,


Наш опрос
Как изменилась Ваша зарплата в гривнах за последние полгода?
Существенно выросла
Выросла, но не существенно
Не изменилась
Уменьшилась, но не существенно
Существенно уменьшилось
Меня сократили и теперь я ничего не получаю


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Я обвиняю КГБ
  • 10 октября 2010 |
  • 23:10 |
  • jorik.13 |
  • Просмотров: 24433
  • |
  • Комментарии: 7
  • |
0
Я обвиняю офицерский состав КГБ в том, что, приняв присягу и находясь в ее действии, они в августе 1991 года либо руководили действиями демократов-сепаратистов Ельцина и вели их к «победе», либо потворствовали и молчали, когда разрушалась территориальная целостность страны и заменялось ее социально-экономическое устройство. Я понимаю, что среди офицерского корпуса КГБ были и остаются много честных и искренних людей, но и они промолчали и не взялись за оружие как того, требовала от них присяга. И огромная страна была разделена на части псевдодемократических ублюдочных государств, а народы и прежде всего русский народ были ввергнуты в своем подавляющем большинстве в нищету, в болезни, мракобесие, наркоманию и неуклонное самоуничтожение ради богатства и «свободы творчества» кучки антинациональных элементов, которых назвали «олигархами» и т.н. «творческой интеллигенции». А в реальности все это было сделано и делается ради «глобализации» и встраивания нашей страны в американскую пирамиду «мирового правительства». Разве не этому должен был препятствовать всеми силами офицерский корпус сил безопасности? – К сожалению, на эти положения трудно, если и возможно, ответить. Постараюсь аргументированно обосновать мои обвинения.



Я обвиняю Комитет Государственной Безопасности СССР и его офицерский состав, прежде всего работников 5 и 1 управлений, в умышленном, а частично и в неумышленном разгроме и расчленении Советской России, которая существовала и боролась в течение 70 лет за наши национальные интересы.

Современный динамичный мир устроен так, что спецслужбы зачастую противопоставляют себя высшему политическому руководству. Как правило, речь идет об устранении ведущих политиков: могут убить открыто, могут отравить тайно и все списать на престарелый возраст, могут дискредитировать, могут …, могут …, все могут. И тогда самыми эффективными разведметодами будут уход из-под контроля, тайное проникновение агентуры на ведущие посты в государстве, дезинформация, и как итог, это выльется в успешную реализацию заговора с целью свержения строя. КПСС не стал исключением. КГБ тайно, умышленно, поэтапно разрушал нашу прежнюю Великую Родину – СССР.

Мало кому известно, что «В деятельности иностранных спецслужб по-прежнему считается эффективным, наряду со шпионажем, тайное влияние на политический курс, на процесс выработки и принятия решений. В отличие от распространенных способов (подкуп, шпионаж, угрозы), когда объект воздействия осознает, что действует в ущерб своему государству, и в интересах противоположной стороны, в последнее время распространен более безопасный тип тайных операций – манипулирование. При манипулятивном воздействии человеку, помимо его воли, предписываются строго определенные рамки поведения и образа действий. Более того, он уверен, что все свои решения он принимает самостоятельно, без какого-либо давления извне». Автор – писатель В.И. Фартышев, весьма близкий с некоторыми спецслужбистами, опубликовал это откровение еще в 1994-м, когда работал в газете «Кто есть кто». Недавно я понял, что это замечание будет верно и в том случае, если убрать слово «иностранный». Существует даже термин, когда «родная» спецслужба манипулирует своими согражданами: «глубокая разработка».

Конец настоящих коммунистов был всегда одинаков: перед уничтожением их компрометировали. Таковым было знаменитое «Ленинградское дело». В нем еще много неясного. Нам интересен момент периферийный: поведение 2-го секретаря ЦК партии Карело-Финской республики Ю.В. Андропова, который на собрании, где решалась судьба 1-го секретаря Г.Н. Куприянова, выступил с совершенно голословными обвинениями. Ю.В. Андропова поняли и взяли на заметку.

В другой период, значительно позже, после 20 съезда, в процессе первой попытки уничтожения русского влияния в Восточной Европе была проведена операция английской разведки «Spliner Factor» (Расщепляющий фактор). В ее итоге стала компрометация и уничтожение руководящих коммунистов Чехословакии, Венгрии и Болгарии. Успех следовало закрепить, было намечено истребление коммунистов в Венгрии. Западная сторона подготовила боевиков. Начинать операцию «Голубой дождь» было решено только по достижении согласия с «советской» стороной для достижения кооперативного эффекта. Нужно было верно расставить игроков и прописать роли. От человека, который должен был по своим должностным обязанностям вовремя объявить тревогу, требовалось как можно дольше затягивать сигнал. Тонкая игра заключалась в том, чтобы не сорвать замысел врага, а дать развернуться восстанию, уничтожить как можно больше коммунистов и местных «чекистов», и лишь много позже, чем это реально нужно, вызвать подкрепление. Ю.В. Андропов, тогдашний посол в Венгрии, повел себя столь тонко, что его не только заподозрили в предательстве, а даже – принято считать, что при помощи О.В. Куусинена – посчитали за героя, который инициировал демреформы внутри венгерского руководства, а в депешах в Москву говорил о вводе войск, но при этом затягивая это решение!

Во всем этом деле был один свидетель, который затем стал верным учеником Юрия Владимировича. Его имя – Володя Крючков. Четкий анализ позволил бы вычислить ошибки нашей стороны, и просчитать варианты на будущее, но все дела погребли в архивах. А на Западе исследования проводились многократно и всесторонне. От незабвенной Корпорации РЭНД анализ вел венгр П. Кечкемети (Kecskemeti). Там внимательно просчитали все возможные варианты, ошибки и издержки советской стороны. И заложили соответствующие рекомендации в свои базы данных на перспективу.

Поразительно, что, получив в результате венгерских событий пост секретаря ЦК КПСС и завотдела соцстран Ю.В. Андропов, сумел сконцентрировать вокруг себя «группу молодых интеллектуалов» (Бурлацкий, Арбатов, Бовин, Шахназаров и др.) которые и были ядром «горбачевской перестройки», проявив себя ярыми антикоммунистами и антигосударственниками. Именно они под Хрущевым видоизменяли идеологию (отказ от формулы государства как формы диктатуры пролетариата и др.) и вели полемику с китайскими коммунистами, создавая окончательный раскол в коммунистическом движении. А в результате изгнания Хрущева Ю.В. Андропов как «либерал» партийной высшей номенклатуры не был изгнан, а очень скоро получил феерическое повышение. По разным источникам, официально на должность председателя КГБ его выдвинул никто иной как М.С. Суслов, числящийся в марксистах-фундаменталистах и лидером догматиков-марксистов. А закулисную поддержку ему оказывала сама Виктория Петровна Брежнева, жена нового Генсека. Именно в годы его правления в системе КГБ и произошло внутреннее перерождение значительной части аппарата и руководства. Именно в эти годы фактически под руководством 5 управления расцвела творческая диссидентская химера, именно в эти годы Солженицыну помогли встать на ноги и выехать за рубеж для тотальной пропаганды антисоветизма, именно в эти годы были посеяны семена национальных и сепаратистских раздоров. Многое было сделано.

Но обратимся, однако, к марту 1985 года, когда решался момент истины для страны.

На 237 странице мемуаров А.Н. Яковлева «Омут памяти» нам четко говорят: в момент выборов генсека тот находился в кабинете начальника советской разведки. «В часы заседания Политбюро, на котором решалась проблема будущего руководителя партии и страны, Крючков пригласил меня в здание разведки. Он сослался на то, что в приемной Политбюро у него "свой" человек, и мы, таким образом, будем в курсе происходящего. Мое любопытство и острота момента победили осторожность.

Пристраиваясь к обстановке, он навязчиво твердил мне, что генсеком должен стать Горбачев». Изготовились: «мы потягивали виски, пили кофе и время от времени получали информацию из приемной Политбюро. Первая весточка была ободряющей: все идет нормально. А это означало, что предложена кандидатура Горбачева. Не скрою, я, зная состав Политбюро, опасался, что начнется дискуссия. Но этого не случилось. И когда пришло сообщение от агента Крючкова, что Горбачева единогласно возвели на высокий партийный трон, Крючков воодушевился, поскольку именно с этим событием он связывал свою будущую карьеру». Фамилия «своего» человека – Калгин. Это всего-то лишь бывший личный шофер Ю.В. Андропова. Потом назначен референтом в Секретариат КГБ. А в 1982 году получил звание полковника и стал начальником личной охраны. То есть ему помогли совершить головокружительную, как обычно пишут в таком случае, карьеру: бывший личный водитель с места в «Чайке» приземлился в руководящее кресло на генеральскую должность. Ну, за такое не то что будешь отрабатывать все, чего прикажут, но еще и вперед забежишь и в глаза будешь хозяину заглядывать: чего угодно-с? Стоит только В.А. Крючкову в октябре 1988 года стать Председателем, как он тут же вернет его на Лубянку шефом 12-го отдела (прослушка). И тут Е.И. Калгин будет действовать упреждающе. Начальство будет знать все, что захочет. И даже больше.

1985 год был для КГБ отмечен еще и тем, что в центральном аппарате, ряде его управлений, в ГРУ был выявлен целый ряд предателей. От «настоящих полковников» до лейтенантиков. Узнали о них тогда, когда на вашингтонскую резидентуру вышел Эймс. Сам по себе КГБ так и не смог выявить ни одного. Ну что ж, не способны, так не способны. В обычной практике спецслужб существует правило: потихоньку, внешне никак не проявляя свое знание о двойной игре, одного за другим «кротов» отправляют во всевозможные отстойники, отводя от значимой информации, затем разбираются с сигналом, наблюдая за подозреваемым, через него противнику «сливают дезу». «Брать» можно только так, чтобы у вражеской разведки не возникло и тени сомнения в том, что агента сдал кто-то «свой». В.А. Крючков приказал сделать с точностью до наоборот: предателей сразу же хватали, нисколько не заботясь об Эймсе. Сами мы в этом деле профаны и лишь пользуемся знаниями генерала В.И. Черкашина, который прямо пишет, что В.А. Крючков был заинтересован в том, чтобы поднять свое реноме в глазах Политбюро: де шпионов должен ловить Второй Главк, но он с этим не справился, а вот его разведке и такое оказалось по плечу. Это тонкости, известные только профи. Но может быть, здесь на самом деле упорно скрывали супер-предателя, выдвиженеца Ю.В. Андропова и родственника Д.Ф. Устинова, некого О. Калугина, обосновавшегося теперь в Лэнгли…

Но вся страна, и даже более того, видели две связки: Коржаков – Ельцин, Путин – Собчак. И никто не смог задаться вопросом: это все, либо есть кто-то еще? Мы поискали и нашли, что в приемных практически всех видных деятелей той поры сидели люди, замыкающиеся на руководство Лубянки. Вот близкое окружение одного только М.С. Горбачева: В. Шарапов, Е. Калгин, Е. Быстров, Б. Извозчиков, Ю. Кобаладзе. Если хотите иметь развернутую информацию, то поищите книгу «17 тайн Лубянки». А вот почему этого не замечали, я не знаю. Ведь даже подсказка была доступна всем. 9 лет назад подполковник Путин, тогда еще премьер в свой первый заход, на встрече с ветеранами разведки в Ясенево, произнес загадочную фразу: «Группа сотрудников ФСБ, направленная вами в командировку под прикрытием правительства, на первом этапе со своими задачами справляется». Что тут трудного?

Но это целая система. А вот как выглядят разовые мероприятия. Например, по сценарию нужно, чтобы в Москве оказался Б.Н. Ельцин. Главного партийного кадровика Е.К. Лигачева направляют в Свердловск на «смотрины». На улице к двум партбоссам подходит некая дама, которая говорит: «Нам известно, что вы хотите забрать в Москву Ельцина. Так вот: мы – против! Борис Николаевич, нам очень нравится и он нужен здесь». Лучшей аттестации трудно придумать. Для Егора Кузьмича «глас народа – глас божий», и вот Б.Н. Ельцин уже на Старой площади… Но есть и другие доказательства, что Ельцина в Москву продвигало 2 управление КГБ СССР….

Еще серьезный момент. Пятое управление давно заигрывало с «инакомыслящими». Делалось это неуклюже. Так, что потом в печати появились некие аргументы о том, что здесь «перегнули палку». 25 сентября 1986 года на Политбюро В.М. Чебриков дает справку о том, сколько человек сидит за совершение особо опасных государственных преступлений. Их – 240: «Это лица, осужденные за шпионаж, переход государственной границы, распространение враждебных листовок, валютные махинации и т.д. Многие из этих лиц заявили о своем отказе от продолжения враждебной деятельности. Свои заявления они связывают с политическими изменениями после апрельского Пленума ЦК КПСС и XVII съезда партии. Представляется, что можно было бы вначале одну треть, а затем и половину этих лиц из заключения освободить. В этом случае отбывать наказание остались бы лишь те лица, которые продолжают оставаться на враждебных нашему государству позициях». Горбачев: «Представляется, что это предложение можно было бы поддержать». Чебриков: «Мы сделаем это разумно. Для того, чтобы быть уверенными, что указанные лица не будут продолжать заниматься враждебной деятельностью». А уже через 3 месяца обработки в подобном духе появляется проект постановления ЦК «Об освобождении от отбывания наказания и уголовной ответственности отдельных категорий лиц». Не ЦРУ, а Политбюро принимает решение: «Выпустить диссидентов. Оперативные учеты уничтожить». «Кухонный» период антисоветчины закончился. Начался уличный. Для свержения Советской власти понадобились оголтелое хулиганствующее быдло, которое можно выдать за «мнение народа».

Жалеть, правда, обманутых конформистов-партфункционеров не стоит. Когда такие действия совершаются неоднократно, то образуется взаимная пара: один – говорит, второй – слушает, да еще и переспрашивает. И наше дело не исключение. Так, некий секретарь ЦК КПСС, наслушался на Политбюро, что коммунизм строить трудно, да и накладно («Пределы роста» Римского клуба!), а проще и легче построить «демократию». Не получив подсказку от Маркса (а может, и не искав), не нашел ничего лучшего, чем направить в адрес КГБ записку с просьбой разъяснить как построить демократию: как-никак у них связи в европах. То есть, сами подставляли свои головы под промывание мозгов.

После осени 1989 года, когда с участием КГБ были свергнуты «твердолобые» коммунисты в странах соцлагеря, когда и наша страна все больше скатывалась в пучину хаоса, все больше начинают спрашивать: «Куда смотрит КГБ?» Это естественное поведение. В.А. Крючков в ответ давал приемы, выступал в печати, раздавал интервью, словом, манипулировал общественным мнением. Но не мог же он не знать, что происходит в союзных странах, какие операции проводят там западные разведки. А вероятнее всего там происходила «конвергенция» систем, что яснее всего показали румынские и чешские события.

К тому же времени относится попытка размыть монополию КГБ в сфере национальной безопасности. Под руководством Председателя Комитета Верховного Совета СССР по науке, народному образованию и культуре академика Ю.А. Рыжова встречались военные, представители правоохранительных органов, ученые. Они пытались разрабатывать концепцию национальной безопасности СССР. В.А. Крючков в Верховном Совете заявил, что разговоры о ней – это пустая трата времени. Окончательно работа была пресечена по указанию спикера А.И. Лукьянова. Когда тому вручили список специалистов с просьбой оформить эту группу, он сказал: «Наконец-то мы узнали тех, кто занимается у нас в государстве подрывной деятельностью!!!» Многие участники группы, особенно военные, подверглись преследованиям.

Так и пришли к «Политическому Чернобылю». К ГКЧП.

Вся «наша» перестройка есть не что иное, как бесконечная череда типовых по своей сути действий и операций: на прицел бралась структура, ее компрометировали, подвергали остракизму, не давали оправдаться. Затем СМИ и мобилизация толп на улицах. Как это все напоминает «оранжевые революции» 2000-х гг. Это сейчас для нынешней российской власти чем хуже – тем лучше. И даже обвинения в прямых преступлениях не заставят никого из них уйти в отставку. А тогда достаточно было разговоров о якобы «антинародном» характере советской власти, как ее руководство было морально готово покинуть свои высокие кабинеты. И писали заявления под шум митингов под окнами «белых домов».

Особенно, если им в этом помогают со стороны. В апреле 1991 года первый секретарь ЦК КП РСФСР И.К. Полозков предложил рассмотреть сложившееся положение дел на заседании Политбюро ЦК. До 4 утра отрабатывали программу срочных дел. А около 5 часов В.А. Крючков позвонил Ивану Кузьмичу в машину и сказал: «Включи радио и послушай!» «Голос Америки» передавал все 8 пунктов, над которыми только что работало Политбюро. Вскоре первый секретарь ушел…

С чего начался ГКЧП? Только не с балета «Лебединое озеро». То есть для нас, для широкой публики, да, где-то с 6 утра… Ну, а для более узких кругов?

Точку отсчета можно поставить и с закрытого заседания Верховного Совета СССР 17 июня 1991 года, когда до сведения депутатов и присутствующих здесь же премьера В.С. Павлова и министров обороны Д.Т. Язова и внутренних дел Б.К. Пуго Председателем КГБ В.А Крючковым была доведена известная Записка КГБ в адрес ЦК КПСС от 1987 года об агентах влияния ЦРУ. Воспроизводить этот документ здесь совершенно не имеет смысла: читатель «Завтра» в любой момент готов его цитировать или хотя бы пересказать. Говорят, что к этой Записке было и приложение на нескольких листах, где перечислялись все эти господа агенты влияния из числа партаппаратчиков, академиков, экспертов из «мозговых центров» и проч. Здесь есть особый смысл. Человек, привыкший воспринимать информацию, так как она изложена, был бы нацелен искать агентов влияния где угодно, но только не там, откуда пришла «бумага». А между тем, пристальное изучение истории перестройки показывает, что агенты влияния Запада были сосредоточены именно в комплексе зданий вокруг площади Дзержинского. И вся эта Записка есть не что иное, как попытка заранее обелить себя. Насколько я знаю, мы единственные, кто указывает на такую реальность за почти 20 лет. Настал «момент истины».

Манипулировал он не только депутатами, но и своими чекистами. В конце июля 1991 г. собрали руководящий состав центрального аппарата по обсуждению оперативной ситуации в стране. Из зала задали вопрос:

– Товарищ генерал армии, как вы думаете, сумеет ли КПСС удержать власть?

– Неужели у вас есть сомнения? – удивился В.А. Крючков. – Запомните все: на ближайшие 20 лет я не вижу никакой силы, способной изменить политическую ситуацию в стране.

Маршал Д.Т. Язов был также обработан со стороны В.А. Крючкова. Много лет спустя М.С. Горбачев рассказал в одном интервью, что министр обороны никак не хотел идти на вариант с ГКЧП: считал, что этим будет крупно подставлен генсек-президент. Тогда В.А. Крючков дал ему послушать разговор М.С. Горбачева, Б.Н. Ельцина и Н.А. Назарбаева, где в частности решалась судьба министра обороны: отставка по старости. И Д.Т. Язов сразу стал обиженным: этой «прослушкой» председатель КГБ «дожал» его.

Документы по принятию ЧП готовились начальником Секретариата генералом В.И. Жижиным и полковником А.А. Егоровым из Второго главка, а В.А. Крючковым были отредактированы. Они могли бы быть и размножены в небольшом количестве, но был только один экземпляр. Во время знаменитой встречи на объекте «АБЦ» их дали заслушать присутствующим. Для восприятия было бы лучше их зачитать каждому. Но для манипуляций, конечно же, лучше на слух…

На заседании Верховного Совета СССР 28 августа Первый заместитель Премьер-министра СССР В.И. Щербаков рассказывает как был «обработан» В.С. Павлов. (Последний уже к тому времени был в «Матросской Тишине»). На заседании правительства В.С. Павлов сказал следующее: «В последнее время готовился военный переворот. В рамках Садового кольца сосредоточено большое количество вооруженных боевиков. У них имеется оружие – одних «Стингеров» на три батальона. У них же были изъяты списки людей, подлежащих устранению в этой ситуации. Вы все, сидящие здесь, члены правительства, в этих списках, только в разных. Мы это все предотвратили введением чрезвычайного положения». В.С. Павлов только одному В.И. Щербакову рассказал подробности: «18 августа я провожаю сына, который должен улетать. Сидим, пьем. Звонит Крючков: срочно, немедленно в Кремль, аварийная обстановка, готовится вооруженный переворот. Надо немедленно членам Совета безопасности принять решение о введении чрезвычайного положения». В.С. Павлов приехал. Тут же входят приехавшие из Крыма от М.С. Горбачева: тот якобы болен. Тут же встает В.А. Крючков и говорит: «По моим сведениям, сейчас на улицах идет концентрация вооруженных боевиков. Они скапливаются у здания правительства, у Киевского вокзала, у гостиницы «Украина», здания СЭВ, Центрального телеграфа и так далее. Вот списки, изъятые оперативным путем». Был задан вопрос: «Что будем в этих условиях делать?» Встает начальник 9-ой Службы (охрана) Ю.С. Плеханов и говорит: «А мы независимо от того видим, что идет концентрация боевиков вокруг здания правительства и Кремля, изъяли только два списка».

Мы уже говорили, что и чекистам В.А. Крючков не доверял своих замыслов. Утром 19-го на заседании Коллегии председатель говорит о том, что надо спасать урожай и предлагает отправить на поля 2000 чекистов. Все генералы в недоумении.

Пролетели три дня. Гэкачепистов арестовали. Первый допрос. Цитируем протокол: «Крючков. Мы собирались открыто сказать Горбачеву, что после его отъезда в отпуск мы пришли к выводу: страна парализована. Например, урожай не собирается. И сахарная свекла. (Кто это говорит: Председатель КГБ, или колхоза!!! – А.Ш.) (…) Мы отключили связь, чтобы создать порядок в нашем смысле, а также усилили охрану побережья. Следователь. Послушать вас, так все звучит несколько наивно: как будто собрались несколько юнцов и решили затеять игру. Крючков. Отключение связи и отстранение от должности само по себе является деянием, предусмотренным Уголовным кодексом». И вот тут внимание! То, что «путч» был «не доделан», позволяло его еще трактовать и так, и этак. И провокатору теперь предстояло всячески убедить следствие, что это был именно заговор с целью захвата власти, как и прописано в УК и т.д. и т.п. Для этого нужно было дать «признательные» показания, пригодные для инициирования юридических процедур.

И В.А. Крючков, и Ф.Д. Бобков очень любили в 90-е появляться на разного рода патриотических тусовках, не чураясь никаким обществом. Зачем это им? – Они хотели точно знать, что о них думают. Им надо было знать: насколько чисто им удалось провести операцию «катастройка», и разоблачены они или нет? – Нет, конечно! Да и кто это мог сделать? Журналистика? – Но она подконтрольна на 95 процентов, гонялась за сенсацией и уличной сплетней. Социология исследовала всех «силовиков» гуртом, с процентами, настроениями, мнениями. А наша наука по национальной безопасности фактически отсутствует. Хотя не нужно быть скрупулезным исследователем и ученым, чтобы увидеть плоды деятельности новой насажденной в нашей стране системы, что было явно осуществлено с помощью, либо же при потворствовании КГБ. Именно поэтому накануне годовщины ГКЧП я выдвигаю свои обвинения этой структуре…

My Webpage



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх