,


Наш опрос
Нравиться ли вам рубрика "Этот день год назад"?
Да, продолжайте в том же духе.
Нет, мне это надоело.
Мне пофиг.


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Кризис от ума
  • 17 февраля 2009 |
  • 22:02 |
  • Jerry |
  • Просмотров: 24181
  • |
  • Комментарии: 4
  • |
-1
За последний год мы кое в чем убедились.

Да, можно было вопреки всем экономическим законам сдерживать курс национальной валюты от естественного — при росте цен — падения, ограничивая при этом денежную массу и «оберегая» экономику от инвестиций. Тем самым оказалось возможным спокойно губить всех своих производителей: экспорт из-за дутого курса получался нереально дорогой, а импорт — нереально дешевый; в результате продукция своя конкуренции не выдерживала.

«На пальцах»:

спрос ограничивался вместе с ограничением денежной массы, и психологически — ввиду нацвалютной «стабильности» — он тоже никак не стимулировался;

тот же спрос, что еще пока имелся, отправлялся — вследствие политики дорогих (потому как почти отсутствовавших) денег — не на товары, а либо на депозиты, либо на покупку искусственно удешевленной инвалюты;

ну а если на товарный рынок что-то из денег и попадало, то этот оставшийся ничтожный спрос ориентировался все равно не на наше, а на чужое — более (опять же из-за дутого курса гривни) дешевое и явно более качественное;

отечественного потребителя от отечественного же производителя таким образом отрезали, а работать на экспорт не давал — см. выше — все тот же курс, делавший украинские товары за рубежом сверхдорогими.

Зато — мы имели курс 4,7...

Рано или поздно, однако, пружина таки должна была разжаться, и всю недополученную инфляцию общество таки получило.

Относительно того, что же именно стало при этом катализатором,— возможны варианты:

то ли очередные — при практически не росшей общей денежной массе! — социальные траты (чтоб работать, как в Украине, а жить как при цивилизации; но чтоб раздавать, не печатая, — надо, очевидно, у кого-то отнимать),

то ли очередная паника вокруг какого-то банка,

то ли экономико-популистский кризис за океаном,

то ли неготовность экспортеров к минимальному росту требований в отношении цены на единицу качества (или качества на единицу цены),

то ли все это вместе, что скорее всего.

Так или иначе, вместо пользы от постепенной естественной инфляции (стимулирования спроса страхом и экспортеров — курсом) страна получила неизбежное: сначала вред от засилья импорта, потом шок, а потом панику, причем не легкую-перманентную, а капитальную и резкую,— после чего внезапный (отложенный) взрыв спроса внезапно взорвавшейся экономике оказался уже бесполезен.

Всё полетело в тартарары. А началось с того, что с инфляцией затрат (это когда просто не умеют нормально/рационально работать, отчего цены растут «изнутри») боролись так, как если бы она была инфляцией спроса (это когда пустые полки и полные кошельки, отчего цены растут «снаружи»). То есть — сдерживали денежную массу вместо ее привлечения (привлечения для инвестиций, для конкуренции, потом уменьшения расходов, снижения цен, а потом и роста качества).

В общем, мы имели борьбу с курсом вместо борьбы с ценами, плоды чего сейчас и пожинаем. И если наращивание денежной массы не только инфляцию раскручивает, но и параллельно ее же убивает (через инвестиции и вышеупомянутую грамотность менеджмента), то борьба с курсом, стимулируя импорт вместо экспорта и вообще отечественного производства,— такой саморегуляции никак не предполагает, что мы все хорошо сейчас чувствуем.

Дефицит денег породил у нас естественное в этой ситуации всевластие банков, которые и стали — на свое усмотрение — управлять страной. Кстати, когда рентабельность валютных спекуляций выше, чем любой «нормальной» отрасли, деньги в экономику и связанные с ней риски можно и не вкладывать.

Не ради сегодняшней ли ситуации и держали курс, провоцируя неизбежный последующий всплеск — со всеми вытекающими?

Да, когда курс стоит — это классно, но классно по-настоящему, если никто его при этом искусственно не держит.

У нас же финансовый механизм страны спокойно посадили на виагру ради противоестественного сочетания твердолобого монетаризма (по науке! Что инфляция вредит — знают Смит и Уолл-стрит...) с оголтелым популизмом (немножечко сюда, и еще сюда, и чуть-чуть этим, ну мы ведь обещали! И вы все, кстати, обещали тоже...). В барабаны никто при этом не бил, «караул» не кричал, все ждали (коллективно!) чуда, молясь — во время борьбы с термометром — на 4,7, а теперь искренне проклинают ипотечный кризис в США...

Да, серьезных объективных причин втягивания Украины в кризис по-большому (а не по-маленькому), возможно, не было. Да, мы не настолько интегрированы, да, можно было протянуть еще...

Но потом — все равно протянуть ноги.

При всей живучести и сопротивляемости нашей экономики (где б еще финансовая система выдержала причитания политической и банковской власти об обвале и завтрашнем крахе!) — такую сверхкритическую массу субъективных факторов она, экономика, выдержать не может. (Явись, чудо! Сволочь, не явилось... Sic transit... Не, это не оттуда... Save our... эти... Ну, в общем, помогите, кто может, облажались мы опять, а так хорошо начиналось...)

Так что факторы развала объективные были излишни, субъективных вполне хватило. При объективных причинах и у дураков все гэпнется, а вот при их отсутствии — только у умных. У самых умных. Которые денег не печатают (большие ученые), но всех, кто просит, деньгами же ублажают (а большие ученые помалкивают).

Я вспоминаю недавние выборы. Какое там лево-право! Левым противостояли левейшие, самые левые, левые абсолютно и конченно левые. Обещания соревновались, как в анекдоте: «— Говорю 7! — Не, 8! Я выиграл!» И хоть бы кто сказал, что кто больше обещает, тот больше врет...

Хоть бы кто сказал: «Да не будет ничего этого, заработать надо вначале, нет источника! А будет инфляция — гадкая, но полезная, потому что без нее вас не повернуть...» Вы что?! Народ такого не поймет! Нельзя рисковать!

А, нельзя... Ну, раз не поймет... «Так поди же, попляши!»

И на зеркало неча пенять. За что боролись — їжте, хоч повилазьте! С Мексикой пронесло, с Индонезией пронесло, с Кучмой («Завтра будет кризис») пронесло тоже, и море уже было по колено, но лужа оказалась по уши. И кушаем из этой лужи полной ложкой, как интегрированные, хоть и не интегрированные, но еще и более полной, чем интегрированные...

«Ах ты ж, надо же!» — искренне удивились (вместе с народом) в Минфине, едва пришла пора показать, как же именно собирались они сопротивляться, когда 4.7, который они держали зубами, зубы не выдержат. Оказалось — никак. Таковы наши многомудрые теоретики монетаризма. Точнее — монетаризма по-украински: СОЦИАЛ-монетаризма! Фридман в гробу переворачивается.

Кстати о Фридмане. Основоположник современной теории денег умер в конце 2006 г. незадолго до смерти своего политического партнера Пиночета — диктатора в политике, но либерала в экономике, на которого сегодня немножко равняются в России (а в остальной части мира, на каковой «весь мир» любили раньше ссылаться наши либералы, монетаризмом уже переболели). Так вот, Милтон Фридман, разумеется не был сторонником ни дешевых денег, ни инфляции. Но и он предупреждал: «Подавленная инфляция хуже открытой»!

Более того, сам Фридман предостерегал своих клевретов:

«Даже умеренная инфляция, если она радикально и широкомасштабно подавлялась (!— А. К.), может нанести огромный ущерб экономической системе».

Но вернемся к теоретикам отечественным.

Теперь они близки к экономической истерике, что видно из их «антикризисных» проектов. Рецепты убрать оставшиеся налоговые и другие льготы (так ли их много уцелело?!) или сократить еще на 10% зарплаты чиновникам (можно подумать, они живут на зарплаты! От этих копеек бюджет и не чихнет) мы уже слышали: масштабы их полезности с масштабами, которые реально требуются, не сопоставимы и близко; польза от них — чисто политическая: «Мы-то предложили, это вы не захотели».

В основном же «либеральный» наш Минфин занят своей привычной работой — выколачиванием налогов, добивая тех, кто и так уже успел пострадать, но пытается в этих условиях что-то делать. Именно на них мастерски оттачивают удар, списывая все на кризис. «Не виноватые мы — он сам пришел»...

Впрочем, это всё эмоции. А вот ужас весь в том, что даже сейчас включать печатный станок боятся, всячески от этого открещиваются, а коварный умысел его включить ставят в вину политическим оппонентам.

Ну, во-первых, если быть уж совсем точными, то речь должна идти не о включении станка, а о его переключении на гораздо большую скорость (в соответствии с требованиями экономики и времени) со скорости сегодняшней. Ибо сегодняшняя скорость по сравнению с необходимой — практически нулевая, хоть и не нулевая абсолютно. «Мало денег» не значит «нет эмиссии», а значит, что эмиссия не та, которой требует экономический организм (и не туда — что тоже важно — идет).

Во-вторых же, перебирать стало поздно. Экономика остановилась, инфляция свершилась — это уже проявляется не только в ценах, но, наконец, и в курсе. Продолжение инфляции абсолютно неизбежно — как в силу сохранения всех причин ее породивших, так и уже вследствие естественной цепной реакции. То есть даже если не принимать во внимание необходимости переструктуризации экономики в пользу именно производства (это, мол, роскошь), что тоже требует денежных вливаний, а говорить только о спасении сегодняшних уже пострадавших, без свежей крови не обойтись.

Не печатать денег и сейчас — значит просто не признавать печальный свершившийся факт. То есть не только замазывать термометр и запихивать больного в холодильник, чтоб снизить температуру (выворачивая ему кожу наизнанку и запихивая гнойники вовнутрь), чем занимались до сих пор, а еще и лишать его кровеносной системы, останавливая все жизненные процессы. Да, когда кровь не родная, а влитая снаружи, это плохо и ужасно, но без крови будет смерть, а это, очевидно, еще хуже.

То есть сейчас уже выбора просто нет — слишком очевиден запоздалый диагноз. Не вливали, когда можно было потихонечку, так теперь придется ведрами, еще и быстренько, а то до Консилиума Умных больной не доживет.

У кого кровь брать («кредиты или станок») спорить тоже поздно. Кредиты надо вымаливать, потом — возвращать (откуда?) еще и с процентами (тоже — откуда???), притом наверняка давать эти злосчастные транши-займы будут на самых кабальных (антипротекционистских) условиях. Цены при этом будут расти все равно (приток денег! А далекая перспектива их возврата , ясное дело, цены не снижает). Стоящий же курс при растущих ценах мы уже прошли (никакой пользы кроме вреда от «импорта вместо экспорта» от него не было). Поэтому станок→банки→предприятия — с «раздефицичиванием» денег — выход единственный.

Хотя продолжать без станка, рассуждая о том, что хуже — долгое лечение или быстрая смерть,— тоже, разумеется, можно. Продавцы крови умрут, конечно, последними, но вряд ли это будет им серьезным утешением. Так может, пора призадуматься им не только о сегодняшнем наваре и употребить ту реальную власть, которую они сейчас имеют в качестве БАНКОВ этой крови, в нужном направлении?..

Александр Кирш


источник



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх