,


Наш опрос
Нравиться ли вам рубрика "Этот день год назад"?
Да, продолжайте в том же духе.
Нет, мне это надоело.
Мне пофиг.


Показать все опросы
Other

Три оборудование для азс и автомойки "ИнВестСтрой".

Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Остап Вишня – “Самостійна дірка”
0
Остап Вишня – “Самостійна дірка”


Продолжаем публикации цикла произведений Остапа Вишни – ”Самостійна дірка”. Это целый цикл из 21 произведения политических памфлетов , направленных против бандеровской националистической идеологии, многие постулаты которой, увы, стали официальной политикой современной Украины.


Остап Вишня.

Освободители из самостийной дырки

По деяких селах українсько-німецькі банди переховуються по схронах, зроблених у вигляді викопаного в землі великого нужника.
(Факт)


I


Гетман Павел Скоропадский. Ясновельможный, безусловно. Сел на гетманский «престол» в киевском цирке в 1918 году. «Престол», так как он очень шатался, поддерживали со всех сторон немецкие штыки немецкого кайзера Вильгельма II.

Пробыв гетманом что-то месяцев, вероятно, шесть, а то и меньше и верный своей фамилии, скоро упал под ударами рабочих, крестьян и Красной Армии.

Умел воровать золото, на которое потом и жил в Германии, выдавая гетманские универсалы курам, свиньям и немецким бюргерам, которые возили ему пиво.

Одним словом, строил гетманскую Украину…

О нем пели такую песню:

Скоропадская Украина – От Киева до Берлина…

II


Петлюра. Это тот «рыцарь», о котором пели:

Под вагоном территория, А в вагоне Директория.

А потом – и очень скоро – не стало ни территории, ни Директории.

Где-то в Париже, на каком-то уединенном кладбище, запетлюрилась Директория вместе с двухметровой территорией.

III


А потом забандерилось в немецкой каске, выброшенной из гестапо…

Объединилась фашистская свастика с желто-голубым трезубцем.

В немецких мусорных ямах, в темных лесах и пущах «освобождались» самые «щирые» самостийники.

IV


И пошли они к хозяину своему с докладом о своей освободительной на Украине работе.

А от хозяина остались только кости да картуз.

Хозяин «освободился»…

И осталась одна самостийная и ни от кого не зависящая державная дырка.

И каркает над дыркой черный ворон:

- Не тратьте, кум, силы, сидите уж на дне.

* * *

Освободилась Советская Украина от всех своих «освободителей»…

1948

Хлюст


А Бандеру разве не арестовали немцы? Разве не сидит он в немецкой тюрьме?

(Вопль истого бандеровца.)

Стоит украинско-немецкая самостийная державная дырка.

Глухой ночью, на все стороны оглядываясь, приседая и подпрыгивая, как вспугнутый волк, приблизился к дырке человек.

- Тю! Кто ж это на дырку кучу костры высыпал?!

- Да какая там костра?! То моя голова, а не костра.Это я! Украинский фюрер всего Правобережья! Голову на прогулку выпустил! Духота в державе! Территорию расширять надо, а то воняет, хоть плачь! Негде населению распросториться. Оно к весне идет; горы растаяли, и моря вышли из берегов – некуда ногой ступить!

- А для меня место найдется?

- Да уж как-нибудь! А ты откуда?

- От батька!

- Ну, как оно там? Скоро ли уже Киев возьмем ?

- Киев?! Какой там Киев, когда и самого батьку взяли.

- Как? Кто взял?!

- Немцы!

- Кого? Бандеру?! Батька нашего?!

- Да его ж!

- Куда?

- В тюрьму взяли!

- Да ну!

- Вот тебе и ну! Письмо вот дал мне, чтобы жене его как-нибудь передал!

- Вот тебе и на! Ну, залезай в дырку, поговорим!

Куча костры исчезла в дырке, а за ней, кряхтя, полез туда державно-самостийный дипломатический курьер от самого верховного фюрера украинско-немецкой самостийной и ни от кого не зависимой державы.

- Хлопцы! – промолвила костра.- Гость у нас! Возьми кто лопату да подгребите горы к стенке, ведь некуда человеку и ноги протянуть. Да канал бы от моря прокопали, вот там, за южной границей, а то видите, уже по всей территории море пошло. Да копай осторожней, чтоб солома в изголовье не подтекла! Копай поглубже, может, какой заграничный корабль при­плывет…

- Копали уж…

- Копай, тебе говорят! То дело не простое, дело государственное, каналы копать!

- Говорили, что министром буду, а только и делаешь, что горы подгребаешь да каналы копаешь!

- Не болтай! Копай! Побольше дырку выкопаем, так и тебя министром на левый закут назначим! Ну, садись, курьер. Как же ж оно так? То говорили, что гетманом всей самостийной Украины будет, а то взяли да в тюрьму? Что же это такое?

- А мне откуда знать?!

- А кто же знает?

- Они знают!

- А нам разве не интересно знать? А о чем же он там в письме жене пишет? Не читал?

- Не читал, ведь запечатано! Мякишем заклеено и державным пальцем припечатано!

- А может, как-нибудь можно? Прочитаем, мякишем заклеим и пальцем припечатаем! А?

- Пальцы ж у вас не державные!

- Как то есть не державные?

- Да оно-то державные, так не верховные ж!

- Да Кто присматриваться будет?

Уговорила костра державного дипломатического курьера, и письмо они распечатали…

Самостийный украинский фюрер самостийной украинской державы пишет своей самостийной фюрерихе:

«Гутен таг, майне либер Химка Калистратовна!

Во-первых строках моего к вам письма, хайль Гитлер!

Во-вторых строках моего к вам письма, хайль Гиммлер!

Во-третьих строках моего к вам письма, хайль Геринг!

Во-четвертых строках моего к вам письма, хайль Кох!

Теперь, после всех «хайлев», майн либер Химка Калистратовна, сповещаю я вас, что я – слава тебе, майн гот!-сижу в тюрьме. Позвали меня сам герр Гиммлер (хайль!) и дали сначала ручку поцеловать. Я поцеловал да и говорю: «Позвольте еще и ниже поясницы!» А они говорят: «Низзя, там же у меня,- говорят,-после Франкфурта-на-Одере чиряк сел!» Они с Одера на самоходном доте ехали и ниже поясницы в амбразуре завязли да и перестудились. «Поцелуешь,- говорят,- после Франкфурта-на-Майне, а теперь,- говорят,- в тюрьму садись,- говорят,- так надо сделать, что мы вроде с тобой поссорились и что вроде ты против нас! Ферштейн?» – спрашивают. «Ферштейнаю,- говорю,- ласкавый пане!» И снова их в ручку! «А ты,- говорят,- в тюрьме сидеть будешь- Советская власть и весь народ думать будут, что ты и все твои дер банды против нас! А раз против нас, то, значит, за них! Ферштейн?» -спрашивают. «Ферштейнаю»,- говорю и снова их в ручку. «А про тюрьму не беспокойтесь, будет неплохо. Кормить будут! Афидерзейн!» Поклонился я им низенько, еще раз ручку поцеловал, и они пошли… Так что, майне либер Химка Калистратовна, все хорошо! Кушать дают. Утром кофе, на обед вурст из пшенной каши, а вечером вурстхен из свиного кизяка,- в них, говорят, больше всего витаминов «Г». Живу, одним словом, неплохо (хайль Гиммлер!). Сидеть буду, пока везде прознают, что меня арестовали, а потом выпустят. Полатай подштанники да заплаты клади лучше из одеяла, скоро же на гетманский престол сяду, то чтоб не натирало.

Обнимаю тебя, майн либер фюрериха, будущая фюреро-гетманиха, Химка Калистратовна!

Твой фюреро-гетман Степан Бандера».

Поглядела костра на дипломатического курьера, а курьер на костру. Костра и скажи:

- Так вот оно как! Хитрый, подлюга!

- Как ты сказал? – курьер к нему.

- Хитрый,- говорю,- наш пан фюреро-гетман.

- То-то же.

- Ну подгребай, подгребай, хлопцы горы! Да канал прокапывайте! Спать надо ложиться. На настоящую державу закандзюбилось! Гетману уже подштанники латают!

1950
Отредактировал irenasem (14 ноября 2010)



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх