,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Неделя запрещенных книг
  • 6 октября 2008 |
  • 11:10 |
  • YoGik |
  • Просмотров: 39646
  • |
  • Комментарии: 3
  • |
Возможность читать — не привилегия, а неотъемлемое право.

«Есть одно только благо — знание и одно только зло — невежество», — сказал древний мудрец. «Выпей яду», — ответили ему соотечественники, и они не шутили. Если старик Сократ был прав, то самый страшный грех — не трусость, как утверждал Булгаков устами Иешуа Га-Ноцри, а уничтожение книг и запреты на них. История борьбы с печатным словом имеет давние традиции. Горят, увы, не только рукописи и печатные книги, но и их авторы. Как только напечатали первую книгу, кому-то сразу же пришло в голову ее сжечь. Первой книгой, вышедшей с печатного пресса в Европе, была Библия. А поскольку добрые христиане того времени считали перевод Библии на вульгарные разговорные наречия святотатством, то Вильяма Тиндейла, который частично перевел Библию на английский, сожгли на костре в 1536 году. То, что греческий, а тем более латынь, — далеко не оригиналы, никого не волновало. Такое суеверие разделяют и многие наши современники. Частная форма его проявления — писать слово Бог через черточку, словно нецензурное выражение (Б-г). То, что русское или украинское слово «Бог» для иудейского Иеговы — набор звуков, а не имя, их не смущает. Не говоря уже о наивной вере в неспособность Всемогущего отфильтровывать спам. Да, цензурирование Библии — это отдельная тема. Книга полна сцен насилия, убийств и прочих неблаговидных поступков, совершаемых главными героями. Многим хотелось ее если уж не сжечь, то изрядно отредактировать (впрочем, вряд ли именно этим объясняется запрет на ввоз любых изданий Библии в Саудовскую Аравию или запрет на перевод Библии на местные языки в Бирме). Если уж такой «оплот морали» оказался под огнем, то запрет «1984», «Скотного двора», «Приключений Гекльберри Финна» и «Над пропастью во ржи» вообще выглядит естественным, не говоря уже о книгах маркиза де Сада, «Любовнике леди Чаттерлей» и «Улиссе» Джойса.

Неделя запрещенных книг


Говоря об истории контроля над печатным словом, можно вспомнить Индекс запрещенных книг, содержавший список публикаций, печать, распространение и продажу которых запретила римскокатолическая церковь. Он также включал указания касательно цензуры, целью которой было оградить веру и нравственность католиков от посягательств и богословских ошибок. Впервые опубликованный в Нидерландах в 1529 году, он имел силу закона вплоть до упразднения в 1966 году. В разное время в этом списке фигурировали Эразм Роттердамский, Вольтер, Декарт, Кант, Даниель Дефо, Коперник, Сартр.

Нацистская Германия не ограничивалась простым запретом на печать и продажу книг — возрождая языческие огненные ритуалы и стремясь очистить нацию от скверны, они жгли книги. Во время такой акции 10 мая 1938 года было сожжено около 25 тысяч томов. Антивоенная сатирическая комедия Аристофана «Лисистрата» была запрещена в 1967 году в Греции, где у власти тогда была военная хунта.

В Советском Союзе вопрос с нежелательной литературой решался не только путем ее прямого уничтожения, но и путем жесткого либо же полного ограничения доступа к ней. Возможность читать запретное — доступ в спецхран — являлась одной из важнейших привилегий для ученых и помогала обеспечивать их лояльность режиму.

В современной России с 2004 года существует список литературы, запрещенной за пропаганду наркотиков, порнографии, экстремизма, а его соблюдение обеспечивает Федеральная служба наркоконтроля — вплоть до изъятия крамолы из продажи.

Неделя запрещенных книг


Какие же причины движут авторитетами и властями, сжигающими, запрещающими и цензурирующими книги? Разные. «Алису в стране чудес» запретили в Китае в 1931 году за то, что книга «изображает животных как равных людям персонажей. Животные не должны говорить, как люди». Винни-Пух и Братец Лис были бы весьма опечалены такой категоричностью. Но все же основная причина, очевидно, — несоответствие текста книги господствующей в данном обществе морали и идеологии, «поощрение вольнодумства» (слово «вольнодумство» в русском, кстати, весьма показательно — вроде бы то же самое, что свободомыслие, но почему-то мыслить свободно считается моветоном). Именно этот случай запрета книг показан у Брэдбери в романе «451 градус по Фаренгейту».

Почему же власти так боятся, что их подданные (граждане, прихожане) начнут свободно мыслить? Видимо, господствующая идеология, во всяком случае ее официальная версия, строится на лжи или передергиваниях, и какие-то важные факты или даже выкладки могут ее подорвать (случай СССР). Или же власти опасаются, что подданные недееспособны и не в состоянии составлять здравые собственные суждения на основании полученной информации без руководящих указаний. Потому запрет книг часто идет вместо полемики и образования — слишком накладно разъяснять, в чем неправ оппонент, проще запретить книгу, а автора отправить туда, где книг не пишут.

Действительно ли эти идеологические запреты так необходимы? Неужели, скажем, доброму христианину положено всегда стремиться сжечь книги сатанистов, а либералу — запрещать «Майн Кампф»? Позволим себе не согласиться. Вот цитата из Г.Честертона, возможно, одного из лучших писателей-христиан: «И я говорю вам: где бы вы ни увидели людей, коими правит тайна, в этой тайне заключено зло. Если дьявол внушает, что нечто слишком ужасно для глаза, — взгляните. Если он говорит, что нечто слишком страшно для слуха, — выслушайте...» Чтобы отвергнуть нечто, надо знать, о чем идет речь, иначе это нечто нам могут подсунуть под видом, скажем, официального образца для подражания.

Последняя неделя сентября в США является неделей запрещенных книг — временем, когда мыслящих людей призывают взглянуть на историю таких запретов — как на местном уровне, так и в глобальном масштабе, — чтобы сохранить свободу читать в будущем. В этот период ежегодно сотни библиотек и книжных магазинов во всех штатах США устраивают выставки и проводят мероприятия, чтобы привлечь внимание читающей общественности к проблеме цензуры.

Впервые неделя запрещенных книг была проведена в 1982 году по инициативе Американской библиотечной ассоциации в ответ на резкий всплеск числа требований убрать ту или иную книгу из общего доступа (чаще всего — из общественной или школьной библиотеки, иногда предлагается запретить книгу к продаже, изданию или ввозу). Это единственная кампания общенационального масштаба, посвященная свободе чтения.

Неделя запрещенных книг проходит под патронатом Американской ассоциации книготорговцев, Фонда «Американские книготорговцы за свободу слова», Американской библиотечной ассоциации, Ассоциации американских издателей, Американского общества журналистов и писателей и Национальной ассоциации университетских магазинов. Ее также официально поддерживает Центр книг библиотеки конгресса.

Отдел интеллектуальной свободы Американской библиотечной ассоциации за прошлый 2007 год получил более четырехсот сообщений о требовании убрать ту или иную книгу из общего доступа, то есть не менее одной книги ежедневно. По словам Джудит Круг, возглавляющей данный отдел, на каждое такое уведомление приходится четыре-пять требований, о которых им не сообщили. В 2006 году число таких уведомлений достигло 550. Это высокая цифра, однако в середине девяностых она была куда выше — свыше 700 в год.

С 2000 года среди наиболее часто запрещаемых книг первое место неизменно занимают книги Джоан Роулинг о Гарри Поттере. Среди тем, которые вызывают негодование и требования запрета, — сексуальность, причем даже не обязательно гей- или лесбийская, наркотики, насилие, убийства, жестокость, религиозные воззрения и практики, политика, ненависть, ксенофобия, ругательства, бранные слова, сленг, негативное изображение этнических или религиозных групп, неоднозначные этические и социальные проблемы. То есть при желании запретить можно все что угодно. Книгу могут потребовать не убрать из библиотеки, а, скажем, отредактировать, чтобы она больше отвечала современным стандартам толерантности или религиозным воззрениям той или иной деноминации. Под прицел попадают не только новые книги, но и классические, всенародно любимые и признанные.

Американская библиотечная ассоциация ведет учет требований на запрет тех или иных книг, о которых получает уведомления, и раз в три года издает список всех подвергшихся нападкам книг в четырех томах — в соответствии с тем, на основании чего эти книги пытались запретить: политические, религиозные, сексуальные и социальные темы.

Опасности подвергаются не только сами книги, но и их авторы. В течение недели запрещенных книг организация «Международная амнистия» привлекает внимание к положению тех людей, которые подвергаются преследованиям за то, что они пишут, распространяют или читают. Например, Салман Рушди до сих пор вынужден скрываться, поскольку за роман «Сатанинские стихи» — как и все остальные, причастные к изданию книги, — был приговорен к смерти аятоллой Хомейни.

В статье использованы материалы сайта Американской библиотечной ассоциации и официального сайта кампании «Неделя запрещенных книг», проекта «Запрещенные книги онлайн» Университета Пенсильвании.



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх