,


Наш опрос
Как изменилась Ваша зарплата в гривнах за последние полгода?
Существенно выросла
Выросла, но не существенно
Не изменилась
Уменьшилась, но не существенно
Существенно уменьшилось
Меня сократили и теперь я ничего не получаю


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Нам угрожают не только страусы
  • 10 августа 2010 |
  • 11:08 |
  • TEMA |
  • Просмотров: 20053
  • |
  • Комментарии: 5
  • |
0
Нам угрожают не только страусы


В недавнем номере «2000» был опубликован материал «Нам угрожают страусы», посвященный проблеме перспективного облика Вооруженных Сил Украины, адекватному сложившимся реалиям и возможностям государства.

20 августа на заседании Совета по национальной безопасности и обороны Украины будет предпринята попытка обсудить материалы проекта Концепции развития ВС Украины на среднесрочную перспективу. Но, по определению, говорить о том, какие должны быть вооруженные силы страны можно лишь после четкого выяснения того, с каким противником им нужно быть готовым соперничать. Т.е., иными словами, внятно определить угрозы нашей национальной безопасности, что у нас в стране ранее получалось не всегда.

В этой связи хочется поделиться некоторыми мыслями, не ставя при этом целью подменить ими системное исследование по определению угроз национальной безопасности.

Эволюция

По определению, угрозы национальной безопасности не являются чем-то постоянным, а могут рассматриваться исключительно в контексте их эволюции. Короткая история страны с момента получения нами независимость в 1991 году дает возможность их отследить и проанализировать, что в свою очередь, является предпосылкой выявления новых угроз в ближайшем или более отдаленном будущем.

Долгое время угрозы безопасности нашему государству рассматривались преимущественно в военной сфере. Во всяком случае, в начале 90-х годов прошлого столетия, находясь в эйфории от полученной независимости, в нашей стране на первое место ставилась военная угроза, как со стороны России, НАТО, Румынии и т.п. Это определяло направленность вопросов военного строительства и жизни вооруженных сил. К счастью, полученные в наследство при развале Советского Союза ресурсы позволяли тогда планировать почти все, включая круговую оборону.

Но уже в середине 90-х годов, которые сопровождались кризисом в экономической сфере, мы были вынуждены задуматься и «ограничить аппетиты». А в военной сфере нам пришлось «распрощаться» со многими системами вооружений, которые могли бы позволить нашему государству быть среди лидеров мирового уровня: ядерной оружием, баллистическими ракетными комплексами стратегического назначения, стратегической бомбардировочной авиацией и тому подобное. Естественно, что нашему примеру добровольно-принудительного ядерного разоружения ни одна ядерная держава не последовала. Зато теперь эти уважаемые страны продолжают оставаться в «элитном клубе» государств, которые формируют мировой порядок. Мы же, вместе с отказом от ядерного оружия, сразу оказались в списке стран «третьего мира». Рассказы о том, то мы не имели технической или финансовой возможности содержать упомянутый арсенал, являются сказками, что было впоследствии признано многими политиками и экспертами. Ведь даже такие бедные страны как Иран, Северная Корея и Пакистан нашли в свое время возможность обеспечить ресурсами свои ядерные программы, понимая, что этим создается потенциал сдерживания и обеспечения национальной безопасности. Им для этого хватило политической воли…

Статус безъядерной страны привел к поиску новых подходов, которые могли бы позволить компенсировать разоружение и адекватно реагировать уже ограниченными средствами на возникающие вызовы. Одним из примеров этого стало создание Сил быстрого реагирования как функционального компонента вооруженных сил. Хотя, следует признать, вероятность классической вооруженной агрессии против страны в те годы была и остается минимальной. Вместе с тем, большую неприятность для нас представляли конфликты в Абхазии и Приднестровье, которые задевали нашу страну: беженцы, нелегальный транзит боевиков, оружия и т.п. Вскоре мы также начали говорить о возможности членства в НАТО как варианте обеспечения свой безопасности в рамках коллективной.

В это же время произошло смещение акцентов угроз. Середина - конец 90-х годов заставила нас серьезно вспомнить об угрозах в информационной сфере и об информационной безопасности. Не удивительно, что наибольшие потери за эти годы мы имели и продолжаем нести именно в информационной сфере. Из-за системных ошибок тех лет информационное пространство страны до сегодняшнего дня реально наполняется и контролируется кем угодно, но только не государством (за небольшими исключениями). Кроме этого, борьба, которая ведется в мире за доступ к мировым ресурсам и за рынки сбыта, на которые нас никто не собирается просто так пускать, привела к возникновению спектра угроз в экономической сфере.

Старые - новые подходы

Специалисты преимущественно классифицируют угрозы по сфере их проявления, что нашло отражение в Законе Украины «Об основах национальной безопасности». Напомним, что согласно его положений, их основными группами являются угрозы в сферах: внешнеполитической, внутриполитической, военной, экономической, социальной, гуманитарной, экологической и информационной. Но, и упомянутый Закон Украины, и другие нормативно-правовые акты, фактически рассматривают угрозы в статике. Что несет в себе ошибку, поскольку при таком подходе эволюция угроз не является видимой и внезапная актуализация какой-либо новой угрозы не всегда может привести к своевременному и адекватному реагированию на нее. Кстати, было бы вполне логично, кроме самого перечня угроз, законодательно определить и их возможные уровни и установить (по примеру развитых стран мира) соответствующие общегосударственные степени реагирования на них со стороны государства.

Даже наша «Стратегия национальной безопасности» страны не оказалась свободной от этого недостатка. Например, второй раздел документа посвящен характеристике внешних и внутренних факторов, которые влияют на формирование политики национальной безопасности. В частности, названы усиление вызовов и угроз безопасности, которые имеют транснациональный характер. В их числе - активизация деятельности экстремистских и сепаратистских организаций; эскалация международного терроризма с использованием современных технологий; тенденции неконтролированного распространения оружия, в т.ч. массового уничтожения; торговля людьми, нелегальная иммиграция, кибер-терроризм и пиратство. Также Украина стала объектом интенсивных деструктивных политических, экономических, социальных и псевдокультурных влияний. Растет уровень экспансии иностранных государств, транснациональных корпораций и других наднациональных структур, на внутреннее информационное пространство.

Но, неадекватное восприятие угроз, без учета фактора их эволюции, без разоблачения их действительных источников привело к тому, что предложенные в упомянутой Стратегии пути и способы их нейтрализации не являются достаточными и системными. И в своей совокупности не позволят нам избежать или на ранней стадии нейтрализовать возникновение угроз более далекой перспективы. Подтверждения этого – четвертый раздел упомянутой Стратегии, в котором формулируются стратегические цели. Например, во внешнеэкономической сфере такими были названа: формирование вокруг Украины безопасной международной среды, участие Украины в общеевропейских и региональных системах коллективной безопасности (получения членства в НАТО, ассоциируемого членства в ЕС и т.п.), углубление украинско-российского стратегического партнерства, усовершенствования правовой базы временного пребывания российского Черноморского флота в Крыму, формирование стабильной системы поставок и транзита энергоносителей. Простите, но какая из вышеупомянутых целей является гарантированным и достаточным фактором обеспечения безопасности и сдерживания угроз? Например, членство в НАТО, где нас никто и не ждал в ближайшей перспективе?

В свою очередь, главными целями в военной сфере озвучено поддержание Вооруженных Сил Украины в состоянии высокой боеготовности; приближение к стандартам вооруженных сил стран-членов НАТО; переход к 2010 году на комплектование армии по контракту (как мы видим, это задание оказалось нереализованнымРед.) при одновременном решении социальных проблем военнослужащих. Здесь также можно дискутировать об адекватности целей имеющимся или перспективным угрозам. Потому что, например, Германия не собирается отказываться от призыва на срочную службу. Но это наоборот, способствует национальной безопасности государства, так как сплачивает нацию.

Как мы видим, речь идет преимущественно об угрозах сегодняшнего дня и ближайшей перспективы, также как и о не совсем достаточных направлениях противодействия им. Хотя само должно предусматривать рассмотрение угроз, их возникновения, и эволюцию, по меньшей мере, на многие годы вперед.

О чем не принято говорить вслух

Не является тайной, что в «закромах» наших разведорганов можно найти «золотые залежи» информации, которая отвечает на некоторые вопросы относительно перспективных угроз. Другое дело, что они не всегда получили надлежащее внимание и применение. Есть также и концептуальные вопросы, которые требуют введения некой условной системы координат, которая позволит визуализировать исходную точку и направления угроз. И периодические «крайности» в нашей недавней истории от разных ветвей власти относительно направленности путей развития государства сводили на нет всю работу, так как субъективные позиции и взгляды доминировали над информацией разведки или предложениями специалистов по безопасности. В первую очередь, серьезной и можно сказать «традиционной» угрозой во внешнеполитической сфере есть стремление сильных геополитических игроков уменьшить роль нашей страны на Евразийском континенте, использовать ее исключительно в своих интересах как плацдарм для усиления собственного влияния в мире.

Нужно упомянуть последующий рост «экономической составляющей» приоритетов ведущих держав мира, в результате чего расширяется сфера востребованности военной силы для обеспечения именно экономических интересов; попытки этими же странами игнорировать интересы Украины, недопущения ее становления как одного из центров многополюсного мира и региональной стабильности. А также деятельность ряда государств, которая направлена в поддержку дезинтеграционных процессов в Украине, включая попытки вмешательства в наши внутренние дела, ослабление экономической самостоятельности нашей страны.

Реалиями является – для восточных «партнеров» – закрепление, а для западных «партнеров» - получения возможности долговременного иностранного военного присутствия и наращивания военного потенциала в регионах традиционных национальных интересов Украины; незавершенность делимитации и обустройства государственной границы на фоне наличия и даже расширения «зоны нестабильности» (вспомним Грузию, Южную Осетию, Абхазию или Приднестровье) в пограничных с Украиной территориях, что затрудняє эффективное противодействие международной организованной преступности, наркоторговле, незаконному обороту оружия и т.п. Есть возможность актуализации территориальных претензий к нашей стране (прецеденты в отношениях с Россией и Румынией имели место) и даже угрозы возможности политического или силового отторжения отдельных территорий (чем слабее страна, тем более искушений это сделать). Сейчас, к сожалению, речь уже идет о «новых» тенденциях в международной практике, когда вопросы целесообразности для определенного государства начинают доминировать над нормой международного права (например, агрессия США против Ирака в 2003 году).

Мы не имеем право не замечать и объективно существующие внутренние угрозы, которые не менее опасные. Среди них - проявления политического экстремизма и сепаратизма, достаточно высокая вероятность техногенных и экологических аварий и катастроф, обусловленных изношенностью инфраструктуры и производственных фондов.

Серьезные опасения сегодня вызывают и трансграничные угрозы, какие мы раньше не учитывали в полном объеме. Это деятельность националистических, религиозных экстремистских группировок; международный терроризм, который ставит перед собой не только политические, но и военные, цели с проведением масштабных вооруженных акций; подготовка и проведение против Украины информационных акций и действий.

Причин вышесказанного несколько. Ведь среди множества теорий развития цивилизаций имеют право на существование теории т.н. Дарвинизма (если коротко, то история цивилизации – это борьба за выживание, выживает сильный и это является движущей силой развития), а также теории столкновения цивилизаций. Безусловно, в современном мире национальная безопасность страны во многом обеспечивается наличием доступа к т.н. «критически необходимым» природным ресурсам. Но, кроме этих угроз, придется учитывать и такие, которые основаны на противоречиях и конфликтах цивилизаций. Причем в основе этих конфликтов лежат преимущественно идеологические противоречия, основанные на принадлежности к разным культурам, религиям и т.п.

Поэтому нам следует отойти от нашей «зашоренности» и вспомнить, что мы принадлежим к славянской цивилизации. А значит, уязвимы от других цивилизаций, стремящихся к доминированию в мире. Соответственно, и защита должна строиться совместно в рамках славянской цивилизации.

Важно также вспомнить и угрозы экстремизма, особенно в его крайних проявлениях - религиозного и националистического. Но вместо того, чтобы это осознать и реализовать необходимые меры противодействия, мы сами отказываемся даже создания правовых основ для деятельности государства по недопущению и нейтрализации этих угроз. В Украине по примеру других государств была начата разработка проекта Закона Украины «О борьбе с экстремизмом». Возглавила этот процесс Служба безопасности Украины. Но, по-видимому, «испугавшись» трудностей в сопровождении проекта закона при принятии Верховной Радой, СБУ выступила с инициативой отказаться от работы над ним. Причем, мотивируя неактуальностью проблемы экстремизма для нашей страны. Хотя его принятие могло бы выступить в роли сдерживающего фактора для данной угрозы.

И естественно, безопасность государства не может быть достигнута в условиях отсутствия экономической безопасности, прежде всего в сфере энергетической независимости от других стран. Объемы собственной добычи нефти обеспечивают потребности нашей страны всего на 10—12%, газа — на 18—20%. Работая на импортном газе, украинские тепловые электростанции сильно зависимы от импортного снабжения.

Экс-глава Службы внешней разведки Николай Маломуж (интервью «УКРИНФОРМу»): «На сегодня мы видим угрозы, связанные с использованием природных ресурсов. В мире идет борьба за энергетические ресурсы, в первую очередь, за контроль над источниками энергоносителей и путями их доставки. Это проявляется, в частности, в росте напряженности вокруг формирования новых стратегически важных для Украины транспортно-энергетических коридоров из Каспийского региона и Центральной Азии. Отмечу также жесткую конкуренцию вокруг формирования новых каналов снабжений газа - это проекты «Южный поток», «Набукко», появилась перспектива строительства северного потока.

Есть риски для национальных интересов Украины в деятельности международных организованных преступных групп, которые постепенно сращиваются с террористическими организациями. К сожалению, в противоправную деятельность за рубежом втягиваются отдельные наши граждане. Полем деятельности для внешней разведки является неконтролированное распространение оружия массового поражения и средств ее доставки. Это проблема важна ввиду того, что Украина с ее научно-технологическим потенциалом, ядерными, химическими, ракетно-космическими производствами может быть объектом заинтересованности международных террористических группировок. Одна из острых для нас тем - опасность эскалации «замороженных» и возникновения новых региональных конфликтов у границ Украины. Речь идет, в первую очередь, о долговременном неразрешении конфликтов в Приднестровье, Косово и на Кавказе».

Действительно, в настоящий момент украинские разведчики вынуждены уделять все большее внимание вопросам экономической безопасности страны. В частности, недавно в ряде СМИ были опубликованы их прогнозы относительно того, что в настоящий момент называется мировым финансово-экономическим кризисом. Разведслужбы отмечают, что для Украины очень важно использовать относительно спокойный период 2010–2012 гг. для проведения безотлагательных реформ, нацеленных на отход от приоритетного развития исключительно экспортно-ориентированных отраслей в интересах более емкого и разветвленного внутреннего рынка, внутреннего потребления. Это будет время и для модернизации, и инновационного развития производственной базы.

В этом контексте вопрос российских энергоносителей – это вопрос лишь ближней и среднесрочной перспективы. Также как и энергоносителей Ближнего и Среднего Востока. А что касается долгосрочных перспектив, то интересы смещаются в сторону ресурсов Мирового океана, а также Африканского континента. Наиболее дальновидные страны уже начали предпринимать шаги в этом направлении. Проанализируйте, например, роль США в урегулировании конфликтов в ряде стран Африки (и не забудьте при этом поинтересоваться, на какие полезные ресурсы эти страны богаты). Поэтому более актуальной проблемой становится вопрос безопасного доступа нашей страны к мировым энергетическим ресурсам.

В процессе глобализации экономической сферы постепенно формируется многоуровневая международная экономическая система, которая, с одной стороны, содействует развитию стран, способных быстро адаптироваться к ее требованиям и изменениям, но из другой – еще более ограничивает интеграционные возможности для менее развитых стран, среди которых, к сожалению, находится Украина. Причем здесь угроза не может быть идентифицирована как угроза с источником происхождения со стороны отдельной страны. Ее эволюция привела до того, что угроза становится наднациональной, поскольку транснациональные корпорации и международные финансовые группы осуществляют неподконтрольные государствам влияние на ситуацию в странах, регионах и в целом в мире, в том числе и в военно-политической сфере. Пример этому – нынешний мировой финансово-экономический кризис. Извините, но в нашей стране кто-нибудь на высоком уровне затрагивал вопрос наличия подобных угроз и необходимости противодействия им?

Хочется также коснуться еще одной сильно «заезженной» темы – проблемы информационной безопасности. Эволюция в информационной сфере привела к тому, что эта угроза крепко «устроилась» в нашем информационном пространстве, а развитые общества Запада (в первую очередь, США, приняв, в частности, решение создать в составе вооруженных сил отдельное киберкомандование) переходят к качественно новой фазе противоборства. К сожалению, на уровне спецслужб, военного и других ведомств страны недостаточно наблюдается деятельность по их подготовке к противоборству в информационной сфере. Страшно то, что проблема заключается в стереотипах «танкового» мышления чиновников на высоких постах в этих структурах. Очевидно, что в таких условиях не может идти речь о создании или развитии сил и средств для проведения информационных операций в том виде, как это наблюдается у американцев или их партнеров. В итоге информационное пространство страны слабо контролируется и беззащитно. Наше счастье, что этой проблемой недруги Украины в полной мере еще не воспользовались. Поэтому новая власть обязана поставить заслон зарубежным государствам в плане получения ими несанкционированного или деструктивного доступа в украинское информационное пространство.

Часто напоминают о себе и территориальные противоречия. Достаточно привести факты на примере одной лишь страны. Эксперты отмечают, что Румыния сильно часто «намекает» нам о своих территориальных претензиях (среди относительно «свежих» примеров - поводу дунайского острова Майкан). Вот только некоторые заглавия недавних публикаций в СМИ, которые вынуждают насторожиться: «Румыния готовит аргументы для спора за украинские территории», «Отказаться от Приднестровья и поживиться территориями Украины», «Украинского дипломата, в Румынии объявили персоной нон-грата», «В решении Гаагского суда по Змеиному заложен очень опасный прецедент» и тому подобное. Не случайно министр иностранных дел Константин Грищенко в интервью изданию «Коммерсантъ-Украина» недавно заявил, что «у нас с Румынией есть вопросы, которые вызывают обеспокоенность».

Румынию трудно назвать единственной страной, чьи национальные интересы вступают в определенное противоречие с украинскими. Можно вспомнить о периодически озвучивании лозунга о «Большой Турции», проект создания которой неминуемо задевает территорию Крыма. Упомянутое вынуждает украинскую власть и спецслужбы отслеживать ситуацию вокруг полуострова и реагировать.

Экс-глава Службы внешней разведки Николай Маломуж: «Мы можем говорить лишь о попытках отдельных государств усилить свое влияние на полуострове, о радикализации действий в отдельных ситуациях. Но заверяю: мы фиксируем все заграничные центры, которые пытаются инспирировать противостояние в Крыму или создать террористические ячейки. Относительно политических радикалов, как только видим инспирацию действий, которая несет угрозу государственному суверенитету и территориальной целостности, — сразу включаются механизмы профилактики на предупреждение. В этих вопросах активно сотрудничаем из СБУ. Мы понимаем, что против Украины по различным причинам проводятся информационные и специальные операции».

Кроме того, несколько последних месяцев позволяют утверждать о некоторых факторах изменений акцентов угроз национальной безопасности. С одной стороны, руководство государства предпринимает нужные шаги относительно нормализации отношений с Россией. Следует отдать должное и российскому руководству, которое также обеспечивает соответствующие конструктивное движение навстречу. Но мы должны упомянуть и об определенном изменении векторов угроз по этому поводу.

Во-первых, у Российской Федерации есть собственные враги, в т.ч. надгосударственные структуры. Соответственно, иногда непросто на практике установить четкое разделение между статусом стратегических партнеров и статусом союзников. Поэтому также трудно исключить ситуацию, когда Украина может быть втянута (через свою территорию, экономические связи, энергетические коммуникации и тому подобное) для влияния на Россию со стороны третьих стран или третьих сил.

Во-вторых, Россия, как могучая и сильная страна, открыто оставляет за собой право проводить свою собственную независимую политику в мире и в регионе. Соответственно, существует возможность проведения через Украину в отношении других стран и непосредственно против нее тех или других мероприятий реализации вышеупомянутой политики, но уже другими, новыми способами, учитывая сдерживающие факторы нашего стратегического партнерства.

С другой стороны, есть еще одно новое направление акцентов безопасности в международной сфере: Запад ни в коем случае не захочет выпускать Украину из сферы своего влияния. Особенно после официального отказа нашего государства от членства в НАТО. Поэтому со временем следует ожидать активизации деятельности спецслужб, политических и дипломатических кругов, подкрепленных мероприятиями информационного, финансового и экономического характера по удержанию Украины в орбите влияния западноевропейского сообщества.

Безопасности много не бывает

Предотвращение угроз требует раннего предупреждения и аналитических данных, которые основываются на результатах объективных и беспристрастных исследований. Хотя страна и владеет определенным потенциалом раннего предупреждения и анализа, рассредоточенным по разным ведомствам, мы пока не смогли создать «на вершине пирамиды» единую эффективную структуру, способную обобщать и подавать информацию по раннему предупреждению и стратегические варианты для принятия решений.

Владимир Горбулин: «Политика национальной безопасности - это умение государственного руководства осуществить рациональный выход из ситуаций, которые угрожают стране значительными потерями. Не допустить возникновения таких ситуаций – это искусство политики безопасности».

На память приходит высказывание одно из больших военачальников на тему того, что плох тот генеральный штаб, которому нужно подниматься по тревоге. В этой простой мысли заложен глубокий смысл, потому что недопущение перерастания ситуации в потенциальную или реальную угрозу безопасности страны являются одной из важнейших функций государственных структур и при условии их эффективной работы никакая проблема нас врасплох не застанет.

Вышесказанное обусловливает необходимость проведения эффективных и асимметричных мер по нейтрализации существующих и прогнозируемых вызовов и угроз. Система национальной безопасности современного государства должна быть адекватна требованиям времени. Поэтому рассматривать основные угрозы национальной безопасности Украины необходимо в динамике, с учетом исторических аспектов их возникновения, тенденций развития и обоснованных прогнозов их изменения в будущем.



Источник



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх