,


Наш опрос
Как изменилась Ваша зарплата в гривнах за последние полгода?
Существенно выросла
Выросла, но не существенно
Не изменилась
Уменьшилась, но не существенно
Существенно уменьшилось
Меня сократили и теперь я ничего не получаю


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Фронтовые 100 грамм
+4
В списке чудо-оружия Второй мировой среди «тридцатьчетверок», «катюш» и штурмовиков Илюшина довольно часто всплывают «сто наркомовских грамм» - водочный паек советской армии. Как фактор победы, секретный эликсир, с которым и смерть не страшна, и мороз не помеха.

Правда, находятся и те, кто обвиняет «наркомовские граммы» в том, что привыкшие к алкогольной стимуляции солдаты банально спивались. Но если внимательно изучить официальные документы, регулировавшие фронтовой «водкооборот», это утверждение оказывается несостоятельным. Впрочем, все по порядку.


Ворошиловские граммы

Обычно историю фронтового алкоголя принято отсчитывать со сталинского указа от 22 августа 1941 года:

«Установить, начиная с 1 сентября 1941 г., выдачу водки 40 градусов в количестве 100 г в день на человека (красноармейца) и начальствующему составу войск передовой линии действующей армии».

При этом уже привычно удивляются: отчего же граммы стали наркомовскими, если Иосиф Виссарионович был председателем ГКО?

А дело, собственно, в том, что «крестным отцом» водочного пайка был народный комиссар обороны Климентий Ворошилов. Именно он, еще за полтора года до Отечественной войны, во время «зимней кампании» против Финляндии, распорядился ввести спиртное во фронтовой рацион. Несмотря на то, что сам Клим Ефремович был яростным борцом против армейского пьянства.

Как было раньше?

До революции «хлебное вино» было в армейском пайке обычным делом. В военное время его полагалось отпускать строевым нижним чинам по одной чарке (160 г) три раза в неделю, нестроевым - по две чарки в неделю. В мирное время - только по праздникам (15 чарок в год) и «по усмотренью командира для поддержания здоровья, в ненастье, после продолжительных маршей, учений и парадов». А за особые заслуги можно было получить двойную дозировку, причем церемония «представления к чарке» проходила официально, торжественно, перед строем.

Спирт для реанимации

В финской компании холода и массовые обморожения оказались для РККА более губительными, чем огонь снайперов-»кукушек». Часто обмороженного бойца приходилось буквально реанимировать. «Привезут такого в госпиталь, - вспоминали фронтовые медики, - а он и сказать ничего не может. Тогда каждому раненому вливали дозу разведенного спирта. Боец оживал:»

Поняв, что без этого не обойтись, врачи обратились к наркому обороны с просьбой ввести водку в рацион. Так и родился «наркомовский паек»: 100-граммовая бутылочка водки и 50 грамм сала.
Летчики получали столько же коньяка, а танкисты - удвоенную норму водки.
Специально для того, чтобы удовлетворить потребность фронта в спиртном, был срочно запущен водочный завод, оборудованный специальной линией для выпуска «мерзавчиков» - стограммовых пузырьков со спиртным.

А как было у немцев?

К полудню, когда подъезжала кухня, все вдруг увидели за ней перегруженный автомобиль. С военной пунктуальностью прибыли рождественские подарки от командования сухопутных войск для солдат-фронтовиков. Они оказались исключительно обильными. Вновь намного больше, чем ожидалось.
В Вестфалии в 1939 году выдавался кулек с пирожными и яблоками. В Гавре в 1940-м, кроме того, бутылка шампанского и торт, но то, что предлагалось здесь, на заснеженных полях Восточного фронта, превзошло все наши ожидания. Мы проходили мимо раздатчика, держа ящик из-под боеприпасов. Каждому выдавалось: 1 бутылка красного вина, 1 бутылка коньяка, 1/3 бутылки шампанского, 1 банка консервированных фруктов, 2 яблока, 60 сигарет, табак, сигары, пачка бритвенных лезвий, 27 плиток шоколада, кекс, 4 пакетика с леденцами и почти фунт кондитерских изделий.
(Из дневника солдата вермахта Вольфганга Буфа, Ленинградский фронт)

Стратегическая стеклотара

Вновь о водочном пайке вспомнили летом 1941 года, когда Красная Армия отступала к Москве и Волге. Тогда-то и появился уже упоминавшийся сталинский указ. Кстати, касался он только войск первой линии, тыловикам спиртного не полагалось. Передовые же части нуждались в стимуляции. А подчас спиртное было просто средством для выживания, особенно с наступлением холодов.

Масштабы снабжения были уже не те, что в финскую кампанию, «мерзавчиками» было не обойтись. Водку доставляли на фронт в молочных бидонах и дубовых бочках. Для производства водочной тары специальным решением ГКО было выделено 150 тонн гвоздей, 80 тонн металлической ленты, 25 тонн заклепок и 600 тонн обручного железа.

Стеклотара также использовалась и вскоре превратилась в стратегическое сырье. Стекольные заводы всей страны работали на единственного заказчика - Главспирт Наркомпищепрома СССР. А Управление продовольственного снабжения РККА было обязано обеспечить в полуторамесячный срок возврат на заводы не менее половины стеклянной посуды и не менее 80% бочек. Кстати, именно тогда впервые в нашей стране появились дожившие до сего дня пункты приема стеклотары.

Порядок выдачи спиртного регулировался указом Наркомата обороны. А непосредственное распределение его между частями поручалось командующим фронтами. Причем в направленном им приказе особый акцент делался на то, чтобы соблюдался строжайший порядок и нормы выдачи водки.

Приказ НКО СССР № 0320, 25 августа 1941 г.
О выдаче военнослужащим передовой линии действующей армии водки по 100 граммов в день.


Во исполнение постановления Государственного Комитета обороны от 22 августа 1941 г. за № 562сс приказываю:

1. С 1 сентября 1941 г. производить выдачу 40град. водки в количестве 100 граммов в день на человека красноармейцам и начальствующему составу передовой линии действующей армии. Летному составу ВВС Красной Армии, выполняющему боевые задания, и инженерно-техническому составу, обслуживающему полевые аэродромы действующей армии, водку отпускать наравне с частями передовой линии.

2. Военным советам фронтов и армий:

а) выдачу водки организовать только для тех контингентов, которые определены постановлением Государственного Комитета обороны, и строго контролировать точное его выполнение;

б) обеспечить своевременную доставку водки на передовые линии действующих войск и организовать надежную охрану ее запасов в полевых условиях;

в) за счет хозяйственного аппарата частей и подразделений выделить специальных лиц, на которых и возложить ответственность за правильное распределение водочных порций, учет расхода водки и ведение приходно-расходной отчетности;

г) приказать фронтовым интендантам представлять раз в десятидневку в Главное интендантское управление сведения об остатках и ежемесячно к 25-му числу заявку на потребное количество водки. В основу заявки положить точную численность действующих войск передовой линии, утвержденную военными советами фронтов и армий.

3. Потребность в водке на сентябрь месяц определить Главному интенданту Красной Армии без представления заявок фронтами. Приказ ввести в действие по телеграфу.

Зам. Народного комиссара обороны СССР
генерал-лейтенант интендантской службы ХРУЛЕВ

И польза, и вред

О соблюдении нормы глава ГКО беспокоился не зря. Спиртным злоупотребляли частенько: потери среди личного состава были столь велики, что завезенные утром пайки на 100 человек к вечеру делили между 60-ю. И часто последствия «перебора» были страшными.

Режиссер Петр Тодоровский, прошедший всю войну пехотинцем, вспоминал:

«Старшина шел по траншее с ведром и кружкой, и те, кто хотел, наливали себе. Те, кто был постарше и поопытнее, отказывались. Молодые и необстрелянные пили. Они-то в первую очередь и погибали. «Старики» знали, что от водки добра ждать не приходится. А молодым после ста грамм море было по колено - выскакивали из окопа прямо под пули».

Бывали и еще более печальные случаи. Так, одно время поговаривали о настоящей эпидемии среди летчиков-штурмовиков, которые, «заправившись» перед вылетом, не всегда удерживали самолет на бреющем полете. А на Северном флоте из-за коньяка погибла крейсерская подводная лодка капитана Каутского: начальник штаба охранявшей территориальные воды эскадрильи, слегка перебрав с вечера, забыл сообщить экипажу дежурного торпедоносца, что тяжелая Щ-422 будет проходить через патрулируемую территорию. И тот, разумеется, сгрузил на нее торпеды.

Но постепенно к водочному пайку привыкали, и разнообразные хмельные ЧП отошли в прошлое. Зато отношение к спиртному стало гораздо более утилитарным: раненых буквально мыли водкой, дезинфицируя снаружи. И наливали каждому, чтобы преодолеть болевой шок. А излишками «хлебного вина» пользовались для поощрения отличившихся или в качестве дополнительного пайка в морозы. Кстати, летчикам стали наливать пайковую «сотку» по выполнении боевой задачи, во избежание новых ЧП. И порядок был восстановлен. Так что можно сказать, что русский солдат благодаря «наркомовским граммам» не «начал пьянствовать», а научился пить, стал более сознательным в вопросе пития.

Луковая традиция

Солдатам не всегда было из чего пить «пайковые» граммы, но русского человека такие мелочи не останавливали. Чистили большую луковицу и наливали водку в выпуклые «блюдца» луковых чешуек. Помещалось 30 - 40 граммов - выпивка и закуска в одном.

Выпил - закуси!

Кстати, если говорить о пайках, то одним «спиртовым вопросом» ограничиваться не стоит. «Закуска» солдатам полагалась весьма достойная: 110 граммов «польской» колбасы в сутки, квашеная капуста, соленые огурцы, помидоры, лук, сало. Другое дело, что чаще всего все это великолепие было лишь на бумаге. Потому что дело не обходилось без злоупотреблений.

Весной 1942 года потребление спиртного на фронте попытались снизить, справедливо полагая, что холода закончились и сохранение прежней нормы выдачи более не нужно.

11 мая было подготовлено к публикации постановление ГКО № 1889с:

«Прекратить с 15 мая 1942 года массовую ежедневную выдачу водки личному составу войск действующей армии. Сохранить ежедневную выдачу водки только военнослужащим частей передовой линии, имеющим успехи в боевых действиях против немецких захватчиков, увеличив норму выдачи водки военнослужащим этих частей до 200 г на человека в день».

На проекте постановления «200» зачеркнуто красным сталинским карандашом и указано: «100 грамм». Для всех остальных солдат и офицеров право на водочный паек оставалось только по праздникам: в дни годовщины революции - 7 и 8 ноября, в день Конституции - 5 декабря, на Новый год - 1 января, в день Красной Армии - 23 февраля, в дни Международного праздника трудящихся - 1 и 2 мая, во Всесоюзный день физкультурника - 19 июля, а также во Всесоюзный день авиации - 16 августа и в день сформирования соответствующей войсковой части. Итого - 10 дней в году.

Порядок на складах

Зав. складом по «доброте» своей души щедро раздавал начальству сверх положенной нормы масло, консервы, мясо и прочие важные продукты, и особенно спиртное. Недостачи каждый раз были большие. Но зав. складом и начальство не тужили - в акте о потерях писалось: «Снарядом, миной или бомбой уничтожено 100 или 200 литров спирта, 300 банок консервов и т. д.».

В итоге часто задерживалась неделями выдача положенных ста граммов водки на каждого бойца да закладывалась в котел не полная норма консервов.

Но однажды случилось так, что ни бомбежек, ни обстрелов не было. Стояли в пассивной обороне. Проверить продовольственный склад нашего полка нагрянула комиссия сверху. А привычки у начальства хорошо поесть оставались прежними. Зав. складом так же, как и прежде, посланцам от начальства отпускал сверх нормы продукты. В результате, при проверке на продовольственном складе оказалась большая недостача, главным образом наиболее ценных продуктов. Зав. складом при допросе пытался объяснить, что не мог отказать, начальники требовали, а те, когда их опрашивал трибунал, отвечали, что они продукты брали со склада только в пределах положенной нормы.

Из дневника ополченца В. Чуркина, Ленинградский фронт

Микояновская либерализация

Правила выдачи водочного пайка несколько смягчились только в 1943 году, по ходатайству наркомпрода Анастаса Микояна и начальника тыла армии генерал-лейтенанта Андрея Хрулева. Они обратились с докладной на имя главковерха Сталина, предлагая «установить ежемесячный лимит расхода водки каждому фронту». Надо сказать, что у микояновской либерализации были объективные причины: зима 1943-го выдалась не менее холодной, чем в 1939 году, во время финской кампании, и спиртное снова стало необходимым для выживания в окопах.

По 100 грамм в сутки на человека теперь выдавали не только наступающим частям, но и всем подразделениям, ведущим непосредственные боевые действия и находившимся на передовых позициях, а также разведчикам. Норма распространялась на артиллерийские и минометные части, поддерживающие огнем пехоту, а тыловикам, работающим под огнем противника, и раненым наливали половинную дозу. Остальные же пили как и раньше - по праздникам. А вот на Закавказском фронте водку не пили. Вместо 100 грамм водки здесь решено было выдавать 200 грамм крепленого или 300 грамм столового вина.

Не слишком большие дозировки, не так ли? Так что оставим разговоры о водочных реках и пьяном разгуле на фронте любителям ненаучной фантастики.

Примерно такой порядок сохранялся на фронте до конца войны. Водка была «пряником» для ведущих боевые действия частей, спасительным наркозом и дезинфекцией для раненых, «микстурой», помогающей переживать тяготы фронтовой жизни. Чудодейственным средством, позволявшим уставшим, вымотанным до предела людям снова и снова подниматься в атаку, добиваясь невозможного - победы, в которую не верил никто в мире, кроме самих русских.

Фронтовой самогонщик

У всех нас еще были противогазы, и в каждой противогазной сумке, в уголке в кармашке, стояла маленькая бутылочка с загрязненным спиртом. Назначение спирта было - смывать с тела предполагаемые капли иприта. Однажды наш фельдшер под предлогом проверки собрал несколько десятков бутылочек, устроил перегонный аппарат, перегнал грязный спирт, и с наслаждением пил его.
Из дневника ополченца В. Чуркина, Ленинградский фронт

Что русскому хорошо...

Немецкие пропагандисты никак не могли понять «загадочной русской души». Так, в 1941 году они выпустили листовку, вызывавшую искренний смех у всех, кому она попадала в руки: «Красноармейцы! Не подлость ли напоить человека водкой, чтобы он, одурманенный ею, лез в бой, в котором ему предстоит верная смерть? Так поступает ваше командование: Не исполняйте приказаний, толкающих вас на гибель!..»

Военные тосты товарища Сталина

На банкете в Кремле в честь выпускников военных академий (5 мая 1941 года):

«За царицу полей - пехоту!», «Я предлагаю выпить за войну, за наступление в войне, за нашу победу в этой войне!»

На банкете в честь У. Уилки, личного представителя президента США (в ночь с 26 на 27 сентября 1942 года):

«За русского рядового солдата, который решает сейчас судьбу мира!»

На банкете в Кремле по случаю победы над Германией:

«За великое терпение всего русского народа!»

Источник



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх