,


Наш опрос
Как изменилась Ваша зарплата в гривнах за последние полгода?
Существенно выросла
Выросла, но не существенно
Не изменилась
Уменьшилась, но не существенно
Существенно уменьшилось
Меня сократили и теперь я ничего не получаю


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


«Дамасское дело» — обвинение евреев Дамаска в ритуальном убийстве исчезнувшего христианского священника и его слуги в 1840 году.
  • 24 сентября 2009 |
  • 11:09 |
  • jorik.13 |
  • Просмотров: 30638
  • |
  • Комментарии: 5
  • |
0
Анатолий Глазунов (Блокадник)

Ритуальное убийство монаха Фомы и его слуги в жидовском квартале Дамаска в 1840 году

Главный источник по этому криминальному делу – книга «Дамасское ритуальное убийство. Протоколы судопроизводства по делу об исчезновении капуцина о. Фомы и его слуги Ибрагима Амара в Дамаске в 1840 году». Автор книги – француз Achille Laurent. Книга эта впервые была издана в Париже в 1846 г. В предисловии автор писал: «В этой книге приведены документы, которые мне удалось собрать во время моего продолжительного пребывания на Востоке. Они касаются событий, могущих интересовать весь христианский мир». В 1913 г., хотя и с большим опозданием, эта книга была переиздана в России, в Харькове. С 1917 по 1990 книга «Дамасское убийство» в СССР была запрещена жидами.
В 1990 я увидел её на самодельном книжном лотке, на Среднем проспекте, у станции метро «Василеостровская». Это был копировальный экземпляр харьковского издания 1913 г. Ни в одном книжном магазине России такую книжку, конечно, найти было невозможно. К лотку, на котором лежали десятка два, размноженных на копировальном аппарате, ранее запрещённых книг о жидах, часто подбегали жиды и лаяли гневно на русского продавца. Жиды обзывали многие книги «фальшивками», продавца - «черносотенцем», жаждали его уничтожить, но тронуть не решались. И потому, что рядом стояли русские люди с неприветливыми лицами, и потому что «жиды города Питера» тогда очень боялись погромов. Вот тогда у этого продавца, к раздражению какой-то жидовской тётки, я и купил эту книгу и впервые её прочитал.
На книгу эту жиды накидываются до сих пор, упорно стараясь внушить легковерным русским интеллигентам, что это «фальшивка». Но автор книги «Дамасское убийство» писал ещё в 1846 году: «Так как все документы, относящиеся к процессу евреев в Дамаске, собраны в Министерстве иностранных дел Франции, то легко установить все неточности, если они есть, в протоколе и т. п.». Особенно же интересовал и интересует жидов и жидовствующих вопрос: каким образом автор добрался до этих документов? Ведь МИД Франции, по требованию жидов, никого не подпускал к этим секретным архивам. Значит, автор «противозаконно» познакомился с этими документами и «противозаконно» их опубликовал. И жиды требовали от французского правительства упрятать автора в тюрьму. Но в тюрьму автора всё же не упрятали, не все французы в верхах власти были тогда жидовствующие И, разумеется, автор, опубликовавший документы о ритуальном убийстве о. Фомы и его слуги в жидовском квартале Дамаска, не собирался выдавать лиц, которые познакомили его с этими документами..

Итак, перехожу к этому очередному жуткому преступлению жидов. Дело было в Дамаске, в Сирии. Сирия тогда фактически находилась под властью египетского паши Магомета Али. 2 февраля 1840, в среду, отец Фома, старик-монах, вышел из монастыря и направился в еврейский квартал, чтобы развесить объявления об аукционе в доме покойного Террановы. В монастырь к ужину о. Фома не вернулся. Около захода солнца слуга Фомы, Ибрагим Амар очень встревожился и также отправился в еврейский квартал, чтобы отыскать своего хозяина. Но и слуга тоже не вернулся.
На следующий день, очень обеспокоенные отсутствием о. Фомы, его прихожане заявили о его исчезновении во французское консульство. Консул приказал осмотреть место, где жил о. Фома. На кухне увидели ужин монаха и его слуги, уже готовый и поставленный около печки, что показывало, что о. Фома и его слуга намеревались вернуться в монастырь. Отсюда вывели заключение, что они погибли вне монастыря. В их домах всё было в полном порядке. Французский консул граф де Ратти Ментон начал расследование.
Монах Фома служил в Дамаске уже 30 лет, занимался врачебной практикой, пропагандировал в городе прививку от оспы, его очень многие в городе хорошо знали. И скоро нашлись свидетели, которые видели, что о. Фома входил в еврейский квартал, а затем, после захода солнца туда же вошёл и его слуга. И не нашлось ни одного свидетеля, который бы видел монаха и его слугу потом вне еврейского квартала. По приказу французского консула эти сведения были представлены генерал-губернатору Сирии, Шериф Паше. Французский консул просил генерал-губернатора принять срочные меры для розыска французского подданного о. Фомы и для выяснения обстоятельств его гибели. Шериф Паша немедленно организовал расследование, послал своих тафеджи баши в еврейский квартал, приказал осмотреть подозрительные места и сделать обыски.
Что такое еврейский квартал Дамаска? Это не место, куда евреев специально согнали. Евреи уже давно сами вытребовали себе право жить в отдельном квартале в целях безопасности и для лучшего сокрытия от власти и чужих глаз своих тёмных жидовских дел. Наверху это маленькие неровные улочки, часто настолько узкие, что не пройти рядом двум прохожим. Во многих двухэтажных домах – множество чуланов и кладовых. В стенах на первом этаже – шкафы, за которыми потаенные двери в тайные чуланы, кладовые и в соседние дворы. Под кварталом – сеть мрачных вонючих проходов, куда жиды сбрасывали свои испражнения, мочу, помои и куски трупов своих жертв.
Первые обыски проводились вслепую и не дали никаких результатов, тем более, что искали, по недомыслию, в более бедной части еврейского квартала. Но потом к полицейским явились два православных грека, Михаил Кесан и Ната Калам, и заявили, что в день исчезновения о. Фомы, за четверть часа до захода солнца, они проходили через еврейский квартал и при входе в него, около улицы Тале-эль-Каюбе, они увидели слугу о. Фомы. Они спросили его: «Куда ты спешишь?» Он ответил: «Мой господин пошёл в еврейский квартал и до сих пор не вернулся, и я иду его искать». После этого заявления двух греков, версия, что о. Фома и его слуга убиты в жидовском квартале, получила убедительные обоснования.
Решили поискать и афиши, которые о. Фома взял с собой, чтобы прикрепить в разных местах жидовского квартала. Синагогу осмотрели ещё раньше, но ни афиши, ни следов от неё не нашли. Предположили, что о. Фома до синагоги не дошёл, но скоро нашлась свидетельница, еврейка, госпожа Лисбона, которая видела, что о. Фома шёл к дому Давуда Арари, дом его находился недалеко от синагоги. Шёл отец Фома очень быстро, шёл не один, его сопровождали восемь или девять евреев (позднее под давлением соплеменников госпожа Лисбона, конечно, отказалась подтвердить свои первоначальные показания). В пятницу на дверях синагоги и на ближайших домах афиш не было, но через два дня одну из афиш о. Фомы кто-то наклеил на лавку цирюльника Сулеймана, жида, который жил у самой синагоги. Это навлекло подозрение на цирюльника, и он был арестован.
Жид Сулейман сначала, естественно, запирался. Он утверждал, что сам священник приклеил афишу на его цирюльню, а потом ушёл. Но цирюльник оказался очень глупым. Его спросили, каким образом афиша была приклеена. Жид ответил, что при помощи облаток. Его спросили о цвете облаток. Жид ответил, что одна облатка была красная, а другая лиловая. Его спросили, как же он мог видеть цвет облаток, если они под афишей. Глупый жид не знал, что сказать. Его спросили, как отец Фома смог так высоко приклеить афишу. Глупый жид ничего вразумительного не мог ответить и на этот вопрос.
Принесли афишу и увидели, что она, действительно, была приклеена двумя облатками, красной и лиловой. Значит, жид-цирюльник сам её и приклеил. Осмотрели все афиши, которые отец Фома прикрепил к стене церкви и на стенах многих домов в городе. Тогда же убедились, что отец Фома не приклеивал афиши, а прикреплял их к стенам и дверям кнопками. Афиша на жидовской цирюльне была подозрительным исключением. К тому же эта афиша была приклеена на такой высоте, на которой монаху её было затруднительно приклеить. К тому же в среду и четверг эту афишу на жидовской цирюльне никто не видел, она появилась позже. Заметили также, что к арестованному цирюльнику зачастил жид, австрийский подданный Пиччиото. Выяснили скоро, что зачастил он в тюрьму с целью поддержать цирюльник в его запирательстве. Стало ясно, что цирюльник что-то знает, но упорно старается скрыть правду.
Тогда эту правду решили выбить из жида кнутом (кнут и палки по ступням ног – это обычное в мусульманских странах наказание подозреваемых даже в небольших преступлениях). Сулейману в первый раз дали 200 ударов кнутом – и немного правды выбили. Сулейман признался, что в день исчезновения отца Фомы он видел, как несколько евреев вместе с Фомой вошли на улицу Телодж, и Сулейман назвал их имена. Это хахам Мишон Бахор Иуда (по прозвищу Салоникли), хахам Мишон Абу-эль-Афьэ, купцы Давуд Арари и его братья – Исаак и Аарун, а также Юзеф Арари и Юзеф Лененьядо. Понятно, что вызванные на допрос указанные жиды, упорно запирались. Тогда Сулейману дали еще десяток ударов кнутом и обвязали голову верёвкой. Не дожидаясь, когда верёвку начнут закручивать и сдавливать голову, жид Сулейман выдал ещё часть правды. Он рассказал, что семь, названных им раньше, евреев «привели отца Фому к Давуду Арари, вызвали меня из моей лавки и сказали мне: «Зарежь этого священника!» Когда я отказался, они мне обещали денег. Я ответил, что это меня не устраивает. Тогда они дали мне афишу и сказали: «прикрепи её на твоей лавке». Когда меня арестовали и вели в сераль, Давуд Арари сказал мне: «Смотри, ни в чем не признавайся, мы тебе дадим денег!» «А позвал меня из лавки Мурад-Эль-Фаталь, слуга Давуда Арари».
Вопрос: После того как вам предложили зарезать патера, остались вы там или ушли?
Ответ: Я не остался, я запер свою лавку и ушёл домой.
Вопросы: Кто вам дал афишу? Когда вы её повесили? Давали ли вам деньги?
Ответы: Бумагу мне дал Аарун Арари. Он дал мне её в среду, когда я был у Давуда Арари. Аарун Арари дал мне и облатки. Бумагу я вывесил в четверг, рано утром, и никто меня не видел. Денег мне нисколько не дали, но мне их обещали. Мне обещали содержать мою семью, пока я в тюрьме, но слова не сдержали.

Слуга Давуда Арари Мурат-эль-Фаталь сначала подтвердил показания цирюльника. Он по приказу своего хозяина ходил к цирюльнику, чтобы позвать его в дом хозяина. Но потом Мурат вдруг отказался от своих показаний. Ну что ж, в Сирии не так, как во Франции, Англии или России. В Сирии с лжецами не церемонятся. После того как Мурат получил 150 ударов по ступням, он снова начал говорить правду. Он признался, что, так как второй раз его допрашивали в присутствии Милема Рафаэля (Фархи), он «испугался и отпёрся», к тому же Рафаэль взглядом дал понять, что надо всё скрывать, а то плохо будет.
Вопрос генерал-губернатора: Как! Вы больше боитесь Рафаэля, чем меня?
Ответ: Конечно! Я боюсь, что Рафаэль меня убьёт. Я боюсь его больше, чем Ваше Превосходительство, потому что Ваше Превосходительство велит меня отстегать и отпустить, а Рафаэль без разговора отправит меня на тот свет в еврейском квартале, если я в чём-то признаюсь.
После этого допроса Мурат был отправлен в одиночную камеру. Был арестован и Рафаэль.

Затем снова взялись допрашивать цирюльника. Он хотя и обещал, но полной правды явно не сказал. Его стали допрашивать более настойчиво и даже обещали ему прощение, если он откроет всю правду об убийстве отца Фомы. И после заметного колебания он, наконец-то, выложил всё, что знал.
«Через полчаса после магреба Давуд Арари вызвал меня из лавки, прислав за мною своего слугу. Я пошёл к нему. Там были Давуд Арари, Исаак Арари, Аарун Арари, Абу-эль - Афиэ, Бахир Иуда (Салоникли), Юзеф Лененьядо и связанный отец Фома. Давуд Арари и его брат Аарун сказали мне: «Зарежь этого священника!» Я ответил, что не могу». Но цирюльника всё же попросили задержаться. Принесли большой нож. Взялись за священника. Все вместе жиды разом положили священника на землю. «Мы держали его так, что шея его находилась над большим тазом. Давуд схватил большой нож и перерезал ему горло. Кровь полилась в таз. Мы следили, чтобы кровь не вытекала на землю». Потом жиды перетащили труп в комнату, где хранились дрова и доски. Там с трупа сняли одежду. Одежду сожгли. Потом пришёл Мурат, слуга хозяина, к этому времени труп был совсем голый. Цирюльнику и слуге приказали расчленить труп на куски и сбросить куски в сточные воды.
«Мы разрезали труп на части и сложили куски в мешок».
Вопрос: Что вы сделали с костями?
Ответ: Мы их раздробили на камне пестиком.
Вопрос: Что вы сделали с головой?
Ответ: Мы её разбили тем же пестиком.
Вопрос: Что вы сделали с внутренностями?
Ответ: Мы разрезали кишки на куски и сложили их в мешок.
Вопрос: Что вы сделали с ножом, которым разрезали труп?
Ответ: Мы оставили его в доме Давуда Арари.
Вопрос: На каком камне вы разбивали кости патера после того, как разрезали труп?
Ответ: На каменном полу между двумя комнатами.
Вопрос: Когда вы разбивали голову патеру, выпал мозг. Что вы сделали с мозгом?
Ответ: Мозг также положили в мешок.
Вопрос: Вам что-нибудь заплатили?
Ответ: Мне обещали деньги, но мне сказали, что если я открою что-нибудь, то заявят, что это я убил священника. Слуге же обещали, что женят его за их счёт.
Вопрос: Сулейман! Каков был мешок, в который вы складывали куски трупа. Один был мешок или два? Если был один мешок, то несли вы его один или вдвоём? Если было два мешка, то несли ли вы и слуга каждый по мешку? Какого цвета был мешок?
Ответ: Мешок был, как и все мешки от кофе, из упаковочного холста серого цвета. Мешок был один, и мы вдвоём, слуга и я, несли его, помогая друг другу. У нас был только один мешок.
Вопрос: Разве из мешка не просачивались содержимое кишек и кровь?
Ответ: Через кофейный мешок, когда он мокрый, ничего не просачивается.
Вопрос: Как вы помогали друг другу нести мешок?
Ответ: То мы несли его вдвоём, то я нёс его, то нёс его один слуга.
Далее цирюльник рассказал, что «канализационный люк», куда два жида тёмной ночью принесли мешок с окровавленными кусками трупа священника, находился около Куриного базара, рядом с домом хахама Мишона – Абу-эль-Афьэ, бывшего раввина. Там был камень, который закрывал «дыру в землю». Два жида отодвинули камень, а затем кусок за куском перебросили кровавые части трупа христианского священника в эту «дыру».

читать далее...


ссылка



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх