,


Наш опрос
Как изменилась Ваша зарплата в гривнах за последние полгода?
Существенно выросла
Выросла, но не существенно
Не изменилась
Уменьшилась, но не существенно
Существенно уменьшилось
Меня сократили и теперь я ничего не получаю


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


PIN-КОД НАЦИОНАЛ-ДЕМОКРАТОВ
  • 28 октября 2011 |
  • 16:10 |
  • MMZ |
  • Просмотров: 1210
  • |
  • Комментарии: 15
  • |
+1
Не столь давно УНИАН под заголовком «Почему пророссийская позиция в Украине воспринимается как недемократическая?» поместил реплику своей журналистки Оксаны Охримчук.
Коллега пишет: «К сожалению, пророссийскость в наших условиях стала синонимом совковости, вчерашнему дню, антиевропейскости», задается вопросом: «Почему так произошло? Кто-то из читателей мне это объяснит?» и констатирует: «Собственно, украинскость в наших умах – это уже такой себе синоним к словам демократичность и «проевропейскость». Потому проукраинская позиция в нашем 46-миллионном микромире, как ее ни назови (мазепинская, петлюровская, бандеровская, хохляцкая либо буржуазно-националистическая, или совсем цинично – «голодоморская») – это позиция прогрессивная, демократичная…»

Иными словами, «украинство» и демократия – близнецы-братья, и на протяжении всей истории шли «поруч»? Не будем глубоко исследовать приверженность демократическим принципам Ивана Мазепы, остановимся на «демократизме» Бандеры и его соратников. Приведем цитату ближайшего соратника Бандеры Ярослава Стецько: «Cтою на позициях истребления жидов и целесообразности перенести на Украину немецкие методы экстерминации жидовства, исключая их ассимиляцию».

А вот пример истинного отношения наших национал-«демократов» к «европейским» ценностям из самых свежих, которым может служить заголовок, появившийся 6 сентября на «Украинской правде», претендующей на статус флагмана «демократических» СМИ Украины: «Россияне и дальше будут судиться с Украиной за сбитых евреев». Не вдаваясь в этимологический анализ этой «остроумной» фразы (уверен, читателям и так все понятно), отмечу, что в Европе ее было бы достаточно, чтобы редактор такого издания навсегда стал «нерукопожатным».

Примеры и доказательства того, что если многих украинских национал-демократов легонько «поскрести», то приставка «демократ» отпадет, как защитное покрытие с бумажки с PIN-кодом, можно приводить и приводить. Главное же и неоспоримое доказательство – реальная политика в языково-гуманитарной сфере, проводимая идейно окормляемой националистами властью на протяжении всех 20 лет независимости. Насколько вытеснение родного и привычного для большинства населения страны языка из всех сфер жизни, лишение права пользоваться им в общении с органами власти и получении образования, но и смотреть фильмы в кинотеатре, читать аннотации к лекарствам соответствует нынешним европейским демократическим нормам и основополагающему принципу демократии, согласно которому государство для народа, а не наоборот.

Обратный принцип лежит в основе тоталитарной и фашистской идеологии. А ведь нарушение основополагающих прав человека наши правители как раз и объясняют интересами «становления державы». Приведем еще одну цитату: «З великим соромом до всіх нас та з цілком зрозумілим гнівом українського людства трапляється чути по деяких установах розмови російською мовою з боку урядовців, які нібито соромляться своєї рідної мови. Сором за це тим, хто стає вільним громадянином звільненої батьківщини. Ганьба і не місце з нами тим, хто цурається своєї рідної мови.»

Согласимся, ничего особо «необычного» в этом пассаже даже не увидишь, но признаюсь – цитата историческая, и являет собой фрагмент приказа назначенного немцами бургомистра Харькова Алексея Крамаренко, который начинается: «П'ятий місяць уже над вільним містом поруч з переможним Германським прапором майорить наш рідний жовто-блакитний український прапор як символ нового життя, нового відродження нашої неньки-батьківщини» и заканчивается словами: «Тому наказую категорично заборонити далі будь кому з урядовців розмову російською мовою в службовий час в установі»

Нет сомнений, что если убрать пассаж про «переможний Германський прапор», то под остальным текстом наверняка с удовольствием подписались очень многие представители ушедшей власти. Впрочем, до запрета разговаривать по-русски школьникам на переменах, как это сделало правительство Тимошенко, не «доработались» даже гитлеровские бургомистры!

Ныне, скандальный приказ отменен, но «творческая мысль» национал-патриотов не успокаивается. Как сообщает «Новый Регион», депутат Львовского облсовета от партии «Свобода» Остап Канака направил обращение в управление образования Львовской облгосадминистрации с требованием «пресечь» изучение русского языка на факультативе (!) в селе Дунаев Перемышлянского района. В обращении Канака просит облгосадминистрацию не допустить «русификацию и яничаризацию детей». Конечно, можно отнести «Свободу» к «маргиналам», но обращение уже поддержали 87 депутатов облсовета из 116 (фракция «Свободы» в Львовской облраде составляет 41 депутата, остальные – записные «демократы-европейцы»).

И что характерно, за 20 лет ни один из национал-«демократов» ни возразил против насильственной украинизации, не сказал: «что мы творим, ведь даже благой цели нельзя добиваться порочными средствами». И Вячеслав Чорновил, наверное, самый умеренный и «толерантный» деятель украинского национального движения, еще в 80-е, когда независимая Украина казалась фантастикой, выдвинувший идею ее федерального устройства, забыл о нем, когда независимость стала явью.

Суть этого «феномена» проста и понятна, волнует националистов лишь одно: «геть от Москвы», а уж под каким идеологическим соусом – вопрос тактики. Петлюра с Грушевским позиционировали себя как сторонники популярных социалистических идей, для Бандеры, Шухевича и Стецько была «актуальна» набравшая тогда силу идеология фашизма и нацизма, ну а нынешние национал-патриоты – поголовные демократы. Снова процитируем Ярослава Стецько:

«…Победа немецкого оружия позволит Вам (Адольфу Гитлеру. – Авт.) распространить строительство новой Европы и на ее восточную часть. Тем самым Вы дали возможность и украинскому народу принять активное участие в осуществлении этой великой идеи как полноправному, свободному члену семьи европейских народов, в своей суверенной Украинской державе» (newzz.in.ua). Если убрать упоминания о победах немецкого оружия, цитата снова кажется взятой из выступлений сегодняшних украинских политиков.

Главное в «Европу», а уж какая будет эта «новая Европа» – нацистская или демократическая, «общечеловеческая», – вопрос второстепенный. Если идеологическая доминанта современной Европы изменится на 180 градусов (а возможно все, что не противоречит законам физики, и история дает тому немало примеров), неужели кто-то из нынешних украинских записных демократов скажет: «нам с такой Европой не по пути»? Вряд ли… Скорей они не без удовольствия снимут демократическую маску и вернутся в естественную для себя идеологию агрессивного национализма. Ведь «по-хорошему» милую их сердцу «украинскую Украину» построить не получается, слишком уж не повезло им с народом.

9 сентября «УП» разместила материал Михаила Дубинянского «Малый народ и большая Украина». Автор, в частности, пишет: «По мнению французского историка Огюстена Кошена, французскую революцию затеял так называемый «малый народ» – завсегдатаи салонов и философских обществ, оторванные от жизни большого народа и сформировавшие свой обособленный интеллектуальный мир. Выйдя на авансцену в 1789 году, они сумели навязать свои ценности большой Франции…Выступая от имени французской нации, малый народ выдвигал ультимативные требования, принимал судьбоносные решения, объявлял войну, изгонял неугодных депутатов из Конвента, подавлял восстания, отправлял на гильотину бесчисленных врагов…

Современная Украина неплохо иллюстрирует концепцию мсье Кошена. Пламенные воззвания, призывы к единению и действию, трогательное «мы», охотно употребляемое авторами «Украинской правды» и «Зеркала недели», – все это относится к малому народу и совершенно не затрагивает большой. Что позволяет малому народу диктовать свою волю многомиллионной стране, живущей другими интересами? Что заставляет большой народ поддерживать чужие ценности? Новизна. Даже если свежий лозунг не имеет ничего общего с истинными приоритетами толпы, он все равно выглядит пропуском в новый мир, где все по-другому и где приземленные обывательские желания чудесным образом сбудутся. Именно так воспринималась украинская независимость в начале 1990-х и демократия в середине 2000-х. При этом большая Украина не испытывала реальной потребности в национальном суверенитете и демократических свободах: означенные ценности были дороги малому народу».

Понятно желание автора, явно «малому народу» симпатизирующему и себя к нему относящему, идеализировать его мотивы, придать его проблемам глобальный характер (дескать, у всех так) и не замечать отечественной специфики – ключевая для украинского «малого народа» идея суверенитета (от России) действительно на протяжении столетий была абсолютно чужда «большой Украине». И дело отнюдь не в косности и «приземленности» толпы. Национальные «моменты» чувствительны для человека любого социального статуса, и можно привести сотни примеров национально-освободительных движений, действительно всенародных восстаний, поднявшихся без всякого «стимулирования» со стороны «малого народа» и даже при полном отсутствии оного. Это относится и к череде восстаний против польского владычества, апофеозом которых стала Хмельнитчина, и к восстаниям Гонты и Железняка на Правобережной Украине в XVIII в.

Причина проста – украинец (впрочем, этот этноним появился лишь в конце XIX века, а до этого употреблялись «малорос» в Российской империи или «руський», «русин» в Польше и Австро-Венгрии) никогда в российском государстве (включая СССР) не ощущал не только ущемления, но и никакого «дискомфорта» от принадлежности к украинцам. Более того, никому в голову не пришло бы отнести украинцев к нацменьшинствам, как, скажем, грузин или молдаван.

Не случайно все исторические «герои» украинского «малого народа» были политическими неудачниками, потерпевшими полное фиаско в своей деятельности. Причем главной причиной постигших их катастроф стали не внешние факторы непреодолимой силы, а неприятие со стороны самих украинцев. И, если бы в определенный исторический момент они не понадобились как инструмент внешним врагам России, у них не было бы шансов попасть на страницы современных учебников истории (к примеру, как некий Сапега, чей прожект украинского похода не вдохновил Бонапарта).

Ну а для украинского «малого народа» определяющим является еще одно качество – комплекс неполноценности, понимание невозможности реализовать свои амбиции в рамках большого государства и отсюда стремление к независимости как к способу быть хотя бы «первым в деревне».

Характерно, что никого из них нельзя назвать сильным политиком, даже Мазепу, который, стремясь перехитрить и Петра, и поляков со шведами, в результате перехитрил самого себя. Приспособленчество, холуйство перед более сильными и коварство — этого в их биографиях более чем достаточно, а вот принципиальность, стойкость в проведении своей политики, наконец, просто личное и политическое мужество — таких примеров украинская история привести не может. Слишком легко продавали они свой «патриотизм» за хлебные места, в том числе и недавним противникам (как Петлюра — полякам, а Грушевский — большевикам). Оказавшись не у дел, они начинали искать новых хозяев.

Вся официальная история «національно-визвольних змагань» сводится к попыткам отдельных лиц стать приказчиками при хорошем (для них) хозяине с Запада! Под соусом формальной независимости — хорошо, нет — тоже ничего страшного. Ну а сегодня мантры о собственной демократичности, равнозначной «украинскости», адресованы ныне демократическому Западу, для лидеров которого во все времена Украина, ее народ (и «большой» и «малый») были лишь пешками в большой геополитической игре. Ведь без внешних подпорок «проект Украина» абсолютно нежизнеспособен.

Успех «малого народа» в 1991 г. был обусловлен отнюдь не «вековым стремлением к независимости» и даже не новизной самостийного лозунга, как считает автор «УП». «2000» в материале «Как Украина «завоевала» независимость» писали: «После провала августовского путча усилились апокалипсические ожидания полного развала, разрухи и голода, а внутри Украины агитация за независимость превратилась в игру в одни ворота. Страну заполонили приснопамятные листовки... Для аполитичных обывателей, составляющих большинство в любом обществе, на фоне пустых полок в магазинах такая примитивная аргументация казалось вполне убедительной. Многие сожалевшие о распаде единого государства воспринимали СССР, как «дорогого покойника», которого похоронили и нужно жить дальше. Даже для них идея пережить лихие времена на «своем хуторе» казалась вполне здравой, к тому же перспективы России осенью 1991 г. казались еще более мрачными. Ко всему консервативно настроенные избиратели негативно относились к курсу на радикальные реформы, провозглашенному новым российским руководством. Кто-то же по советской привычке голосовал так, как рекомендовано «сверху». Так и «набежал» 91% поддержавших провозглашение независимости».

И сегодня, получив, казалось, желаемое в 1991 г., большинство «малого народа» отнюдь не обманывается относительно народа «большой Украины». Отсюда и страх с ненавистью перед Россией, «иго» которой, казалось бы, навсегда сброшено. Причем боятся они отнюдь не «путинских орд», которые только и ждут момента, чтобы снова поработить «неньку». Снова процитируем сайт УНИАН, статью Олега Грицаенко «О российском вызове и угрозах украинской государственности»: «Но в чем заключается содержание этого вызова? В военной угрозе со стороны российских танков? Или в российском флоте в Крыму? Есть многие эксперты, которые ключевую угрозу украинской государственности видят именно в такой плоскости. Считаю, что теперь ключевой вызов со стороны России украинской независимости – рост разрыва в уровне жизни. Сегодня он приобрел критические размеры.

По семейным обстоятельствам каждое лето посещаю небольшой российский областной центр, населением с нашу Полтаву или Чернигов. Масштабы жилищного и офисного строительства там уступают разве что киевским, но выше тех, которые имеются в любом из отечественных областных центров. Начальник небольшого отдела в областной администрации имеет зарплату в 30 тыс. руб. (1 тыс. долл.). Стандартная пенсия без надбавок – 10 тыс. руб. (где-то 2800 грн.). При этом сами россияне, конечно, неудовлетворены существующими зарплатами и пенсиями: госслужащие жалуются на урезание премий, пенсионеры – на монетизацию льгот.

Когда в Москве из Киевского вокзала спускаешься в метро, будто попадаешь в другой мир, в мир обеспеченных, по-западному одетых людей. Эти люди ничуть не лучше, не умнее, чем украинцы. Они просто богаче… Наибольший вызов – в другом… Хроническая бедность, туманность перспектив развития целых регионов, катастрофическое отставание высшего образования, уничтожение остатков высокотехнологичных производств – именно это, а не военная или энергетическая угроза извне, взрывает доверие к проекту под названием «украинская государственность».

На редкость толковый для имеющего четко «оранжевую» ориентацию УНИАНа материал, в котором легко найти ответ и на вопрос, вынесенный его журналисткой в заголовок своей реплики, хотя, на мой взгляд, его следовало бы сформулировать так: «Почему пророссийская позиция в Украине интерпретируется как недемократическая?» Ведь если называть вещи своими именами, самозваная «элита» — единственная часть населения Украины, выигравшая от «незалежности». Вот и приходится «малому народу» (благо, информационное пространство полностью в его руках) продолжать навязывать «большой Украине» стереотипы о дикой, отсталой и главное – недемократической (в отличие от Украины) России и благословенной Европе.

Но делать это все трудней – «виртуальная реальность» национал-«демократических» СМИ все больше отрывается от действительности. Скажем, средняя зарплата в уже пять лет являющейся членом Евросоюза Болгарии — 350 евро. Это, конечно, побольше, чем у нас, но не забудем, что и цены у болгар «европейские». И как ни считай, макроэкономические показатели Болгарии куда ниже, чем у Российской Федерации, а ведь евроинтеграция воспринимается многими именно как реализация лозунга «прочь от России».

В Польше, которую чаще всего приводят как пример, подтверждающий правильность «европейского пути», средняя зарплата около1000 евро, как и в Чехии. Это выше, чем в России (около 500 евро), но учтем, помимо европейских цен, что официальная статистика указывает брутто-зарплату (по советской «терминологии» — «грязными»), а налоговые вычеты из начисленной зарплаты составляют в странах ЕС 30—40%, в отличие от 13% в России (Польша только планирует сокращение максимальной ставки подоходного налога с 40% до 32%). Безработица в России составляет 6,5%, в то время как в Польше доходит до 13% (а несколько миллионов поляков работают на чужбине, в странах «старого» ЕС). Да и с социальными программами в странах — новых членах ЕС весьма строго (либерализм, знаете ли...)

В Словакии средняя зарплата — 750 евро, в Эстонии, наиболее успешной, как принято считать, из вступивших в ЕС балтийских стран, – 606,6 евро в месяц. В Греции, не знавшей социализма и пребывающей в ЕС с 1981 г., официальная средняя зарплата — 800 евро (а грекам теперь готовят и серьезное затягивание поясов), в Португалии, в ЕС с 1986 г. (следующей за Грецией в «очереди» на дефолт), – 1000 евро, пенсия — 250 евро.

Как видим, ни одной из бывших соцстран «уйти в отрыв» от России не удалось, несмотря на то что после распада социалистической системы в 90-е Россия «упала» сильнее бывших стран СЭВ. Да, у России есть нефть и газ, но и нынешним членам ЕС предоставлялись огромные кредиты и прямая материальная помощь от ЕС. (Объем ныне действующей программы помощи ЕС Польше составляет 67 млрд. евро (сайт посольства Республики Польша в Москве), и несмотря на многочисленные списания их госдолг сегодня достигает 50—90% ВВП. И чем прямая матпомощь извне, жизнь не по средствам, за что рано или поздно приходится расплачиваться, лучше собственноручно добытых нефти и газа?

Так что и членство в ЕС не только не является панацеей и гарантированным «пропуском» в европейское благополучие (в обывательском понимании), но и не может быть признано однозначно самым эффективным вариантом постсоциалистического развития. Что же касается демократии, то наглядный ее урок получили жители Литвы, избравшие в 2003 г. президентом Роландаса Паксаса, который не устроил и литовский «малый народ», и Запад своими слишком тесными связями с Россией и стремлением строить отношения с ней на подлинно взаимовыгодной основе. Паксасу в рекордные сроки (за год) был организован импичмент по надуманному поводу, а когда выяснилось, что он имеет все шансы выиграть и новые выборы, изменили «под него» закон, введя запрет отстраненному от президентской должности повторно баллотироваться. Вот о такой «демократии» под присмотром и опекой западных хозяев и мечтают наши «национал-патриоты»

My Webpage



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх