,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Подстава для украинских диссидентов
  • 27 июля 2009 |
  • 22:07 |
  • bayard |
  • Просмотров: 79172
  • |
  • Комментарии: 17
  • |
0
Визит студента факультета социологии Лювенского католического университета, лидера Союза украинской молодежи (СУМ) в Бельгии Ярослава Добоша имел далеко идущие, а для некоторых правозащитников, можно сказать, фатальные последствия.
Эта история, ныне изрядно подзабытая, наглядно продемонстрировала, в какой сложный узел сплелись международные и внутриполитические реалии времен «холодной войны». Ее заложниками и жертвами стали те, кто мужественно отстаивал право украинской нации на свой язык, культуру, правдивую историю, защищал законные права человека, хотя и гарантированные советской Конституцией, но не подкрепленные на практике.
4 января 1972 года во время таможенного досмотра у подданного Бельгии Я. Добоша сотрудники контрольно-пропускного пункта «Чоп» (Закарпатье) обнаружи-ли схему, начертанную от руки, с номером телефона 4—23—23 и надпи-сью «Игорь Калинец», а также фото неизвестных лиц. Поскольку гражданин Добош заметно нервничал (так официально объясняли повышенный интерес таможенников к иностранцу), иностранца сняли с по-езда и в помещении КПП подвергли тщательному досмотру.Казалось бы, что за дело мытарям до какой-то писульки? Ведь не оружие с наркотиками, не антиквариат с валютными ценностями вез иностранец из социалистического Отечества.
При обыске у студента изъяли две катушки фотопленки (44 кадра) , снимок Василия Стуса и диссидента Валентина Мороза. Военный прокурор Прикарпатского военного округа ян-варя санкционировал взятие Добоша под стражу. Основание выглядело так: «Пребывая как турист на территории Украинской ССР с 29 декабря 1971 года по 4 января 1972 в го-родах Киеве и Львове, выполняя задания руководителя зарубежного антисоветского цен-тра, собирал сведения культурного и политического характера для использования их в ущерб интересам СССР, то есть совершил действия, предусмотренные ст. 57 УК УССР». Как и полагается, о задержании проинформировали Посольство Бельгии в Москве.
Временно Ярославу пришлось сменить университетскую аудиторию на камеру следствен-ного^ изолятора Управления КГБ во Львове. Начались допросы. О себе арестованный со-общил, что родился в 1947 году в селе Вольдингсфельден (ФРГ). Отец — шахтер, работал в так называемом Украинском допомоговом комитете по Бельгии, мать домохозяйка.
С 12 лет молодой человек обучался в Риме. Занятия совмещал с членством в СУМе, ак-тивно работал в редколлегии его центрального органа «Авангард», выезжал на лагерные сборы, принимал участие в акциях протеста против преследований советских правоза-щитников. «С юношеских лет, — старательно выводил следователь, — воспитывался в духе ненависти к Советскому Союзу».Самое время сделать небольшое отступление, чтобы понять, в какой период пожаловал пан Добош в Советскую Украину. Уже не первый год в СССР преследовали инакомыслящих. Хотя так называемые диссиденты во многих случа-ях не призывали к насильственному свержению конституционного строя, совершенно ис-кренне стояли на «платформе марксизма-ленинизма» и усматривали корень всех бед в «извращениях принципов ленинской национальной политики», режим возвел свободное слово в ранг уголовного преступления. По печально известным статьям 70-й УК СССР и 62-й УК УССР «за антисоветскую агитацию и пропаганду» можно было заработать семь лет лагерей и пять лет ссылки.
С июля 1967 года против диссидентского движения активно работало 5-е Управление КГБ УССР — борьба с «идеологической диверсией противника» (под ней имелись в виду «острые методы политической и идеологической борьбы, которые предусматривают ис-пользование сил и средств специальных служб империалистических держав с целью под-рыва изнутри общественного и государственного строя стран социализма»). При этом, со-гласно приказу председателя КГБ СССР № 0051-1967 года «О задачах органов государст-венной безопасности по борьбе с идеологической диверсией противника» работа по «пя-той линии» направлялась, не в последнюю очередь, «на противодействие зарубежным ан-тисоветским националистическим группировкам и их эмиссарам» (по согласованию с Первым (разведывательным) управлением КГБ СССР). В свою очередь, первый отдел Первого управления КГБ УССР занимался оперативной разработкой зарубежных центров украинских националистов, проводил операции по компрометации их функционеров — впрочем, без видимого успеха.
На диссидентов заводятся многолетние оперативные разработки «88», «Блок» (название подразумевало тревожившее органы КГБ «блокирование» украинских инакомыслящих с активистами крымскотатарского движения, диссидентами России и Прибалтики). Только с 1967 по июнь 1971-го, писал председатель КГБ УССР, ярый консерватор Виталий Фе-дорчук, к уголовной ответственности по ст. 62-й УК УССР привлекли в Украине 87 лиц, выявлено 12 «националистических групп» с 42 участниками (все осуждены). Свыше 6 ты-сяч граждан «профилактировали», то есть официально предупредили, органы госбезопас-ности. Увольнения с работы, запрет публиковаться, незащищенные диссертации, ненапи-санные романы, стихи, картины, бессонные ночи - не в счет.
Нельзя не сказать и о международной обстановке. Две системы вели масштабную психо-логическую войну. На Западе широко освещали преследования диссидентов, и тот же До-бош мог свободно купить в Брюсселе эссе Вячеслава Чорновила «Лихо з розуму». В инте-ресах украинских правозащитников пытались использовать и закордонные центры укра-инских националистов, тесно связанные со спецслужбами стран Запада еще с первых по-слевоенных лет.
В1968году ІУБольшой сбор Закордонных частей ОУН поднял на щит идею национальной революции, призванную разрушить «Союз нерушимый» изнутри. Выдвигался лозунг «Ки-ев против Москвы», звучали призывы к возрождению антисоветского подполья.В 1970-м VII съезд ОУН-солидаристов (мельниковцев) высказался за создание в УССР «информа-ционной сети» и налаживание каналов нелегальной связи. «Эмиссары ОУН, — констати-ровали чекисты, - владеют тайнописью, методами выявления оперативных мероприятий, используют подставные адреса и пароли в общении с диссидентами. Только в 1967 — 1970 годах из стран Запада было направлено (диссидентам. — Авт.) свыше 100 вещевых посылок на 300 - 1200 рублей каждая».
«Враждебная деятельность националистических элементов в республике, — подчеркивал В.Федорчук, — по сути смыкается с подрывной деятельностью зарубежных центров ОУН... по созданию предпосылок для борьбы "за освобождение Украины"». Фактически, преследуя собственные цели, закордонные ОУН превратили патриотически настроенных (и не нарушавших законодательства СССР) украинских диссидентов в заложников специ-альных мероприятий «психологической войны».
На потребительское отношение определенных структур Запада к украинским диссидентам обращала внимание дочь известного писателя-фантаста, одного из основателей Украин-ской Гельсинкской Группы (9 ноября 1976 года), политзаключенного Олеся Бердника — Мирослава Бердник. «...Становится понятным, как Запад и определенные силы в СССР играли в пинг-понг судьбами людей, наиболее талантливых, пассионарных, небезразлич-ных, загоняя их на тропу диссидентства. Люди, вместо того чтобы заниматься творчест-вом, наукой, начинали писать письма протеста, всякие "хроники текущего времени" . За-пад широкими мазками рисовал образ "империи зла", пятое управление КГБ показывало свою необходимость и вело бурную деятельность, постепенно готовя фундамент для пе-рестройки».
Уже в годы независимости Украины сам О.Бердник отмечал: «Осознал: нас просто ис-пользуют. Мы лишь инструмент, благодаря которому западные спецслужбы делают свои дела. Они и тогда не особо воспринимали наше стремление к независимости... И сейчас мы оказались на гигантской куче мирового мусора».
Кстати, именно в тот период спецслужбы Советского Союза и Польши подставили закор-донным центрам двух квалифицированных агентов. Завязалась многолетняя оперативная игра «Бумеранг», длившаяся до 1988 года. Один из «подпольщиков» к тому времени был удостоен Золотого креста заслуги ОУН. Конфуз идеологических оппонентов был, конеч-но, велик: ведь столько лет исправно слали инструкции и деньги на подставные позиции чекистов!
Как поведал на допросах эмиссар Ярослав Добош, перед поездкой в Советскую Украину с ним встретился член Провода Закордонных частей ОУН и глава Центральной управы СУМ Омельян Коваль. Последний предложил студенту выполнить ряд деликатных пору-чений; при этом все, что предстояло сделать, следовало знать по пунктам наизусть, равно как и адреса, телефоны, пароли к диссидентам (вести записи запрещалось).
Добош должен был встретиться с Иваном Светличным, Зиновией Франко (внучкой Каме-няра), рассказать им об активной деятельности украинских зарубежных организаций в поддержку диссидентов. Надлежало получить от них рукописи, фотографии узников, справиться о судьбе и здоровье осужденных Святослава Караванского,
его супруги Нины Строкатой, Валентина Мороза, передать материальную помощь — по 30-50 рублей. Коваль инструктировалив Украине звонить только из таксофонов, не поль-зоваться такси и вообще вести себя конспиративно. Напоследок вручил посланцу с пору-чением 150 долларов США и 2,5 тысячи бельгийских франков.
В Киеве Добош встретил Новый год в обществе диссидентов. Побывал у Ганны Коцуро-вой, получил от нее фотопленку с работой украинского ученого, переводчика и правоза-щитника С.Караванского «Словник рим» (в годы войны С.Караванский был завербован румынской разведкой Сервичул Сервис, заброшен в советский тыл с разведывательно-диверсионным заданием, однако обезврежен и раскаялся). Беседовал с И. Светличным. Впоследствии при обыске у Ярослава изымут и злополучную пленку, и снимки, и неот-правленное письмо в Канаду некоему Т. Ткаченко. Для «специально подготовленного эмиссара закордонного центра», прямо скажем, негусто. Однако важны были не столько вещественные доказательства, сколько повод.
25 мая 1972 года Я.Добош, с детства на-слышанный о суровых условиях Сибири, написал письмо в Президиум Верховного Совета СССР с просьбой о помиловании. «Учитывая мо-лодость и чистосердечные признания», обещал «в своей жизни не проводить антисовет-ской деятельности». Через несколько дней дал согласие на публичное выступление «перед советскими людьми».
Флагман партийной печати УССР газета «Радянська Україна» З июня поместила статью под броским заголовком «Украинские буржуазные националисты — наемники империа-листических разведок». В ней шла речь об организованной накануне Радиотелеграфным агентством Украины пресс-конференции Добоша в Киеве.
Нет надобности пересказывать покаянное выступление бельгийского гостя, согласившего-ся сыграть отведенную ему роль. Тут же подоспел и Указ Президиума Верховного Совета: освободить Добоша «в целях дальнейшего укрепления отношений между Советским Сою-зом и Бельгией».
К «своим» советская Фемида была не столь благосклонна. Прокатившаяся волна обысков и арестов сопровождалась изъятием вещественных доказательств. Чего там только не бы-ло! 107 рукописных и 356 машинописных документов, 118 магнитофонных бобин, 974 эк-земпляра «идеологических документов», восемь пишущих машинок и стол ько же номе-ров самиздатовского «Українського вісника», издание «Хроника текущих событий», про-екты «Программы украинской национальной коммунистической партии», «Тактических основ демократического движения Советского Союза», другие материалы.
Задержание Добоша стало толчком к репрессивной кампании против украинских инако-мыслящих. В 1972 — 1973 годах в результате частичной реализации Комитетом госбезо-пасности УССР дела «Блок» за решеткой оказалось около 70 диссидентов. Среди них пи-сатели Василий Рубан, Василий Захарченко, научные работники Евгений Пронюк, Васи-лий Лисовый, журналист Валерий Марченко, врач-психиатр Семен Глузман, рабочий Дмитрий Гринько, сын командующего УПА Юрий Шухевич.В том же 1972-м «ушли» главу республиканской партийной организации Петра Шелеста, усмотрев признаки «на-ционализма» в его книге «Україно наша радянська».
Думал ли бельгийский студент Ярослав Добош, покупая билет в Киев, что его визит так омрачит судьбы многих людей, известных в политической истории Украины? Впрочем, если бы Добоша не было, по логике тех времен его следовало бы придумать...



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх