,


Наш опрос
Нравиться ли вам рубрика "Этот день год назад"?
Да, продолжайте в том же духе.
Нет, мне это надоело.
Мне пофиг.


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Евреи в составе ОУН-УПА часть 1: Рихард Ярый
  • 12 февраля 2011 |
  • 19:02 |
  • Bulko |
  • Просмотров: 105509
  • |
  • Комментарии: 22
  • |
+1
Ри́хард Франц Марьян (Ри́ко) Я́рый, укр. Ріхард (Рико) Ярий, чеш. Richard Jary (14 апреля 1884 или 1888, Жешув — 1979) — деятель УВО , ОУН и ОУН(б) (псевдо "майор Карпат", "Серый", "Рик").

По происхождению — венгерский еврей, был офицером австро-венгерской армии. По утверждению знавших его людей во времена, предшествующие политической деятельности, судетский немец; по собственному утверждению - потомок украинского казака, раненого в 1683 при обороне Вены от турецких захватчиков. В 1933 году после проверки Ярого сотрудник гестапо, ссылаясь на то, что такой семьи никто не помнит в Жешуве, несовпадение записей в книге магистрата и т. д. утверждал, что это мог быть кто угодно.

В 1912 окончил военную академию в Винер-Нойштадте и в звании поручика был направлен в 9-й драгунский полк в Коломые. По другим данным, в 1917 окончил военно-техническое училище в Медлинге, лейтенант. В армии ЗУНР с 1918, дослужился до звания капитана и командира 2-го конного полка Конной бригады. В армии УНР — в 5-м Херсонском конном полку, в составе которого в 1920 перешёл границу Чехословакии и стал командиром интернированных украинских кавалеристов в Ужгороде.

В эмиграции — активный деятель УВО и ОУН, участник венского конгресса в 1929. С 1930 руководитель разведывытельного отдела УВО. С 1937 — связной между полковником Е. Коновальцем и адмиралом В. Канарисом, шефом абвера, с 1939 - координатор различных военных курсов абвера для боевиков ОУН. Агент абвера под псевдо "Консул-2". Ряд источников, указывают, что именно он был инициатором раскола ОУН. В ходе раскола ОУН в 1940 г. встал на сторону С. Бандеры, был одним из 4-х членов «революционного правления», однако после неудачной попытки провозглашения «правительства» Я. Стецько, и ареста членов руководства ОУН (июль 1941), отошёл от политической деятельности. В начале 1941 — организатор и командир батальона «Роланд». 16.9.1941-15.2.1943 находился под арестом у немцев.

После Второй мировой войны жил и умер в собственном имении под Веной в советской оккупационной зоне, сохраняя связи с ОУН до начала 1960-х годов. НКВД интересовалось личностью Ярого, но не предпринимало попыток арестовать его, в связи с чем его роль неоднозначно оценивается в националистической литературе — от «героя» до «провокатора».

Согласно официальной биографии, его отец – Франц Иосиф Иван Ярый родился в Моравии в г.Уников ( по другим сведениям – Куиново), служил в 17-м пехотном полку австрийской армии, который на момент рождения Рихарда был расквартирован в Жешуве. Незадолго до начала Первой мировой войны он вышел на пенсию в звании майора и поселился в Остраве. Позднее жил в Ясенике. Дед Рихарда – Вацлав Яры был женат на Францыске Грубе. О матери – Марии Поллак ничего не известно. Однако нельзя утверждать однозначно, что человек, известный под именем Рихард Ярый, действительно был рожден под этим именем.

После переезда семьи в Остраву Рихард учился в реальном училище. В сентябре 1914 года он должен был перейти в 7 класс, но под воздействием патриотической военной агитации в связи с началом Первой миррой войны поступил в военно-техническое училище в г.Медлинг под Веной где прошел военное обучение по сокращенной программе. В 1916 году в звании лейтенанта был направлен в армию. Служил в 46-м саперном батальоне. 17.01.1917 года получил очередное звание обер-лейтенанта. Демобилизован 13.02.1919 года. В том же году записался в Украинскую Галицийскую Армию (УГА) в звании поручика. Получив под командование саперную сотню, в составе 2-й Коломийской бригады участвовал в боях под Львовом. Во время отступления УГА из-под Львова, взрывал мосты после прохода отступающих частей. Его сослуживец Л.Шанковский дал такую характеристику Ярому: судетский немец, рассудительный и хладнокровный, требовательный, строгий, но справедливый командир, пользовавшийся доверием командования и солдат.



В конце мая 1919 года его сотня провела операцию по подрыву железнодорожных мостов через Днестр возле Езуполя и Галича. 26.07.1919 года Ярый получил звание сотника и в составе недоукомплектованной бригады, несшей гарнизонную службу, находился в Виннице. В начале 1920 года в составе бригады вместе с 3-м Галицким корпусом был переведен на Херсонщину. В апреле 1920 года вследствие соглашения с командованием Красной Армии УГА перешла на сторону большевиков и часть, в которой служил Ярый, стала подразделением Красной Украинской Галицийской Армии. Ярый стал командиром 2-го дивизиона 3-го Красного галицийского конного полка. 6.04.1920 года 3-й полк вместе с Черноморским полком Красной армии поднял мятеж против большевиков и присоединился к армии УНР. Вскоре полк принял участие в Зимнем походе в тылу Красной Армии, пройдя с боями более 400 км., участвовал в разгроме 14-й армии большевиков. После реорганизации подразделения Ярый командовал 2-м конным полком в 5-й Херсонской дивизии армии УНР. Во время наступления Красной Армии летом 1920 года дивизия с боями отступила от Ямполя за р.Збруч и далее до Днестра, переправившись на его правый берег. Подразделение, где служил Ярый квартировалась под г.Городенки. В середине августа 1920 года на секретном совещании командиров запасной бригады, входившей в состав 5-й Херсонской дивизии с участием Ярого было решено оставить фронт и уйти через границу в Чехословакию. Перейдя через Карпаты, на границе бригада провела прощальный парад, после чего военное имущество, кроме лошадей, было разделено между солдатами и местными жителями. 31.08.1920 года, дойдя до первого населенного пункта на словацкой земле, галичане сложили оружие. Поездом через Чоп они были перевезены в лагерь для интернированных в г.Лыберци ( в Судетах).

На основании выводов следственной комиссии Главный Атаман УНР С.Петлюра 30.10.1920 года издал приказ Ч.087, исключавший группу командиров 5-й Херсонской дивизии, в том числе и Ярого, как дезертиров из Армии УНР, лишив их всех гражданских прав и огласив вне закона. Таким образом, Ярый как дезертир, подлежал военно-полевому суду и ему грозил смертный приговор.

Знавшие Ярого в 20-х годах давали ему такую характеристику: высокого роста, нормального телосложения, лицо полное, бритое, носит пенсне, лысый, выражение лица – высокомерное, манеры военнослужащего, даже в штатской одежде создавал впечатление военного, хорошо говорил на немецком языке, по-украински говорил с акцентом, как немец, и не находя украинских слов, часто употреблял словосочетание «и так далее».

Находясь в лагере для интернированных лиц Ярый начал сотрудничать с полковником Е.Коновальцем, который намеревался сформировать из галичан бригаду и перебросить ее в Украину для участия в боевых действиях. Однако, январе 1921 года всех, кто находился в Лыберецком лагере перевели в другой лагерь, в г.Йозефов и создали из пленных рабочие отряды, которые использовались для охраны различных хозяйственных и железнодорожных объектов, проведения ремонтных и строительных работ в Ужгороде, Праге, Братиславе и других местах. Ярый, который владел чешским, польским и украинским языками получил под команду сотню рабочих в г.Кошице, и занимался строительными работами в Закарпатье. В этот же период, когда начали создаваться первичные ячейки подпольной военной организации (УВО), Ярый активно контактировал с ее членами и по инициативе Коновальца был принят в организацию. Он отвечал за боевую технику, обеспечение вооружением и боевым оснащением членов УВО. В г.Ужгороде он познакомился с беженкой из Галиции, еврейкой Ольгой Шпильфогель, 29.10.1896 г.р., уроженкой Перемышлян. Она родилась в семье набожных евреев и при рождении получила имя Рейзель. Не желая в дальнейшем подчиняться правилам еврейского кагала, бежала из дома и родители под давлением общины отказались от нее. В 1922 году в г.Стрий она перешла в католическую веру, получив имя Эльза. В феврале 1922 года Ярый зарегистрировал с ней брак в Ужгороде. Предполагают, что именно затраты на оформление брака и свадьбу заставили Ярого заняться спекуляцией лошадьми, оставшимися после расформирования его полка, и в Яблоневском лагере его за эти действия отдали под военный суд. В связи с тем, что в 1923 году лагеря были расформированы и суд ликвидирован, дело в отношении должностного преступления Ярого было прекращено. Примерно в этот период им был установлен контакт с представителями Абвера, которые начали использовать Ярого в качестве агента позже проходившего по документам под псевдонимом «Консул-2». После ликвидации лагерей он с женой выехал в Германию. Здесь он выполнял функции представителя УВО и связного между руководством организации и Абвером.

В Мюнхене, Кенегсберге, Данциге и в Голландии, а также на территории Польши были организованы специальные курсы для членов УВО. В их организации и обучении курсантов активно участвовали представители Рейхсвера и Абвера. В Монхене, в декабре 1922 года группа численностью более 20 человек начала обучение, получая специальную подготовку радиотехнического и разведывательно-диверсионного направления. Ярый контактировал с руководством курсов, часто появлялся на занятиях и среди курсантов подобрал себе помощника – Николая Дорожинского, который после окончания занятий не поехал в Чехословакию, откуда был направлен на курсы, а остался в Мюнхене, как секретарь Ярого.

В связи с передачей контактов с УВО в кенигсбергское отделение Абвера, Ярый переехал в Кенигсберг и продолжал выполнять функции связного между Абвером и УВО. Он обзавелся полезными связями в военном министерстве в Берлине. Фактически он был единственным, кто получил доступ в многие отделы Рейхсвера и имел там приятелей. Через него поступала финансовая помощь для УВО от немецких спецслужб, которая никем кроме Ярого не контролировались.

Таким образов в руках Ярого сконцентрировались функции, значительно повысившие его статус в УВО. Весной 1926 года недовольные этим лица из окружения Коновальца инициировали финансовую проверку Ярого. В.Кучабский и начальник разведки УВО Осип Думин выявили множество нарушений и даже злоупотребления денежными средствами организации со стороны Ярого. Последний объяснил пропажу крупной суммы из кассы ночным грабежом. Дело о недостаче передали на рассмотрение суда УВО. Думин настаивал на виновности Ярого, но суд, видимо под воздействием Коновальца, не принял никакого решения по этому вопросу. Думин тогда передал подробную информацию в Рейхсвер, но немцы также оставили ее без последствий. Известно, что немецкие друзья Ярого даже поручили ему самому подготовить ответ Думину на его письмо. Конфликт заострился настолько, что по сведениям немецкой агентуры, Ярый решил устранить Думина и пытался заманить его под каким-то предлогом на немецко-чешскую границу, чтобы там убить и инсценировать его гибель в перестрелке с пограничниками во время нелегального перехода границы. Думин догадался об этом и на встречу не поехал. Ярый вместо него принял на себя руководство Разведывательной референтурой УВО, будучи уже референтом по военным вопросам. Он стал фактически вторым человеком в УВО после Е.Коновальца. В марте 1926 года, опасаясь мести Ярого, Думин покинул Берлин и перебрался в Кенегсберг, где сотрудничал с Абвером, занимался литературной деятельностью. Во время Второй мировой войны он работал в Министерстве восточных территорий Рейха, а в 1945 году был арестован советскими спецслужбами, осужден и расстрелян.

Близкий к Коновальцу В.Мартынец, который постоянно общался с Ярым, позже писал, что последний не любил, когда его называли немцем, и хотел больше выглядеть украинцем, хотя на украинском языке говорить правильно так и не научился. Купив недвижимость, свой дом он содержал на немецкий манер. На Украину ехать не хотел. Он умел хорошо вести дела с иностранцами, особенно с немцами в интересах УВО, зная когда нужно применить демагогию и выдумку, а когда хитрость и наглость. В немецких документах того периода УВО, а затем и ОУН называли «группой Ярого-Коновальца». Мартынец отмечает немецкую педантичность, пунктуальность, личную культуру, воспитанность и вежливость Ярого, делая вывод, что на посту представителя УВО в Германии ему не было альтернативы.

Ярый купил себе виллу с садом в Фалькензее, пригороде Берлина. Вначале он это скрывал, позже выдавал за наследство отца. Когда же стало известно, что у его отца не было недвижимости, стал говорить что это наследство матери. Позже он говорил, что усадьба – приданное его жены, что также не соответствовало действительности. В его доме собиралась руководители УВО, немецкие чиновники – друзья Ярого, проводились праздники и приемы. Заметив на жене Ярого драгоценности, многие посетители задумывались об источниках его материального положения. По этому поводу среди националистов ходило много слухов, высказывалась даже предположение о работе Эльзы на советские спецслужбы.



Возглавив разведывательную референтуру, Ярый добился распространения ее работы с чисто военного направления также на политическую и хозяйственную-экономическую деятельность. По мнению французского публициста Алена Герэна, руководители УВО с самого момента ее создания поддерживали контакт с германскими политическими и военными кругами и Ярый, которого он называет «ротмистр Рихард фон Яри», являлся сотрудником австрийской контрразведки и был фактическим руководителем УВО. Американский историк Джон Армстронг отмечает, что Ярый установил контакт с немецкими спецслужбами как только Германия начала набирать силу после Версальского договора. По его мнению именно по инициативе Ярого активизировалась террористическая и пропагандистская деятельность УВО в интересах Германии.

С целью повысить свой авторитет среди молодых членов УВО Ярый часто организовывал им служебные поездки в Берлин и играл перед ними роль единственного спасителя украинского народа. Видимо этим объясняется тот факт, что среди членов организации из Западной Украины он пользовался симпатией и авторитетом. В апреле 1928 года он принял участие во II конференции украинских националистов в Праге, на которой обсуждались вопросы создания ОУН, и представлял там руководство УВО. 29.01.1929 года он также участвовал в учредительном конгрессе ОУН в Вене. В начале 1932 года он был включен в число руководителей ОУН, став членом Провода украинских националистов (ПУН), и возглавил референтуру внешних связей. Постепенно он монополизировал контакты со всеми немецкими официальными организациями и Абвером. В конце 1932 года он нашел себе друзей и в НСДАП и стал там официальным представителем от ОУН, инициировал контакты с Э.Ремом и А.Гитлером. С Рэмом было достигнуто соглашение об использовании для обучения боевиков УВО баз СА. Глава ПУН Е.Коновалец был вполне доволен его работой.

Одновременно Ярый занимался журналистской деятельностью, сотрудничал в журнале «Восточноевропейская корреспонденция», который был прикрытием для пресс-центра УВО, а с 1929 года возглавлял редакцию журнала. Через редакцию Ярый осуществлял связь с Министерстовм иностранных дел, пропаганды а также спецслужбами Германии. Ярый был автором ряда статей в нелегальной газете УВО «Сурма» военной тематики. Известны статьи Ярого и в других немецких и украинских эмигрантских изданиях. Он считался корреспондентом ряда украинских изданий, что давало ему дополнительные возможности по сбору различной информации и установлению нужных контактов. В апреле 1930 года он устанавливает связь с английской разведкой, представителя которой снабжал информацией по украинским делам. Правда это продолжалось недолго и вскоре контакты прекратились из-за взаимного недоверия. Немецкие спецслужбы подозревали его также в сотрудничестве с польской разведкой. В картотеке польского посольства в Берлине он значился секретным информатором. Однако поляки также не доверяли Ярому. За ним осуществлялось наблюдение и особо фиксировались его встречи с сотрудником Абвера и специалистом по Восточной Европе Форсом. Ясно, что Ярый вращался в своей стихии и трудно сказать с полной уверенностью, чьи задания фактически он выполнял. Скорее всего продажу информации он сделал своим бизнесом. Чтобы создать себе определенный имидж и авторитет он инициировал в октябре 1933 года две публикации в берлинской газете «Berliner Volkszeitung» под названием «Українці у Вільмерсдорфі» и «Яры – вождь українців». В последней статье автор называл Ярого «украинским Гитлером», что вызвало оживленное обсуждение в украинских эмигрантских и немецких кругах.

В 1933 году Ярый был также лектором на курсах УВО в Данциге по подготовке агентуры. Регулярно выезжал туда для проведения занятий по разведке и контрразведке. Он же помог руководителю резидентуры УВО в Данциге Федине наладить связь с местными политическими и военными кругами. На курсах в это время проходил «вышкол» Степан Бандера, которого Ярый заметил, стал его активно поддерживать и продвигать. Советский исследователь ОУН В.Уколов писал, что именно Ярый свел Бандеру с Эрвином Штольце, сотрудником Абвера, как перспективного и способного агента с задатками лидера. Бандера при поддержке Ярого стал главой Краевой экзекутивы в Западной Украине и отстаивал необходимость внесения в программу деятельности ОУН такой ее формы как террор.

Ряд источников считает Ярого одним из организаторов покушения 15.06.1934 года на министра внутренних дел Польши Б.Перацкого в Варшаве. После того как один из исполнителей покушения М.Лебедь дал показания польской полиции, гестапо по просьбе польского посла 22.06.1934 года арестовало Ярого и провело обыски в его доме в Фалькензее и по месту работы в редакции журнала «Восточноевропейская корреспонденция». Через неделю он был освобожден. В Западной Украине польской полицией были проведены массовые аресты членов ОУН. Среди арестованных был и С.Бандера.

Очевидец в 30-х годах дал следующее описание Ярого: высокого роста, плотного телосложения, при ходьбе чуть наклоняется вперед, лысый, черты лица правильные, манеры интеллигента, служащего или военного. Разговаривал с выразительным австро-немецким акцентом.

В 1936 году Ярый вместе с Р.Сушко начал по заданию ОУН переговоры с представителями японского военного атташе в Германии. Была организована встреча руководства ОУН с военным атташе Г.Ошимой, целью которой являлась координация действий ОУН и Японии в случае нападения последней на СССР и поддержка японской разведкой ячейки ОУН в Манчжурии. Ярый направил туда согласно достигнутой договоренности ряд членов ОУН для использования их в качестве агентов японской разведкой и заброски на советский Дальний Восток.

Привилегированное положение, которое занимал Ярый в УВО а затем в ОУН естественно вызывало зависть и повышенное внимание со стороны других функционеров организации, которые кляузничали на него Е.Коновальцу и постоянно критиковали его деятельность. Особенно раздражала критиков непрозрачность финансовой деятельности Ярого. Коновалец вынужден был защищать своего протеже. На конференции ОУН в Берлине в 1933 году он посвятил Ярому целый доклад, защищая его от нападок и критики. Это повысило самомнение последнего и уверенность в собственной безнаказанности. Не смотря на неоднократные просьбы Коновальца, он так и не предоставил ему финансовый отчет за 1936-1937 года. Письмо главного контролера ОУН О.Сенника с обвинениями Ярого в финансовых махинациях до сих пор хранится в архиве организации в Киеве.

После смерти Коновальца новый глава ОУН А.Мельник решил тщательно проверить финансовую деятельность Ярого и разобраться куда идут деньги, получаемые от немецких спецслужб и украинской диаспоры США. Правда, сразу сделать это ему не удалось из-за событий в Закарпатьи. Дело в том, что представители Абвера потребовали, чтобы все вопросы военного характера и финансирования «Карпатской Сичи» решались исключительно через Ярого. Как известно, под давлением Германии правительство Чехословакии было вынуждено признать автономию Закарпатья. После оккупации Чехословакии немцы отдали Закарпатье Венгрии.

Ярый был участником II Великого Збора ОУН, который начался в Риме 25.08.1939 года. Здесь его отношения с Мельником окончательно испортились. На протяжении 1938-1939 года Мельник неоднократно добивался от Ярого представить наконец финансовый отчет, но Ярый, как и раньше под разными предлогами уклонялся от этого, поэтому Мельник не включил его в число членов президиума. По словам участника Збора , члена ПУН, генерала Николая Капустянского, Ярый, уязвленный в своих амбициях, был возмущен таким решением и пообещал жестоко отомстить Мельнику и всем своим недоброжелателям. Не смотря на это, Мельник все же оставил Ярого в составе ПУН, утвержденного съездом. Нападение Германии на Польшу отложило развязку этого конфликта.

Ярый принимал активное участие в подготовке кадров для Легиона Р.Сушко, который проходил обучение в лагере Зауберсдорф (в Австрии) и в немецких документах назывался «Berg Bauern Hilfe (BBN)», что переводится как «помощь горным хозяевам». Оуновцы расшифровывали ВВН как «Військові відділи націоналістів» (военные отделы националистов) и считали это формирование первым подразделением украинской национальной армии. В период подготовки кадров Легиона, Ярый неоднократно приезжал в Зауберсдорф и даже однажды привозил с собой двух японцев в штатском (сотрудников японского атташе в Берлине). От Абвера формирование Легиона курировал лейтенат Т.Оберлендер. С началом вторжения, Ярый, с группой членов ОУН, присоединился к Легиону и побывал в ряде захваченных населенных пунктов, в том числе в районе Самбора, Дрогобыча, Стрия и Городка.

Разгром Польши привел к освобождению из тюрем политзаключенных-оуновцев и в конце августа 1939 года решением ПУН была создана специальная комиссия для опеки над ними. В г.Красна, где находился штаб Легиона Р.Сушко, был создан специальный лагерь для этих лиц. Отношение к ним было довольно прохладное. Руководители из числа эмигрантов с высокомерием и недоверием встретили этих людей, только что выпущенных из тюрем. Обида, зависть к привелегированному положению эмигрантов, уязвленное самолюбие и разочарование в своих вождях оуновцев-политзаключенных, в том числе С.Бандеры с его окружением, стали одними из причин позднейшего раскола ОУН. Ярый приложил немало усилий чтобы убедить кураторов из Абвера собирать украинцев, которых можно было бы использовать для нужд немецкой разведки, в другом месте. Для этого был определен г.Пищаны в Словакии. Постепенно многие украинцы из Красна и других мест были перевезены в Пищаны под предлогом двухмесячного курса лечения и реабилитации, так как город являлся курортом. Их разместили в одном из лучших отелей – «Рояле». За все время нахождения в Пищанах к ним постоянно приезжал из всей верхушки ОУН фактически только Ярый. Невнимание к ним руководства подогрело сепаратистские настроения, и в Пищанах сложилась группа, численностью около 200 человек, которые и составили основу организации С.Бандеры. Ярый всячески подогревал оппозиционные настроения, обещая свою поддержку, в том числе финансовую. Раскол ОУН фактически стал неизбежным.

9-10.02.1940 года в Кракове группа членов ОУН (примерно 20 человек) во главе с Бандерой провозгласила создание Революционного Провода ОУН (РПОУН) для подготовки Великого Збора с целью преодоления кризиса в организации. Все попытки урегулировать конфликт ни к чему не привели. В апреле 1941 года образовалось две организации: ОУН (м) – мельниковцы и ОУН (б) – бандеровцы. Членом РПОУН (б) и руководителем внешнеполитической референтуры стал Р.Ярый. Таким образом, можно констатировать, что он, вследствие своих амбиций и нежелания давать отчет в расходах финансовых средств организации, стал одним из организаторов раскола.

А.Мельник освободил Ярого от должности куратора связей с Германией и назначил на его место Р.Сушко позже убитого бандеровцами. Одновременно он потребовал от Ярого передачи денежной наличности. Ярый под различными предлогами уклонялся от этого и часть средств передал Бандере на нужды его организации. Узнав об этом, Мельник 25.08.1940 года направил материалы на Ярого в Организационный Суд ОУН. На заседание суда Ярый не явился. Суд, который состоялся 27.09.1940 года, признал Ярого виновным в финансовых злоупотреблениях и хищении 100.000 долларов США из кассы организации и исключил его из ОУН без права реабилитации. 29.09.1940 года А.Мельник утвердил решение суда. Материалы этого процесса хранятся сейчас в архиве ОУН в Киеве.



Ярый, в это время был в разъездах. Из Кракова он отправился в Берлин, а затем в Вену, где активно участвовал в создании Дружин украинских националистов (ДУН) для участия в походе против СССР, а именно батальонов «Нахтигаль» и «Роланд» в составе полка Абвера «Бранденбург-800». Формирования комплектовались добровольцами из числа членов ОУН (б). Именно Ярый проводил переговоры с немцами (Кохом, Оберлендером и Герулисом) и добился согласия на создание формирований. В апреле 1941 года Председатель Украинского государственного правления, Я. Стецько присвоил ему за заслуги в организации Украинских вооруженных Сил звание полковника.



После начала вторжения и захвата Западной Украины Ярый выехал во Львов, где рассчитывал получить должность венного министра в украинском правительстве, но поняв на месте, что создание правительства не поддержано немцами, попытался с помощью митрополита УГКЦ Андрея (Шептицкого) урегулировать ситуацию. Немцы не соглашались на украинское правительство в любой форме. Убедившись, что на месте добиться ничего нельзя, Ярый с группой оуновцев едет в Польшу, в штаб Абвера «Вали II», где несколько часов ведет переговоры с представителями немецких спецслужб. После переговоров, которые ни к чему не привели, он заявил оуновцам Явному и Стахову, что на этом свою миссию считает законченной и уезжает в Вену а затем в свой дом в Семерингу, в Малых Альпах. Сразу после этого он побывал в Варшаве, где на совещании руководителей ОУН(б) с участием С.Бандеры детально доложил ситуацию. Как написал позже В.Стахив, на этом совещании стало известно о переговорах Бандеры с руководством СС, поскольку дальнейшее сотрудничество с Абвером он считал неперспективным. В начале сентября 1941 года Бандера, Ярый, Стецько и Стахив вновь встречаются с представителями немецких спецслужб. Немцы потребовали прекратить политическую деятельность и отложить решение вопроса об украинском правительстве до окончания войны. 16.09.1941 года вместе с несколькими командирами батальона «Роланд» Ярый был арестован гестапо и обязался находиться под домашним арестом в Вене до конца войны. Он продолжал верить в необходимость тесного сотрудничества с немцами и надеялся, что в ходе войны Гитлер вынужден будет согласиться на создание украинского государства. Эту свою точку зрения он довел до членов РПОУН (б).

О том, чем занимался Ярый в годы войны, достоверных сведений нет. После оккупации Австрии войсками антигитлеровской коалиции в 1945 году дело Ярого рассматривал австрийский народный суд, который он благополучно прошел, получил справку, что является «жертвой нацизма», подтверждение в правах на недвижимость и даже компенсацию. Правда, свое имение в Фалькензее под Берлином он потерял. В то же время в НКВД на него было заведено розыскное дело как на фашистского пособника. Оно и сейчас хранится в архиве СБУ в Киеве, хотя для ознакомления исследователям его не выдают до сих пор. По имеющимся сведениям Ярый был задержан НКВД в Вене, допрошен и отпущен с условием полного прекращения политической деятельности. Он проживал в советской зоне оккупации и его часто видели на улицах Виндернойштадта с советскими офицерами. Это дало основание оуновцам заподозрить его в сотрудничестве с советскими спецслужбами. Б.Левицкий, свидетельство которого приводит в своей книге А.Кучерук, вспоминает, что однажды советский военный патруль задержал его с женой на улице Вены и доставил в ближайший отдел оккупационной администрации. Во время допроса в комнату вошел Ярый, который переговорил о чем-то с советскими служащими и супруги Левицкие были освобождены. Подобные контакты с Ярым в оккупированной Австрии имели и другие лица.

Позже Ярый поселился в Гльогнице, в усадьбе площадью более 220 га, где занимался хозяйством, создал конеферму и школу верховой езды. После смерти жены Ольги (Эльзы) он, в 1964 году женился на Ютте Коглер, фармацевте, с которой и жил до самой смерти и которая унаследовала его имущество. Умер Р.Ярый в больнице г.Ноекирхен 20.05.1969 года на 71 году жизни и был похоронен на местном кладбище по римско-католическому обряду.



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх