,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Виктор Янукович: Популизм — слишком дорогая плата за популярность
  • 3 июня 2010 |
  • 20:06 |
  • TEMA |
  • Просмотров: 5125
  • |
  • Комментарии: 2
  • |
0
Виктор Янукович: Популизм — слишком дорогая плата за популярность


Эксклюзивное интервью Президента Украины



— Виктор Федорович, приближаются символические 100 дней с момента вашей инаугурации. Считается, что это некая первая высота, которую новый глава государства может взять относительно легко, поскольку ему содействует эффект «медового месяца». Как вы считаете, чего удалось достичь за это время?

— Наша команда попыталась выжать максимум за эти три месяца. В кратчайший возможный срок создано большинство в Верховной Раде — и заметьте, мы не пошли ни на какие сделки, которые могли быть превратно истолкованы нашими избирателями. Нынешнее эффективное большинство — плод не только конструктивной дискуссии, но и строгого следования законности. И парламент, и Конституционный Суд открыли дорогу устранению дефектов, которые в противном случае не позволили бы соблюсти волю избирателей и быстро приняться за работу.

Удалось избежать нелепой «коалициады», к которой, к сожалению, привыкли наши граждане: формирование Кабинета Министров обошлось без сенсаций и изматывающего публичного выяснения отношений. Кстати говоря, в этом есть большая заслуга как партийного актива, так и наших союзников, а также руководства Верховной Рады. Оперативно была принята «экономическая конституция» страны — государственный бюджет. Разрешен — и, хочу подчеркнуть, на долгие годы вперед — терзавший Украину «газовый» вопрос. Причем к обоюдной выгоде Украины и ее стратегических партнеров. Открыта новая страница в отношениях с Россией и объединенной Европой. Украина впервые за многие годы выступила на международной арене с пакетом солидных инициатив — на песке больше не строим. Благодаря слаженной работе правительства и укреплению энергетической безопасности Украины мы нашли возможность, во-первых, не усугублять зависимость нашей страны от международных финансовых организаций, а во-вторых — приступить к выполнению в том числе и социальных положений программы, получившей одобрение миллионов украинских избирателей.

В начале весны казна была пуста, доверие к Украине со стороны иностранных партнеров — подорвано, деловые круги пребывали в тревожном ожидании, особенно тогда, когда уходившая власть, не пожелав следовать европейским правилам хорошего тона, тянула время.

Я рад, что нам есть о чем отчитываться, и — главное — тому, что мы не сбавляем темп и не собираемся этого делать. Да и расчета на «медовый месяц» не было — многие годы общество пребывало в состоянии глубокого раскола, значение имели лишь партийные цвета, а ведь моя главная задача — быть Президентом всей Украины. По известным причинам это далеко не самая простая задача. Если «медовым месяцем» можно назвать тот факт, что большинство граждан поддерживают наши решительные шаги, то не стоит забывать об их надеждах на лучшее. Я стараюсь оправдывать их доверие.

Нам иллюзии не нужны

— Многочисленные встречи, которые вы проводите с российскими партнерами, растущая папка подписанных соглашений — свидетельствует ли все это о наступлении новой эпохи в украинско-российских отношениях?

— Я хотел бы напомнить, что шесть лет назад велась не менее интенсивная дипломатическая и более широкая работа между Украиной и Россией. Таким образом, восстановлена преемственность подлинного стратегического партнерства между нашими братскими странами. Так что, хотя «новая эпоха» и звучит красиво, но нельзя так часто повторять эту фразу — может затереться. Только теперь динамика и наполнение этого стратегического партнерства — выше качеством. В каком-то смысле идет наверстывание упущенных в «потерянную пятилетку» возможностей. Основой стратегического партнерства теперь служат искренность и прагматизм. Мы с Дмитрием Анатольевичем Медведевым очень близки в одном моменте — не любим демагогии. Российскому лидеру как юристу и мне как управленцу близки точные формулировки и конкретные сроки.

И Украина, и Россия сегодня ищут пути ускоренной модернизации: ее осуществление — по сути единственная гарантия преодоления последствий мирового экономического кризиса, перед лицом которого наша страна два года назад оказалась беззащитной. Вместе проводить курс на модернизацию легче — благодаря исторически сложившимся связям как в промышленной кооперации, так и в других сферах.

Что касается попыток бывшей власти найти точки соприкосновения с Москвой, то я не зря говорил об искренности. Еще в Харькове Дмитрий Медведев тоже говорил о подлинных друзьях. Прошлая власть решала собственные политические проблемы, не считаясь с национальными интересами Украины, любыми способами старалась продлить существование иллюзий, обернувшихся голым популизмом.

Нам такие иллюзии не нужны. Мы не используем Россию в каких-то узких политических целях, а развиваем с ней такое стратегическое партнерство, результатом которого станет современный экономический комплекс, самая большая в мире территория роста, способная удивить этот мир, а украинцам — обеспечить новые высокие жизненные стандарты.

Как гласит народная мудрость: «Ищи друзей близко, а врагов — далеко». В отличие от наших предшественников мы не собираемся искать врагов не только близко, но и на другом конце земного шара, готовы развивать взаимовыгодное сотрудничество со всеми странами, ни с кем у нас нет антагонистического столкновения интересов, но отношения с нашим ближайшим и крупнейшим соседом — Российской Федерацией — носят безусловно приоритетный характер и будут строиться на базе дружбы и стратегического партнерства.

— Тем не менее оппозиция постоянно говорит о сдаче интересов Украины, даже о потере независимости, превращении нашей страны в «протекторат» России.

— Наверно, «работа» у них такая... О какой сдаче позиций можно говорить, в чем она заключается?! В том, что продлено пребывание Черноморского флота России в Севастополе? Но разве сегодня он мешает нам проводить независимую внешнюю и внутреннюю политику? Что же изменится через пять, десять, двадцать лет? Не открою большого секрета, если скажу, что вопрос пребывания российского флота в Севастополе в силу известных исторических и прочих причин достаточно чувствителен для наших российских партнеров, да и для общественного мнения в России. Неконструктивная, скажем так, позиция Украины наверняка привела бы в скором будущем к большим сложностям в наших двусторонних отношениях, да и во внутриполитической обстановке в Украине. Сейчас этот вопрос снят. Причем на чрезвычайно выгодных для Украины экономических условиях — цифры в прессе были обнародованы. Сдача интересов Украины, причем чудовищная, была в январе прошлого года — при подписании приснопамятных газовых соглашений.

Еще более абсурдной выглядит истерика оппозиции относительно развития сотрудничества и интеграционных процессов в других отраслях, к примеру в авиастроении. Ведь совершенно очевидно, что авиастроительные комплексы Украины и России технологически взаимосвязаны и взаимозависимы, и без теснейшей их интеграции, в том числе и в организационном плане, наш авиапром обречен на полную гибель. И мировой опыт показывает, что только путем полного объединения национальных авиапроизводителей смогли сохранить позиции и место на мировом рынке европейские государства.

Но особо хочу подчеркнуть: несмотря на безусловное желание и наличие доброй воли сторон, переговорный процесс и по созданию единой авиастроительной корпорации, и по другим перспективным проектам не закончен, он продолжается. Т. е. ни о какой односторонней сдаче интересов речи нет, идет нормальная, конструктивная работа, согласование взаимных позиций и интересов.

В Европу — на правах европейцев

— Противники пребывания Черноморского флота в Севастополе говорят о том, что оно закрывает «евроатлантические перспективы» Украины. Можно ли говорить сегодня с определенностью о судьбе отношений между Украиной и НАТО?

— Давайте все-таки разделим европейскую и «атлантическую» интеграцию. Моя позиция по вопросу НАТО всегда была прозрачной и совпадала с позицией двух третей наших сограждан, что подтверждают все соцопросы. Я — сторонник внеблокового статуса Украины. Этот курс сегодня находит понимание и у западных партнеров в Европе и Северной Америке, и в России. Уверен, вскоре мы добьемся законодательного закрепления этого статуса. В то же время нейтралитет не означает отказа от активного участия в международных делах, в том числе и в сфере безопасности. На самом деле, внеблоковый статус — это большая ответственность. Именно поэтому состояние Вооруженных сил сегодня постоянно пребывает в кругу проблем, которым я уделяю самое большое внимание.

Отдельно надо сказать и про другое.

Я отлично понимаю негативное отношение многих наших сограждан к таким программам, их опасения, что реализация этих программ могла бы стать определенным этапом на пути к членству Украины в НАТО. Но такие опасения были обоснованны при прежней власти, для которой вовлечение Украины в Североатлантический альянс превратилось в самоцель. Но сегодня, еще раз повторю, Украина не ставит целью своей внешней политики достижение членства в НАТО. В то же время у нашей страны — долгая и богатая история отношений с альянсом. Задействовано множество программ сотрудничества. Было бы безответственно и бесперспективно отказываться от помощи, оказываемой нам НАТО, а также от участия Украины в тех или иных проектах с его участием, которые не противоречат интересам Украины, не ущемляют интересы ее партнеров, которые не являются членами альянса. К слову, и Российская Федерация активно развивает сотрудничество с альянсом, реализуются совместные программы, проходят учения военнослужащих и т. п. И в наших планах — развитие сотрудничества в военной сфере и со странами НАТО, и с Российской Федерацией, и с другими государствами СНГ.

В Брюсселе прекрасно осознают и ту роль, которую Украина играет в мировой и европейской системе безопасности, и то, какое значение имеет для новой украинской власти демократическая воля народа, а также общественное мнение. Более того, считаю, что Украина в будущем станет ключевым звеном нового режима безопасности на Европейском континенте, включающего и страны ЕС, и Россию, и другие государства постсоветского пространства. Мир меняется на глазах, и Украина — активный участник этих перемен. Идея членства в НАТО и противоречия, с ней связанные, уже принадлежат прошлому.

— Означает ли столь тесное сотрудничество с Россией во всех существующих отраслях отказ от планов интеграции Украины в Европейский Союз?

— Безусловно, нет. Как известно, за прошедшие месяцы нам удалось сделать на европейском направлении больше, чем нашим предшественникам, при всяком удобном случае провозглашавшим верность идее европейской интеграции, за пять лет. Осенью начнутся переговоры по предоставлению Украине дорожной карты, конечный пункт которой — отмена визового режима. Мы последовательно выполняем условия перехода к переговорам с ЕС по этому важному вопросу. И это только одно из направлений нашего быстро развивающегося сотрудничества с ЕС.

Европа с оптимизмом воспринимает происходящие в Украине перемены. Наши партнеры заинтересованы в тех масштабных инфраструктурных проектах, которые становятся возможными благодаря восстановлению украинско-российского диалога. В то же время важно понимать следующее.

Мы не бросаемся голословными декларациями. Членство в ЕС — это не самоцель. Стержнем новой политической линии в Украине является восстановление и энергичное развитие отечественной экономики, распространение инноваций, новых стандартов качества, новых критериев эффективности государственных структур. Нетрудно увидеть, что законодателями мод в области высокотехнологичного сектора промышленности, качества продукции и защиты прав человека на нашем континенте являются страны ЕС. Это ориентир не только для Украины, но и для всех без исключения остальных государств в Европе.

За последние пять лет Украина утомила ЕС навязчивыми просьбами «дать ей европейскую перспективу» — просьбами, даже требованиями, которые не опирались ни на что существенное. Иногда эти просьбы и требования скрывали угрозу — мол, не возьмете нас в ЕС, и случится что-то непоправимое! В качестве пугала использовали Россию. «Я от бабушки ушел, я от дедушки ушел, и от тебя уйду!» При этом не проводилось никаких преобразований, а внутренняя политика была настолько скандализированной, что о препирательствах между Ющенко и Тимошенко узнавали в самых маленьких городках других стран. Искреннее недоумение европейцев сменилось отношением, которое назвали «усталостью от Украины». Но сегодня ситуация меняется.

Мы покончили с практикой безосновательных просьб, которые, кроме всего прочего, не к лицу такому большому и богатому государству, как Украина. Одной из главных задач своего президентства я вижу достижение нашей страной таких превосходных результатов — в социально-экономической, правоохранительной, производственной, научно-технической сферах, — чтобы вопрос «способна ли Украина стать членом ЕС?» был снят с повестки дня как устаревший. Чтобы даже обычный француз, немец, поляк забыли об этом вопросе. Никто ведь теперь не спрашивает: «А вы уверены, что этот японский или сингапурский товар — хороший?».

Шесть лет назад наступил такой момент, когда подобные — скажем прямо, унизительные вопросы перестали соотносить с такими странами, как Словения, Чехия, Польша. Теперь получилось так, что некоторые новые страны ЕС в дни кризиса держатся лучше, чем отдельные ветераны. Другими словами, мы можем и должны стать европейцами по уровню жизни, защиты прав граждан, по уровню предсказуемости и эффективности государственной политики — раньше, чем встанет технический вопрос о приглашении Украины к членству в ЕС.

Этот наш новый — или, скажем так, восстановленный подход — вполне разделяют и лидеры Евросоюза.

— После вступления в должность вы посетили все основные центры принятия глобальных решений. Говорят, что внешняя политика Украины теперь снова многовекторная — так ли это?

— Вы знаете, на международной арене сложилась исключительно удачная для Украины ситуация. Вот скажите: Европа сегодня России кто? Явно не враг. А Россия и Америка? Максимум — конкуренты, но не противники же. В 2004 г. накал страстей был таким, что ради «экспорта демократии» не погнушались и Украину поставить на грань распада, на Ближнем Востоке кипела «горячая» война. Потом грянул кризис, сменилось руководство в ряде важнейших государств. А теперь Барак Обама проводит политику «разжатых кулаков». Это же просто замечательно для Украины, которая желает быть внеблоковым государством и со своими соседями поддерживать партнерские, взаимовыгодные отношения. О многовекторности нельзя говорить в том смысле, который существовал когда-то: мол, Украина играет на противоречиях Запада и России.

Сегодня, во-первых, этих противоречий на порядок меньше.

Во-вторых, Украина — больше не футбольное поле для обмена атаками и контратаками.

Наконец, в-третьих, здесь живут миллионы работящих людей, которым давно надоело, что их страну используют в геополитических играх. Я представляю этих людей. Их большинство. И поэтому говорю — и доказываю это в Москве, Брюсселе, Вашингтоне — наши кулаки разжаты! Мы протягиваем вам руку — и не ради формальности, а чтобы обсудить то множество предложений, которые уже находятся на столе.

Новая внешняя политика Украины — это следование своим национальным интересам. Ключевым понятием этих интересов является экономика.

А многовекторность — это слегка устаревший термин.

Не путать причины с симптомами

— Сегодня украинская экономика растет, в частности растет промышленность. Существует ли обнадеживающая перспектива преодоления кризисных явлений уже в этом году?

— Кризисные явления следует разделить на причины и симптомы. Симптомы, последствия шока, глубина которого исключительно «заслуга» бывшего правительства, — да, есть надежда на то, что они будут преодолены. Как вы знаете, Европейский банк реконструкции и развития улучшил прогноз роста для Украины в этом году. Повышается кредитный рейтинг нашей страны. Достигнутые нами и Россией системные соглашения позволили заговорить о возвращении к стабильности — а это, несомненно, радует аналитиков, от мнения которых во многом зависит, куда будут направлены свободные инвестиционные средства.

Мы ожидаем прихода стратегического российского инвестора. Также, отмечу, нашел возможность и Европейский Союз в нынешней непростой ситуации выделить нам помощь в размере 500 миллионов евро для модернизации ГТС. Это около 15% необходимой суммы. Поступать она будет частями, но это важный сигнал одобрения Брюсселем нынешнего политического курса. Наконец, идут переговоры с Международным валютным фондом — уже в других условиях, нежели те, в которых они начинались, когда мы пришли на пустую казну. Речь, как известно, теперь идет и о существенно других суммах кредитов.

Что касается причин кризисных явлений, то их преодоление возможно лишь через хорошо продуманные, скоординированные и бесповоротные экономические и административные реформы.

— Виктор Федорович, будучи в оппозиции, вы и ваши соратники жестко критиковали тогдашнюю власть за неумеренную «страсть» к привлечению кредитных ресурсов, в частности от МВФ, за то, что страну загоняют в долговую яму. Однако и новая власть, как видим, продолжает активные заимствования...

— К сожалению, одним рывком соскочить с кредитной иглы, на которую посадило страну прежнее руководство, невозможно. Много говорилось в прессе о том, что дабы «продержаться» до выборов, наши предшественники, что называется, пустились во все тяжкие — не возвращался НДС, «стимулировался» авансовый сбор налогов. Наконец, прежнее правительство продало облигаций внутреннего государственного займа на сумму 31 млрд. гривен, причем в последний период они продавались под 30% годовых, и то в основном на три месяца. По сути дела, построена классическая финансовая пирамида — заставляя методом кнута и пряника коммерческие банки приобретать ОВГЗ, де-факто брались кредиты на три месяца. Для того чтобы их вернуть, нужно было вновь размещать еще больше ОВГЗ, под еще большие проценты. Уже в апреле требовалось 4 млрд. гривен только для погашения обязательств по ОВГЗ.

Нынешнему правительству эту тенденцию удалось переломить. Да, размещение ОВГЗ пришлось продолжить, но уже в марте нашлось достаточно желающих приобрести их с реальной доходностью 13—14% годовых, причем достаточно много ОВГЗ размещено со сроком погашения в 2—3 года. Пришли на этот рынок, несмотря на резкое снижение доходности, и зарубежные инвесторы, что лучше всего показывает, насколько выросло доверие к Украине, насколько позитивно международные бизнес-круги восприняли смену власти. И не случайно авторитетное международное рейтинговое агентство S&P на фоне очередного обострения мирового финансового кризиса, вызванного проблемами в зоне евро, уже второй раз за последнее время повысило долгосрочный и краткосрочный кредитные рейтинги Украины. А это очень сильный сигнал инвесторам, возможность получить кредиты на гораздо более приемлемых условиях, причем касается это не только государства, но и частных украинских компаний.

Улучшение экономической ситуации (в том числе и благодаря привлечению инвестиций и повышению внутреннего платежеспособного спроса) позволит увеличить и поступления в бюджет, и постепенно сокращать государственные заимствования. Сокращение государственного долга — одна из наших стратегических задач.

— Существует множество разработок, предложений по реформированию украинской экономики — как старых, так и свежих. Какую линию в итоге изберет власть?

— Мы подходим к этому вопросу взвешенно — при всей назревшей необходимости не следует допускать никакой скоропалительности. Большинство украинцев слишком хорошо помнят начало 90-х, когда реформы проводились, извините, методом тыка. Мы рассматриваем разные наработки. Основной вектор преобразований ясен — дебюрократизация, снижение налогового бремени, борьба с коррупцией, техническое перевооружение промышленности с одновременным улучшением прозрачности как в бизнесе, так и в государственном аппарате, реформа системы социальной защиты, создание эффективного рынка земли. Знаете, идеи в общем-то простые, логичные — но их воплощение всегда растягивается надолго.

На данный момент, как известно, мы уточняем состав и полномочия главного органа по экономическим реформам — соответствующего комитета. Определена этапность преобразований. Я дал поручение разработать программу преобразований. Готовятся отчеты — в том числе и от независимых структур — о подлинном состоянии дел в украинской экономике и сфере государственных услуг, процедур, принятия решений. Мы должны точно знать, от чего отталкиваемся. Кстати, по поводу дебюрократизации: как вы знаете, мы еще в апреле существенно оптимизировали структуру президентской ветви исполнительной власти.

Реформы неизбежны

— А как же увеличение количества вице-премьерских должностей в Кабмине?

— Здесь другая ситуация. Кабинет Министров, в отличие от Администрации, — это продукт коалиционных договоренностей. Кроме того, разруха, которую оставила после себя экс-глава правительства, потребовала от нас максимально скоординированных действий во всех сферах государственной политики. С одной стороны, вице-премьеры во многом стали ответственными за конкретные участки большой государственной работы. Поэтому чем больше на этих должностях людей авторитетных, способных привлечь на свою сторону те или иные группы в обществе, в бизнесе, — тем лучше.

С другой стороны, конкретный участок работы означает, что эти должности не пожизненные, не вечные в политическом смысле. Это крупные проекты, которые должны сделать для Украины большое дело.

А вот на региональном уровне — и об этом не раз говорилось — я не дал новым главам областных администраций широкого поля для маневра по количеству заместителей. И в дальнейшем постараюсь придерживаться этой линии — не позволять никому швыряться деньгами налогоплательщиков.

— Виктор Федорович, общество, похоже, уже смирилось с неизбежностью, необходимостью реформ. Однако считается, что власть, решившаяся на принятие непопулярных мер, чем дальше, тем больше сокращает свою собственную поддержку. Как вы рассчитываете противостоять этому?

— Знаете, популизм — слишком дорогая плата за популярность. Это очень хорошо продемонстрировали последние два года правления наших оппонентов. «Доборолась Україна до самого краю». Мне кажется, общество получило прививку от популизма, от веры в бредовые обещания, от последующего откровенного вранья... Мы нашли возможность выполнить и те социальные обещания, которые давали, потому что дорожим поддержкой избирателя — а ведь изначально такой возможности у государства не было: доставшееся нам наследство от прошлой власти не идет ни в какое сравнение с тем, которое в свое время получала Тимошенко.

Я уверен — когда начнет снижаться уровень бытовой коррупции, когда примерно на одном уровне будут держаться долгое время цены на товары первой необходимости, когда пропадет недоверие к совершавшей скачки национальной валюте, когда уверенно почувствуют себя банки, когда с приближением Евро-2012, а также по другим причинам страна превратится в одну большую строительную площадку, люди оценят преимущества нашей политической линии. Люди убедятся, что не зря, воспользовавшись ручкой и избирательным бюллетенем, покончили с популизмом.

Какие-то ростки этого понимания наблюдаются уже сегодня — стало поспокойнее, с телеэкрана никто не лезет в душу, призывая ненавидеть своего ближнего. Без присущих прошлым годам эксцессов и недоразумений мы встретили 65-летие Великой Победы. Я считаю, что это небольшой, но важный аванс.

— Представляется, что вся власть в Украине — теперь в одних руках. Но ведь это во многом — стечение ряда факторов, а не данность. До парламентских выборов тоже далеко. Каковы, на ваш взгляд, результаты работы той модели распределения полномочий, которую приняли после изменений, внесенных в Конституцию в 2004 году?

— Я бы не стал делать акцент на столь прямолинейных формулировках — «власть в одних руках». Прежде всего власть в нашей стране разделена на три ветви, как того требует Конституция. И в центре исполнительной власти все же находится Кабинет Министров, сформированный коалицией большинства. Это далеко не первый коалиционный кабинет — с участием нашей политической силы уже третий. Вклад наших союзников по коалиции в организацию работы правительства и парламента — чрезвычайно весомый. Я считаю, что мы в должной мере ответили им взаимностью во время коалиционных переговоров.

Наконец, следует оценить гражданское мужество тех парламентариев, которые не поддались психологическому давлению со стороны ныне оппозиционных политиков и решили поддержать интересы всего государства, а не только лишь своей парламентской группы. С нашими парламентскими союзниками мы не впервые в одной лодке, конфигурации большинства существовали разные в прошлых созывах. И в 2002—2004 гг., и в 2006—2007 гг. вместе достичь нам удавалось успешных социально-экономических результатов и работать слаженно, дисциплинированно, избегая, что очень важно, вынесения тех или иных технических противоречий на публику. Уверен — так будет и дальше.

То обстоятельство, что до парламентских выборов — больше двух лет, является важнейшим ресурсом для позитивных преобразований. Для наращивания благосостояния украинцев, для стирания искусственных разделительных линий в политической и общественной жизни. Последний такой период должен был начаться в 2006 году, но все мы знаем, какую бешеную атаку повели на правительство противники: для них, простите, — «война мать родна», а мутная вода — лучший климат для специфического бизнеса.

Нынешний же шанс для организации поступательного развития Украины упустить никак нельзя. К счастью, нынешнее парламентское меньшинство в связи с теми законодательными изменениями, которые еще тогда отстояла наша политическая сила, распустить парламент не сможет.

Что касается тех или иных мнений о действующей Конституции, то с первых дней своего президентства я стою на такой позиции: без нужды педалировать конституционные изменения не следует. Многие механизмы принятия решений до сих пор ощутимо разбалансированы. Это не значит, тем не менее, что предложения реформ, соответствующие здравому смыслу, тоже не будут рассматриваться. Конституционные изменения — дело сложное, чрезвычайно растянутое во времени и часто — неблагодарное. В рамках нынешних полномочий органов власти начата, как известно, судебная реформа. Например, теперь отсутствует возможность абсурдным образом блокировать президентские указы, постановления Верховной Рады, приказы Кабинета Министров в суде первой инстанции. Семь раз отмерь — один отрежь, но мы обязаны задуматься и о справедливости избирательной системы, о ее близости к интересам простых людей, а также о том, как избежать в будущем «войны на уничтожение» между главой государства и главой правительства. Впрочем, я думаю, что силы, которые считают допустимыми такие методы, как противостояние внутри самой власти, постепенно в не столь отдаленном будущем сойдут с политической сцены.

Неоправданная роскошь беспредметной полемики

— Виктор Федорович, как вы оцениваете на сегодняшний момент состояние диалога власти и оппозиции? Украина стремится равняться на европейские стандарты демократии, и в европейских странах этот диалог протекает, скажем так, более спокойно. Почему у нас иначе?

— Прежде всего президент и правительство сегодня работают с парламентом, избранным в 2007 году. Такова политическая реальность. Не буду скрывать: мы могли бы пойти на досрочные парламентские выборы и выиграть их, особенно с учетом того воодушевления, которое испытывают наши самые активные избиратели, убедившиеся, что хаос и нездоровые амбиции некоторых политиков можно остановить — и остановить демократически.

Но мы избрали путь менее болезненный для уставшего от конфликтной риторики и бессмысленных, бесконечных перепалок народа. Будучи готовыми к выборам, мы пошли на определенный риск. А точку в вопросе переформатирования парламентских союзов поставил Конституционный Суд. Наши оппоненты тем временем надеялись на дестабилизацию — поскольку об успехе на парламентских выборах, как показали президентские результаты тех или иных политиков, мечтать им было явно преждевременно. Для многих, надо сказать, поезд уже ушел — устаревшие лозунги, избитые мифы, неубедительные аргументы... Дестабилизация не получилась.

Другие наши противники почему-то надеялись на то, что мы пойдем на какие-то неестественные компромиссы, отодвинув на второй план ожидания своего избирателя. В конце концов, оказалось, что и говорить-то не с кем — там уже группы скоро будут по одному депутату. При этом лично для меня не имеет какого-то критического значения то, сколько человек будет входить в большинство. Другое дело, что я пришел в президентский кабинет выполнять волю своих избирателей, воплощать в жизнь то, что я им обещал. В действующем большинстве такое понимание есть.

Что же касается тех парламентариев, которые остались за бортом реальной политики, то их крайнее раздражение понять можно, но принять нельзя. И ведь, что самое удивительное, не все из них молодежь. Вместо того чтобы заняться своим избирателем, его нуждами, а также конструктивным оппонированием власти, они стали скандалить, устраивать потасовки, подставлять вместо себя своих не защищенных депутатским иммунитетом сторонников, чтобы те провоцировали милицию. Разве это — задача парламентской оппозиции, еще три месяца назад бывшей властью?

Ведь кто мешает ей разрабатывать альтернативные программы, озвучивать их в парламенте, на «круглых столах»? У нас демократия. Более того — вряд ли стоит напоминать, какими огромными возможностями обладает обычный член парламента. И не только для донесения своих идей до широкой общественности. Злоупотребление и вседозволенность — это то, что ставит крест в глазах избирателя на политиках, взрывающих в стенах парламента дымовые шашки, прикрывающихся государственным флагом, заливающих клеем аппаратуру, за которую немало заплатил обычный украинский гражданин, чтобы создать депутатам комфортные условия работы.

Я считаю, впрочем, что этот дебош — один из последних. Как известно, парламентское большинство, руководство Верховной Рады предметно занялось этим вопросом, своевременно отреагировала и Генеральная прокуратура. Некоторые политики давно стали напоминать каких-то вздорных шляхтичей, от которых немало настрадался наш народ. Этому пора положить конец.

Я хотел бы особо отметить и то, что влиятельные европейские политики, уже и так потерявшие большинство иллюзий в отношении тех, кто так громко и безосновательно называл себя «демократическими силами», получили возможность убедиться: новое стратегическое партнерство с Украиной после смены власти — правильный выбор.

Что касается диалога с оппозицией — так кто же против? Смотрите, в Общественный гуманитарный совет, например, вошли люди разных взглядов, объединены они одним — патриотизмом.

У парламентской оппозиции масса разнообразных возможностей в рамках Верховной Рады — и Владимир Михайлович Литвин к процедуре относится весьма чутко. А разве у парламентской оппозиции нет большинства в десятках, сотнях местных советов? Представленность оппозиции в прессе, в электронных изданиях иногда даже зашкаливает.

Уверен: проблема не в том, что к оппозиции не прислушиваются, а в ней самой. Какие-то политические силы рассыпались, другие превратились в диванные партии, слишком мало конкретики в том, с чем эти политики обращаются к народу, слишком много обмана и некомпетентности в том, что они говорят по внешнеполитическим и экономическим вопросам. Помните, в 2004 году я говорил — «новая власть — это мы»? А ведь многие люди, которых мы сегодня видим в оппозиции, — они в политике чуть ли не с начала 90-х!

Мудрость — в умении вовремя завершить начатое, а забота о собственном народе — в том, чтобы не стать препятствием на пути прогресса. В европейских странах у лидеров проигравших политических партий, особенно если это происходит не первый раз, принято уходить. Вот Украина три месяца ждет каких-то таких европейских новостей из ныне оппозиционного лагеря. Пока глухо...

Для меня очевидно — к парламентским выборам на сцене появятся другие политические силы, во главе со свежими, трезвыми и энергичными политиками, диалог с которыми и выработка общего видения тех или иных вопросов будет представлять взаимный интерес. А у общества появится подлинный выбор.

— Оппозиция жалуется, что ей, дескать, перекрывают кислород на телевидении, не дают высказаться по наболевшим вопросам. На ваш взгляд, так ли это?

— Я чрезвычайно удивлен этими заявлениями. Вот совсем недавно оппозиционные лидеры в полном составе выступали в одном из весьма популярных ток-шоу. Не устают размещать заявления и статьи оппозиционеров ведущие интернет-издания. По-моему, это надуманная проблема. Как бывшая оппозиция мы чрезвычайно ценим свободу слова.

То, что происходят какие-то перемены в журналистском сообществе, это очевидно, и я рад этим переменам, потому что, к примеру, выясняются какие-то нюансы той эпохи, которая уже ушла. Мы ведь хорошо помним, кто и как строил свою популярность не за счет реальных дел, а за счет театрализованных представлений в эфире. Уверен: украинская журналистика уже стремится к тем высоким профессиональным стандартам, одним из которых является обязательный баланс мнений.

— Виктор Ющенко уделял большое внимание межконфессиональному диалогу. Входит ли этот вопрос в круг вопросов, занимающих нынешнюю Банковую?

— Вера — глубоко личное дело каждого. Государство не должно вмешиваться в процессы межконфессионального диалога, которые прекрасно идут без участия государства. Нет ничего более оскорбительного, чем когда та или иная политическая сила начинает покушаться на свободу совести или языковые права гражданина.

— Известно, что власть привлекла к оценке деятельности предыдущего правительства известных западных юристов. С чем связано такое решение?

— Мы хотим получить объективную оценку произошедшей катастрофы, свободную от политических страстей. Не раз и не два мы предостерегали — политических репрессий не будет, а вот ответственность за разграбление страны неминуема, потому что закон — один для всех. Помните, у нас как-то одна политическая сила сделала эту фразу своим лозунгом? Так вот, я не хочу, чтобы в этот раз призывы к законности, которым поверил народ, остались пустыми декларациями. Огромные суммы кредитов, средства налогоплательщиков — где они? Если же показатели наполнения бюджета и расходов были завышенными, дутыми, если государственные службы не выполняли своих функций, кто-то же должен отвечать! Я хотел бы сказать, что и правоохранительные органы проводят большую работу в этом направлении, но пока не могу позволить себе комментировать конкретные случаи. А профессиональные юристы и следователи предъявят результаты своего расследования, таким образом, общество, а также Европа и весь мир получат правдивую картину происходившего в нашей стране в 2007—2009 гг.

— Дебош в Верховной Раде в день ратификации Харьковских соглашений не встретил сочувствия нигде в мире. А ведь, помнится, еще несколько лет назад мы слышали яростные окрики (главным образом из западных столиц) по поводу ущемления у нас демократии. Что изменилось?

— Вы знаете, эпоха «экспорта демократии» завершилась вместе с однополярным мировым порядком. Соединенные Штаты остаются лидером во многих сферах и отраслях, но при новом руководстве они отошли от политики грубого диктата. А мировой финансовый кризис показал — желания необходимо соизмерять с возможностями. Более того, задолго до президентских выборов западные лидеры выражали недоумение и разочарование итогами работы наших политических оппонентов. По моему глубокому убеждению, все, что начинается без оглядки на закон, сочетается с правовым нигилизмом, как это было в 2004 году, не может привести к хорошему результату как с точки зрения чьих-то интересов, так и страны, общества в целом. Сегодня справедливость восстановлена. В Украине есть законная, эффективная власть — полноценный партнер для переговоров. Как известно, международные наблюдатели высоко оценили уровень проведения выборов. Надеюсь, что так будет и впредь — со своей стороны мы будем прилагать к этому усилия. Воля граждан, выраженная демократически, — для нас высший закон, что мы уже неоднократно продемонстрировали. В западных странах ведущие политики тоже избавились от многих иллюзий и заблуждений. А мы многому научились в оппозиции. На самом деле нет лучшего оружия, нежели открытость.

Построение государства требует деликатности

— Острие критики со стороны оппозиции направлено на национальный, языковой вопрос, впрочем, как и всегда. Правящая партия преимущественно представляет русскоговорящие регионы страны. Означает ли это, что содействие развитию украинской культуры и языка приобретет в будущем второстепенное значение?

— Ни в коем случае! Мы — народ с богатой культурой, которую следует развивать и поддерживать, а не держать на голодном пайке. В прошлом было на эту тему много речей из уст высших государственных чиновников, а в результате, простите, какое-то убожество. Одной из моих первых поездок по стране уже в качестве главы государства была поездка в Канев, этот духовный центр украинства. А он находится в ужасном состоянии. Казалось бы, сколько прошлое руководство государства говорило о культуре, о языке. А на деле? Одни политические декларации и провокации, угнетение прав граждан. Понимаете, за счет кого-то развиваться нельзя, это неискренне и не приведет к желаемому результату, расцвету нашей украинской культуры. Забота об украинской культуре — одна из задач гуманитарной политики, для планирования и проведения которой я создал специальный орган при президенте — Гуманитарный совет. Только за это дело мы примемся по-современному. Необходимо привести в порядок и снабдить современными технологиями музеи, важно, чтобы на иностранные языки переводились книги и каталоги, чтобы о нас узнали в мире. Немаловажны и другие аспекты этой работы. Вот Борис Олийнык, например, предложил создать комитет защиты украинского языка — перечислил столько слов, которыми в последнее время засоряют наш язык. Считать, будто украинскому языку сегодня может что-то угрожать по политическим причинам — означает не уважать свои корни, не иметь достоинства.

— Основная масса ваших избирателей — граждане, возлагающие надежду на восстановление культурно-языкового равенства в нашей стране. Не останется ли этот вопрос на периферии экономических реформ и внешнеполитических проектов?

— Не останется. Вы знаете, что законным путем уже предпринят ряд шагов по восстановлению баланса. Права гражданина, права человека и реальная ситуация в обществе должны быть на первом месте, Украина больше не будет приносить бессмысленные жертвы на алтарь каких-то мифов. Проводится политика демократизации в сфере образования. Изучаются проекты законодательных актов, других государственных решений, которые заставят по-настоящему заработать те действующие законы, которые на самом деле давно гарантируют гражданам Украины — сложного, многоэтничного, обладающего несколькими вариантами культуры и исторического наследия государства — языковое равенство в повседневной жизни. А ведь мы взяли на себя важные обязательства и в рамках общеевропейских документов. Я бы хотел еще раз подчеркнуть — я чрезвычайно дорожу поддержкой и мнением своих избирателей. Уверен: когда проявятся результаты того курса, который мы комплексно проводим, таких избирателей станет больше.

— Как можно судить, в частности, из поступающих в нашу редакцию писем, многие читатели считают первые шаги по восстановлению языкового и гуманитарного равноправия слишком, так сказать, осторожными. Однако даже они встречают ожесточенное сопротивление со стороны ваших оппонентов. Насколько реальна, на ваш взгляд, опасность углубления противостояния в обществе на языковой и ментальной почве?

— Конечно, радикальные настроения всегда присутствуют в обществе, причем резкие действия одной стороны всегда провоцируют рост экстремизма с другой. И те мнения читателей еженедельника «2000», о которых вы говорите, уверен — в огромной степени последствие политики, проводившейся последние пять лет. Но было бы громадной ошибкой повторять действия предыдущей власти, только с противоположным знаком. Хочу это особо подчеркнуть, что цели нашей гуманитарной политики кардинально отличаются от того, к чему стремилась предыдущая власть. Там не скрывалась задача в кратчайшие сроки, так сказать, причесать всю Украину под одну гребенку, под определенную идеологическую схему, не приемлемую для огромного числа (не будем уточнять проценты) ее граждан. Вот такая политика и создала осязаемую опасность раскола.

Мы же ставим цель построить государство, в котором одинаково комфортно, во всех отношениях, жилось бы всем его гражданам, — независимо от языка, которым они пользуются, религии... Это должно быть государство, которым гордились бы все его граждане! В наших реалиях это сложная задача, требующая терпения, кропотливой вдумчивой работы и если хотите — деликатности.

Ведь те «перекосы» предыдущей власти, которые столь болезненно воспринимались одной частью Украины, для другой — «восстановление справедливости и исторической правды». И обратное движение, при всей его необходимости, особенно если при этом звучат требования некоего реванша, неизбежно вызывает сопротивление, создает предпосылки к углублению раскола и противостояния в обществе. Чем и пытаются воспользоваться полностью обанкротившиеся нынешнее оппозиционеры, ведь это их единственный шанс вернуться к власти. Ничего другого, кроме крайних националистических лозунгов, предъявить обществу они не могут!

Поэтому, повторюсь: терпение, аккуратность и кропотливая разъяснительная работа, а главное — реальные положительные результаты проводимого курса, которые ощутят не только наши сторонники, но и те, кто сегодня относит себя к оппозиции. Нужно понимать, что изменение массового сознания не может носить одномоментный или очень быстрый характер. Но хочу сказать — это не значит, что работа в этом направлении будет носить второстепенный характер, а тем более — «спущена на тормозах». Есть абсолютное понимание того, что только полное решение этой задачи способно устранить угрозу целостности страны и обеспечить ее поступательное развитие и процветание и на западе, на востоке.

И, знаете, в будущее я смотрю с большим оптимизмом. И это не дежурные слова. Ведь попытка оппозиции организовать массовые акции под демагогическими лозунгами «спасти Украину», будем называть вещи своими именами — полностью провалилась! Главную причину я вижу даже не в личностях нынешних лидеров оппозиции, а в постепенном прозрении их традиционного электората, включая самую политически активную его часть. И с «той» стороны (хотя для меня как президента нет «той» и «этой» сторон) все большее число людей понимает, что спасти Украину может только взаимное уважение, согласие, поиск взаимоприемлемых подходов ко всем основным вопросам, стоящим перед нашей общей Родиной.

Унитарная точка

— Многие считают, что оптимальным решением для Украины была бы федерализация...

— Украина — унитарное государство. Точка. Унитарное и демократическое. И это предполагает больше прав регионов. Создан Совет регионов, который будет активно работать над административно-территориальной реформой. Последняя, естественно, подразумевает значительное увеличение прав и полномочий местных органов власти. Важно, чтобы система обеспечивала максимальное соблюдение прав и обеспечение потребностей каждого гражданина!

Сегодня же первоочередная задача — преодоление последствий «помаранчевой пятилетки», стабилизация экономической ситуации и выход на рельсы устойчивого экономического роста и повышения благосостояния граждан, что, помимо прочего, должно создать возможности и для проведения институциональных реформ.

— Виктор Федорович, все ближе к нам Евро-2012. По вашей оценке, подготовка к этому событию теперь продвигается более энергично, чем раньше?

— Безусловно. Проведение Евро-2012 является тестом для Украины на состоятельность — как государства, как экономики определенного уровня развития. От нас требуется другой уровень инфраструктуры — теперь особенно остро чувствуется эффект нескольких потерянных лет. Долгий путь модернизации нам теперь придется пробежать быстрее, чем другим.

Но я уверен — оно того стоит.

— Господин президент, спасибо за беседу и позвольте пожелать вам дальнейшей плодотворной работы на благо Украины.



Источник



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх