,


Наш опрос
Нравиться ли вам рубрика "Этот день год назад"?
Да, продолжайте в том же духе.
Нет, мне это надоело.
Мне пофиг.


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Индейцы без томагавков
  • 28 ноября 2010 |
  • 01:11 |
  • КУЮМ |
  • Просмотров: 27485
  • |
  • Комментарии: 7
  • |
0
После «военной победы» над индейцами прерий можно было уже беспрепятственно «очистить» Северную Америку — «индейский материк» — от индейцев, загнать их за ограду резерваций в надежде на то, что они там вскоре все вымрут. В самом начале этой главы нужно напомнить об одном обстоятельстве, которое допускало и даже как бы узаконивало все жестокости в отношении коренного населения страны. В США в. отличие от латиноамериканских республик индейцы не пользовались правами гражданства. По законам Соединенных Штатов индейцы считались, в сущности, иностранцами, которым с формально-правовой точки зрения нечего было делать в США! Напомним также, что еще до возникновения резерваций на «принудительное пребывание» в заранее определенной области были обречены племена, изгнанные с юго-востока США, главным образом ранее упоминавшиеся пять больших, развитых в культурном отношении племен — чироки, чоктавы и другие. Их поселили в области за Миссисипи, получившей название Индейской территории. Первоначально тут жили только индейцы этих племен. Но когда позднее выяснилось, что и за Миссисипи земля дает урожай, Индейская территория была лишена «неприкосновенности», и границы ее открылись для европейских поселенцев. В конце концов здесь был создан американский федеральный штат Оклахома. Глава, которую мы посвящаем последнему столетию истории североамериканских индейцев, начинается именно здесь, в Оклахоме, единственном из американских штатов, где индейцы не живут в резервациях и где индейские племена, опять же в первую очередь чироки, уже к моменту переселения на Индейскую территорию достигли значительного уровня экономического и культурного развития. И до сих пор эти племена принадлежат к числу наиболее развитых индейских племен в США. Поэтому американские власти, а часто и американисты называют их «пятью цивилизованными племенами» («Five civilized tribes»). Под цивилизацией в данном случае разумеется белая, европейская цивилизация. Однако еще вопрос: не отвечала ли в большей мере потребностям индейцев востока Северной Америки их собственная, относительно высокая и соответствующая естественным условиям их страны цивилизация, чем цивилизация, которую им навязывали? Впрочем, цивилизация европейцев оказала на членов «пяти цивилизованных племен» далеко не столь разительное воздействие, как предполагалось. В результате первой переписи населения на Индейской территории выяснилось, что из 18 827 чироков старше десяти лет 3487 не умеют ни читать, ни писать, из 9296 чоктавов не умеют читать и писать 2445. Среди криков бмло 40 процентов неграмотных, а у последнего из «пяти цивтшизованных племе^» число неграмотных составляло 55 процентов!

Кроме того, в результате распродажи общинной земли отдельных «цивилизованных племен» лучшую ее часть заняли европейские колонисты со своими черными сельскохозяйственными рабочими — первоначально рабами. И теперь даже на «неприкосновенной» Индейской территории индейцы не составляют большинства! Из 178 098 обитателей Индейской территории тогда было более 100 тысяч европейцев, 18 600 негров и только 55 тысяч индейцев. Притом распродажа общинных земель способствовала разложению прежнего демократизма племенного строя, уничтожила равенство индейцев, ослабила сознание принадлежности к племени и породила 50 тысяч неимущих «частных собственников» и несколько индейских богачей, каким был, например, чоктав Вильсон Н. Джоунс, владевший 17 тысячами акров земли, 5 тысячами голов скота, угольными шахтами, магазинами, 75 лошадьми и т. д. Но эти индейские богачи, разумеется, весьма редкое исключение.

Создание Индейской территории стало, таким образом, одной из форм принудительного поселения туземцев Северной Америки на ограниченном, отведенном государством пространстве. Другой значительно более частой и жестокой формой были резервации. Еще и сейчас в резервациях живет свыше двух третей индейского населения США. Некоторые авторы этой политики создавали резервации с откровенным намерением довершить физическое уничтожение индейцев, разрушить их национальное и моральное единство. Резервации обычно учреждались на землях, малопригодных для сельскохозяйственного производства. В первые десятилетия существования резерваций они были перенаселены, и голод, свирепствовавший в них, лучше всего помогал претворять в жизнь планы сознательного уничтожения индейцев. Небольшие финансовые пособия, которые бюро по делам индейцев выплачивало отдельным племенам в качестве возмещения за отнятую у них землю, конечно, не могли устранить нужду. У голода было много надежных помощников - прежде всего чрезвычайно плохое медицинское обслуживание, вернее, отсутствие его. У индейцев, не погибших в резервациях, хотели вытравить их национальное самосознание. Действуя в соответствии со старой, но все еще надежно действующей формулой «разделяй и властвуй», в резервациях соединяют представителей разных племен и даже разных языковых групп. Не понимая друг друга, индейцы в резервациях, чтобы общаться, вынуждены были прибегать к английскому языку. А крупные племена, еще совсем недавно наводившие страх на индеанофобов, были рассредоточены и расселены по разным резервациям. Так, некогда могущественные дакоты Сидящего Быка живут в одиннадцати резервациях двух штатов США, а племена, составлявшие прославленную Лигу ирокезов, расселены по девяти резервациям.

Резервацию конца XIX века мы рисуем, надо признаться, достаточно черными красками, но и намерения многих первых расистских создателей резерваций были достаточно черны. Для примера процитируем высказывание человека наиболее авторитетного — федерального поверенного по делам индейцев, — человека, который больше всех других в государстве должен был заботиться о достижении взаимопонимания с индейцами. И этот господин через год после принятия закона о резервациях (в отчете за 1872 год) так характеризует цели и идеалы официальной «индейской политики»: «Необходимо отчетливо сознавать, что в отношениях цивилизованного государства с дикарями (!) не может стоять вопрос о чести нации. С дикими людьми нужно обращаться так же, как с дикими животными. Это значит держаться с ними так, как в данной ситуации проще и выгоднее: воевать, нанести им поражение или, наоборот, спасаться от них бегством. Индеец должен себя чувствовать в резервации до такой степени хорошо, а за ее границами до такой степени плохо, как это будет угодно правительству. Те из них, что окажутся послушными, получат еду и государственную охрану. А тех, что будут вести себя плохо, необходимо незамедлительно покарать или уничтожить...»

В XX веке в резервациях, безусловно, многое изменилось к лучшему. Рузвельт, правительство Кеннеди, а после смерти Кеннеди и его преемники осуществили различные полезные мероприятия. Но сами по себе резервации в Северной Америке остались поныне. И они по-прежнему отражают расистскую идеологию своих прежних создателей.

Антииндейский расизм — позорная глава истории США. Он имеет давние корни. Белые расисты не стеснялись в выражениях по адресу индейцев. Их называли то «злыми» и «кровожадными», то «равнодушными ко всему на свете», утверждали, что они невосприимчивы к образованию, «невероятно ленивы», «коварны», «нечистоплотны» и т. д. .. .Да, ни одного дурного свойства не забыли приписать им расисты. Немецкая исследовательница Липе нашла одну весьма типичную «характеристику» индейцев, написанную архаичным языком XVII века: «Индейцы почти поголовно дурные и грубые или заслуживающие презрения, медлительные, тупые, недалекие и ничтожные люди, как и сами евреи». Старый расист говорит здесь то, что в Соединенных Штатах некоторые люди будут еще слово в слово повторять в просвещенном XX столетии. В республиках Южной и Центральной Америки антииндейский расизм хотя и существовал, но никогда не декларировался официально и тем более не был как-либо узаконен. Да это было бы и трудно осуществимо в странах, где лица индейского происхождения подчас составляют более 90% населения. На севере Америки еще в пору колонизации положение было совершенно иным. Колониальные власти нередко объявляли индейцев неполноценными язычниками. Даже создание Североамериканской демократической республики не принесло бесправным индейцам сколько-нибудь существенных перемен к лучшему. Об этом свидетельствует хотя бы уже то обстоятельство, что более 150 лет индейцы не считались гражданами Соединенных Штатов, между тем как и федеральные власти, и власти отдельных штатов бесцеремонно распоряжались участью этих «чужеземцев». Характерен следующий, казалось бы, невероятный факт. Законодательное собрание штата Колорадо некогда совершенно серьезно обсуждало проект закона, по которому на территории штата предполагалось истребить всех скунсов и индейцев! Согласно этому проекту, люди, с успехом охотившиеся на скунсов или индейцев, должны были получать также определенные денежные вознаграждения! Эта официальная антииндейская идеология полностью овладела сознанием многих белых американцев. Сохранилось, например, письмо одного из первых колонистов Калифорнии: «.. .Я часто спорил с Гудом об индейцах. Гуд считает, что надо убивать каждого мужчину и юношу, но индеанок следует оставлять в живых. А мне было ясно, что мы должны убивать и индейских женщин...»

До самого конца XIX века расисты (например, майор Уильям Эмори) выступали в печати с требованием немедленного и полного физического уничтожения всех североамериканских индейцев. Правда, такое требование не встретило в США широкой поддержки. Наряду с экстремистскими антииндейскими эйхманами, по счастью, жили в ту пору на севере Америки и люди, носившие в сердцах светлые идеалы Авраама Линкольна...

Итак, индейцев отправили в резервации. Они лишились свободы и земли. Впрочем, не всей: та небольшая часть пригодной для обработки земли, которая находилась на территории резерваций, все еще принадлежала индейским племенам. И тогда враги индейцев наносят еще один удар с целью лишить их последних остатков общих племенных земель.

8 февраля 1877 года конгресс Соединенных Штатов принимает закон, позднее получивший название «закона Дауэса». В первом параграфе его говорилось следующее: «.. .Президент Соединенных Штатов Америки имеет право разбить земельные угодья резервации на участки и распределить их между индейцами!» Таким образом, общинная земля индейских племен в резервациях попадала во владение «частных собственников».

А первое право собственника — право продать свое имущество. Индейцы продают последнее, что у них еще оставалось, — надел общинной земли. Отражением глубокого кризиса, вызванного поражениями в борьбе, учреждением резерваций, а затем и полным обнищанием индейцев становится религия. Среди индейцев получают распространение религиозные обряды, связанные с употреблением наркотического средства — пейотля. Новая религия называлась Пляской духов — по названию коллективного танца, входящего в ее ритуал. Создателем ее был пророк Вовока, индеец из племени пайуте (родился в 1856 году). Вовока предрекал приход мессии, который вновь вернет индейцам власть над их страной. Такие мессианские представления возникали довольно часто. Напомним хотя бы известного нам Тенскватаву. Но ни одно из предшествующих учений индейских пророков о возвращении утраченного рая не нашло такого отклика у индейцев, как учение Вовоки. Экстатическая Пляска духов вскоре исполнялась почти у всех племен прерий. Пляска духов — трагическая фуга в память о поражении, которое потерпели североамериканские индейцы, — навлекла на них еще одну беду, послужила поводом для новых массовых кровавых расправ. Когда 29 декабря 1890 года безоружные дакоты тайком собрались у речки Вундэд-Ни для исполнения ритуального обряда, белые расисты напали на них и убили более 400 человек, в том числе десятки индейских детей. На каком основании? Индейцы исполняли свой танец за пределами резервации. А ведь, согласно существующим предписаниям, индеец ни на шаг не смел преступить ее границу! Кровавая американская Лидице — Вундэд-Ни — вызвала бурю протеста со стороны честного большинства нации Линкольна. Прошел .только год после Вундэд-Ни, и индеец отважился перейти рубеж «концентрационного лагеря», вступить на территорию своей родины, на землю Америки, где теперь разрешалось жить только белым людям. Звали этого индейца Стоящий Медведь. Министр внутренних дел приказал немедленно арестовать смельчака. Но у Стоящего Медведя было достаточно мужества для того, чтобы защищать себя перед судом. Более того, он превратил свою защиту в обвинение против инициаторов всех этих жестоких преступлений.

Борьба индейцев за свои права, поддержка их прогрессивной общественностью США вынуждает правительство пойти на ряд уступок. Так, 3 мая 1901 года «пять цивилизованных племен», живущих на Индейской территории, получили американское гражданство. По другому закону право гражданства предоставлялось индеанкам, вышедшим замуж за гражданина США. Но унизительное запрещение покидать резервацию оставалось в силе. Из резерваций индейцы вышли фактически только в годы первой мировой войны, когда Америка нуждалась в каждом солдате, даже «краснокожем». Их призвали в армию защищать под Верденом и на бельгийских границах свободы своей «родины». И тем индейцам — ветеранам войны, которым удалось пережить ее ужасы, конгресс вместо медалей и пенсий по -инвалидности также даровал американское гражданство (в соответствии с законом от 6 ноября 1919 года).

После первой мировой войны в связи с ростом богатства победивших Штатов кое-что из золотого дождя перепало и индейским резервациям, главным образом потому, что на территории некоторых из них была обнаружена нефть и нефтяные компании были вынуждены платить индейским племенам за использование их земли (так, например, было с осэджами).

В эти же годы развертывается и самое значительное общественное движение индейцев Соединенных Штатов. 22 ноября 1922 года в пуэбло Санто-Доминго собралось 123 делегата всех индейцев пуэбло штата Нью-Мексико— вожди и жрецы девятнадцати местных племен. Характерно, что его участники вспоминали о крупнейшем восстании индейцев Новой Мексики— восстании индейцев пуэбло, вспыхнувшем в 1680 году и продолжавшемся несколько десятилетий (в результате чего индейцы временно обрели самостоятельность). Однако теперь, несмотря на заметный радикализм, индейцы пуэбло стремились добиться улучшения своего положения парламентским путем. Они обратились в американский сенат, направили делегацию к президенту и т. п. В сенате им удалось добиться некоторых уступок. Однако реакция правой американской печати была знаменательной: пресса назвала жителей пуэбло дословно «язычниками и агентами Москвы»! С тех пор все индейцы пуэбло штата Нью-Мексико знают, что где-то существует некая сочувствующая индейцам Москва. Свою землю они вернули только после прихода в Белый дом Франклина Делано Рузвельта.

Но еще до Рузвельта индейцы добились одной значительной победы. 2 июня 1924 года конгресс принял следующий закон: «Все индейцы, которые до сего времени не получили американского подданства и которые живут на территории США, данным законом объявляются гражданами Соединенных Штатов Америки». Сам по себе этот закон, разумеется, не улучшил тяжелого экономического положения индейцев, не поднял их культурного уровня, но он по крайней мере похоронил недостойный тезис, согласно которому североамериканский индеец в собственной стране считался иностранцем, не имеющим права на что-либо претендовать.

Существенное изменение к лучшему происходит только в 1933 году, когда президентом Соединенных Штатов становится Франклин Делано Рузвельт. В рузвельтовскую эпоху бюро по делам индейцев возглавляет Джон Колье, вероятно самый выдающийся из всех «уполномоченных по делам индейцев», когда-либо возглавлявших это ведомство. Колье вместе с другими реформаторами готовит для Рузвельта проект закона, вступившего в силу уже через год после того, как новый президент занял свой пост.

Согласно этому закону, получившему название Индейского реорганизационного акта («Indian Reorganization Act — IRA»), индейцами считаются лишь лица индейского происхождения, которые являются членами какого-либо признанного правительством племени, а также все их потомки, которые сами себя считают индейцами и живут в пределах резерваций (следовательно, и метисы). В восемнадцати статьях Реорганизационного акта провозглашался ряд основных положений. В том числе новым законом предусматривалось для индейских племен:

1. Право политического и экономического самоуправления.

2. Право на племенной суд.

3. Прекращение дальнейшего раздела общинной земли между «индейскими частными собственниками».

4. Создание индейских производственных и потребительских кооперативов, дабы освободить индейцев из-под власти скупщиков, и т. д.

Большая часть статей законопроекта Колье была принята и одобрена (новый закон вошел в историю под названием Акт Уиллера — Говарда). Одновременно правительство Рузвельта увеличило финансовую помощь индейским резервациям. За счет государственной казны индейцам была возвращена часть насильственно отобранной у них земли. Во многих резервациях выросло поголовье скота, повысились урожаи.

Затем наступает вторая мировая война. 25 тысяч молодых индейцев опять уходят воевать за Соединенные Штаты. Многие из них в годы войны стали национальными героями США (например, крик Эрнст Чилдерс, лейтенант Джек Монтгомери из племени чироки, индеец племени пима Аира Хейес и др.). Однако более всего победе Соединенных Штатов, а следовательно, и делу союзников способствовали 3600 навахов, прикомандированных ко всем боевым соединениям, сражавшимся с японцами в Тихом океане. Они служили в подразделениях связи и передавали на своем родном языке нешифрованные приказы и сообщения. Японская разведка и служба подслушивания до последних дней войны ломали голову, тщетно пытаясь расшифровать перехваченные тексты на никому не известном языке индейского племени. С окончанием второй мировой войны, собственно, и завершается хотя и краткий, но весьма важный период новейшей истории североамериканских индейцев — 12 лет пребывания у власти правительства Рузвельта. За эти годы индейцы достигли в резервациях относительно больших успехов, которые, однако, можно считать прогрессом лишь в сравнении с бедствиями предшествовавших десятилетий.

Но Рузвельт умер, и Колье в бюро по делам индейцев сменил другой человек. Первые послевоенные годы приносят индейцам Соединенных Штатов значительное ухудшение их положения. Индейцы снова утрачивают землю. Из 138 миллионов акров земли за Миссисипи, оставшейся у индейцев в ту пору, когда началось разделение общинной земли между «индейскими частными собственниками», к 1947 году они потеряли уже 86 миллионов акров. Но и сохранившийся небольшой земельный и лесной фонд индейских племен продолжает скудеть. Так, например, в 1947 году президент Трумэн подписал закон, по которому некое акционерное общество получило право занять обширную территорию, принадлежавшую одному из индейских племен Аляски. В Южной Дакоте само правительство США отторгло у дакотов значительные посевные площади и превратило их в военный полигон. Формально «по закону» стоимость отнятой у индейцев земли должна быть возмещена, и возмещена немедленно. Ну, а на деле было по-иному. Когда, например, у калифорнийских индейцев была отнята вся их земля, за нее была назначена до смешного низкая выкупная цена — всего 5 миллионов долларов. Это было в 1856 году. Но и поныне калифорнийские индейцы не получили ни цента!

А потом наступает новый, можно надеяться, уже последний кризис. Он начинается с приходом очередного руководителя бюро по делам индейцев Диллона С. Майера (1950). В годы войны Майер был чиновником государственного департамента, и его главной задачей было создание лагерей для проживающих в США японцев, чтобы они не могли помогать Японии шпионажем и диверсиями. Со своей задачей Майер справился успешно. Война кончилась. Люди стали про нее забывать. Но только не Майер. Заняв пост «правительственного уполномоченного по делам индейцев», он применяет к ним те же методы, какие использовал против интернированных потенциальных врагов США. А результаты? Заглянем хотя бы в резервацию черноногих в штате Монтана. Уполномоченным бюро по делам индейцев Майер назначил в эту резервацию полицейского начальника одного из лагерей для японцев. В те годы здесь было 4500 индейцев, которые жили почти исключительно доходами с малоплодородной земли. Годовой доход одного индейца в этой резервации составлял во времена Майера 355 долларов — в четыре раза меньше, чем официальный прожиточный минимум гражданина США. При этом пастбища резервации черноногих агенты бюро продали одиннадцати компаниям. Таким образом, за один год черноногие потеряли еще 105 тысяч долларов.

Человеком, стоявшим за кулисами этих грязных сделок, которые вели к дальнейшему ограблению голодающих индейцев, был не кто иной, как известный американский сенатор-реакционер Маккарен. Год спустя сами чиновники ведомства Майера заставили черноногих (в Орегоне) продать принадлежащие племени леса, причем индейцы получили всего треть самой низкой цены. И такая же судьба постигла тогда почти всех индейцев, живших в резервациях. Так, у навахов средний годовой доход семьи из восьми человек составлял тысячу долларов, что в шесть раз меньше годового прожиточного минимума белой семьи из четырех человек. Вот еще несколько примеров. В США, стране, занимающей первое место в мире по выработке электроэнергии, почти все жилые помещения двух главных дакотских резерваций (91 процент) не имели в ту пору электричества! И половина этих «квартир» состояла из одной комнаты. А школьное образование? Сто тысяч навахов во время этого нового «индейского кризиса» посылало в среднюю школу только 350 мальчиков и девочек. А каковы последствия этого неудовлетворительного положения? До сих пор dU процентов индейцев, проживающих в США, не умеют читать и писать! Не более утешительны и результаты медицинского обслуживания: по последним официальным данным, средняя продолжительность жизни индейца в США составляет 41,4 года, в то время как остальные граждане доживают примерно до 69,7 лет.

Диллон С Майер был и автором, точнее, соавтором, так называемой

терминационной и релокационной политики, нашедшей ввгражеше в 1 ер-

минационном акте (Termination act) и Акте о перемещении (Relocation

act1) 11952—1953) Первый из этих законов передавал «попечение» о ре

зервациях властям отдельных штатов. Майер говорил индейцам: «Изба

вившись от попечения и надзора федеральных властей, вы станете значи

тельно более свободными». Однако действительной целью этой политики

было не освобождение индейцев, а освобождение «индейских дел» от кон

троля общественного мнения страны. После того как «забота» о делах ин

дейцев была возложена на власти отдельных штатов, местные капитали

стические фирмы получали возможность успешней- «в местныхмасшта- -

бах»-завладевать прежде всего минеральными богатствами, открытыми

на территориях некоторых индейских резервации. Индейцы столь едино

душно выступали против этого закона, что во время президентства Джона

Фицджеральда Кеннеди от терминационной политики практически отка-

3аЛИДругим «изобретением» Майера была «релокация», то есть перемещение индейцев из резерваций в города. Ее также демагогически пытались выдать за стремление освободить индейцев. В данном случае освободить экономически Майер указывал на тот давно известный Ф^,™в многочисленных резервациях (в них до сих пор находится примерно 400 тысяч индейцев) индейские племена живут в нищете. Индейцы якобн^ от нее, если покинут резервации и переселятся в города. На основе Акта о перемещении бюро по делам индейцев во времена Диллона С. Майера оплачивало переселенцам из резерваций расходы на переезд и °°™° кормильцу индейской семьи найти работу в городе. Но как только индеец находил/городе какое-либо занятие, бюро «вычеркивало» его из своих списков и такой переселенец переставал существовать для правитель, стве™ упоТномоч'епного по делам индейцев и РУК^ГоГнЗ" ждения' Нетрудно догадаться, какую работу может найти в городе неграмотный; неквалифицированный индеец, часто к тому же не владеющий английским языком. Разумеется, самую тяжелую, временную, низкооплачиваемую, на которую в США нанимают исключительно «цветных» -неквалифицированных негров и особенно пуэрториканцев гпо„обство Нововведения Майера, следовательно, ни в коей мере не опособс-гав вали решению индейской проблемы в США, а; напротив, делали положение индейцев еще более тяжелым. В 50-е годы углубилось также расслоение среди индейцев. И в резервациях, и за их пределами. Возникла тонкая прослойка преимущественно мелкой индейской буржуазии — владельцы магазинов, богатые фермеры. Индеец — крупный буржуа, как, например, вождь племени чироки У. У. Килер, вице-президент американского нефтяного концерна «Филипс петролеум компани», — исключительно редкое явление.

Основа существования современных североамериканских индейцев, оставшихся в резервациях, — земледелие и скотоводство.

Самые обездоленные индейцы — это те, у кого в дорузвельтовские времена была отнята земля. Они вынуждены искать сезонную работу у фермеров. Так, индейцы из штата Айдахо уходят на уборку хмеля, более трети всех членов канадского племени микмак подрабатывает на уборке картофеля у фермеров североамериканского штата Мэн. Некогда столь могущественных и богатых чироков Оклахомы возят работать на хлопковые плантации Арканзаса. Квакиютли из Британской Колумбии в рыболовный сезон нанимаются подсобными рабочими на местные консервные фабрики и т. д.

Впрочем, многие индейцы сейчас используют растущий интерес американцев к отечественной «экзотике» и полукустарным способом изготовляют различные изделия своих племенных ремесел, которые находят неплохой сбыт. Другим и куда более худшим следствием этого интереса стала отвратительная практика превращения индейцев в выгодную статью бизнеса. Индейцы, часто в соответствии с инструкциями служащих разных «Америкен экспрес», «Кук» и тому подобных компаний, демонстрируют туристам различные «воинственные танцы», одеваются отнюдь не по обычаям своего племени, а по образцам, распространяемым сотнями голливудских кинобоевиков, разбивают для белых туристов вигвамы, устраивают для них многочисленные празднества, участвуют в представлениях и делают еще бог весть что.

Так доллары, которые приносит индейцам оживление туризма, превращают недавних гордых хозяев североамериканских прерий и Скалистых гор (к счастью, далеко не всех) в скоморохов. Голливуд тоже нанимает индейцев на свои съемки, где они в сотнях вестернов изображают «индейцев», но, конечно, не такими, какими они были в действительности, а такими, какими их желает видеть буржуазная публика, любящая, когда ей щекочут нервы. Таково было положение индейского населения Соединенных Штатов в годы «нового индейского кризиса», в ту пору, когда во главе бюро по делам индейцев стоял Диллон Майер.

Но индейцы выступили с протестом против попыток Диллона Майера и ему подобных ввергнуть их в еще большую нищету. И решительнее всего против этой политики (которую особенно рьяно проводили власти штата Нью-Йорк) выступили те, кто вместе со своими двоюродными братьями — чироками всегда принадлежали к числу самых передовых народностей индейской Северной Америки, — Лига ирокезов. Они подняли не томагавки. Они подняли голос протеста. И его услышал весь мпр. Все народы, ибо мужественные ирокезы обратились в Организацию Объединенных Наций. 23 октября 1950 года представители Лиги ирокезов выступили в здании ООН с жалобой, в которой, в частности, говорилось:

«Соединенные Штаты и другие так называемые западные державы показывают пальцем на страны Восточной Европы и Ближнего Востока... В то же время США силой навязывают индейцам шести наций свое господство над ними. Во время прошлой сессии американского конгресса были внесены три законопроекта, которые в случае их принятия будут означать уничтожение Конфедерации шести наций. Эти законы будут насильственно навязаны народу, который не имеет своего представительства в правительстве, принимающем такие законы, и у которого нет никакого желания быть представленным в таком правительстве».

Далее авторы жалобы Лиги ирокезов обращаются к народу Соединенных Штатов: «Несколько лет назад вы выиграли великую войну. И мы воевали на стороне ваших генералов. Нам говорили тогда, что мы сражаемся за демократию, за права малых народов... Но почему теперь вы желаете порвать священные соглашения между вашей страной и шестью нациями? .. Ваши спекулянты землей приходят, чтобы обмануть и ограбить нас... ирокезов, некогда великую и могучую нацию...» Так говорили североамериканские индейцы, обращаясь к самой авторитетной аудитории мира...

После 1955 года движение индейцев США встречает в их собственной стране уже большее понимание. Тут сыграли свою роль и некоторые новые важные факторы. В первую очередь неоспоримые результаты официальной переписи населения, свидетельствовавшие о том, что число индейцев в США (а также в Канаде и на Аляске) все увеличивается. Ведь сегодня в США живет в два раза больше индейцев, чем в начале столетия! При этом естественный прирост индейцев в два раза обгоняет рост остального населения США. Весьма существенным образом меняется и отношение общественности Соединенных Штатов и Канады к индейцам. Постепенно с конца пятидесятых годов возникает некий общенациональный комплекс вины за несправедливости и обиды, нанесенные «краснокожим братьям», первоначальным обитателям Нового Света. Например, Кастер, герой антииндейских военных экспедиций, даже в глазах рядового американца превращается в кровавого убийцу. Выражением этого комплекса вины становится стремление загладить ее. Неожиданно появилось множество охотников помогать индейцам, начиная с американских церквей и кончая американскими президентами.

Но индеец хочет сам искать выход из создавшегося положения, хочет сам решать индейскую «проблему». Поэтому он прежде всего должен декларировать свои взгляды, обращаясь к этой другой, неиндейской Америке. Правда, он выражал их уже неоднократно. Начиная с выступлений великого Текумсе и кончая постановлениями ежегодных, регулярно проходящих съездов верховной и пока самой массовой организации индейцев США — Национального конгресса американских индейцев (НКАИ). Но первым в самом деле общенациональным и к тому же весьма реалистическим выступлением индейцев США была общеиндейская конференция, которую ее участники назвали «Голосом американских индейцев». Эта важная по своему значению конференция собралась не только по инициативе самих индейцев, но и по инициативе Чикагского университета, одного из наиболее авторитетных высших учебных заведений Соединенных Штатов.

Итак, инициаторами конференции были не только индейцы. Но делегатами ее в отличие, к примеру, от Пацкуарской конференции, сформулировавшей требования индейцев Латинской Америки (о ней мы будем говорить позднее), были исключительно индейцы США. Официальным устроителем конференции был Национальный конгресс американских индейцев. Он пригласил в Чикаго многочисленные делегации всех индейских племен Соединенных Штатов. Но поскольку организаторы конференции стремились к тому, чтобы она была максимально представительной и отражала все существующие оттенки взглядов, а такого рода собрание скорее напоминало бы по числу участников олимпиаду, чем рабочее совещание на высшем уровне, НКАИ в сотрудничестве с Чикагским университетом провел в девяти основных индейских областях США (Восток, Юг, Оклахома, область Великих озер, Юго-Запад, Южные и Северные прерии, Северо-Запад и Калифорния) местные конференции, которые должны были выработать предложения для главной встречи в Чикаго. Тем же, кому не удалось принять участие и в этих предварительных конференциях, предложено было высказать письменно свое мнение о современном положении индейцев США и о возможных формах решения индейской проблемы. Такие письма приходили. И каждое (некоторые из них были позднее опубликованы) красноречиво отражает неудовлетворительное экономическое и культурное положение большинства североамериканских индейцев и целых племен.

Чикагская конференция, подготовка к которой велась в благоприятной обстановке, созданной президентом Джоном Ф. Кеннеди и его правительством, открылась 13 июня 1961 года. Это была, несомненно, самая значительная и представительная встреча коренного населения Северной Америки за все существование США. На нее собрались 476 индейцев, представлявших 90 главных индейских общин. Чикагская конференция, проходившая восемь дней, вновь подтвердила основные требования индейцев— политические, экономические, требования в области медицинской и культурно-просветительной. Заключительная декларация конференции лишь иными словами повторила тезисы программного документа Национального конгресса американских индейцев, в котором политика федерального правительства (его стремление растворить индейцев в «обществе американских граждан» и таким путем повысить их жизненный уровень, лишив их в результате этой «интеграции» национальных особенностей и вообще всех «индейских черт») была прямо названа «нереалистической и разрущительной»!

Участники конференции заявили также: «Мы не требуем от Соединенных Штатов ни благотворительных мероприятий, ни покровительства. Не требуем даже доброй воли. Мы требуем лишь, чтобы был понят характер нашей проблемы и чтобы признание ее специфики стало исходным пунктом любой политики, любого мероприятия». И далее индейцы говорят: «Наш мир (Америка индейцев.— М.С.) исчез. Нам достались лишь жалкие клочья нашей страны. Но мы намерены сохранять и развивать даже эти клочки с такой заботливостью и честностью, с какой это сделали бы любой другой малый народ, любая этническая группа, стремящиеся сохранить самое себя, свое существование в качестве самостоятельной национальности».

Подводя итоги, можно сказать, что Чикагская конференция уже не уделяла главного внимания экономическим или социальным проблемам. Не требовала в первую очередь возвращения индейцам стольких-то и стольких-то гектаров земли. Так же как не ставила (в отличие от предшествующих конференций) на первое место требование, чтобы американское правительство увеличило экономическую и социальную помощь индейцам.

Это самое значительное общеиндейское собрание за всю историю Соединенных Штатов прежде всего подчеркнуло тот факт, что североамериканские индейцы представляют собой самостоятельную национальность с собственной исторической традицией и культурой. Лишь будущее покажет, в какой мере заключительный манифест Чикагской конференции опирался на реальные возможности развития. Для читателей книг и любителей фильмов об индейцах эти «новые североамериканские индейцы» выглядят, может быть, неожиданно. Внуки Винету1, Херонимо и Сидящего Быка, естественно, кое в чем отличаются от своих дедов. Точно так же и борьба за будущее, борьба, которая их ожидала после Чикагской конференции и ожидает сейчас, будет не похожей на сражения, в которых участвовали герои книг об индейцах. Но это будет борьба столь же справедливая, столь же оправданная, как и оборонительные бои их предков. Это ощущение правоты своего дела прозвучало 13 июня 1961 года в Чикаго особенно сильно. В первой фразе заключительной декларации, в которой мы слышим «голос американских индейцев», отчетливо заявлено: «Мы верим, что индейский народ, так же как все другие народы мира, может и имеет право расти и развиваться...»

Говоря о подъеме, который переживают в эти годы североамериканские индейцы, мы можем взять в качестве примера самую большую индейскую группу Северной Америки — сто тысяч навахов, принадлежащих, впрочем, к числу беднейших индейских племен США.

Прежде всего у них улучшилось дело образования. Навахи основали несколько новых школ, где обучение ведется на родном языке. Благодаря этому увеличилось число грамотных навахов, умеющих читать и писать по-навахски. Навахи стали издавать собственную газету, которая печатается алфавитом, составленным для этого племени американскими этнографами Лафаржем и Харрингтоном (с использованием латиницы). Газета называется «Адахуониигии». Совет племени старается улучшить медицинское обслуживание навахов, состояние которого до сих пор весьма неутешительно. Поскольку самым опасным и распространенным врагом навахов является туберкулез, племя построило небольшой легочный санаторий. Кроме того, навахи в сотрудничестве с некоторыми американскими санитарно-просветительными организациями предприняли шаги для предупреждения туберкулеза. Они организовали несколько передвижных выставок о туберкулезе, обошедших все навахские деревни. На своей территории навахи построили несколько мастерских и лесопильный завод, который преуспевает и приносит общей кассе немалые доходы. Существенное развитие получило и скотоводство.

Улучшение экономического положения позволило племени послать молодых навахов в американские университеты и профессиональные школы.

И так же как навахи, за последние десять лет несколько улучшили. условия своей жизни большинство индейцев Соединенных Штатов. Особенно те, кто покинул резервации еще до введения релокационной политики, главным образом в годы второй мировой войны, когда США испытывали недостаток в рабочей силе. Они приобрели не только квалификацию, но и постоянную работу на промышленных предприятиях и в мастерских. Вопреки клеветническим измышлениям североамериканские индейцы проявили исключительные способности в освоении ряда промышленных профессий. Особенно хорошо индейские рабочие зарекомендовали себя в металлообрабатывающей промышленности.

Совершенно особое положение среди индейского рабочего класса занимает многочисленная группа индейцев американского северо-востока. Когда-то — еще до начала войны — в этой области строился большой стальной мост, который должен был соединить берега реки Св. Лаврентия. На канадской стороне мост кончался на территории резервации могауков.

Строители стального гиганта попросили могауков помочь при монтаже высотных конструкций. И местные индейцы проявили исключительные способности к высотным монтажным работам. Они карабкались по стальным конструкциям с такой поразительной уверенностью, что руководство фирмы, строившей мост, незамедлительно предложило ряду могауков заключить с ними долголетний котракт. Большинство из них согласилось, покинуло резервацию и ушло на новые стройки. Примеру могауков вскоре последовали индейцы ряда других племен американского северо-востока. В настоящее время на монтаже высотных конструкций по всем Соединенным Штатам работают главным образом представители ирокезских «шести народов». А поскольку наибольшее число высотных зданий строится в самом большом человеческом муравейнике мира — восьмимиллионном Нью-Йорке, то самая большая группа ирокезских рабочих трудится именно здесь. Так индейцы пришли в город, территорию которого 300 лет назад продали голландским купцам за несколько метров материи. Индейские рабочие принимали участие в строительстве, вероятно, всех без исключения грандиозных небоскребов на прославленном Бруклин Нейви Ярде, приветствующих каждого, кто прибывает в Нью-Йорк со стороны моря. Ирокезские рабочие даже создали в Бруклине собственный «индейский квартал» с церковью, где богослужение ведется на языке сенека.

Помимо индейских рабочих и индейских студентов, за последний период истории индейцев Северной Америки, который мы берем на себя смелость назвать «индейским ренессансом», резервации покинули также многие художественно одаренные представители отдельных индейских племен, особенно племен американского юго-запада. Они уезжали в Академию индейского изобразительного искусства, основанную в американском городе Санта-Фе. Между тем ведь до недавнего времени изделия индейских ремесленников, как мы знаем, служили лишь забавными сувенирами для падких до экзотики посетителей резерваций. Академия в Санта-Фе начинает проявлять серьезный интерес к современному искусству индейцев и прежде всего старается развить художественный талант наиболее одаренных индейских юношей и девушек. Из Академии вышла целая плеяда ныне широкоизвестных индейских мастеров изобразительного искусства. Назовем хотя бы наиболее знаменитого из них — наваха Тсиннаджинни. Но интерес к произведениям современных индейских художников не ограничивается вниманием к творчеству выпускников этой индейской Академии.

Широкий отклик вызвали, например, картины Паблиты Веларде — таоской индеанки из пуэбло Санта-Клара — и фрески Ма-Пе-Ви из пуэбло Сан-Ильдефонсо, гравюры художника-самоучки из племени кикапу Скай-бака и рисунки индейца потаватоми Вуди Крамба. Вновь оживает слава резчиков из различных племен американского северо-запада, особенно квакиютлей. Высоко оцениваются сейчас специалистами и корзины, сплетенные калифорнийскими индейцами, и гончарные изделия индейцев пуэбло. Этим образцам индейского искусства был открыт доступ в американские и западноевропейские галереи многих музеев (например, выставляются изделия супругов Мартинес из пуэбло Сан-Ильдефонсо, лауреатов премии Американского института художественной архитектуры, французской премии «Академические пальмы» и т. д.).

Изобразительное искусство, бесспорно, наиболее ярко свидетельствует о стремлении североамериканских индейцев создать свою новую, современную культуру, явно выходящую за рамки старой, традиционной культуры отдельных племен. Причем современное индейское изобразительное искусство, так же как другие формы новейшей культуры североамериканских индейцев, в большей степени, чем на традиции старой индейской культуры, ориентируется на нынешние потребности индейцев и особенно на те запросы, которые у них возникнут в будущем. Эту общую тенденцию лучше всего выражают слова индейского художника Ллойда Кива (чиро-ка по племенной принадлежности), который принял участие в первом конгрессе индейских мастеров изобразительного искусства, состоявшемся в марте 1959 года в аризонском городе Таксоне: «Будущее индейского искусства — именно в будущем, а не в прошлом. В поисках образов для пндейской художественной продукции мы должны наконец перестать оглядываться назад».

Эти, несомненно, правильные принципы после окончания «эры Майера» начали применять в своей работе не только современные индейские художники США и Канады, но — и это гораздо важнее — практически все массовые организации североамериканских индейцев: Индейский комитет при американской ассоциации гражданских прав, Объединение для защиты американских индейцев, Ассоциация индейских прав, действующая в штате Пенсильвания, Братство туземцев Аляски, Ассоциация но делам индейцев Нью-Мексико и особенно верховная организация индейцев США — Национальный конгресс американских индейцев (НКАИ) с резиденцией в Вашингтоне.

Этот благоприятный пронндейский ветер еще более усилился, когда к власти пришел президент Джон Ф. Кеннеди. Кеннеди и ранее проявлял глубокое понимание индейской проблемы в США, ее сущности, путей ее решения. Позднее, уже будучи президентом США, он нашел время, чтобы написать предисловие к одному из лучших американских обзоров — «Книге наследства индейцев» («The heritage book of Indians»), где прямо называет позорной политику США в отношении индейцев. Дошедшие до нас сообщения свидетельствуют о том, что Кеннеди готовил довольно радикальное изменение индейской политики Соединенных Штатов. Но преждевременная трагическая смерть не дала Джону Кеннеди осуществить эти намерения.

Быстрое развитие индейского движения, его частичные успехи, а также недовольство подавляющего большинства североамериканских индейцев, особенно тех, которые до сих пор живут в резервациях (и, как правило, в чрезвычайно тяжелых условиях), создали почву для созыва Чикагской конференции представителей всех индейских племен, населяющих США. Инициатором созыва этой конференции был Национальный конгресс американских индейцев
Отредактировал Arika (28 ноября 2010)



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх