,


Наш опрос
Нравиться ли вам рубрика "Этот день год назад"?
Да, продолжайте в том же духе.
Нет, мне это надоело.
Мне пофиг.


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Ближайший сосед – будущая военная сверхдержава
  • 7 апреля 2009 |
  • 11:04 |
  • shikarno |
  • Просмотров: 31399
  • |
  • Комментарии: 29
  • |
0
О многих угрозах национальной безопасности России говорят в последнее время высокопоставленные государственные мужи РФ и растолковывающие глубинную суть их выступлений отечественные эксперты. Но о дальневосточном соседе нашей страны – Китайской Народной Республике – в этих речах и комментариях вы не найдете ни слова.

ЧТО ХАРАКТЕРНО…

Между тем Пекин неуклонно и постоянно увеличивает военные расходы, на темпы роста которых не повлиял даже мировой финансово-экономический кризис, не обошедший стороной и Поднебесную. Они в 1,5–2 раза превосходят темпы роста ВВП материкового Китая, составляя 14–18% в год.

Так, восемь лет назад эти расходы были эквивалентны 17,4 млрд. долл., а в 2009 году достигнут 70,2 млрд. долл. Причем все без исключения зарубежные исследователи сходятся на том, что официальная цифра ассигнований занижена, по сравнению с реальной, в 1,5–3 раза, поскольку в нее не включены затраты на импорт вооружений и доходы от экспорта, расходы на ядерное оружие и СЯС, на Народную вооруженную полицию, субсидии в ВПК и на НИОКР.

Кстати, нельзя не обратить внимание на следующую существенную деталь построения военной организации сопредельного с РФ государства. Руководство Народно-освободительной армией Китая (НОАК, официальное название вооруженных сил КНР) осуществляет Центральный военный совет (ЦВС). Пост председателя ЦВС де-факто считается самым важным постом в Поднебесной. Только после занятия этого поста человек может считаться полноправным руководителем страны. Этот факт сам по себе подчеркивает исключительно высокую роль НОАК в политической системе Китая.

Центральный военный совет осуществляет руководство четырьмя видами вооруженных сил КНР. Это – стратегические ядерные силы (китайское название – «вторая артиллерия»), сухопутные войска, ВВС, ВМС. Вся территория материкового Китая разделена на семь военных округов, штабы которых находятся в Пекине, Шэньяне, Цзиннане, Нанкине, Ланьчжоу, Гуаньчжоу и Чэнду. Ими ЦВС руководит через Генштаб (за исключением «второй артиллерии», она напрямую подчинена ЦВС) и три управления НОАК (политическое, тыла, вооружений). На передвижение подразделения более батальона должно быть получено разрешение Центрального военного совета. Это же относится к любой передислокации войск через границы военных округов.

Стоит также отметить еще ряд моментов функционирования военной машины КНР. Повседневное руководство военным строительством осуществляет Минобороны. Оно входит в структуру Госсовета (правительства) КНР. Главное политическое управление руководит партийно-политической и агитационно-пропагандистской работой в НОАК. Партийные структуры имеются во всех частях и соединениях вооруженных сил Китая, без подписи политкомиссара ни один приказ, в том числе боевой, не имеет силы.

НОАК комплектуется по призыву. Призывной возраст – 18 лет. Продолжительность срочной службы – два года. Из-за значительного переизбытка призывных ресурсов призыв носит выборочный характер. Командование имеет возможность брать в армию лучших, что позволяет совместить положительные качества призывной и контрактной армий. Существует контрактная служба продолжительностью от 3 до 30 лет.

Лица мужского пола 18–35 лет, не призванные на военную службу, состоят на службе в запасе в системе народного ополчения, численность которого составляет сейчас 36,5 млн. человек. Оно рассматривается как организованный боеготовый резерв НОАК и основа партизанского движения.

БОЕВЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ «ВТОРОЙ АРТИЛЛЕРИИ»

СЯС развиваются в соответствии с концепцией «ограниченного ядерного контрудара в целях самозащиты». Официально заявлено, что Китай не будет применять ядерное оружие первым, но, по некоторым данным, подобный вариант подразумевается в случае тяжелого поражения обычных сил НОАК. Кроме того, не исключена возможность нанесения раннего и быстрого удара, чтобы нанести противнику максимальный ущерб.

В Китае созданы МБР как шахтного («Дунфэн-5»), так и мобильного базирования. К последним относятся «Дунфэн-31», производство которых развернуто в Китае в последние годы. В ближайшей перспективе китайские МБР могут быть оснащены разделяющимися головными частями (сегодня все они являются моноблочными). В разработке находится МБР «Дунфэн-41», которую, как и «Дунфэн-31», предполагается оснащать тремя БЧ (по другим данным – шестью БЧ) мощностью 50–100 кт.

Считается, что количество МБР «Дунфэн-5» (несут БЧ мощностью 2–5 Мт) у Китая не превышает 50 (как правило, приводится цифра 20), однако точные размеры китайского ракетно-ядерного арсенала и его дислокация известны в высшей степени приблизительно. Часть ракет размещается в тоннелях и пещерах, что делает их практически неуязвимыми от превентивного либо ответного удара с применением как ядерного, так и обычного высокоточного оружия.

Из-за наличия между РФ и Китаем сухопутной границы большая часть китайских баллистических ракет по отношению к России являются стратегическими. В частности, в зоне досягаемости БРСД «Дунфэн-4» (их количество оценивается в 20–30 единиц, каждая несет БЧ мощностью 2–5 Мт) Москва оказывается даже в том случае, если запуск ракеты производится из восточных районов КНР. Поэтому данная ракета носит неофициальное название «московская».

Ракета средней дальности «Дунфэн-3» (их количество оценивается в 50–90 единиц) из района Урумчи достигает Нижнего Новгорода (дальность стрельбы этой ракеты – около 3 тыс. км, мощность БЧ – от 700 кт до 3 Мт). То же относится и к новейшей ракете «Дунфэн-21» (не менее 50 единиц, мощность БЧ – 200–300 кт).

Приморский и Хабаровский края, Амурская область, Забайкалье, Алтайский край и Республика Алтай находятся в зоне досягаемости тактических и оперативно-тактических ракет НОАК («Дунфэн-11», «Дунфэн-15», М-7), численность которых достигает, видимо, несколько тысяч. Впрочем, в западных районах КНР эти ракеты пока не развернуты, большинство их (от 400 до 700) сейчас направлено на Тайвань.

Морской вариант МБР «Дунфэн-31» JL-2 будет развернут на ПЛАРБ проекта 094. В 2006 году была введена в строй первая ПЛАРБ этого типа, всего планируется построить четыре таких субмарины (по 16 БРПЛ JL-2 на каждой). Общее количество межконтинентальных баллистических ракет наземного и морского базирования к 2010 году, даже по официальным китайским данным, должно составить не менее 200 единиц.

Китайской разведке удалось добыть в США чертежи новейшей БЧ W-88, устанавливающейся на БРПЛ «Трайдент-2», а также нейтронной бомбы, что позволило Пекину значительно продвинуться в разработках соответствующих собственных систем, сэкономив более 10 лет и сотни миллиардов долларов. В 1990-е годы Китай производил не менее 140 ядерных боеголовок в год.

Боевые возможности «второй артиллерии» быстро растут. Если догнать США Китаю будет весьма затруднительно, то Россию, учитывая быстрое сокращение ее СЯС и запрет на наличие БРСД, – вполне реально в достаточно обозримом будущем.

ОСНОВА БОЕВОЙ МОЩИ

Сухопутные войска были, есть и будут основой боевой мощи НОАК, поскольку гигантское население страны, да еще и избыток мужчин в младших возрастных группах дает командованию вооруженных сил КНР уникальный ресурс, о котором военно-политическое руководство других стран не может и мечтать. Даже имея определенное техническое отставание от ряда армий мира, Китай способен «задавить массой» любого противника, с которым встретится в традиционной наземной войне. А кого в Китае считают противником, можно судить по дислокации его армейских группировок.

Из семи военных округов Китая наиболее мощными являются два ВО – со штабами в Пекине и Шэньяне, – прилегающие к границе с Россией (первый ориентирован на наш Сибирский военный округ, второй – на Дальневосточный). На эти округа приходится четыре из девяти танковых и шесть из девяти механизированных дивизий, шесть из 12 танковых бригад сухопутных войск НОАК.

Еще две танковые дивизии и одна танковая бригада входят в состав Ланьчжоуского военного округа (занимает западную часть страны, ориентирован на Центральную Азию, Монголию и Сибирь к западу от Байкала), а одна танковая, одна механизированная дивизии, две танковые и единственная в НОАК механизированная бригады – в состав Цзиннаньского ВО. Последний находится в центре страны и является стратегическим резервом для Пекинского, Шэньянского, Ланьчжоуского и Нанкинского округов.

Небезынтересно, что 38-я армия Пекинского ВО представляет собой «полигон» для опробования на практике предлагаемых оргштатных мероприятий и отработки способов применения новых видов боевой техники. Кстати, артиллерия 38-й армии, отмечают специалисты, еще уступает по точности огня американским «богам войны», но уже превзошла российскую артиллерию. Быстро обновляются бронетанковые войска, темп их наступления по опыту учений выше, чем в ВС РФ. Например, в состав 38-й армии входит 6-я танковая дивизия, полностью оснащенная современными средствами управления и танками Туре 96. Темп наступления 38-й армии достигает 1000 км в неделю (150 км в сутки). Наконец, эта же армия имеет в своем составе 4-ю зенитно-ракетную бригаду – наиболее современное соединение войсковой ПВО НОАК (включает, в частности, дивизион ЗРК «Тор»).

Вторым «полигоном» для отработки новых способов применения китайских сухопутных войск является «резервный» Цзиннаньский округ, где наряду с прочими соединениями дислоцируются образцовые и оснащенные новейшей техникой 8-я танковая и 127-я легкая мотопехотная дивизии.

Остальные подвижные соединения сухопутных войск НОАК (танковые и механизированные дивизии) входят в состав Нанкинского военного округа, ориентированного на захват Тайваня. В частности, здесь дислоцированы обе амфибийные механизированные дивизии, единственная амфибийная танковая бригада и единственная десантная бригада спецназа, насчитывающие в общей сложности 25 тыс. человек. С учетом морской пехоты ВМС (две бригады, 10 тыс. человек) Китай обладает вторым в мире по численности после Соединенных Штатов контингентом, предназначенным для проведения морских десантных операций.

Наиболее слабыми являются округа со штабами в Чэнду и Гуаньчжоу, прилегающие к границам с Индией и странами Индокитая. Они не имеют ни одной танковой и механизированной дивизии, то есть на южном направлении китайское командование не предполагает вести какие-либо наступательные действия. Войска этих округов состоят в основном из мотопехотных (бывших пехотных) дивизий, наиболее архаичного типа соединений сухопутных войск НОАК. В других округах большинство дивизий этого типа преобразуется в бригады. Переход от дивизий к бригадам в НОАК происходит достаточно активно, хотя этот процесс нельзя абсолютизировать. Танковые и механизированные дивизии, представляющие собой основную ударную силу СВ, никто переформировывать в бригады не собирается.

Сегодня к современным образцам вооружения сухопутных войск НОАК можно отнести более 2 тыс. танков Туре-98 и Туре-96, 100 самоходных артиллерийских установок 2С23, несколько сотен САУ (WAC-021) и РСЗО (А-100, WM-80, WS-1) собственного производства, 27 зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) «Тор-М1».

Сухопутные войска НОАК очень активно занимаются боевой учебой, причем некоторые ее аспекты не могут не настораживать. О проводимых в Китае военных учениях, носящих однозначно агрессивную антироссийскую направленность, «НВО» уже писало (см. номер от 29 декабря 2006 года, «Третьим радующимся» быть не удастся»).

НАЛЕТ – 200 ЧАСОВ

Истребительная авиация Китая с начала 1990-х годов перевооружается на новейшие машины. В первую очередь речь идет о самолетах Су-27 (китайское название J-11) и Су-30 (J-12). Сейчас их в ВВС КНР имеется 176 и 73 соответственно (плюс 48 Су-30 в морской авиации).

Еще одним современным китайским истребителем считается J-10, созданный на базе израильского самолета «Лави», но с широким использованием российских технологий (РЛС «Жук», двигатель АЛ-31Ф, вооружение). Сейчас насчитывается до 70 таких истребителей, всего предполагается произвести до 300 машин.

Средний налет китайских пилотов на современных истребителях составляет 200 часов в год. Это почти столько же, сколько в ВВС США и в 4–5 раз больше, чем в ВВС России. В НОАК (как и у американцев) есть эскадрилья «Агрессор», укомплектованная наиболее подготовленными летчиками и оснащенная самолетами Су-27. Они имитируют действия ВВС России и Тайваня, то есть основных вероятных противников Китая. Пилоты строевых частей ВВС КНР участвуют в учебных воздушных боях с «агрессорами», повышая свое мастерство и изучая тактику будущих врагов.

Для замены старых бомбардировщиков Н-6 (Ту-16) и Н-5 (Ил-28) созданы новые самолеты JH-7, по конструкции напоминающие российский Су-24 и англо-французский «Ягуар». Пока таких машин в ВВС НОАК 15–20 штук и столько же в морской авиации.

Благодаря поставкам из России в последние годы резко возросли возможности наземной ПВО Китая. Сегодня КНР имеет один полк (два дивизиона) ЗРС С-300ПМУ, два полка (по четыре дивизиона) С-300ПМУ-1, а также 16 дивизионов С-300ПМУ-2.
Ближайший сосед – будущая военная сверхдержава

Китай лишь незначительно приоткрывает завесу секретности вокруг своего военного строительства.
Фото Reuters


ПОДГОТОВКА К ПРОРЫВУ

ВМС Китая в последние два десятилетия развиваются форсированными темпами. Руководство страны ставит перед флотом очень важные задачи: обеспечить, во-первых, захват Тайваня, во-вторых – бесперебойную доставку сырья (в первую очередь нефти) из Африки и Персидского залива, а также добычу нефти на шельфах морей, прилегающих к Китаю, в-третьих – защиту своего побережья.

Понятно, что даже ВМС США не будут высаживать десант на побережье Поднебесной, поскольку он заведомо обречен на полное уничтожение в боях против бесконечно больших сухопутных войск НОАК. Гораздо более серьезные опасения Пекина вызывает способность американцев нанести удары с помощью высокоточного оружия по объектам «новой экономики» КНР, построенным за годы реформ. Более 80% современных предприятий, олицетворяющих китайское экономическое чудо, находятся в прибрежной зоне и очень уязвимы от атак с морских направлений. Соответственно ВМС КНР должны вынести линию обороны как можно дальше в океан.

Для эффективного решения этих задач они должны, по замыслам военно-политического руководства страны, пройти три этапа развития. На первом этапе китайскому флоту предстоит обеспечить благоприятный оперативный режим в пределах «первой цепи островов» (от японского архипелага Рюкю до Филиппин), на втором – в пределах «второй цепи островов» (от Курил через Марианские острова до Новой Гвинеи), на третьем – свободно действовать в любой точке Мирового океана.

Наиболее современными боевыми единицами ВМС НОАК можно считать 12 подлодок проекта 636 и 877 российской и 17 субмарин проекта 039 собственной постройки (последние по конструкции близки к французской ПЛ «Агоста»), 12 эсминцев (четыре проекта 956 «Современный» и по два проекта 052С, 052В, 052, 051С), четыре фрегата проекта 054(А). Приобретенные в России четыре ЭМ проекта 956 предназначены для борьбы с надводными целями, два ЭМ собственной постройки проекта 052С будут решать задачу ПВО корабельных соединений. Для этого они оснащены российской ЗРС «Риф» (морской вариант С-300).

Активно ведется проектирование авианосцев (с использованием технологий с закупленного в Украине авианосца «Варяг», не достроенного для ВМФ СССР; выведенных из состава ВМФ РФ авианесущих крейсеров «Киев» и «Минск», а также приобретенного у Австралии авианосца «Мельбурн»). Только что введен в строй первый в ВМС Китая десантно-вертолетный корабль-док проекта 071. Сегодня это крупнейшая боевая единица китайского флота водоизмещением 20 тыс. тонн. На ДВКД размещаются до 800 морских пехотинцев и 50 единиц бронетехники, которые могут перебрасываться с корабля на берег с помощью четырех десантных катеров на воздушной подушке и четырех вертолетов.

Наличие авианосцев и больших десантных кораблей придаст ВМС КНР принципиально новые возможности сначала в борьбе за Тайвань, а затем и для операций в Мировом океане. Поглощение Тайваня привело бы к резкому росту мощи Китая и установлению им контроля над морскими коммуникациями в западной части Тихого океана и над Юго-Восточной Азией. В этом случае Китай прорвал бы «островной барьер», протянувшийся вдоль его побережья, и его ВМС сразу бы вышли на океанский простор. КНР уже готовится к этому прорыву, поскольку в ее флоте быстро растет доля кораблей океанской зоны за счет уменьшения количества кораблей и катеров, предназначенных для действий вблизи своего побережья. Собственно появление хотя бы одного авианосца позволит ВМС НОАК обеспечить себе благоприятный оперативный режим в пределах «второй цепи островов», включая Сахалин, Курилы и Камчатку.

МНОГОСТОРОННЯЯ ДОКТРИНА

Усилия военно-политического руководства Китая будут в ближайшие годы направлены на то, чтобы «внутри» НОАК появилась относительно небольшая (по меркам Поднебесной, разумеется) современная высокотехнологичная армия, способная успешно противостоять вооруженным силам США, России, Японии и Индии, не говоря уже о любой другой стране. Она составит примерно 15% от общей численности НОАК (имеется в виду численность мирного времени, до мобилизации).

Для этой армии будут в максимальной степени учитываться новейшие американские концепции военного строительства, в частности – концепция «сетецентрической войны». Поскольку Китаю в обозримом будущем затруднительно реализовать эту концепцию в собственных ВС, значительное внимание будет уделено «асимметричной войне» – воздействию на «нервные узлы» вражеской армии. Речь идет об электронном и огневом поражении командных пунктов, космических аппаратов, центров связи противника, а также о мерах по дезинформации и маскировке.

В частности, уже сейчас в Китае создаются для этой цели подразделения «хакеров». В 2000 году сетевые войска стали отдельным родом войск НОАК. А в начале 2007 года китайцы провели успешные испытания противоспутникового оружия. В 1999 году в КНР была опубликована книга «Неограниченная война» (авторы – два офицера НОАК), рассматривающая стратегию «асимметричной войны». Суть ее заключается во фразе: «Главное правило неограниченной войны – отсутствие правил, полная свобода действий».

Кроме того, Китай, подобно США, активно развивает силы специального назначения («кулачные подразделения»), которые решают задачи четырех типов. Они могут использоваться в качестве: «открывателей дверей», нанося удары по важным целям и пробивая бреши в позициях противника; «скальпеля» для нанесения удара по целям, парализующим боевой потенциал неприятеля; «стального молота» для захвата важных вражеских позиций; «стартового двигателя» для ускорения темпа кампании и открытия новых районов боевых действий.

Составной частью реализации данного плана будет ведение Пекином информационной войны. Еще в 1985 году в КНР увидела свет книга «Информационная война» (на Западе в то время такой термин не применялся). Наиболее эффективная стратегия такой войны состоит в том, чтобы противник утратил способность к принятию управленческих решений. При этом особый упор делается на ведении психологической войны в мирное время. В самой НОАК политико-воспитательная работа с личным составом построена на смеси великоханьского шовинизма и маоизма, подразумевающей наличие значительных территориальных претензий ко всем соседним странам. Акты агрессии, совершенные КНР против соседей, объявлены «самообороной», направленной на исправление «ошибок истории» (например, нападение на Вьетнам в 1979 году китайцы называют «оборонительным контрударом»).

В Китае, исходя из резко уменьшившейся вероятности мировой войны, создана концепция «локальных войн», причем Китай не исключает собственную инициативу в возникновении локальных вооруженных конфликтов. В локальной войне участвует меньшее количество войск, что позволяет застать противника врасплох.

В то же время не отменена и концепция «народной войны», созданная Мао Цзэдуном. Она подразумевает, что каждый китаец рассматривается как военнослужащий, а страна – как единый военный лагерь. В эпоху Мао смыслом этой концепции было «заманивание» технологически более сильного противника в глубь Китая, где против него должна была развернуться крупномасштабная партизанская война с упором на гигантские людские ресурсы Поднебесной. Затем эта концепция была модернизирована: теперь предусматривается максимальное изматывание врага в приграничных сражениях с быстрым переходом в стратегическое наступление или даже ограниченная агрессия, определяемая как «оборонительный удар в целях самозащиты». Таким образом, она существенно пересекается с концепцией «активной обороны», которая подразумевает длительную активную стратегическую оборону на заранее подготовленных рубежах с целью изменения соотношения сил в свою пользу с дальнейшим переходом в контрнаступление.

Две эти концепции, а также концепции «национальной безопасности», «ограниченного ядерного контрудара в целях самозащиты», «быстрого реагирования», «триединой системы вооруженных сил», «локальных войн», «стратегических границ и жизненного пространства» в совокупности составляют военную доктрину Китая. Новые тактические концепции в рамках доктрины «активной обороны» (носящей, по сути, наступательный характер): «победа с помощью элитных сил», «захват инициативы за счет нападения первыми», «победа над слабыми за счет превосходства», «удары в глубину» (действия «целиком в глубине», включая ракетно-артиллерийские удары и десанты), «вести быстрый бой, чтобы добиться быстрого исхода». Термин «активная оборона» можно истолковать как готовность к ведению наступательных действий, поскольку Китай сам определяет, какое государство относится к нему враждебно и в чем эта враждебность заключается.

Особого внимания заслуживает концепция «стратегических границ и жизненного пространства», которая, видимо, не имеет аналогов среди концепций военного строительства в других странах. Никто больше так откровенно не заявляет о праве на военную агрессию в связи с нехваткой ресурсов и территории (см. номер «НВО» от 22 февраля 2008 года, статья «Оккупация России Китаем неизбежна»).

В Китае считают, что границы жизненного пространства сильных держав выходят далеко за пределы их границ, а сфера влияния слабых стран меньше, чем их национальная территория.

В целом можно отметить, что китайская армия очень быстро становится одним из важнейших факторов мировой политики. Весьма показательно то, что четырехкратный рост военных расходов за восемь лет и огромный прирост ее боевой мощи в «физическом выражении» (в закупках вооружения и техники) происходят в условиях искусственного самоограничения, которое руководство Китая накладывает на развитие НОАК. В Пекине извлекли уроки из печального опыта СССР, надорвавшего себя гонкой вооружений, и пришли к выводу, что надо сначала добиться высокого уровня экономического развития, а на этой базе – строить вооруженные силы. Видимо, этот подход следует признать весьма эффективным.

Если ограничения на развитие ВС будут сняты, то НОАК вполне будет способна на «большой скачок» и выйдет на совершенно новый уровень. При этом может сложиться ситуация, когда армия сама станет фактором экономического развития, обеспечивающим успех внешней экспансии, расширяя стратегические границы жизненного пространства далеко за пределы нынешних границ КНР.
Источник



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх