,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Правда о Нахтигаль
  • 1 мая 2010 |
  • 20:05 |
  • bayard |
  • Просмотров: 56519
  • |
  • Комментарии: 18
  • |
0
Шестьдесят лет назад украинский батальон «Нахтигаль», воевавший в составе вермахта, был переформирован в 201-й батальон украинской полиции. На украинцев была возложена миссия по борьбе с советскими партизанами в Белоруссии. Через двадцать лет «нахтигалевцев» неожиданно обвинят в расстреле евреев и поляков в оккупированном немцами Львове.

немецкое командование:
майор Фридрих Вильгельм Гейнц (нем. Friedrich Wilhelm Heinz) — общее руководство, командир 1-го батальона подразделения «Бранденбург 800»,
обер-лейтенант Ганс-Альбрехт Герцнер (нем. Hans Albrecht Herzner ),
обер-лейтенант Теодор Оберлендер (нем. Theodor Oberländer) — непосредственное руководство.
украинское руководство: Роман Шухевич

ОТ НОЙГАММЕРА ДО ВИННИЦЫ

Благодаря договоренности Организации украинских националистов с командованием вермахта, последнее обязалось предоставить базы для подготовки и обучения личного состава дружины украинских националистов, составной частью которой был и украинский батальон «Нахтигаль». В начале 1941 года местные организации ОУН провели специальную мобилизацию, затем будущих солдат направляли в Краков, где они проходили спецпроверку комиссии ОУН, врачебный осмотр, а также нечто вроде «курса молодого бойца». После этой процедуры они направлялись на главную учебную базу батальона в Нойгаммер. Командиром части был назначен сотник (капитан) Роман Шухевич, при котором постоянно находились представители немецкого командования — Альбрехт Герцнер и офицер связи, старший лейтенант Теодор Оберлендер.

Небезынтересно, что название «Нахтигаль» («соловей») украинская часть получила от немецких офицеров, которые были буквально очарованы пением украинских солдат. Именно под легкомысленным птичьим названием батальон и вошел в историю Второй мировой.

Численный состав «Нахтигаля» был достаточно небольшим (по разным источникам, от 330 до 400 человек), чтобы претендовать на роль абсолютно самостоятельного подразделения. Поэтому с началом боевых действий «Нахтигаль» был придан первому батальону полка «Бранденбург 800», подчинявшемуся немецкой военной разведке — абверу. Впрочем, никаких разведывательных миссий украинцам выполнять не пришлось. Да и поспешных выводов из подчинения полка «немецким шпионам» делать не следует, так как солдатам и офицерам «Нахтигаля», несмотря на протесты немецкого руководства, удалось вытребовать себе право на присягу... украинскому народу, чем ветераны батальона заслуженно гордятся и по сей день.

Дальнейшая история батальона типична для немецкой пехотной части, входившей в группу армий «Центр» во время летней кампании 1941 года. 18 июня личный состав «Нахтигаля» был переброшен в приграничный Ряшев, а в ночь с 22-го на 23 июня без боя перешел советскую границу по реке Сян, после чего маршем отправился на Львов, куда и вошел ранним утром 30 июня. Кстати, все, что «нахтигалевцы» смогли сделать для украинского государства в «городе Льва», — это занять львовскую радиостанцию, благодаря которой мир и узнал про «Акт проголошення вiдновлення української держави». 7 июля батальон был переброшен в оставленный Красной Армией Тернополь, после чего в составе передовых немецких частей продолжил наступление на Восток. С боями «нахтигалевцы» заняли Браилов и Винницу, после чего для отдыха были передислоцированы в небольшое подольское местечко Юзвин. Именно там личный состав батальона узнал об аресте Степана Бандеры, а также всего временного украинского правительства во главе с премьером Ярославом Стецько. После этого командир «Нахтигаля» Роман Шухевич был вынужден заявить представителям вермахта о том, что «Нахтигаль» больше не может оставаться в составе немецкой армии. И уже 13 августа весь личный состав батальона был отправлен в Нойгаммер для решения его дальнейшей судьбы. Война на восточном фронте для «Нахтигаля» была закончена...

ОПЕРАЦИЯ «МИНИСТР»

Вскоре после войны в Европе о «Нахтигале» забыли. Увы, в 1953 году Конрад Аденауэр — премьер «злобного неофашистского» ФРГ, назначил бывшего батальонного офицера связи Теодора Оберлендера министром переселенцев и военных жертв. Под его юрисдикцией оказались миллионы немецких беженцев из Восточной Германии, Польши и Чехии, которые отнюдь не испытывали симпатий к «самому прогрессивному в мире государству рабочих и крестьян». В результате Оберлендер становится одним из главных столпов антикоммунизма в послевоенной Европе. Поэтому не стоит удивляться, что довольно скоро ему припомнили пребывание в «буржуазно-националистическом «Нахтигале», на который сразу же постарались «повесить» все львовские убийства поляков и евреев.

Травля Оберлендера началась в 1959 году. КГБ не смутил тот факт, что на Нюрнбергском процессе не фигурировали ни батальон «Нахтигаль», ни офицер связи Оберлендер. Созданный на скорую руку «Комитет немецкого единства» издает «сенсационный труд» с уничтожающим названием «Правда про Оберлендера»; находят 19 свидетелей (из них всего трое львовян), которые в течение двадцати лет никому не рассказывали о злодеяниях украинцев... Заочный суд, состоявшийся на территории ГДР, осудил Оберлендера как виновного в расстреле польской интеллигенции Львова, а также в убийстве нескольких тысяч львовских евреев. Параллельное судебное разбирательство, происходившее в ФРГ, Оберлендера оправдало...

ДЕЛО ПОЛЬСКИХ ПРОФЕССОРОВ

В первых числах июля во Львове были расстреляны 38 польских профессоров, в убийстве которых двадцать лет спустя обвинили солдат и офицеров украинского батальона. Итак, кто же виновен в гибели польских интеллигентов?

Уже 15 февраля 1946 года на заседании Нюрнбергского трибунала советский представитель судебного обвинения Смирнов цитировал фрагменты из материалов, собранных «Специальной комиссией по раскрытию немецких преступлений в околицах Львова»: «Уже перед захватом Львова в распоряжении частей гестапо были списки ведущих ученых, которые подлежали уничтожению. Списки были составлены по приказу немецкого правительства. Массовые аресты и расстрелы начались сразу же после оккупации Львова немцами»... Впрочем, в данном случае все же следует обратиться к свидетельствам очевидцев. Так, житель Львова Гольцман свидетельствовал, что в июле 1941 года он видел двадцать человек, среди которых были польские ученые, доктора и адвокаты, которых завели во двор дома № 8 по улице Арцышевского. «Там люди в форме гестапо заставили их мыть лестницу языками... После этого от группы отделили пятерых человек, которых вывезли за город и расстреляли».

Практически все известные на сегодняшний день свидетельства очевидцев (в том числе и поляков) единодушны: люди, причастные к убийствам польских профессоров, говорили по-немецки, были гестаповцами или имели отличительные знаки частей СС. Кстати, в случае причастности украинцев к арестам либо расстрелам польской интеллигенции, опознать их не составило бы труда, так как на второй или третий день после взятия Львова на мундирах пехоты вермахта, которые носил личный состав «Нахтигаля», появились сине-желтые ленточки. По воспоминаниям солдата батальона Антона Феденишина, после того как занятые ими объекты были переданы под контроль немецких властей, солдатам и офицерам «Нахтигаля» предоставили возможность отдохнуть и встретиться с родственниками, так что большую часть дня «нахтигалевцы» просто-напросто находились вне расположения части и соответственно не могли совершить каких-либо организованных действий.

ЕВРЕЙСКИЙ ПОГРОМ ВО ЛЬВОВЕ

Одним из главных обвинений для солдат и офицеров «Нахтигаля» стало участие в еврейском погроме, который имел место в первые дни оккупации Львова. В те дни часть городских люмпенов (по воспоминаниям тогдашнего львовского подростка Евгения Наконечного, в большинстве своем эти люди были поляками) откликнулась на подстрекательства немецкой пропаганды. Напомним: все тюрьмы Львова были завалены трупами жертв НКВД — грех было не обвинить в этом «жидо-большевиков». Да и штаб «айнзацгруппы», прямой обязанностью которой было «окончательное решение еврейского вопроса», прибыл в город 1 июля 1941 года — ровно за день до начала еврейского избиения.

Так или иначе, на сегодняшний день участие «Нахтигаля» в львовском погроме — не более чем сюжет советской мифологии. К примеру, Жанна Ковба, опросившая более 150 современников Холокоста в Галичине, так и не нашла ни одного свидетеля бесчинств солдат «Нахтигаля». Не смогли отыскать их и польский исследователь Зигмунт Альберт, и западногерманские следователи, разбиравшие «дело Оберлендера» через двадцать лет после описываемых событий...




Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх