,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Европейский подход к Голодомору И кривое зеркало украинской «свободы слова»
0
Европейский подход к Голодомору И кривое зеркало украинской «свободы слова»

нукович «сдал России Голодомор». Такие слова прозвучали сразу после того, как 27 апреля в Страсбурге он отвечая на вопросы депутатов ПАСЕ сказал, что, по его мнению, Голодомор был не геноцидом, а общей трагедией народов Советского Союза. «Беспрецедентным по своему цинизму заявлением» тут же назвала его оценку партия «Наша Украина». Политическая сила бывшего президента обвинила президента нынешнего в том, что он нарушил нормы Закона «О Голодоморе», где «публичное отрицание Голодомора считается надругательством над памятью миллионов жертв».

В том же ключе выступили и инициаторы Народного комитета спасения Украины, заявившие в своем манифесте: «Позором и преступлением является отрицание Голодомора как геноцида украинского народа 1932–33 годов».

А дальше всех пошли организации украинских мигрантов в Италии, которые из грехов новой власти больше всего выделили этот: «Кульминацией стали последние заявления президента Януковича в ПАСЕ относительно Голодомора как общей трагедии народов Советского Союза. Даже дань памяти перед невинно замордованными голодом наибольшего в истории геноцида не остановила «лидера» очередной раз выслуживать перед «старшим братом» и повторить позицию делегации соседнего государства». Затем и Ровенский облсовет назвал слова Януковича в Страсбурге «наиболее позорным пренебрежением государственных интересов, памяти наших предков и исторической правды».

Именно с темы голодомора и началась нынешняя кампания по защите «свободы слова». 30 апреля в статье «Темники вернулись» на «УП» журналист ТСН Мирослав Откович, возмутился тем, что ему не дали сделать репортаж с правовым анализом этих высказываний президента в ПАСЕ. По словам репортера в этом материале должны были быть «Коментарі експертів, позиція сторін «за» і «проти». За бажанням коментарі експертів можна «виміряти лінійкою»і». Тем не менее, трудно предположить, чтобы этот сюжет не отразил в первую очередь его личную позицию. По крайней мере, такое впечатление складывается из многих мест его статьи: «На думку експертів, Віктор Янукович здійснив протиправну дію. Однак, за неї не передбачено покарання. Запропоновані зміни до Кримінального кодексу, де б були б передбачені санкції, досі не ухвалив парламент…. Таким чином, згідно з українським законодавством, максимум на що заслуговує президент України Віктор Янукович, так це на суспільний осуд. Як кожна інша людина, яка дозволяє собі принижувати гідність українців і здійснювати наругу над жертвами Голодомору».

В этой статье больше всего удивляет тот факт, что журналист хотел делать сюжет, посвященный исключительно словам Януковича, тогда как куда как интересней было бы создать материал о том, как в целом прозвучала тема Голодомора на сессии ПАСЕ. Ведь на следующий день после выступления украинского президента Парламентская ассамблея Совета Европы приняла резолюцию по голоду 1932–33 в бывшем СССР практически в том же виде, в каком документ изначально предлагался нынешним главой Ассамблеи Мевлютом Чавушоглу («Не политизировать трагедию истории», «2000», №10 (501) 12 - 18 марта 2010 г. ), отклонив поправки в духе трактовки прошлого, принятой при правлении Ющенко. То есть ПАСЕ оценила эту трагедию в том же ключе, что Янукович. Вот о причинах этого и было бы интересней всего поговорить, тем более в итоговом выпуске, для которого Откович и планировал сюжет.

Но о ПАСЕ в его статье ни слова. И понятно почему. Задекларированный автором и его единомышленниками европейский выбор требует не критиковать эту организацию, а апеллировать к ее авторитету. Следовательно, если ПАСЕ в унисон с Януковичем говорит вещи, с которыми журналист не согласен, надо о них просто умолчать. Таким образом борцы с цензурой демонстрируют эталонные образцы самоцензуры.

Разумеется, многие оппозиционные политики и журналисты не утаивают резолюцию ПАСЕ. Однако адаптируют и документ, и мотивы его принятия к своим целям. Здесь наметились две трактовки. В одной речь идет о дотянувшейся до Страсбурга коварной руке Москвы. «Мевлют Чавушоглу входить до групи »Європейські демократи», яка перебуває в зоні впливу росіян. Росіяни системно «працюють» з чималою кількістю європейців. У хід іде весь арсенал аргументів. У підсумку Кремль отримав фактично право вето на процеси в Раді Європи. Турок Чавушоглу перед обранням президентом ПАРЄ був визначений доповідачем про Голодомор 1930-их років. І свій звіт він повністю побудував у ідеологічних рамках Москви». Так пишет Сергей Лещенко в «УП».

А теневой премьер Сергей Соболев, напротив, пишет о хорошей ПАСЕ, не поддавшейся на провокацию плохого Януковича. «Но несмотря даже на такое, мягко говоря, провокационное выступление Президента Украины, ПАСЕ почти единогласно поддержала резолюцию… и таким образом на сегодняшний день почти к 20 национальным парламентам, которые приняли соответствующее решение, добавляется решение ПАСЕ, где на международном уровне признано это, причем со ссылкой на соответствующий украинский закон, в котором это зафиксировано» (Лига.net)

Да, доклад ПАСЕ, как мы уже писали, изначально предполагал зафиксировать в резолюции тот факт, что украинское законодательство признает Голодомор геноцидом. Понятно, что не упоминать такой факт в таком документе, некорректно. Но ведь одно дело констатация объективного, не зависящего от ПАСЕ обстоятельства, другое дело собственная позиция этой организации. А она заключается в том, что поправка, квалифицирующая Голодомор как геноцид была отклонена. Но об этом Соболев, естественно не говорит, поскольку передергивания – это фирменный стиль БЮТ.
Дебаты в ПАСЕ. Диалог без жарких споров

А стенограмма дебатов по Голодомору в ПАСЕ – это материал крайне поучительный. Ибо она обнажает пропасть между отношением к Голодомору в Украине, которое официально навязывалось при Ющенко и сейчас навязывается оппозицией, и европейским пониманием этой трагедии. Причем в данном случае правомерно говорить об общеевропейском понимании, объединяющем и тех, кто считает Голодомор геноцидом и тех, кто имеет иное мнение.

Ведь Ющенко, прочие оппозиционеры и новоявленные борцы с «цензурой» проводят красную линию конфликта, между теми, кто считает Голодомор геноцидом и теми, кто придерживается иного мнения. С их точки зрения неважно, что иное мнение высказывают и многие люди, убежденные в рукотворном и преступном характере голода 1932–33. Например, выдающийся демограф Александр Бабенышев (Максудов), который еще в 1983 г. на Западе опубликовал образцовый анализ демографических потерь, порожденных этой трагедией. Если ты видишь в Голодоморе преступление, но не считаешь его геноцидом, значит с точки зрения Ющенко, ты вообще отрицаешь его преступность, оскорбляешь украинцев и нарушаешь закон. Хотя попытки осудить в Украине людей за отрицание Голодомора не имели успеха, поскольку судьи правомерно нашли, что в рамках упомянутого закона, отрицание Голодомора – это не отрицание его юридической квалификации как геноцида, а отрицание самого факта массовой гибели людей от голода, спровоцированного действиями власти.

Находясь на позициях Ющенко, логично предполагать, что обсуждение Голодомора в Страсбурге, выльется в непримиримую дискуссию между сторонниками и противниками геноцидной версии. Почти, как в Верховной Раде 27 апреля, только в силу европейской респектабельности без яиц и дымовых шашек.

Однако на дебатах такой дискуссии практически не было. Единственным депутатом, прозрачно намекнувшим на то, что без признания Голодомора геноцидом резолюция не имеет смысла, был британский демократ Пол Роуэн. Он выступал с содокладом, где утверждалось, что голод и в РСФСР происходил только в местах проживания украинцев. Свою речь он завершил словами: «Для достижения истинного примирения, необходимо признать, что этот акт был направлен против украинского народа и являлся геноцидом».

Однако такой тон не было свойственен всем остальным, в том числе приверженцам геноцидной концепции Голодомора и критически относящимся к России депутатам. Вот что например сказал, литовец Эмануэлис Зингерис.

«Примерно 90% украинцев считают, что у них есть право на собственную историю, отдельную от истории России. … Русский народ также имеет право на свою историю Иосифа Сталина и геноцида в отношении русского народа. И казахи имеют аналогичное право. Если казахи и русские представят свои истории об ужасах, которые творились при правлении Иосифа Сталина, мы полностью поддержим их, но сегодня мы говорим об Украине и прекрасном докладе г-на Чавушоглу».

То есть, он не видит принципиальных различий между украинским голодом с одной стороны и российским и казахстанским с другой, и считает, что все эти события можно бы квалифицировать как геноцид. Только в отношении голода в России и Казахстане, по его мнению, так надо поступить лишь когда эти страны о подобном попросят не следуют. А доклад председателя ПАСЕ, где Голодомор геноцидом не признан, по мнению, Зингериса все равно прекрасный.

Но самое интересное, что в таком же духе говорил и глава оппозиционного бютовского правительства Сергей Соболев. Он выступает в ПАСЕ на английском и потому его речи в стенограммах публикуются полностью. Легко убедиться, что в этом выступления нет и намека на то, что без оценки квалификации голодомора как геноцида, резолюция оскорбит украинцев. Напротив, он завершает выступление приторной похвалой в адрес докладчика: «Я хочу поблагодарить еще одного человека – г-на Чавушоглу за то, что он сделал, наш национальный термин Голодомор, международным. Миллионы людей будут помнить каждый народ, который сталинский и коммунистический режим уничтожал ежедневно и еженощно».

Да, доклад спикера ПАСЕ действительно хорош, однако слово Holodomor появилось в западных публикациях много лет назад.

Выступал с трибуны еще один представитель БЮТ, Елена Бондаренко. Поскольку она говорила по-украински, стенограмма приводит не саму речь, а ее изложение. И там нет ничего о необходимости признания Голодомора непременно геноцидом. А если бы такая мысль была главной в выступлении, то несомненно, она попала бы в стенограмму.

Почему же наша оппозиция так по-разному говорит о Голодоморе с трибуны ПАСЕ и для украинской аудитории? Да в первую очередь потому, что концепция «непризнание геноцидом – оскорбление украинцев», никак не будет понята подавляющим большинством их коллег в ПАСЕ. А значит, осложнит решение оппозиционерами других задач в этом органе.

Дискуссия в Страсбурге по вопросам Голодомора, во многом подтверждает справедливость известной фразы Григория Померанца: «Стиль полемики, важнее объекта полемики». Однако я затрудняюсь сказать, была ли в ПАСЕ такая уж полемика по этой теме. Да, безусловно были заметны различия в позициях выступающих. Но если для Ющенко, спор о юридической квалификации Голодомора, это спор о сути проблемы, то для депутатов Парламентской ассамблеи Совета Европы это – спор о нюансах. Для них рубеж пролегает не между различными квалификациями Голодомора, а между осуждением политики, которая к нему привела и ее оправданием. Впрочем, оправдывающих, на трибуне не нашлось. Решительно осудила эту политику и группа Объединенных левых, куда входят и коммунисты разных стран. Выступающий от ее имени депутат бундестага украинского происхождения Андрей Гунько сказал:

«Голод был результатом брутальной сталинской программы индустриализации. Русскую революцию нельзя осуждать за эту трагедию, так как она была попыткой создать новый режим, впоследствии оказавшейся неудачной. Во время Сталина режим в России нельзя было считать коммунистическим и в докладе, где он описан как тоталитарный, проявился сбалансированный подход к этому факту. Эту трагедию нельзя описывать как геноцид и, безусловно, нельзя сравнивать с Холокостом. Президент Украины г-н Янукович признал эти обстоятельства в своей сбалансированной вчерашней речи».

Высоко оценил выступление украинского президента и польский левый демократ Тадеуш Ивиньски, назвавший подход Януковича реалистическим.

Смешно предполагать, что депутат сейма, многократно критиковавший в той же ПАСЕ Леонида Кучму и приветствовавший оранжевую революцию, произнес нынешнее слова под российским влиянием. Очевидно, политика Ющенко убедила многих поляков в наличии связи между настаиванием на исключительно геноцидной версии Голодомора и героизацией Бандеры.

Кроме того, многие депутаты ПАСЕ смотрят на проблему голода в СССР в контексте другого геноцидного спора. Так, Армения и ряд других государств считают, что Турция в 1915 году осуществляла геноцид армян. В Анкаре же вообще официально заявляют, что никаких несправедливостей против армян не было, и в лучшем случае соглашаются дополнительно изучить проблему. На таком фоне, где спор идет о сути проблемы, европейцам кажется, что между позицией Москвы по Голодомору и позицией прежней власти в Киеве нет существенной разницы. Ведь Россия давно признала несправедливый характер сталинской аграрной политики, а то, что на Украине считали эту политику геноцидом, для европейцев выглядело спором о нюансах. И то, что Ющенко в этих нюансах видел суть проблемы, стало вызывать беспокойство европейцев по поводу превращения истории в политическое оружие, и заразительность такого примера, чреватого новыми конфликтами на континенте. Лучше всего о такой опасности сказал британский консерватор Тим Босуэлл:

«Нужно увековечивать прошлое, в том числе и для того, чтобы избежать его повторения, но я хотел бы предупредить Ассамблею в отношении одной опасности, которая существует при таком подходе. Недопустимо использовать порой неясную и часто оспариваемую информацию о прошлых событиях, в данном случае о событиях 80-летней давности – в качестве оружия в нынешних политических противоречиях. Мы должны научиться, в частности на примере опыта моей страны и ее соседки Ирландии, где до недавнего времени взаимные обиды, нанесенные в 1689-м, и почти каждом последующему году, были предметом актуальных дебатов, и при этом являлись материальным фактором, препятствующим согласованному урегулированию исторической трагедии».

Интересное предложение по поводу того, как отмечать день памяти жертв голода 1932–33 гг. в пострадавших от него странах внес азербайджанский депутат Рафаэль Гусейнов. «Я бы не хотел, чтобы еще один исключительно скорбный день появлялся в нашем календаре памятных дат. Было бы лучше, если бы все страны, пострадавшие от этой трагедии выбрали один день в году для празднования общего дня хлеба. Пусть различные мероприятия, связанные с хлебом будут организованы в каждой стране. Но при этом пусть в этот день будут поминать и Голодомор, испытание людей хлебом и борьбой с голодом».
Почему Зварич снял свою поправку

А при голосовании резолюции украинская оппозиция вновь проявила неслыханный на родине компромисс в вопросе Голодомора. Так, ее представители вносили предложение упомянуть постановление апелляционного суда Киева от 13 января 2010 по делу «О совершении геноцида в Украине в 1932-33 гг.». Но, когда дело дошло до соответствующей поправки, один из ее авторов Роман Зварич заявил:

«От имени украинской делегации и с учетом обилия призывов к компромиссному документу, я не настаиваю на этой поправке».

Вот бы поинтересоваться борцам за «свободу слова» у Романа Зварича, а почему он пошел на такой компромисс и не стал пропагандировать вердикта, о котором с такой гордостью говорил Виктор Ющенко. Они вряд ли поинтересуются. Но мотивы действий украинского политика выглядят понятными: не хочет он привлекать внимания европейцев к документу сомнительного характера.

Что, кроме, мягко говоря, недоумения могут вызвать процитированные в приговоре материалы предварительного следствия, на основании которых и был вынесен приговор. Например, там приводятся показания свидетельницы Куценко С.И., чью семью раскулачили в 1932-м о том, что «організатором Голодомору на Україні був Сталін, а виконавцями – Молотов, Чубар і Постишев» http://khpg.org/index.php?id=1265039604. Симпатий к Сталину в ПАСЕ не будет, но европейцам понятно, что делать вывод о его роли в Голодоморе нужно не на основаниях эмоций рядовой дочери раскулаченных, а на документах, тем более, что документы такие доступны.

Точно так же нельзя, подобно суду и следствию делать вывод о различиях ситуации на Украине и в России на основании показаний свидетеля Потаповой М. В: «Вони з батьком ходили пішки в с. Уразове Білгородської області Росії, де просили милостиню. В Росії такого голоду не було. Там люди взагалі не голодували, їли білий хліб з маслом».

Вполне возможно, что Уразово так оно и было, но о голоде 1932–33 гг. в России опубликована масса документов и опирающихся на них исследований. Именно их и использовал Чавушоглу в своем докладе, на фоне которого решения апелляционного суда Киева и материалы проведенного СБУ следствия будут безнадежно проигрывать.
Без голосов коалиции

Явно уступал докладу президента ПАСЕ и в объеме фактического материала, и в уровне аргументации содоклад Поля Роуэна. Предложенные британцем поправки были отвергнуты большинством. Так главную из них, о том, что Голодомор на Украине «должен считаться геноцидом», поддержал лишь 21 депутат из 81. Она набрала большинство лишь в делегациях Украины, Эстонии, Литвы и Болгарии, делегация Лихтенштейна разделилась. Поддержали поправку и присутствовавшие в единственном числе от своих стран депутаты от Сербии, Андорры и Монако.

Когда же была постановлена на голосование формулировка, что Голодомор «может считаться геноцидом», позиции делегаций мало изменились, но к числу поддерживающих примкнули итальянцы и лихтенштейнцы, а немецкие депутаты разделились. Однако всего за поправку было отдано лишь 25 голосов.

Как видим, не поддержали такие формулировки и представители многих стран, где Голодомор официально признан геноцидом: Польши, Чехии, Словакии и др. Позицию германской делегации можно объяснить двумя причинами. С одной стороны, многие немцы отвергнув нацистское прошлое, действительно стали чувствительны и к прочим историческим трагедиям. С другой стороны, есть и те, кто заинтересован ставить знак равенства между коммунизмом и нацизмом, чтобы смягчить впечатление о последнем. Что же касается итальянцев, то возможно на позицию повлияла внутренняя борьба. Ведь левая оппозиция в Италии – это прежде всего трансформированная Компартия, которая не стыдится своего прошлого. А присутствовали в зале в основном представители правящего блока Берлускони, которые даже предлагали поправку, намекавшую, что Голодомор планировался еще Лениным.

Но возможно дело и в том, что немалая украинская община в Италии стала работать с итальянскими политиками. Однако если эти политики внимательны к ее просьбам, значит, мигранты стали их электоратом, то есть обзавелись итальянскими паспортами (что однако вряд ли мешало им голосовать на последних украинских выборах).

А вот из представителей коалиции никто не поспособствовал тому, чтобы мнения ПАСЕ и мнения Януковича в вопросе о Голодоморе совпали. Ибо никто из них не голосовал против упомянутых поправок. А резолюцию ПАСЕ никто из них не поддержал, кроме Сергея Головатого, который по всем вопросам голосовал солидарно с оппозицией. Судя по стенограмме, коалициантов вообще в зале не было. Этим тоже не мешало бы поинтересоваться борцам за «свободу слова», но похоже им просто трудно добывать интересную информацию.

Итак, Парламентская Ассамблея Совета Европы серьезно занималась украинским Голодомором, но в зеркале украинской свободы слова это занятие особо не отразилось. Конечно, вряд ли можно было бы считать торжеством свободы слова, выход несбалансированного сюжета о Голодоморе. Однако никак не говорит о свободе и то, что альтернативой подобным сюжетам становится молчание, а не освещение европейской позиции в вопросе Голодомора и европейского стиля дискуссии на эту тему. Выходит, на деле свобода слова ограничена прежде всего не внешними и внутренними цензорами, а способностями журналистов излагать сложные проблемы.
О жертвах первого и второго сорта

А регионалы судя по их поведению в ПАСЕ похоже, не знают, что же им в дальнейшем делать с темой Голодомора. И продолжать линию прошлой власти, они не могут, и активно возражать оппонентам то ли стесняются, то ли не умеют. Однако нельзя отдавать противнику инициативу, тем более, что для многих украинцев, особенно для тех, чьих предков коснулся голод, эта тема останется болезненной.

И здесь выглядят очевидными возможности контригры. Так, мы имеем опыт дооранжевого режима, когда геноцидная трактовка Голодомора была неконфликтной. В 2003-м Рада по инициативе власти уже объявила его геноцидом, а МИД развернул кампанию по такому его признанию в других странах. Никаких конфликтов с Москвой по этому поводу не было. Ющенко этот опыт отбросил, показывая, что в этом вопросе начинает фактически с нуля, «геноцида» в постановлении Рады ему было мало, захотелось, чтобы это слово было в сочиненном им законе. Смыслов в таком законе для него было два: создать впечатление, что увековечение жертв началось при Ющенко, и создать карательный механизм в отношении тех, кто думает об этой трагедии иначе. Последнее ему не удалось в сугубо правовом плане, однако той власти удалось навязать части общества ложный вывод: « кто не считает голодомор геноцидом, тот не считает его преступлением вообще».

Именно с такой постановкой вопроса, а не с положением закона и надо бороться. Ибо она оскорбительна и для свободы мысли и научного поиска, и в отношении многих людей, которые в прошлом с риском для себя и своих близких открывали миру правду о масштабах голода, но в силу научных убеждений не признают его геноцидом (например, тот же Максудов-Бабенышев).

А рядовым гражданам, чувствительным к голодоморной теме, надо спокойно, с использованием европейского опыта дискуссии объяснять, что спор о юридической квалификации трагедии, это все же спор о нюансах, а не о сути. Ведь абсолютное большинство этих граждан, не может толком объяснить, что дает и им лично и увековечению трагедии, непременно геноцидное определение Голодомора. Если они неосознанно видят в нем лишь гарантию внимания государства к этой странице исторического прошлого, то государству достаточно лишь проявлять и дальше такое внимание, и беспокойство отпадет.

Но параллельно с таким подходом необходимо разоблачать в глазах общества профессиональных голодоморщиков из числа политиков. Разоблачать, прежде всего как фальшивых патриотов. Ибо настоящему патриоту Украины должны быть одинаково дороги все массовые невинные жертвы, особенно если речь идет о людях, погибших в один и тот же, не слишком отдаленный от нас исторический период. Однако для профессиональных голодоморщиков, украинские жертвы Великой Отечественной войны, видимо, жертвы второго сорта. Ибо никто из них не ставит вопроса о признании гитлеровского геноцида украинского народа. Хотя доказательств этому более, чем достаточно.

Думаю, даже если очень тщательно пошерстить российские архивные документы начала 1930-х, нельзя будет обнаружить высказываний Сталина и других тогдашних советских руководителей о необходимости уничтожать или сокращать численность украинцев как нации. Тогда марксистская, классовая фразеология господствовала не только в публичных выступлениях, но и во внутренней документации, и в самих мыслях. Поэтому речь в тех документах, может идти лишь «об обострении классовой борьбы», ликвидации «кулаков, подкулачников, петлюровских агентов» и т.п.

А вот гитлеровское руководство опиралось на расовую теорию, и было откровенно в своих планах относительно украинцев вообще. Об этом в частности говорят, приведенные в приложении документы о его отношении к украинцам взятые из исследования историка-националиста Владимира Косика «Україна і Німеччина у Другій світовій війні». Хотя такой источник авторитетен и для оранжевого лагеря, выводы из этих документов там не сделали и делать не будут, поскольку они работают против их концепции истории.

А о гитлеровском геноциде украинцев есть, видимо, смысл говорить в Киеве и на высшем уровне. И с учетом того, что для ряда историков понятие «Холокост» включает в себя уничтожение славян, и с учетом позиции на последней сессии ПАСЕ ряда представителей Германии и Италии. Для стран, на которых лежит главная ответственность за Вторую мировую войну в Европе, более актуальной должна быть память о своей, а не чужой исторической вине.
А это не геноцид?
Нацистское руководство об украинцах

Из разговоров Гитлера с рейхминистром Тодтом и гауляйтером Заукелем 18 октября 1941 г. (запись Вернера Кеппена)

«Вопреки, мнению некоторых штабов нельзя позволить никакого обучения и никакой помощи местному населению. … Под свободой украинцы понимают, что они будут мыться один раз в месяц вместо двух раз. … Тут на Востоке повторяется процесс, подобный завоеванию Америки… На берегах больших рек должны возникнуть новые немецкие города… Через 10 лет там поселится 4 миллиона немцев, а через 20 лет, не менее 10 миллионов».

Из заявления рейхсфюрера СС Гиммлера (июнь-июль 1942 г.)

«Наша задача лежит в том, чтобы германизировать Восток не в соответствии со старой концепцией, согласно которой люди должны выучить язык и соблюдать немецкие Законы, а в том смысле, что Восток будет заселен людьми только немецкой, германской крови».

Из речи рейхскомиссара Коха на собрании нацистских чиновников в Ровно (28 августа 1942 г.)

«Надо сделать все, чтобы снизить сильный демографический рост на этих территориях. Фюрер предусмотрел для этого специальные меры. Ибо иначе через несколько поколений немецкий народ будет прижат к стене биологической силой этого народа».

Из секретной германской инструкции относительно Украины (ноябрь 1942 г.)

»…7. Не бороться с туберкулезом, тифом. Закрыть больницы для населения. Приостановить воспроизводство местных врачей…

9. Хулиганство карается лишь тогда, когда вредит немцам…

11. Сломать все, что имеет хребет…

15. Немцам не разговаривать с населением».

Из выступления рейхскомиссара Коха на собрании НСДАП в Киеве (5 марта 1943 г.)

«Я смогу выдавить из этой страны все до последней капли… Но некоторые начинают волноваться, что, может, население не получает достаточно еды. Население не должно этого требовать… Мы господствующий народ, а это означает, что самый простой в расовом отношении немецкий рабочий биологически в 1000 раз ценнее в сравнении с местным населением».

Из беседы рейхскомиссара Коха с немецкими журналистами в Ровно (21 июня 1943 г.)

«Из Украины надо сделать территорию немецкой колонизации… Идея раздать украинцам землю в собственность – безумие. Как можно раздавать собственность украинцам, когда во время авиабомбардировок свою собственность потеряли миллионы немцев. Немцы живут хуже, чем украинцы, у которых женщины всегда выглядят откормленными, имеют большую грудь и т.д., а немецкие женщины должны приносить жертву за жертвой... Надо остановить биологическую силу Украины обилием табака и водки»
Алексей ПОПОВ



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх