного протестного лидера?

— Присутствие в парламенте «Свободы» действительно сильно радикализирует обстановку. «Свободе» надо закрепиться в высшей политической лиге, ведь как минимум половина ее так неожиданно появившихся избирателей проголосовали за нее не по идеологическим мотивам, а видя в этих новичках наиболее радикальную протестную силу.

Эту репутацию надо будет подтверждать. Кроме того, еще не закончились выборы в ВР, как замаячила следующая избирательная кампания — президентская. И сразу начнутся соревнования — кто главный оппозиционер? Поэтому эта Рада будет самой неэффективной: с постоянным жестким антагонизмом оппозиции к любым законопроектам от власти, с броуновским движением и несколькими центрами влияния в пропрезидентском большинстве.

— После окончания выборов возвратились слухи о возможной отставке Николая Азарова и назначении на пост премьера Сергея Арбузова или Петра Порошенко. Насколько вероятна подобная замена в условиях разворачивающегося экономического кризиса? Сможет ли новый глава Кабинета Министров возложить ответственность за падение экономики на предшественника? Или окружение президента дождется явного ухудшения экономической ситуации и лишь тогда произведет замену?

— В условиях экономического кризиса на посту премьер-министра рациональнее всего оставить того, «кого не жалко», кто будет отвечать за непопулярные меры, неизбежные во времена упадка экономики, и кого потом можно будет сделать козлом отпущения и отправить на заслуженный отдых. Кроме того, Николай Азаров все-таки равноудален от соперничающих олигархических групп, а назначение премьером, скажем, Арбузова сразу разрушит это нестойкое равновесие и породит затаенную фронду обиженных, что совершенно ни к чему Виктору Януковичу в преддверии президентской кампании.

То есть, если рассуждать логически, у нынешнего премьера неплохие шансы и после выборов оставаться на своем посту. Однако решения команды от власти трудно прогнозировать, поскольку руководствуются они не рассудком и расчетом последствий, а импульсами и инстинктами. Инстинкт говорит, что во времена кризиса надо быть как можно ближе к государственной казне, а импульсы неудержимо толкают к еще недоприватизированной собственности (а также к уже приватизированной, но «не теми»).

Петр Порошенко из этих раскладов совсем выпадает. Он мог стать премьером только в одной комбинации — если бы это было нужно для налаживания отношений с Западом (как в свое время сделал Леонид Кучма, назначив премьером Виктора Ющенко). Но это в свою очередь было бы возможно только в том случае, если бы Запад счел наши выборы отвечающими демократическим стандартам. Но — увы и ах! Не сдержались — все-таки сработали инстинкты (как не сдержался Шура Балаганов, заполучивший от Остапа крупную сумму, от того, чтобы не стащить в трамвае кошелек).

Последние «несколько дней, которые по-трясли мир», похоронили надежды даже самых терпеливых западных партнеров. Так что Петр Алексеевич, скорее всего, отправится пережидать смутные времена в ВР — место хоть и беспокойное, но с депутатским иммунитетом.

My Webpage



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх