,


Наш опрос
Нравиться ли вам рубрика "Этот день год назад"?
Да, продолжайте в том же духе.
Нет, мне это надоело.
Мне пофиг.


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Палачи в мундирах с красными звездами
  • 1 мая 2010 |
  • 18:05 |
  • bayard |
  • Просмотров: 33743
  • |
  • Комментарии: 32
  • |
0
Палачи в мундирах с красными звездами




Рано утром 30 июня 1941 г. Львов был занят немецкими войсками. В город вошли части 1-й горнострелковой дивизии 49-го горнострелкового корпуса 17-й армии, а также батальон полка особого назначения "Бранденбург" с приданным украинским батальоном "Нахтигаль". Во второй половине дня во Львове появилась походная группа ОУН (б), которая вечером того же дня на скорую руку провела собрание украинских национальных организаций, на котором было объявлено о независимости Украины и назначен глава "правительства" - первый заместитель Бандеры Я. Стецько; последний поручил И. Равлику организовать милицию для установления порядка и обеспечения безопасности граждан, а также приказал передать по радио сообщение о провозглашении независимости Украины [1].

Сформированная ОУН милиция, используя обнаружение в тюрьмах города жертв массовых расстрелов, совершенных НКВД в конце июня, возложила на евреев коллективную ответственность за эти убийства и еще в тот же день приступила к арестам евреев-мужчин. Арестованные доставлялись на участки милиции и уже там подвергались истязаниям. Часть арестованных была пригнана в тюрьмы города, чтобы похоронить обнаруженные там жертвы НКВД. В телеграмме 49-го горнострелкового корпуса в штаб 17-й армии, отправленной в 12.00 1 июля, об этих жертвах говорится следующее: "…После вступления немецких войск 30.6.41 во Львов в трех тюрьмах города были обнаружены несколько сот трупов мужчин и женщин, которые были убиты в течение последних дней. Так, в подвалах военной тюрьмы Львова только в одной камере были обнаружены около 120 трупов мужчин и женщин, сложенных друг на друга. Наибольшее количество убитых было выявлено в тюрьме ГПУ. В одной комнате тюрьмы друг на друге лежали 65 трупов мужчин и женщин. Во дворе тюрьмы были обнаружены 2 массовые могилы, в которых находилось около 150 трупов. Еще одна массовая могила была подготовлена для захоронения других убитых. В камерах тюрьмы ГПУ также находится много убитых, точное количество которых не могло быть установлено, так как вход в эти камеры замурован. Как показал осмотр обнаруженных трупов, убийству предшествовали сильные пытки и истязания. На всех частях тела трупов имеются тяжелые ранения от ударов и уколов. У некоторых трупов были раздавлены и переломаны пальцы рук и ног. Убитые в основном являются украинцами, остальные поляки. По показаниям свидетелей, в эту тюрьму были также доставлены 2 раненых немецких летчика… Наверняка, и оба этих летчика находятся среди убитых, которых невозможно идентифицировать" [2].

30 июня в тюрьме НКВД (Бригидки) побывал будущий известный немецкий политик от блока ХДС/ХСС, а тогда офицер вермахта Франц Йозеф Штраус. Увиденное в тюрьме он позднее описал так: "…Вместе с офицером батареи лейтенантом Венк я поехал во Львов… В городе стоял запах пожарищ и трупный смрад. Перед тюрьмой или казармой мы заметили необычное столпотворение народа. Русские зверски убили сотни заключенных. Мертвыми или полумертвыми они побросали свои жертвы в казематы, облили бензином и подожгли. Когда мы туда протолкнулись, как раз выносили первые трупы – до неузнаваемости сгоревшую человеческую плоть. Мертвые были уложены рядами во дворе, затем впустили родственников, чтобы те опознали своих близких. Неописуемые сцены! Ко мне подходили то полька, то украинка, хватали меня, плакали и кричали, показывая фотографии родных. Вдруг я увидел, как рядом со мной упал лейтенант Венк, храбрый и имеющий военный опыт офицер…" [3].

В такой обстановке евреев, пригнанных в тюрьмы для захоронения убитых, избивали до смерти или расстреливали. Происходившее даже обратило на себя внимание участников совещания в штабе 1-й горнострелковой дивизии: "Во время совещания командиров, - значится в журнале боевых действий дивизии за 1 июля - были слышны выстрелы в тюрьме ГПУ г.Львова, где евреи должны были хоронить убитых здесь русскими в последние недели по еврейскому доносу украинцев (несколько тысяч)..." [4].

1 июля погром достиг своей кульминации: в разных частях города украинская милиция выгоняла евреев из домов на улицы, подвергала их издевательствам, унижениям, побоям. С евреек на улицах срывали одежду, и многих избивали. Очевидец тех событий раввин Д. Кахане позднее вспоминал: "… Немцы хватали евреев прямо на улицах и в домах и заставляли работать в тюрьмах. Задача поимки евреев, кроме того, была возложена на только что созданную украинскую полицию. Некоторые украинцы и поляки охотно помогали немцам. В три или четыре дня операция была завершена. Каждое утро власти сгоняли около 1 000 евреев, которых распределяли по трем тюрьмам. Одним приказывали разбивать бетон и выкапывать тела, а других заводили в небольшие внутренние дворы тюрьмы и там расстреливали. Но и те "счастливчики", которые оставались работать, не всегда возвращались домой. Некоторые теряли сознание от зловония, исходившего из вскрытых могил, таких оттаскивали и тоже расстреливали. За работой следили надсмотрщики в противогазах, которые жестоко избивали работавших евреев. Надсмотрщиками были немецкие солдаты и офицеры; время от времени они подбадривали себя дикими криками, вроде того, что "месть сладка". "Арийские" жители Львова участвовали в этом жутком представлении, они толпами бродили по дворам и коридорам тюрем и с удовлетворением наблюдали за страданиями евреев. Раздавались истерические выкрики: "Расстрелять их! Расстрелять убийц!" То тут, то там находились добровольцы, помогавшие немцам избивать евреев. В первые дни оккупации Львова немцами в тюрьмах было уничтожено более 3 000 евреев. Среди них - один из самых известных и популярных раввинов Львова – доктор Иехезкель Левин и его брат, раввин г. Жешова Аарон Левин" [5]. И. Левин утром 2 июля отправился в резиденцию митрополита А. Шептицкого, которого попросил воздействовать на украинцев-участников погрома. А.Шептицкий обещал направить пасторское послание с предостережением от убийств и грабежей, а также предложил И. Левину на время остаться у него, но это предложение тот не принял. На обратном пути, уже у своего дома, его забрали с собой два полицейских; домой он не вернулся. Шептицкий же 6 июля действительно обратился с пасторским посланием к своей пастве, однако предостережений от убийств и грабежей оно не содержало. Это он сделал только в ноябре 1942 г., когда процесс уничтожения еврейского населения близился к завершению.

Антисемитски настроенные жители города, немецкие солдаты и полицейские в эти дни, начала июля, буквально охотились на беззащитных людей, причем давали пример своим поведением, в первую очередь, немцы. Так, в донесении командира батальона полка "Бранденбург" от 1 июля 1941 г. отмечалось, что "30.6.41 и 1 июля в отношении евреев имели место крупные акции насилия, которые отчасти приняли характер наихудшего погрома. Назначенные полицейские силы оказались не в силах выполнить их задачи. Жестоким и отвратительным поведением в отношении беззащитных людей они подстрекают население. Собственные подразделения, как видно из донесений рот, возмущены актами жестокости и истязаний. Они считают, безусловно, необходимым беспощадное наказание виновных в резне большевиков, но все же не понимают истязаний и расстрелов схваченных без разбора евреев, в том числе женщин и детей. Все это пошатнуло дисциплину украинских рот. Они не делают различий между вермахтом и полицией и, так как видят в немецком солдате пример, колеблются в своем осуждении немцев вообще. Это те же самые подразделения, которые вчера беспощадно пристреливали еврейских грабителей, но отвергают бессердечные истязания" [6].

"Пошатнувшаяся дисциплина" украинских военнослужащих проявилась в том, что многие из них приняли участие в преследовании и убийстве евреев, а украинский командир батальона "Нахтигаль" Р. Шухевич не смог или не захотел их удержать, возможно, потому, что 30 июня он сам обнаружил среди убитых в тюрьме на Лонцкого своего брата. Прокуратура Бонна (Германия), которая в 1960 г. расследовала дело Теодора Оберлендера, тогдашнего министра в правительстве Аденауэра, а летом 1941 г. – политического руководителя батальона "Нахтигаль", установила, что "с большой вероятностью украинский взвод 2-й роты батальона "Нахтигаль" имел отношение к актам насилия в отношении согнанных в тюрьму НКВД евреев и виновен в смерти многочисленных еврейских граждан". Члены батальона "Нахтигаль" по собственной инициативе участвовали в расстрелах и вне тюрьмы. Один из бывших членов оперативной команды СД "Львов" на допросе в 1964 г. показал: "Здесь я был свидетелем первых расстрелов евреев членами подразделения "Нахтигаль". Я говорю "Нахтигаль", так как стрелки во время этой казни… носили форму вермахта… Казнь евреев… была произведена во дворе гимназии или школы членами подразделения вермахта… Что это были члены подразделения "Нахтигаль" я понял лишь позже, так как я этим заинтересовался… Я установил, что участвовавшие в этой казни стрелки в немецкой форме говорили по-украински" [7].

Комендант города - полковник Винтергерст вмешался в события только 2 июля, после чего убийства приняли организованный характер – за них взялись прибывшие в город 1-2 июля команды полиции безопасности.

Уже 30 июня в город прибыла передовая команда зондеркоманды 4б (командир – штурмбанфюрер СС Гюнтер Херрман) из состава оперативной группы Ц (тогда еще Б). Рано утром 1 июля – штаб оперативной группы во главе с бригаденфюрером СС д-ром Рашем, основной состав команды 4б и оперативная команда 6 во главе с штандартенфюрером СС д-ром Эрхардом Крёгером. 2 июля - оперативная команда 5 во главе с штандартенфюрером СС Эрвином Шульцем. В своем первом донесении из Львова оперативная группа сообщала: "Штаб оперативной группы 1.7. в 5 часов утра прибыл во Львов и разместился в здании НКВД. Шеф оперативной группы Б сообщает, что украинское повстанческое движение во Львове 25.6.41 было зверски подавлено НКВД. Расстреляно НКВД ок. 3000. Тюрьма горит. Имеется едва 20% украинской интеллигенции… ЕК 4а и ЕК 4б вместе со штабом группы также прибыли во Львов…" [8].

Зондеркоманда 4б находилась в городе до 3 июля, после этого убыла в направлении Тернополя. В момент ее прибытия во Львов погром уже происходил, так что команду нельзя считать его инициатором. Однако она "поддержала" погромщиков, тем более что шеф полиции безопасности и СД Гейдрих в своем приказе № 1 от 30 июня 1941 г. прямо вменил такие действия в обязанность команд СД.

Оперативная команда 6, которая вместе со штабом группы разместилась в здании бывшего областного управления НКВД, с 3 июля активно участвовала в казнях евреев. Так, в военном дневнике разведотдела штаба 17-й армии 5 июля появилась такая запись: "Оперативная команда 6 (штандартенфюрер д-р Крёгер) во Львове, сообщает: свыше 400 евреев расстреляно… ещё 200 на очереди. Во Львове 150 000 евреев…" [9].



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх