,


Наш опрос
Нравиться ли вам рубрика "Этот день год назад"?
Да, продолжайте в том же духе.
Нет, мне это надоело.
Мне пофиг.


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Что означает слово «Украина»
  • 8 августа 2010 |
  • 13:08 |
  • irenasem |
  • Просмотров: 105027
  • |
  • Комментарии: 20
  • |
0
Нынче многие ругают украинский национализм. Ругают и умно, и зло, и правильно, но... Васька слушает и ест. Почему же критика не убивает наповал, хотя клиент и сам уж дышит на ладан? Видимо, отчасти потому, что она редко опирается на добротный исторический фактаж. К сожалению, факты, имеющие отношение к господствующей идеологии, стали таким же дефицитом, как и во времена строительства коммунизма.

Предлагаемое сочинение князя Александра Волконского было издано давно, еще в 1920 году в Турине. Оно вышло на чужбине, потому что автор осуждал "украинофилов". Во времена официально признанного интернационализма, когда, тем не менее, и тайно, и явно поощрялся украинский национализм, у его книги на родине не было никаких шансов явиться пред очами читателя. Идеологическая цензура работала исправно, впрочем, как и сейчас. Вроде бы система изменилась, но по-прежнему дает все тот же результат: книги, подобные нашей, в современной Украине не издаются. Наше издание - не в счет, это исключение, а не правило. Хватит ли нас на большее, покажет жизнь.

Приступая к чтению книги князя Волконского, следует обратить внимание на особенности так называемого украинского национализма. Это течение весьма разнородно, но его основная и самая влиятельная часть с национализмом имеет сугубо внешнее сношение.

По сути, это подлог, некий эрзац, использующий фразеологию и взрывчатую энергию национализма для целей, лежащих за границами украинской идеи как таковой. Ибо ядром данного течения является чужеродная и чужеземная идеология, а его адепты, от Мазепы до Черновила, строят личную карьеру под крышей иностранных государств: Швеции или Польши, Германии или Австро-Венгрии, США или Канады и т. д.

По определению, националист не может быть врагом своего отечества. Между тем гетман Мазепа, награжденный Петром Великим орденом Иуды, воевал на стороне Карла XII против своих же братьев-славян. То же самое делали и бандеровцы, ожидавшие благодарности со стороны Гитлера. Пожалуй, самое грандиозное предательство совершают нынешние эрзац-националисты (руховцы, куновцы и др.), помогающие Западу проводить колонизацию Украины и вовлекающие ее в НАТО, чтобы на века побить горшки с Россией и эту бесконечную вражду, как политический капиталец, заложить Западу.

Украинский национализм точнее называть сепаратизмом, ибо речь здесь идет об отторжении от славянского мира и подчинении Западу исконно русских земель (имеющих триединое название: Малая Русь, Белая Русь и Великая Русь). Именно сепаратистская цель служит идеологам эрзац-национализма своеобразной матрицей для создания всевозможных мифов. Пожалуй, базовый миф - утверждение, будто украинские и русские представляют разные народы, между которыми лежит пропасть. Существует множество карикатурных "теорий", постулирующих такого рода различия в антропологическом и историческом планах. Например, в "научных" монографиях обсуждается новый, совершенно неизвестный науке народ - "укры", якобы предки нынешних украинцев. Понятное дело, что русские к ним не имеют никакого отношения: они произошли, по этой "теории", от угро-финнов и татар. Само собой разумеется, что укры (т. е. украинцы) намного древнее русских, причем они всегда враждовали между собой.

Даже генетически украинцы и русские не имеют точек соприкосновения. Например, читатели недавно изданной книги Павла Штепы "Московство" никогда не забудут сногсшибательное утверждение автора о том, что московский народ "суто азiйський", ибо все азиаты имеют кровь группы "В", а украинцы, как истинные индоевропейцы, имеют более благородную кровь - группы "А".

Миф о полярной противоположности украинцев и русских создается и в области языка. Известно, что в начале века по заданию австрийских властей "ученый-изобретатель" М. Грушевский работал над созданием "научного" украинского языка. Методы были простые и надежные: нужно было избавиться от русских слов и заменить их польскими. Следует заметить, что данная работа не могла быть закончена небольшой группой "исследователей" под руководством Грушевского: уж слишком глубоки и обширны были связи между братскими языками. Поэтому и в наше время продолжаются попытки выскоблить из "ридной мовы" клятые москальские слова, прикипевшие за тысячи лет общей жизни народа. Например, если в учебнике цитируется какой-либо украинский классик, несознательно использующий такое слово, как "совет", то автор-методист напишет в примечании: устар., лит.: "рада" (ибо по-польски rada), а если классик скажет "славянський", то в примечании будет сказано: лит.: "словянський" (ибо по-польски slowianski). Любопытно, что даже в качестве синонимов русские слова не допускаются на праздник ополяченной словесности.

Кипит работа и в области других социогуманитарных наук. Целая армия наскоро испеченных за годы "независимости" академиков и профессоров поправляет прежнюю науку в соответствии с упомянутой выше геополитической задачей. Их мифическая продукция широким и могучим потоком растекается по всей территории Украины. В условиях идеологического потопа трудно отыскать клочок твердой земли, на которой мог бы стоять человек мыслящий и критически воспринимающий новые мифы и нынешний бедлам.

Книга князя А. Волконского является таким клочком твердой земли. Главное, она предоставляет факты, как пищу для размышлений. Она, безусловно, предназначена для людей, интеллектуально и идеологически здоровых. Национально озабоченный книгочей, взяв ее в руки, только осердится и зря потратит время и нервы. Читатель противоположного типа не обязан во всем соглашаться с автором, но он будет, как нам кажется, благодарен ему за остро современную книгу, написанную почти 80 летназад.
Александр Базилюк

Предисловие князя Волконского

Одно из наиболее неожиданных явлений, вызванных мировой войной, - украинский сепаратизм. Подготовленное нашими противниками, но нежданное даже для нас, русских, явление это застало западноевропейское общественное мнение совершенно врасплох. На страницы газет Запада ворвались небывалые названия - ucraini, ruteni, lituani, piccoli, grandi e bianchi russi - и ряд голословных утверждений о том, что в древности юг России жил отдельной жизнью, что Киев был столицей не России, а какой-то Рутении, что в XVII веке существовало независимое казачье государство (stato Cossaco). Читатели не знали, как относиться к этим заявлениям. Одни поверили в существование украинского народа и в естественность освобождения его, наряду с польским, от иноземного - русского - господства. Другие с недоумением спрашивали себя: "Что это за тридцатимиллионный народ, живущий не где-то в безбрежных пространствах Сибири, а по соседству с Австрией? На его территории лежит хорошо известный нам Киев и будто бы также и Одесса, столь легко нам доступная. Как же мы ранее никогда не слыхали о его существовании?"

Есть люди, которые все еще верят, что вильсоновский принцип самоопределения народностей может пройти в жизнь во всей своей теоретической чистоте. Мы, напротив, убеждены, что при практическом осуществлении этого принципа в бывшей Российской империи племенное начало потеряет свое исключительное значение: противовесом ему явятся иные факторы (экономическая выгода, необходимость совместной обороны от германского мира, вековой навык к общей жизни с русским народом и пр.); мы думаем, что обособление даже неславянских частей России, как-то: Литвы, Эстляндии или Грузии, примет в конечном выводе смягченную форму местной автономии.

Но станем на минуту на вышеуказанную точку зрения чрезмерно теоретичных людей; тогда относительно Украйны явится следующая дилемма:
· если украинский народ действительно существует и живет столетиями под гнетом северной России, то будущее его определено: подобно другим "угнетенным", он должен образовать независимое государство - конечно, в пределах своих истинных, а не преувеличенных этнографических границ;
· если же, напротив, малороссы (украинцы) лишь ветвь единой русской народности, отличающаяся от великорусской ее ветви небольшим различием в языке (различием, создавшимся на глазах истории) и подробностями обычаев; если в известные периоды существования этой ветви судьба ее, в силу внешних, международных условий, слагалась отлично от судьбы остальной России; если к тому же Украйна, оторванная от единого русского тела, никогда самостоятельной не была - то выделение ее в отдельное государство было бы не осуществлением национального принципа, а нарушением его.

Национальное начало выразилось ныне не в выделении составных частей больших народностей, а в достижении каждой из этих народностей полного единства. Новые славянские государства объединяют единоплеменные народности разных наречий и даже языков; побежденная Германия - и та на пути достижения полного национального объединения; Италия блестяще завершила свое единство; было бы по меньшей мере нелогично, если бы для русского народа национальная идея выразилась в отделении его Mezzofiorno (бытовое название юга Италии - Ред.).

Автор задался целью проследить историческую судьбу юга России, дабы, основываясь на неоспоримых свидетельствах первоисточников и суждениях столпов русской историографии, представить западноевропейскому читателю очерк действительных взаимоотношений южной и северной части России и дать ему материал для разрешения вышеуказанной дилеммы. Выполнение этой задачи должно было слагаться:

- из рассмотрения периода дотатарского, то есть периода первоначального единства России, который закончился отторжением Южной и Западной Руси татарами, Литвой и Польшей и зарождением в единой русской народности малороссийской ее ветви;
- из изложения событий XVI и XVII веков, то есть того периода, когда Малороссия (Украйна), входившая в состав польского государства, боролась за свою независимость и который завершился добровольным возвращением ее в лоно единой России;
- из характеристики украинского литературного движения во второй половине прошлого века и германо-австрийской работы, направленной к отторжению от России ее юга.

Очерк первого периода (по болезни автора) запоздал почти на год; дальнейшее промедление лишило бы нашу работу всякого практического значения; приходится спешить с изданием хотя бы этого первого очерка. Чтобы дать скорее хотя и не вполне разработанный, но более полный ответ на поставленный выше вопрос, мы нередко выходим за грань избранного периода; в этих случаях мы вынуждены ограничиться самыми общими данными; читатель заметит, конечно, что слегка публицистический оттенок этих отступлений ничуть не нарушает строгости метода, принятого при исследовании вопросов периода домонгольского.

Таким образом, настоящий очерк обнимает дотатарский период русской истории и посвящен разбору фантастического утверждения о существовании Украйны с IX по XIII век; вместе с тем он дает в самых общих чертах фактический материал и для освещения украинского вопроса в позднейшие века.

Мы старались ограничиться возможно меньшим числом географических имен: любой школьный атлас достаточен, чтобы следить за изложением.

Неясность терминологии всегда выгодна для тех, кто защищает какое-либо неправильное положение, и мы начнем с выяснения точного значения этнографических наименований, имеющих отношение к нашей теме.

Слово «Украйна»

Русское слово «украйна» (польское ucraina) означает «пограничная земля» (по-итальянски paese di confine); русское прилагательное «ucrainij» означает «то, что лежит у края, близ грани». Очень знаменательно это значение слова, ибо ясно: то, что именуется Украйной, не есть нечто самостоятельное; такое название может быть дано известной местности лишь извне, правительством или народом, рассматривавшим эту местность как некий придаток к своему государству. И действительно, для Литвы киевские земли стали украйной (южной) со времени завоевания их ею в конце XIV века; для Польши — украйной (восточной) со времени объединения Литвы и Польши во второй половине XVI века; для Московской Руси — украйной (юго-западной) со времени присоединения Малороссии в середине XVII века. Вряд ли наименование Украйна найдется в памятниках ранее конца XIV века. У Московской Руси были и другие украйны — те земли, которые лежали у границы донской и нижне-волжской степи, занятой татарскими кочевьями. Граница эта (насколько вообще можно говорить о степной границе в XIV–XVII веках) постепенно, ценой тяжких столетних усилий, подвигалась на юг; соответственно менялись и земли, к которым прилагалось название украинных (Читаем в Новгородской летописи под 1517 годом: По королеву совету Жигимонтову приходиша крымские татарове на великого князя украйну около города Тулы…без пути начаша воевати». В 1580 году вследствие тревожных известий государь распределяет, «как быть воеводам и людям на берегу | то есть по Оке| по украинским городам от крымские украины и от литовской» |Древняя российская вивлиофика, XIV,368| . В 1625 году из Валуек |на юге нынешней Воронежской губернии| пишут, что чают «приходу татар на наши украйны»; об этой опасности царская грамота тотчас же сообщает воронежским воеводам |Книги разрядные. I, 1063, 1106, 1133; Воронежские акты. 1851. I,120). Подчеркнутые имена дают представление о постепенном продвижении московской границы за эту сотню лет на юг. Подобные цитаты можно было бы привести в изобилии). Заметим, что прилагательное «украинный» применяется вовсе не только к Южной России: классический «Толковый словарь русского языка» Даля (издание 1865 г.), объясняя это слово, приводит такие примеры: «Сибирские города встарь зывались украйными. А город Соловецкой место украинное» (Во сибирской во украйне, Во даурской стороне… — начинается народная песня про реку Амур, то есть песня, сложившаяся не ранее конца XVII века).

Ввиду такого значения слова «украйна» применение его к пространству теперешней Южной России, когда дело идет о далекой старине, о X или XIII веке, является крупной ошибкой. Это имя тогда к этим землям не прилагалось и прилагаться не могло, ибо значение его совершенно не подходило к тогдашней исторической их роли: они не были окрайной, здесь лежал государственный центр, самое ядро государства.

Русские княжества, не Украйна

Государство, о котором речь, было не какая-то мифическая Rutenia или Украйна, а то русское Киевское княжество, которое было колыбелью русского народа и русской государственности. Здесь, на реке Днепре, на единственном для тех времен торговом пути из Балтийского моря в Царьград, в конце IX века зародилась сила, начавшая оружием и торговлей объединять славянские племена, которые жили в лесах и полях бассейна Днепра. Киевский летописец монах Нестор (в середине XI века) перечисляет имена этих племен; могу заверить читателя, что ни украинцев, ни рутенов в списке не значится - по той простой причине, что первых тогда не существовало, а небольшое славянское племя, коему венгры давали название рутенов, жило за Карпатами, в семистах километрах. О князе Рюрике нет других сведений, кроме как в русских летописях, но о его сыне, князе Игоре, имеется свидетельство бесспорное: в 944 году между этим русским князем и императором византийским Романом Лакапином заключен торговый договор; тщетно вы искали бы в тексте намек на каких-то украинцев или рутенов, но зато в нем встречаются выражения "русь" (в смысле племени), "русин", "страна русская", "великий князь русский" (В более древнем договоре Олега с греками (911 год) также говорится: "род русский", "русь", "князья русские", "закон русский", "русин", "русская земля").

Точно также, когда в 988 году при внуке Игоря, святом князе Владимире, крестилось киевское население, то это событие известно в древних памятниках под именем крещения не кого-либо иного, а "крещения Руси". Когда при мудром сыне его, князе Ярославе I (1019-1054), создавался в Киеве первый законодательный кодекс, то он назывался не иным каким-либо именем, а Русской Правдой. Дочь Ярослава I, вышедшая за Генриха I, короля Франции, известна во французской истории под именем Anne de Russie. Каждый школьник в России знает, что на съезде князей в 1103 году внук этого Ярослава, Владимир Мономах, убеждал своего двоюродного брата "промыслить о Русской земле" и соединиться с ним против азиатского племени половцев; тот согласился. "Великое, брат, добро сделаешь ты Русской земле", - сказал Мономах в ответ на согласие. Ясно, что живо уже было сознание, что земли племен Днепровского бассейна составляли нечто целое - Русскую землю.

Этот термин - "Русская земля" - был уже в XI веке общепринятым стереотипным выражением и в летописи, и в иных литературных памятниках. Так, великий князь киевский "думал и гадал о Русской земле"; дело князей "блюсти Русскую землю и иметь рать с погаными"; если кто ослушается нашего решения, говорит съезд князей (1097 год), то "да будет на него крест честной и вся земля Русская"; такой-то "голову сложил за землю Русскую"; митрополит Киевский титулуется "митрополитом всея Руси" и т. д. В 1006 году немецкий миссионер Бруно гостил у святого князя Владимира; в письме к императору Генриху II Бруно называет Владимира "Senior Ruzorum". Все эти выражения относятся к XI и XII векам.

Но если так говорят источники, то каким образом, спрсите вы, находятся люди,отрицающие принадлежность киевской древности русскому народу? Партийная логика, как известно, имеет мало общего с нормальным человеческим мышлением, а бумага, по русскому изречению, "все терпит", особенно когда она служит для политической анонимной пропаганды, да еще в такое бурное время, как наше. У украинофильской партии есть свой историк -г-н Грушевский, хорошо знакомый с фактами киевского периода. Как же поступает он? А очень просто: в его книге (Михайло Грушевский. Iлюстрована iстория Украiни. Киiв - Львив, 1913) слово "русский", когда дело идет об определенном историческом событии или элементе, остается на месте;но наряду с этим он позволяет себе обобщать все русские явления и факты, происходившие в географических пределах позднейшей Малоросси, путем совершенно произвольного применения к ним имен, которых в те века просто не существовало, и имен "Украйна" и "украинский". Слагаемые и множители - русские, а сумма и произведение - украинские. Не своеобразная ли арифметика?

Вот пример. В Киеве не было своей определенной линии князей; как будет видно ниже, киевский престол "добывали" себе князья разных линий Рюрикова потомства - члены единой, если можно так выразиться, всероссийской семьи. Но какое же это древнее государство, если у него нет своей династии? Как же быть? Опять очень просто. Берется родословная Рюриковичей до XIV века, выкидываются из нее те линии, которые в дальнейшем приобрели характер местных в других частях России, и над родословной ставится заглавие: "Родословие украинских князей киевской династии"! Когда-то я особенно интересовался родословием Рюриковичей, был хорошо знаком с обширной и серьезной литературой вопроса и мог бы назвать княжества XIV и XV веков столь мелкие, что о них ничего, кроме имени, географического положения и родословия их князей, не известно (Чтобы не быть голословным, перечислим для примераподразделения Черниговского княжества. При внуках святого князя Михаила Черниговского, замученного в 1246 году татарами за отказ поклониться идолам, то есть с конца XIII века, Черниговскоекняжество делится на уделы: брянский, глуховский, карачевский, тарусский, оболенский, мышанский, конинский, волконский; в XIV веке выделяются еще уделы: новосильский, одоевский, воротынский. Тамошние князьки, по теории г-на Грушевского, являются "украинцами" (см. карту на с.107 его "Истории"); но одни из них передают сами свои уделы великому князю московскому, уделы других силой вещей поглощаются Москвой же; многочисленное потомство их переходит в XV и XVI веках в Москву, где вливается в класс служилых людей.Одни линии этих черниговских Рюриковичей сохранили свои территориальные названия в виде фамилий, другие приняли личное прозвище какого-нибудь из своих предков, например, Барятинские, Горчаковы, Долгоруковы, Репнины, Щербатовы и др.); знакомы мне и названия тех "великих княжеств", "земель", "уделов", "волостей","отчин", кои обобщали раздробленные частицы русской земли. Но одногоя не встретил ни в одном из десятков томов, мною просмотренных,- "украинского княжества"и "украинской" линии князей. Мне остается только поблагодарить г-на Грушевского за его "научное" открытие, пополнившее мои генеалогические познания.

Блестяще начиналось русское государство.Семья Рюриковичей, глава которой сидел на киевском престоле, правила в XI и XII векахна севере Новгородской земли, на востоке Ростовской (Ростов (Северный) - город на одном из правых притоков верхней Волги; был с древнейших времен русской истории центром обширной области, которая в последующие века заняла все пространство между верхней Волгой и рекой Окой. Область эта географический центр позднейшей европейской России - дает начало главнейшим русским рекам (Волга, Западная Двина, Днепр) и самой природой предназначена была стать также и политическим ее средоточием. Областной центр из Ростова постепенно переносился на юг - в Суздаль (1-ая пол. XII века), Владимир (2-ая пол. XII века) и, наконец, в Москву (XIV век). Эту область, делившуюся на многие княжества, и принято называть в период до возвышения Москвы общим именем Ростово-Суздальской земли), на юго-востоке - русской колонией, Тмутораканским княжесвом ( у Азовского моря) (Тмутораканское княжество было расположено, вероятно, на Таманском полуострове; просуществовало недолго), на Западе - княжеством Галицким (Галицкая Русь (восточная часть нынешней Галиции) входила в состав русского государства с Владимира Святого. С конца XI века в ней обособляется одна из линий Рюриковичей; столица их в Галиче.

Расцвет княжества при князе Данииле (1249-1264), получившеи от папы титул короля; он перенес столицу в Холм. Последний независимый галицкий князь, Юрий II, умер в 1340 году. С 1349 года ( а окончательно - с 1387 года) княжество завоевано Польшей; оставалось под ее господством до 1773 года, когда после второго раздела Галиция была присоединена к Австрии). Значит, земля русская обнимала не только западную четверть новорожденной ныне германской Украины, но и немалую часть остальной России. Россия жила тогда в общении с остальной Европой. Разделение Церквей (1054 год) еще не нарушило этой связи, монгольское иго еще не порвало ее. Как на признак этой связи укажу, что Ярослав I был женат на шведской принцессе, сестра его была за королем Польским, сын был женат на сестре короля Польского (другой сын женат на дочери византийского императора - матери Владимира Мономаха ); три дочери его - королевы: Норвежская, Французская и Венгерская; внук женат на дочери короля Гарольда Английского.
Киев, "матерь городов русских", удивлял иноземцев богатством и культурой своей; одних церквей в нем было до 400; были монастыри, школы, была каменная крепость; Адам Бременский называет Киев соперником Константинополя...

Не странно ли спорить о том, как звалось такое государство, точно дело идет о полудикой орде кочевников, и придумывать ему небывалые имена Украйны или Рутении!


Продолжение следует.

My Webpage



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх