,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Делали то, чего не желали. Реальность и мифы Переяславской рады
  • 25 мая 2010 |
  • 12:05 |
  • Stalker |
  • Просмотров: 33276
  • |
  • Комментарии: 9
  • |
0
"У Московщині панує найогидніше рабство. Там немає і бути не може нічого власного, бо все є власністю царя. Московські бояри титулують себе "рабами царськими". Увесь народ московський є рабом. У Московії продають людей на базарі, як у нас худобу. Приєднатися до такого народу – це гірше, як скочити живим у вогонь".
Полковник Иван Богун



ВОССОЕДИНЕНИЕ?


Как писал украинский историк и философ Вячеслав Липинский, в истории существует два факта: Переяславский договор, известный под названием Мартовских статей, и переяславская легенда, ничего общего с реальностью середины XVII столетия не имеющая. Именно эта легенда после смерти Богдана Хмельницкого полностью заслонила сам договор и создала в сознании многих поколений в Украине и России искаженное представление о реальных событиях, приведших к его заключению. Венцом сознательного искажения и преобразования истории, замалчивания одних и выпячивания других фактов стали печально известные «Тезисы ЦК КПСС к 300-летию воссоединения Украины с Россией» и написанные на их основе статьи в газете «Правда», призванные служить единственным правильным, с точки зрения их авторов, объяснением истории. Именно тогда московские пропагандисты изобрели термин «воссоединение» применительно к событию в Переяславе. Его применение должно было заглушить стремление народа Украины к независимости. Украинский историк Михаил Брайчевский писал, что «в порядку оберігання «споконвічної дружби українського народу з російським» під заборону потрапили навіть деякі твори Тараса Шевченка, в яких висловлюється критичне ставлення до «возз'єднання». Так, наприклад, «Кобзар» 1954 року вийшов без творів «Великий льох», «Стоїть в селі Суботові», «Чигирине, Чигирине» та інших...» Освобождение от легенды проходило сложно и трудно, до сих пор в сознании многих она продолжает существовать.

Основой мифа о воссоединении служит представление о разделении единого древнерусского народа из-за сложной исторической ситуации в середине XIII века. О том, действительно ли в раннефеодальной Киевской Руси сформировался один народ, историки спорят до сих пор. Собственно для нашей темы это не имеет принципиального значения. Известно, что к середине XVI века три восточнославянских народа никак себя осколками некогда единой общности не считали. Характерно, что белорусов в Московском государстве называли литвинами или «людьми литовскими», а украинцев - черкасами. Соответственно, будущих русских белорусы и украинцы называли москвинами или «людьми московскими». Замечание советского историка академика Нечкиной, что украинцы называли себя русскими, совершенно правильное, вот только жителей соседнего государства они таковыми не считали. Как раз наследниками Киевской Руси считали себя гетман Богдан Хмельницкий и казацкая старшина. Не случайно он подписывался как гетман Войска Запорожского и всея Руси. Так же он подписывал документы в адрес царя Алексея Михайловича, и это у очень чувствительного в протокольных вопросах московского Посольского приказа никаких возражений не вызывало. Для сравнения, неправильное написание титула московского государя послужило непосредственным поводом к русско-польской войне в 1654 г.

Достаточно показательны отношения московских властей и украинских казаков. Они развивались под знаком двух противоположных тенденций: постоянной конфронтации и попыток взаимодействия в отражении агрессии из Крыма. В период с середины XVI века до начала освободительной войны под руководством Хмельницкого украинские казаки охотно участвовали во всех войнах польской короны против Московского государства. Особенно показателен их рейд под командованием гетмана Сагайдачного, завершившегося взятием Кремля в 1618 г. Этот завершающий эпизод Смуты в Московском государстве по совершенно случайным причинам не привел к падению Москвы и разгрому остатков русского войска. Даже после Деулинского перемирия между Московским государством и Польшей в декабре 1618 г. казацкие отряды еще долго воевали вокруг Москвы, доходя иногда до Вологды, причиняя «много кривд и неправд служилым и черным людям, а такоже детям боярским».

Часто используемое доказательство стремления украинцев попасть под высокую руку московского царя - религиозная общность. Даже в тот период, когда религиозный фактор играл более значительную роль, чем в наше время, его действие не следует переоценивать. Еще во время литовско-московских войн XV-XVI вв. православное население Литвы однозначно поддерживало собственное государство и видело в московских претензиях угрозу для себя. Несмотря на усиление религиозной дискриминации в Польше, именно киевское православное духовенство и церковные иерархи украинской церкви были самыми решительными противниками договора с Москвой. Единство веры не слишком принималось во внимание запорожскими казаками, когда они шли походом на Москву и русские города. Соответственно, и на берегах Москвы-реки не разводили сантиментов по поводу религиозной общности. Она нисколько не помешала великому князю Ивану III в 1479 г. направить татар на Киев, подвергших его страшному разорению. И в дальнейшем московские дипломаты не упускали случая уговорить крымских беев идти за ясырем на украинские земли. К началу Освободительной войны под руководством Богдана Хмельницкого оба народа смотрели друг на друга с большим подозрением, а с еще большим - их правительства. Что и проявилось уже в ходе украинско-польских сражений.

К середине XVII века никакого стремления к воссоединению двух народов не было и быть не могло. Нельзя воссоединить то, что никогда не было единым. Но так сложились исторические обстоятельства того времени, что правительство Хмельницкого вынуждено было пойти на этот шаг. Как считал гетман - временный...


ПЕРЕЯСЛАВСКИЙ ЭПИЗОД



Взаимоотношения Богдана Хмельницкого и представляемого им украинского государства со своим северным соседом Московией были сложными в течение всего периода освободительной войны с Польшей. Не раз и не два гетман угрожал царю войной в союзе с крымскими татарами, молдаванами и валахами. Понимая, что Зборовский мир с Польшей не будет длительным, Хмельницкий стремился добиться как можно большего участия Москвы в его конфликте с Польшей. Весной 1650 г. он заявил московским посланцам: «Ніхто мені так не докучив, як цар московський... що йому буде, як я зложуся з турками, з татарами, з волохами, з мунтянами, венграми та піду й землю його спустошу так, як волоську». Сказано это было не только для оказания дипломатического давления. Москва имела достоверную информацию, что Турция и Крым предлагали украинскому гетману идти на Москву и даже хотели оказать содействие в урегулировании проблем с Польшей. Чем бы закончилось это дело - судить сложно. Поход не осуществился по причине возрастания угрозы польской агрессии и очередного осложнения внутриполитической ситуации в Турции.

Примерно к началу 1653 г. в Москве постепенно пробивается мысль о необходимости вмешательства на стороне Хмельницкого. Для этого были весьма веские причины. Во-первых, казацкая держава располагала огромной по тем временам армией, закаленной в борьбе с польской - одной из лучших в Европе. Москва должна была считаться с перспективой осознания Варшавой необходимости компромисса с Хмельницким. В этом случае она столкнулась бы с очень серьезными противниками в лице как Польши, так и Хмельницкого. Союз с казаками усиливал безопасность южных московских границ и был важен в приближающемся столкновении с Польшей.

Во-вторых, в случае союза с Украиной открывались возможности изменить условия невыгодного Поляновского мира и вернуть Смоленск. Борьба за наследство Киевской Руси и воплощение мессианской программы превращения Москвы в Третий Рим без союза с казаками были невозможны. В-третьих, из экономических соображений Московскому государству было необходимо получить контроль над торговыми путями на юг и восток, что было невозможно без Украины. В-четвертых, была большая социальная проблема. Украина (Запорожье) была реальным примером фактического существования без крепостной зависимости и не случайно стала целью большого количества беглых, в основном, крепостных крестьян. Свободные земли Слобожанщины были очень привлекательны для них. Не случайно, что именно в это время основывается Харьков и ряд других городов в междуречье Северского Донца и Дона. Без помощи украинских властей невозможно было отыскать и вернуть беглецов. В-пятых, немногочисленные, но достаточно просвещенные люди в окружении царя понимали культурную ценность Украины для практически сплошь неграмотной Московской державы. Киево-Могилянская коллегия могла стать центром подготовки столь необходимых кадров, но под контролем московского правительства. По этим и ряду других причин летом 1653 г. в Кремле решили пойти на союз с Хмельницким и созвать в октябре Земский собор для ратификации этого решения.

В начале января 1654 г. во исполнение решений Земского собора к Хмельницкому выехало «великое посольство» для «великаго земскаго дела» во главе с ближним боярином и тверским наместником Василием Бутурлиным и окольничим и муромским наместником Иваном Олферьевым. Несмотря на столь высокий ранг, принимали послов не очень приветливо. Все переговоры, как видно из отчетов Бутурлина, проходили официально и сухо, без известного всем гостеприимства Хмельницкого. Как заметил украинский историк Александр Оглоблин, «...начебто переговорювали не майбутні союзники, а колишні вороги». Хмельницкий снизил ранг события еще и тем, что происходило оно не в златоглавом Киеве, а в провинциальном Переяславе.

В два часа дня неожиданно для послов забили барабаны, созывая население Переяслава - казаков и мещан - на, как писал Бутурлин, «собраніе всего народа». Это, собственно, и была Переяславская рада. Московские послы на ней не присутствовали, поэтому известная картина художника Ивана Хмелько далека от действительных событий и представляет собой один из мифов. Никаких торжеств не было. Назавтра гетман отбыл в Чигирин, а послы - в Москву для доклада.

В начале марта украинское посольство прибыло в Москву с проектом договора из 23-х пунктов. Вначале предполагалось, что прибудет сам Хмельницкий или, по крайней мере, генеральный писарь Иван Выговский. Однако под благовидными предлогами ни тот, ни другой в Москву не поехали. Эту миссию поручили генеральному судье Самийлу Богдановичу-Зарудному и полковнику Ивану Тетере, что было неожиданно для Москвы. Украинский вариант документа не сохранился, есть только перевод с «белорусского письма», аутентичность которого вызывает большие сомнения. За основу формы договора был взят Зборовский трактат, который послы привезли с собой. Украина переходила под «высокую государеву руку», сохраняя полную самостоятельность во внутреннем устройстве и внешних сношениях. Запрещались только дипломатические связи с Польшей и Турцией. В действительности при жизни Хмельницкого эти и другие ограничения не соблюдались. Гетман самостоятельно вел переговоры со Стамбулом и Варшавой. Не допускались в реальности московские урядники и до взимания налогов, что предусматривалось Мартовскими статьями. Заключив договор, стороны продолжали относиться друг к другу крайне настороженно, часто враждебно. В первую очередь это проявилось в военном вопросе.

Москва не спешила оказать помощь своему союзнику в борьбе с польськими и крымскими войсками. Когда же московские войска прибыли, стратегическая инициатива была утеряна. Со своей стороны, Хмельницкий действовал не слишком по-союзнически. Когда московско-казачье войско подошло ко Львову, гетман сепаратно получил 50 тысяч злотых откупа и отступил от города, бросив московские войска в одиночку отбиваться от поляков. Во время штурма Гусятина в решающий момент казаки начали обстрел московских союзников и заставили их не только прекратить штурм, но и отступить от города. Такая же история повторилась при осаде Люблина. В то время, как в Белоруссии московско-украинские войска добивались больших успехов, возник спор из-за Могилева, чуть не вылившийся в сражение между «московскими ратными людьми и казаками». После этого казаки уходят «из Литвы». Но союзные отношения вообще были поставлены на грань разрыва после заключения Москвой мирного договора с Польшей в Вильно. На переговоры не были допущены представители Хмельницкого, более того - стороны за его спиной договорились о разделе Украины. После этого гетман посчитал себя свободным от договора и начал формировать антипольскую и антимосковскую коалицию с участием Швеции и молдавско-румынских княжеств. Это тем более показательно, что в это время Московское государство вступило в войну со Швецией на стороне Польши ради эфемерного обещания избрать царя Алексея Михайловича на польский престол.

Эти и другие факты подтверждают мнение многих историков, что Переяславский договор был для Хмельницкого эпизодом, очередной политической комбинацией, связанной с необходимостью заручиться поддержкой сильных союзников. Очень скоро он убедился, что промосковский курс такой же бесперспективен, как до этого протурецкий. Реальность Переяслава оказалась совершенно иной, чем предполагалось. Как писал русский историк Василий Ключевский, «не понимая друг друга и не доверяя одна другой, обе стороны во взаимных отношениях говорили не то, что думали, и делали то, чего не желали». Как только что с царем, Хмельницкий готовил договор о протекторате со шведским королем и прямо сказал об этом послу Бутурлину летом 1657 г. Смерть гетмана не позволила осуществить этот план...


ПЕРЕЯСЛАВСКАЯ ДИЛЕММА



Внутреннюю слабость, экономическую разруху, исчерпание мобилизационных ресурсов Богдан Хмельницкий попытался компенсировать дипломатическими путями. Союз с Москвой был одной из таких военно-политических комбинаций Хмельницкого, который пытался сыграть на неурегулированности русско-польских отношений. В Москве давно вынашивали реваншистские планы не только в отношении Смоленска, который оккупировали поляки по Поляновскому договору, но и белорусских земель, отошедших к Литве. Для Хмельницкого были важны два обстоятельства, которые на первый взгляд делали протекцию Москвы достаточно привлекательной. Во-первых, вступление Московского государства в войну с Польшей растягивало силы последней. Открытие второго фронта в Белоруссии ослабляло военное давление на Украину. Кроме того, враждебные отношения со Швецией заставляли польское правительство держать значительные силы для обороны своего балтийского побережья. Во-вторых, военно-политический союз был переходным этапом перед международным признанием независимости Украины. После Смуты Московское государство не выглядело достаточно сильным по сравнению с Польшей или Турцией. Можно было предполагать, что этот союз будет носить временный характер и после достижения поставленных целей он распадется. Но, как говорится, нет ничего более постоянного, чем временное.

При всей общности внешнеполитических целей союз Украины и Московского государства был в достаточной степени противоестественным. Разная ментальность правящих элит, которые не понимали друг друга, питала взаимную подозрительность и разнонаправленность действий. Как говорит английская пословица, false friends are worse than open enemies - неискренние друзья хуже явных врагов. Государственные интересы Хмельницкого распространялись исключительно на сферу взаимоотношений с Варшавой, Стамбулом и Бахчисараем, молдавскими княжествами. У Москвы они были гораздо шире и охватывали гораздо больший периметр как в Европе, так и в Азии. Юго-западное направление Кремля было одним из многих. Там были склонны прийти с Польшей к компромиссу ради достижения целей на западе и северо-западе. Все это делало союз внутренне противоречивым и непрочным, разногласия, возникшие с самого начала, должны были его взорвать. Что и случилось после заключения польско-русского мира в Вильно. Узнав об этом событии, «...гетман Хмельницкий закричал, как шальной, в исступлении ума завопил: «Дети, не горюйте, я уже знаю как сделать: надобно отступить от царской руки, а пойдем, где великий владыка повелит быть, не под христианским государем, так под бусурманом». Стороны быстро двигались к вооруженному противостоянию. Московское государство стало союзником Польши, Украина Хмельницкого - Швеции, Турции и румынских княжеств. Трудно сказать, насколько жизнеспособной оказалась бы новая военно-политическая комбинация - из-за смерти гетмана она осталась нереализованной.


Последствия Переяславского договора оказались длительными и весьма разрушительными для Украины. Попытки возродить свое государство в начале XVIII и ХХ веков оказались безуспешными. И сейчас проблематика наших взаимоотношений с Россией весьма похожа на то, что было три с половиной века назад. При всех отличиях и в то время, и сейчас приходится решать стратегическую задачу определения политической линии. И снова, как и 355 лет назад, украинская политическая элита мечется в определении своих интересов, распадается на враждующие кланы и группы.




Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх