,


Наш опрос
Как изменилась Ваша зарплата в гривнах за последние полгода?
Существенно выросла
Выросла, но не существенно
Не изменилась
Уменьшилась, но не существенно
Существенно уменьшилось
Меня сократили и теперь я ничего не получаю


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Дід мав дві нагороди – німецький Залізний хрест і радянський Червоний прапор
  • 13 июня 2010 |
  • 19:06 |
  • bayard |
  • Просмотров: 94494
  • |
  • Комментарии: 33
  • |
0
Моя бабушка и дедушка по отцовской линии - Галя и Иван Чорновил - из села Синеоковка Черкасской области. Когда началась война, они были еще совсем малы. В армию пошел отец деда - Дмитрий. Как попрощались, больше никогда его и не видели и не знали, где он погиб.

В семье бабушки мобилизовать было никого. Отец ее умер еще до войны от чахотки, а деда вместе с десятками раскулаченных односельчан вывезли в Сибирь и бросили посреди леса без топора и куска хлеба, там он с бабкой и нашел свою смерть от голода и холода.

Извините, не могу предоставить никакой фотки военных времен. Почитав наши семейные истории, вы поймете, почему их нет.

Война для моей семьи не закончилась 9 мая 1945.

Прадедушка Иван погиб там же, где 30 лет до того - его отец

На фронт ушли братья моего прадедушки. Интересна история одного из них - Ивана.

Его отец - мой пра-пра-дедушка - воевал на фронтах Первой мировой и погиб в бою под Краковом, еще до рождения сына. Во Вторую мировую на войну пошел уже Иван.

В апреле 1945-го его семья получила письмо: "Пришли в Краков, где погиб мой отец. Сильные бои", - писал Иван.После этого писем не было.

Известие о его смерти принес в село после войны земляк - калека с искусственной челюстью. Он с Иваном всю войну прошли вместе, артиллеристами при пушке.

В боях под Краковом первыми погиб Иван - получил пулю снайпера, потом подвела старушка пушечка, заклинило снаряд и он взорвался в стволе. Чудом выжил только один, и то калекой.

Оккупация подарила бабушке семейное счастье и двух сыновей

Немецкую оккупацию село пережило легко, немцы в Синеокивке не стояли, всего несколько жили в отдельных домах. Жизнь фактически шла, как до войны. Колхозы немцы сохранили и крестьяне в них работали, как и раньше.

Интересно, что была открыта школа, мой дедушка Иван Чорновил проучился полгода.После объявления независимости Украины он с удивлением отметил, что знает гимн Чубинского-Вербицкого. Во время оккупации сельская учительница учила детей: "Ще не вмерла в Украине ...".

Во время, когда большинство семей осталось без мужчин, моя прабабушка Ольга Шкурко, наоборот, нашла свое счастье. Летом 1941-го, когда все окрестности были заняты немецкими частям, ночью в окно ее дома кто-то тихонько постучал.

Открыла - на пороге стоял чуть живой от усталости советский солдат.

В бою потерял сознание, не отступил вместе со своей частью, остался один-одинешенек. Пробирался полями, набрел на деревню, постучал в первую попавшуюся хату, чтобы попросить какой крестьянской одежде, чтобы не добили немцы.

После голода, раскулачивания, коллективизации в домах центральной Украины было пусто. Бабка открыла сундук - а там ничего, чтобы дать солдату. Только в память о покойном мужчины лежал его праздничный костюм, еще свадебный.

Что делать? Бабушка отдала костюм, а потом говорит солдату: "Куда ты пойдешь? Оставайся здесь. Он и остался. Звали его Василий.

Но когда советские войска освободили Синеоковку, солдат Василий, которого приютили в начале войны, ставший мужем и отцом для сирот, должен был уйти. Как ночью пришел, так ночью и ушел. Боялся, что свои же расстреляют как дезертира.

Ушел и больше не вернулся. Так и не узнал, что у него родились двойняшки - двое сыновей.

Война за выживание продолжалась в Синеокивке и после 9 мая 1945.

В колхозах селянам почти ничего не платили за работу, домашние хозяйства были разорены войной и облагались страшными налогами - молоко сдавай государству, сдавай яйца-мясо, покупай облигации. В 1946 году люди даже пухли с голоду.

От "дезертира" Василия в прабабушки Ольги после войны родились двойняшки - она очень заболела после родов и не смогла выполнить норму трудодней в колхозе.

За это ее - мать пятерых детей - осудили и посадили в тюрьму ...

Дед Степан до смерти вспоминал обгоревший валяночек - все, что немцы оставили от его дочери

Другой мой дед - Степан Логвиненко, по маминой линии - родом с Полесья, недалеко от белорусского Гомеля.

Его история достаточно интересная, хотя сам он никогда не рассказывал деталей. Когда советские войска отступали, его оставили в родном селе подпольщиком. Дед был издан соответствующий бумагу о том, что он выполняет задание партии, семья хранила в тайнике всю войну.

Следовательно, выполняя поставленную задачу, Степан Логвиненко пошел работать к немцам полицаем. На этой "должности" он был награжден Железным крестом (об этом дед не любил говорить. "В свободное от работы время" передавал информацию разведчикам, устраивал различные мелкие диверсии.

У моего деда был достаточно бурный нрав - и работать инкогнито ему было не интересно, он искал славы.Поэтому при каждой диверсии пытался оставить свою подпись - "Козел".

Его сестра Стефа тайно ходила за ним, и бумажки с подписью изымала.

Однажды дед узнал о карательной экспедиции в отношении двух сел. Он заблаговременно вывел людей и спрятал их на болотах. Правда, своей семьи не спас. Карательная акция пришла в село, где жила его мать, а у нее в это время гостила его маленькая дочь.

Большинство крестьян успели убежать, а Степанова мать отнеслась к приходу немцев легкомысленно - мол, мой сын полицейский. Впоследствии на пепелище, где была его хата, дед Степан нашел только маленький обгоревший валеночек его дочери.

Маленькой, я не раз была свидетелем, как хмельком он начинал грустить, вспоминая тот валеночек.

После того случая он бросил немецкую "работу" и вовсе подался к партизанам.Проводил лесами советские части, устраивал диверсии на железной дороге. С сожалением вспоминал об одной неудачной акцию: партизаны планировали пустить под откос поезд с солдатами, но взамен взорвали пустой товарняк.

После окончания войны дед был награжден орденом - кажется, Красного знамени (награды не сохранились).

Однако мир для него продолжался не долго. После войны на одной из пирушек у него, горячей натуры, произошел конфликт с чекистом. Когда пьяный чекист начал подтрунивать над партизанами - дескать, они всю войну под березой пролежали - дед обозвал его тыловым крысой и ударил табуреткой по голове.

Чекист отомстил. Было слепленно дело, деда приговорили к расстрелу, но - традиционно для тех времен - заменили лагерями. Но несмотря на такую несправедливость, до конца жизни дед остался верным ленинцем и пылким коммунистом, только Сталина ненавидел.

Выпив, мог сказать за столом: "Сталин, гад, Украину голодом уморил.

Герой-победитель спас семью, привезя из Москвы мешок хлебных корочек

Страшные времена мира пережила и семья моего мужа с Житомирщины. Его дед Захар Олексийчук прошел всю войну от звонка до звонка, но потомкам о войне он рассказывал мало, почти не упоминал ни боев, ни подвигов, ни геройства.

Часто с обидой дед Захар вспоминал одно - то что ожидало дома после победы. Когда его семья - семья воина-освободителя - едва не погибла от голода, так советская власть несколько лет системно выкачивала все съедобное из Украины.

После взятия Берлина он вернулся в родное село как настоящий победитель. Для семьи это был памятный и счастливый день, когда он спрыгнул перед их домом с подводы - живой и целый, с огромными пакетами подарков.

Хвастался, как мародерствовали в Берлине, какие красивые вещи есть в жилищах немцев, и как жаль, что так мало удалось взять с собой. Привез шелковую одежду, целый пакет ручных немецких часов. Ими семья и выживала, когда, вскоре после победе, начался голод.

Часы меняли на кусок хлеба. Когда часы заканчивались, а голод крепчал, дед с последним немецким добром смог сесть на поезд в Москву. Герой-освободитель по приезде был шокирован. Продукты в Москве были не только в магазинах, хлеб выбрасывали на свалки!

Так он, орденоносец, ходил по свалкам и собирал корки со слезами говория:
- Как так можно выбрасывать хлеб? В Украине люди умирают с голоду.

Один прохожий подошел к нему и дружески посоветовал: "Тише об этом нельзя говорить. Официально в Украине голода нет".

День, когда дед вернулся из Москвы, семья не могла забыть так же, как его возвращения с войны. Он снова пришел, как герой-победитель-с мешками, полными сухарей.

И потом всю жизнь он больше вспоминал эту вторую победу.

My Webpage



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх