,


Наш опрос
Нравиться ли вам рубрика "Этот день год назад"?
Да, продолжайте в том же духе.
Нет, мне это надоело.
Мне пофиг.


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


КУПАЛА, УРА!
  • 22 июня 2012 |
  • 13:06 |
  • Боян |
  • Просмотров: 1426
  • |
  • Комментарии: 13
  • |
+3
ВИКИПЕДИЯ:
Купа́ла, Купа́ло — предполагаемый мифологический персонаж у восточных славян, персонификация праздника летнего солнцестояния — Ивана Купалы. Имя Купала произошло от названия праздника.
Купало причисляли к знатнейшим богам. Он почитался третьим после Перуна и вторым после Велеса, ибо, после плодов скотоводства, земные плоды всего более служат человеку и составляют его богатство. Рукотворное изображение Купалы стояло в Киеве. Это веселый и прекрасный бог, одетый в легкую одежду и держащий в руках цветы и полевые плоды, на голове имеющий венок из ярких, желтых цветов купальниц, — бог лета, полевых плодов и летних цветов[1].
Дата празднования Купалы подвижна и связана с сочетанием двух астрономических событий – летним солнцестоянием (22 июня) и ближайшим к нему полнолунием. За основу берется дата солнцестояния – это главное событие. Если ближайшее полнолуние сильно отстоит от 22 июня, то Купала празднуется точно по солнечной дате, а если полнолуние близко к солнцестоянию (не далее 2 – 3 дней назад и 7 – 10 дней вперед), то празднуется в ночь сочетания этих событий. Если Купала празднуется в период сочетания солнцестояния и полнолуния, то это уже не просто Купала, но Великая Купала. Подвижность точной даты и учет ближайшего полнолуния определяют своеобразный характер всего праздника – помимо конкретной даты Купальской Ночи имеет место и так называемая "Купальская неделя" (или "Русальская неделя"). Таким образом, правильная дата славянской Купалы вычисляется не по дате христианского праздника, который получил у христиан весьма забавное название "Иван Купала". В авраамической традиции дата "Ивана Купалы", во-первых, перестала быть подвижной, а во-вторых, опаздывает теперь по отношению к дате летнего солнцестояния аж на 13 дней (смещение произошло из-за неточности Юлианского календаря).
В. Я. Пропп полагал, что «Купало, по-видимому, означает „креститель“, так как при крещении в древнее время погружали в реку» [2].
Купала как божество обязано своим появлением книжной традиции. У собственно древних славян такого божества не существовало. Первое упоминание этого «божества» относится к XVII веку.

По «Густинской летописи»: «Пятый (идол) Купало, якоже мню, бяше богъ обилія, якоже у Еллинъ Цересъ, ему же безумныи за обиліе благодареніе принишаху въ то время, егда имяше настати жатва». В поучении «О идолах Владимировых» — «бог плодов земных».
«Сему Купалу, бесу, ещё и доныне по некоторым странам безумные память совершают, начиная июня 23 дня, под вечер Рождества Иоанна Предтечи, даже до жатвы и далее…», — сообщает Густинская летопись. — «Съ вечера собираются простая чадъ, обоего полу, и соплетаютъ себе венцы изъ ядомого зелія, или коренія, и перепоясовшеся быліемъ возгнетаютъ огнь, инде же поставляютъ зеленую ветвъ, и емшеся за руце около обращаются окрестъ оного огня, поюще своя песни, пречлетающе Купаломъ; потомъ презъ оный огнъ прескакуютъ, оному бесу жертву сеье приносяще.»
В послании игумена псковского Елеазарова монастыря Панфила московскому наместнику в Пскове князю Дмитрию Владимировичу Ростовскому (согласно псковским летописям, 1505 г.) говорится о том, что в канун рождества Иоанна Предтечи «чаровницы» — мужчины и женщины по лугам, болотам, лесам, полям ищут якобы какие-то смертные травы «на пагубу человеком и скотом», «тут же и дивиа корение копают на потворение мужем своим: и сиа вся творят действом дьяволим в день Предтечев с приговоры сотанинскими». А в самый праздник Иоанна Предтечи, совпадающий с летним солнцеворотом:
«во святую ту нощь мало не весь град возмятется, и в селех возбесятца в бубны, и в сопели, и гудением струнным, и всякими неподобными игры сотонинскими, плесканием и плесанием, женам же и девам и главам киванием, и устнами их неприязнен клич, вся скверные бесовские песни, и хрептом их вихляниа, и ногам их скакание и таптаниа; ту же есть мужем и отроком великое падение, ту же есть на женское и девичье шатание блудное им воззрение, такоже есть и женам мужатым осквернение и девам растлениа. Что же бысть во градех и селех в годину ту — сотона красуется кумирское празднование, радость и веселие сотонинское, в нём же есть ликование… яко в поругание и в бесчестие Рожеству Предтечеву и в посмех и в коризну дни его, не вещущим истины, яко сущии идолослужителие бесовскии праздник сеи празноють»…
«Сице бо на всяко лето кумиром служебным обычаем сотона призывает и тому, яко жертва приноситца всяка скверна и беззаконие, богомерское приношение; яко день рожества Предотечи великого празнуют, но своим древним обычаем.»
Христианство приспособилось к аграрному славянскому празднику, связав его с именем Иоанна Крестителя (отсюда Иванов день).
Восточные славяне верили, что в самую короткую ночь в году расцветает папоротник, и если человек сумеет сорвать цветущий папоротник, то найдет клад. Как отмечает В. Я. Пропп, связанно это было с поверьем, что всё в Иванову ночь расцветает (понятие о достижении земли «полных сил»), но лишь одно растение не цвело — папоротник. Связано это с тем, что они не цветут: «Но…растение не может не цвести, так как крестьянин знает, что через цвет идёт размножение. Следовательно, и папоротник цветёт, и цветёт именно тогда, когда цветёт всё — в Иванову ночь», важно лишь застать данный момент[3][4].
В этот день древние славяне избавлялись и от всякой скверны: жгли сорочки больных, чтобы уничтожить болезнь, умывались росой, чтобы хворь не приставала, разжигали костры и прыгали через них, дабы священный огонь очистил человека от всякой порчи.


КУПАЛА, УРА!


На Русском Севере, в частности в Вологодской области, еще до недавнего времени женщины, собирая в купальскую ночь лечебные травы, повторяли следующие слова:

«Небо-батя (или тятя), Земля-мати,
Помогите траву рвати (или брати),
Матушка Вода, Дай добра!
Матушка Трава, дай добра!».


Мы знаем, что Иванов день был одним из древнейших дохристианских праздников, торжественно отмечавшихся практически у всех народов Европы. Связанный с летним солнцестоянием, он делил год еще в ведическую пору на две половины, о которых в Махабхарате говорится:

«Божественный день-ночь (сутки) – это год,
Он также делится на две части:
Ночь – это путь (солнца) на юг,
День – это путь на север» .


Б.Л.Смирнов, комментируя этот текст, пишет: «Время движения Солнца на юг считается темной половиной года; умерший в это время подлежит возврату. Движение Солнца к северу (от зимнего до летнего солнцестояния) «светлой половиной», умерший в это время не возвращается» . Причем, согласно идее трех нитей (гун), трех начал – святости, страстности и злобы (незнания), соответственно светлой, красной и темной карме люди разделялись в своих посмертных судьбах:

«Темные направляются в преисподнюю,
Красные (раджас) – к человеческому (существованию),
Светлые в мир богов уходят,
Причастные счастливой доле.
В силу исключительной злобности (они)
Попадают в звериные лона,
В силу праведных-неправедных (дел) – в человеческие.
А в силу праведных – в божеские (лона)» .


Исходя из этого можно предположить, что именно в Ивановскую (купальскую) ночь, когда начиналась «ночь богов», после обрядов очищения водой и огнем, как бы «включался» процесс возвращения на землю тех душ, которые, излившись дождем или росой, приходят вновь в мир людей в облике новорожденных детей. Ведь не случайно в Вологодской губернии еще в начале XX века на Иванов день собирали и пили росу. Травы, собранные в купальскую ночь, должны были приносить здоровье и жизненную силу, способствовать зачатию и рождению здорового потомства. М.Забылин в своей работе «Русский народ. Его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия», увидевшей свет в 1880 г., писал о том, что накануне Ивана Купала все северные народы отмечали праздник Росы, «так как почитание богини Ладо было у всех общее» .

Прусское Лаго, латвийское Лиго, русская Лада и индоарийский праздник «Лила» – все связаны с идеей продолжения рода, увеличения репродуктивной силы Земли и людей. Души возвращались на землю дождем и росой и необходимо было дать им новую плоть, зачать новые живые существа. Н.Р.Гусева особо отмечает, что «в языках индоиранской группы слово «лила» (как и слово «лельа», «лела», означающие «прижимание», «возбужденный (ая)», движущийся (ая) туда-сюда») образуется от глагола «ли» со значениями «плотно прижиматься, ложиться, растворяться, погружаться». Они могут быть сопоставлены этимологически и семантически со славянским Лелем и посвященными ему хороводными любовными играми» . Д.К.Зеленин, говоря о празднике Ивана Купала, подчеркивает, что «в древности с этим периодом совпадал свадебный сезон, т.е. время заключения браков – разумеется, не в нашем понимании, не индивидуальных браков, а «игрищ в селениях» . И он же отмечает, что «огонь, через который прыгает молодежь – это не только средство очищения, но и оберег; предпочтение, которое оказывают при этом соломе и разному старью, как топливу для таких костров, может свидетельствовать о том, что к огню приглашают умерших предков, хотя никаких других данных в пользу этого предположения нет... Свободу нравов среди молодежи, столь характерную для Ивановой ночи, следует рассматривать как пережиток древнего брачного периода. Этот мотив выступает в обрядовых песнях.

«Хто не прийде на Купала дивицця,
Той не буде до вику женицця!» .


И купальские обряды, и купальские травы связаны с символикой продолжения рода. Вероятно, отсюда берет начало и древнеиндийский обычай давать беременным женщинам особые травы, способствующие (по их представлениям) успешному деторождению, в сопровождении заговора, практически идентичному тому, что повторяют на Русском Севере и сегодня. Одним из обрядов, совершаемых беременными женщинами (в начале третьего месяца беременности) в Древней Индии, было омовение на траве, которая, судя по всему, обеспечивала защиту от вредоносной магии .

Очень интересное предписание, касающееся беременных женщин, есть в «Падма-Пуране» (V, 7) – они «не должны сидеть на муравейнике» . Вероятно, возможность подобной ситуации (сидения на муравейнике) предполагалась каким-то обрядом. Во всяком случае в свадебной обрядности востока Вологодской области свекровь, встречая молодую в своем доме, говорит: «Любите мою молодицу, по коровушек водите, на муравьище не садите». Поскольку рожали «во дворе у коровы», то, вероятно, просьба водить молодицу «по коровушек» являлась пожеланием скорейших родов, а «сажание на муравьище» было связано с каким-то экстремальным обрядом, проводимым над бесплодными женщинами.

В этом празднике поклонение солнцу, огню, воде и деревьям (т.е. всем ипостасям бога Огня) проявлялось с наибольшей силой. Вот что писал о нем автор XVI в.: «... с вечера собирается простая чадь обоего пола и соплетают себе венцы из ядомого зелия или корения и перепоясавшеся былием возгнетают огнь; инде же поставляют зеленую ветвь и, емшися за руце около, обращаются окрест оного огня, поюще свои песни, переплетающе Купалом; потом через оный огонь перескакуют... Егда бо приидет самый праздник, тогда во святую ту нощь мало не весь град возмятется, в селах взбесятся, в бубны и сопели и гудением струнным, плесканием и плясанием... Ту есть мужем и отрокам великое падение, мужеско, женско и девичье шептание, блудное им воззрение, и женам мужатым осквернение и девам растление» . Поскольку Купала был днем, «знаменовавшимся браками», то молодежь как бы приобщалась к огню во всех его ипостасях: и в образе солнца, и в образе дерева, и в образе костра, и в образе воды. Но в Махабхарате говорится о том, что когда бог грозы Рудра вселился в Огонь, то часть его семени упала на гору, другая в воду, третья попала в лучи Солнца, четвертая на землю и пятая в деревья . В эпосе утверждается, что «этих пять нужно почитать лучшими цветами тем, кто богатств желает. Нужно оказывать им почтение и ради успокоения болезней... им должны поклоняться здесь те, что желают блага своим детям» . На Русском Севере именно на Иванов день начинали купаться, а в Пинежском р-не Архангельской области (д. Красное) «девушки купались голыми». В этот день добывали «живой огонь» трением двух поленьев друг о друга или (Никольский у. Вологодской губ.) его добывали старики при помощи березовой чаги, которая вставлялась в край палки, вращением которой получался огонь. В.К.Соколова отмечает, что по белорусской традиции во время купальской ночи «на игрище за огнем приходила самая древняя старуха; как только она брала огонь, ее прогоняли и хлестали полынью» .

Н.Р.Гусева, всвязи с праздником Купалы, пишет следующее: «Бога-Солнце славяне одаривали разными именами: Купала, Ярило, Хоре. Обращаясь к индоарийским языкам, мы встречаемся с такими возможностями истолкования значения этих имен:

а). Купала происходит не от славянского корня «куп» – (купаться), а состоит из двух слов – «ку», что значит на санскрите «земля», и «пала» – «податель дров», «охранитель»... и в таком истолковании имя Купала больше соответствует сущности бога Солнца... Обряд священных омовений связан с культом солнца очень тесно: и в современной, и в древней Индии воду возливают на алтарь с изображением бога-Солнца, в воду входят, встречая восход солнца. Вполне возможно, что эти обряды уходят в глубокую древность, равно как и обряды культа плодородия, неотделимые в сознании людей от представлений об оплодотворяющей силе солнца.

б). В основе имени «Ярил (а)» лежит корень «яр», который в ряде индо-арийских языков и сегодня образует слова, означающие ярость, страстность, любовное исступление или горение. (В языке «Авесты» слово «Яр» связано также с понятием «год» – С.Ж.). Все эти понятия без труда также связываются в нашем сознании с образом Солнца, особенно весеннего Солнца, и с представлениями, роднящими страсть с яростью и яркостью. Имя-эпитет Ярило является одним из самых впечатляющих и поэтических имен Солнца в наших народных песнях и преданиях.

И, наконец:

в) имени Хоре можно найти соответствие в санскритском слове «харос» («хара»), которое означает «огонь», «пламя», «наполненность энергией» и употребляется в Индии вплоть до наших дней в качестве синонима самого понятия «бог» . В свою очередь В.К.Соколова сопоставляет с Купалой Ярилин день. Она отмечает, что: «В Костроме в петровское заговенье хоронили чучело Ярилы с ярко выраженными мужскими атрибутами». Во Владимирской губернии празднества в честь Ярилы проходили в XIX веке повсеместно в заговенье перед петровским постом. В рощу около Шуи в этот день приходили не только из города, но и из более чем двадцати деревень. На праздник Ярилы в Тавдинском уезде после обеда «все шли на берег реки или озера, женщины несли котелки с яйцами; на берегу разводили костры и варили яйца, их обычно красили луковыми перьями. Парни и девушки купались, потом брали по яйцу и катали их; мужчины и женщины ходили от костра к костру и угощались. После захода солнца все, молодые и старые, раздевались и купались. Затем взрослые возвращались домой, а молодежь гуляла всю ночь; наевшись, бросались оставшимися яйцами (причем, этому бросанию, – замечает В.А.Городцов, – придается какой-то таинственный и непристойный смысл)... И.М.Снегирев отмечал, что «Иван-Купала... между чернью назывался Ярилов день в Ярославской, Тверской и Казанской губерниях» . В.К.Соколова пишет: «Можно почти с полной уверенностью поставить знак равенства между Купалой и Ярилой» , что полностью соответствует вышеприведенным словам Н.Р.Гусевой. Отмечая, что купальская обрядность – в основе своей свадебная, стоит вновь вспомнить поучение XVI века, в котором говорится о том, что в этот день «простая чадь обоего пола соплетает себе венцы из ядомого зелия или корения и препоясавшеся былием возгнетают огнь». Здесь имеет смысл обратиться к строкам свадебного гимна Атхарваведы, в котором, как и в севернорусской народной традиции, невесту называют «солнцем», а жениха «месяцем». Они гласят:

1. Мы на свадебной колеснице
привезли тебе Сурью-деву (т.е. Солнце – С. Ж)
Агни боже отдай же мужу
жену в жены и с ней потомство.

2. Агни бог возвратил супругу
да с красою да с долголетьем
долголетен супруг да будет
до ста осеней да с супругой.
…………………………………….
6. Ты благая мыслью нас дари невеста
Даром достохвальным благородства родов.
Красоты супруги броды в чистых водах
дайте нам сметая мыслей злых препоны.

7. Эти травы и эти реки
эти нивы и эти рощи
да хранят от нечисти для мужа
молодую ради будущих родов.
………………………………………….
70. Молоком земляным я тебя препоясал
Молоком травяным я тебя препоясал
на потомство препоясал на богатство
препоясана да стяжаешь награду.
……………………………………….
73. Эти праотцы навстречу невесте
вышед глянуть на эту свадьбу
да подарят они супругам
сыновей ради их спасенья.

74. Этой встречной препоясанной первой
тут отдавши потомство и богатство
да уйдут они нехоженной дорогой.
Плодородная Вирадж победила .


(Вирадж – в Ригведе и Атхарваведе – женское олицетворение изначального космического принципа).

Итак, на Руси во время купальской ночи мужчины и женщины, юноши и девушки перепоясывались травами, судя по гимну Атхарваведы «на потомство и богатство», причем такие пояса названы в гимне «молоком земляным» и «молоком травяным». Перепоясанность невесты имела значение всвязи с ее встречей с праотцами, которые именно «этой препоясанной» отдавали потомство и богатство.

Ссылка

КУПАЛА, УРА!


Расступилась темень непроглядная. Отпрянула от костров. И по зыбкой дорожке света танцующего огня, вышел новорожденный Ярило в мир. Взобрался на небосвод и стал расти не по дням, а по часам. Крепнет дитятко, сил да жара набирается. Столько жара набрал, что уже мороз засуетился, стал люто стужу нагонять. Да где с Ярилой совладать?

И вот уже чуют духи зимы, что вода пробудилась. Вспыхнула синим невидимым огнем. А Ярило все растет. Взошел раз с утра да так пригрел, что зимний сон с Перуновых очей прочь погнал. Пробудился тут огонь небесный. Зимушка пургу нагоняет, все сладить пытается с неугомонным Ярилушкой. Да куда там. Вот уже вода ручьями по земле побежала. От снега ее лик отмыла и та тяжко спросонья вздохнула. Принесли птицы от Ярилы ключи, отомкнули Землю от холодных оков. Нагрел жаром своим стрибожичей, да послал по местам гулять.

КУПАЛА, УРА!


Возмужал наш Ярило. Уже не ребеночек. Статный молодец. По небу скачет, день раздвигает, ночь ущемляет. Силу свою обуздал. Из ярой, холода да тьму разящей, стала та силушка благодатной. Живой каждую травинку, каждую былинку наполняет. Вода, да Земля наполнилась ею. Яровые в себя землица принимает, молодые росточки родит. Ветры силу солнечную носят, те всходы ласкают. Дожди теплые искры плодотворные с небес роняют, жизнь прославляют. И так преисполнил Ярило весь мир своими дарами, что зазвенела его силушка в каждом деревце, в каждой веточке, в каждом цветке, в каждом ручейке. Пошли всюду плоды вызревать. Травы сок волшебный пустили. Воды даже ночами теплы. Пришла к Яриле его сталость. Вот вечером он еще молод, а спустя самую короткую ночь в году, уже премудрый муж. Самый пик его силы – купальская ночь. Сильное это время, вещее.

КУПАЛА, УРА!


Коли по другим праздникам только тропинки в Навь и Правь отворяются, что бы силы по ним свой круговорот совершили, то в этот раз никаких лазеек не надо. Потому как мир становится единым. Лишается всяких границ. Все способности, которые в Прави и Нави есть у природы в Яви сходятся. И, говорят, тогда и звери речь обретают, а деревья так, вообще, с места на место переходят. Сила купалья в единстве. Солучаются земное и небесное.
Свойства трав на купалье возрастают многократно. Их собирают по утру в начале праздника и так же после праздничной ночи. Бытует присказка, что можно вылечиться даже «пустой» не обладающей целебными свойствами травой, если она сорвана на купалье. Берут травы молодые либо старые, средних не рвут. Плетут из цветов венки с песнями и заговорами. Здесь особый смысл и в целебном аромате цветов и в процессе венчания этим венком своего любимого человека.

КУПАЛА, УРА!


На закате провожают Ярило, что бы встретить его переродившегося на утро. Это действо несет оттенок своеобразных похорон и нового рождения. Как при посвящении мальчиков в юноши, юношей в мужи. И в промежуток, между «смертью» и «рождением» Ярилы, творится праздник, игрища, солучение в семьи парней и девушек, создание оберегов, гадания и, конечно же, поиск легендарного цветка папоротника. Но путь к нему опасен для слабого духом. Сердце свое надо держать в чистоте, не пускать в него страх. А нечисть всякая охотно расстарается напустить на отважившегося на поиск заветного цветка человека этого самого страха. Я так мыслю, что храбрый счастливчик, овладевший волшебным цветом, обретает на всю свою жизнь то состояние, в котором находится мир на купалье. То бишь состояние целостности и единства Прави, Нави и Яви, а значит и способностями всех этих миров.


С давних времен дошел до нас миф о купалье.

КУПАЛА, УРА!


«Огненный бог, бог Луны и Огня, бог огненных жертвоприношений и домашнего очага Семаргл встретил на берегу Ра-реки богиню ночи – Купальницу. И было это на Неопалимую Купальницу (26 святовита). Через 9 месяцев, на Купалу, у Семаргла и Купальницы родились дети – Купала и Кострома. Судьба разлучила брата и сестру. Младенца Купалу унесли гуси-лебеди за тридевять земель. Но им вновь суждено было встретиться.
Через много лет Кострома, гуляя по берегу реки, сплела венок. Она хвалилась, что ветер не сможет сорвать с головы венок (что означало, что она не выйдет замуж). За эту похвальбу боги её наказали. Ветер сорвал её венок с головы и унёс на воду, там его подобрал Купала, проплывавший мимо в лодке. Кострома не узнала брата. Была сыграна свадьба, а после свадьбы жених и невеста узнали о том, что они – брат и сестра. Тогда они решили покончить с собой и утопились в реке. Кострома стала русалкой, или по-малорусски – мавкой. Боги, сжалившись, превратили Купалу и Кострому в цветок Купала-да-Мавка (Иван-да-Марья).»

Опустив споры о возможности или невозможности такого поведения богов, остановимся на том, что это миф, а не былина. А цель мифа донести через сотни поколений миропонимание предков. Что же открывается моему соображению в этом мифе? По первое, это связь девятимесячным циклом с осенним равноденствием. Как, например, весеннее равноденствие таким же образом соотносится с зимним солнцеворотом. И в общей картине вырисовывается цикличная девятимесячная периодика. По второе, это рождение Купалы и Костромы – рождение новой жизни. Природа активно родит плоды в это время, находясь в самой своей силе. А все происходящее в Яви отображает события Прави и Нави. То есть везде протекают одинаковые, по сути, процессы. По третье, это воссоединение брата и сестры. То, о чем сказывалось выше. Единение мира. И кульминация этого солучения — свадьба. Здесь, за одно, и напоминание о недопустимости кровосмешения прописано, искупить которое может только смерть. Ну и по четвертое, действо превращения оступившихся Купалы и Костромы в цветок. И это не просто превращение, не оборотничество, а глубочайшее очищение, приобретение совершенно другой судьбы. Начало нового пути с чистого листа. Вот что открывает нам купальская ночь на Иванов день. Рождение новой жизни, солучение небесного и земного (мужского и женского), очищение от старого и возможность избрать новую стезю с благословения Богов.

Нет такого купалья, где нет огня и воды. Семаргл огнебожичь и очистит и пригреет, жертву примет, отворит оконце в мир предков наших. Озаряет он волшебную ночь, словно дав Яриле передышку до утра. Сжигает он безвозвратно все старое, что отягощает нашу жизнь своей безполезностью. Освещает сигающие через него парочки влюбленных, оставляя в их совместной жизни часть своего неугасимого огня, который превратится в семейный очаг. В эту ночь сами Боги благословляют семейные союзы любящих друг друга людей. И это благословение выше родительского. Не зря плевались христианские летописцы и иже с ними. Ведь им, невеждам, было то невдомек. Особенно моменты связанные с замужними женщинами, когда они создавали с возлюбленными новые семьи. Ведь попы не упоминали в своих записях тот факт, что в их времена пошло распространение обычая женить своих детей не считаясь с мнением последних. А значит не по любви. И молодые тогда были несчастливы. Вот и прибегали к последнему способу одолеть несправедливое родительское благословение. Взять его у Богов.

Купалье – праздник, особое волшебство которого проявляется именно ночью. Купальница – богиня ночи. У белорусов она предстает прекрасной женщиной с завязанными или прикрытыми глазами, на манер римской Фортуны. Так же ее еще звали Марой. В народной памяти сохранен ее образ как обережницы ночных путников, покровительницы и заступницы обездоленных и покалеченных людей. К слову будет сказано, что по-белорусски мара означает мечта. Имя Купальницы связано с водой, с купанием. О воде можно много говорить. Она граница между мирами, по воде можно смотреть прошлое и грядущее. Днем вода вбирает в себя свет Ярилы и наполнена его силой. Потому дневное купание дает человеку солнечную силу. Ночью же вода озарена светом звезд. И в это время человек, купаясь, приобщается к звездной силе. (На летний солцеворот Земля находится практически в апогее (самой удаленной точке от Солнца), который происходит 5 июля.)

Великая сила гуляет по миру на купалье. Любовь словно витает в ночном прохладном воздухе. Лица людей озарены каким-то внутренним свечением, светом радости, веселья и не уловимой сакральной тайны, которая не произносится в слух, но словно все ее знают и это объединяет всех празднующих в особое братство. Братство вкусивших купальское волшебство, когда где-то на грани сознания проскальзывает образ единого мира, образ цельного всеобъемлющего знания, в котором есть ответы абсолютно на все вопросы. Особый дух этого древнейшего праздника наполняет каждую клеточку тела светлой силой. Пьянящий вольный дух. Он размыкает внутри всякие замки и двери, освобождает душу человека. И душа в спокойствии говорит напрямую с предками и Богами. И нет в тот миг ничего прекраснее на свете, чем улыбки людей вокруг, раздольные веселые и глубокие печальные песни, аромат цветов и трав, тепло купальского огня, нежность воды в которую смотрятся звезды и манящий среди лесного мрака отсвет волшебного цветка папоротника.

КУПАЛА, УРА! Во славу Богов и предков наших! Ура! КУПАЛА, УРА!

Ссылка



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх