,


Наш опрос
Хотели бы вы жить в Новороссии (ДНР, ЛНР)?
Конечно хотел бы
Боже упаси
Мне все равно где жить


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Нас задержали как "журналистов вражеской страны" — Настя Станко о жизни в плену у сепаратистов ЛНР
0
Нас задержали как "журналистов вражеской страны" — Настя Станко о жизни в плену у сепаратистов ЛНР

Журналистка Громадьского ТВ Анастасия Станко рассказала НВ о жизни в застенках ЛНР и о том, каким чудом журналистам удалось выбраться из плена

Нас 100% кто-то сдал

После того, как мне в течении пяти дней не удавалось сделать нашей съемочной группе официальную аккредитацию на съемки в ЛНР (нам не отказывали, но просили перезвонить попозже), мы решили просто взять и поехать туда самостоятельно.

Меня "вдохновил" пример коллеги со 112 канала, которому эту аккредитацию дали, и он спокойно включался в эфир из захваченного сепаратистами здания СБУ в Луганске. Мы подумали, что это шанс и для нас.

В Луганск добирались на поезде, сели в Старобельске, это 90 км от Луганска. Билетов не брали - заплатили проводнику. Нас встретил знакомый водитель, который порекомендовал связаться со СМЕРШем (одно из карательных подразделений сепаратистского ополчения) — мол, он, якобы сможет гарантировать нам безопасность, пока мы будем снимать.

Сначала эти ребята из СМЕРШа пытались нам сделать аккредитацию, но так как процесс начал затягиваться, они предложили нам свое сопровождение в машине с мигалками и вооруженной охраной – сказали, что так безопаснее.

Через время перезвонили и сказали, что их сопровождение будет стоить нам 1.800 грн плюс бензин. Договорились, что они нас повезут в несколько городков - сначала в Станицу Луганскую, где было спокойно, а потом в Металлист и Александровку, где еще шли бои.

Мы их заправили и поехали.

На выезде из Луганска нас обогнал бронированный бусик, откуда вышли пятеро вооруженных автоматами Калашникова человек. Как оказалось, это были ребята из местного НКВД. Они проверили наши документы и затянули нас к себе в машину, положили на пол.

Получается, либо они сговорились между собой – НКВД и СМЕРШ нас ''принять'', либо нас кто-то сдал. Только эти два варианта. 100%.



Нас задержали как "журналистов вражеской страны"

Мы сто раз предлагали им, пока они нас держали, записать с ними интервью, дать им возможность рассказать все на камеру. А они нам говорили, что вы все врете, вы журналисты вражеской страны и поэтому нас и задержали.

Я объясняла Остапу - руководителю парней из НКВД, которые нас задержали, что мы приехали в Луганск только с одной целью – снять, что думают люди, которые воюют с той стороны. Но им было не интересно.

Я предлагала – давайте мы поедем на их блок-посты, снимем сюжет, отправим его в Киев, там он выйдет. А я буду сидеть в подвале, пока они не посмотрят, как этот сюжет вышел и не решат, что со мной делать.

"Целую, обнимаю" - Порошенко

Очень много людей ходатайствовало за нас - от президента Порошенко до криминальных авторитетов, представителей ЛНР, Медведчука и Шуфрича - от каких только чертей не звонили.

Когда нас освободили, Порошенко лично позвонил: "Целую, обнимаю, прошу прощения за эмоции, рад, что вы вышли".

Я думаю, что наше вызволение на самом деле произошло на каком-то уровне полукриминальных, полумилицейских связей, а не на официальном уровне.

Ну а российские СМИ не преминули приписать себе заслуги по нашему освобождению. [Константин] Эрнст написал открытое письмо в нашу поддержку, и сразу как это письмо появилось, Болотов сказал, что уважает этих людей, и нас освободил.

Думаю, это было театрализованное представление, чтобы выгородить российских журналистов.



Нужду пришлось справлять в баночки

К нам относились по-разному. Вот Life News пишет, что нас кормили тортиками и поили чаем - это правда.

Нас задержали около семи вечера в понедельник, посадили в камеру, дали какой-то плов. Но я свою порцию отдала военнопленному из Айдара Толику Головченко – он сутки или двое не ел. Но потом поняла, что это ошибка - отдавать кому-то еду: непонятно, когда будет следующий раз. Не знаю, кстати, с какой целью сепаратисты подсадили к нам Толика – может, чтобы он рассказал нам, что его не пытают.

Нужду пришлось справлять в баночки, потому что нас никто не выпускал в туалет.

Потом вроде бы как от Шуфрича позвонили. Остап обрадовался, что нас можно на кого-то хорошего поменять, раз от Шуфрича звонят. Когда будет обмен, никто не знал, но вывели нас на улицу подышать свежим воздухом, во дворик. После отвели в столовую, где у одного из сепаратистов по кличке Пенсия был день рождения. Так вот он принес торт, и нам дали кусок.

Потом Остап вернулся от Болотова - очень злой. Нас перевели на общий режим содержания, как всех пленных. То есть забрали все, вплоть до шнурков - чтобы мы не повесились что ли. Пригрозили разместить в одиночных камерах.

Нас держали в маленькой комнате в подвале. Там был один матрас и два пледа. Это все.

А последние сутки – с восьми вечера вторника до восьми вечера среды – никто к нам вообще не приходил.



Военнопленные, секретарша Ляшко и сын генерала

Там, где мы сидели, видели только двоих человек. Но мы знаем, что пленных у них много. Потому что Остапу каждые пять минут звонил телефон, и мы слышали такие разговоры:

- А, эта - секретарша Ляшка... Да, с ней все хорошо. Сидит и стихи пишет.

Из таких же разговоров узнали, что там сидит какой-то генеральский сын и какой-то мужчина, который просто работал в офисе рядом.

Когда мы тортик ели, я набралась наглости и спросила про [главу луганской Просвиты] Владимира Семистягу, о котором СМИ писали, что он умер в плену сепаратистов.

Но мне сказали, что он жив. Я им - ну знаете, верить вам как-то непонятно. И они его привели. Потом дали ему позвонить сестре. Они, оказалось, вместе с Толиком из Айдара сидят в одной камере – это гараж, там очень холодно. Семистягу посадили, потому что он патриот.

Пленных захватывают по разным причинам – нас вот хотели поменять на каких-то важных людей. Некоторых, как я поняла, можно за деньги выкупить. Некоторых - в целях профилактики.

Никто не знает, сколько там пленных. Это нам в первый день оставили телефон. А так людям не разрешают звонить. Их родственники не знают, где они и живы ли вообще. Власть о них тоже не знает.

Луганские сепаратисты - ''это наши еноты''

Сепаратисты считают себя важными и думают, что наводят порядок. Помимо захвата пленных, они занимаются "национализацией". Например, машин у людей. Приказали разбомбить все игровые автоматы – тоже ''для порядка''. Если кто-то из своих провинится, например, напьется, то его заставляют рыть траншеи.

Мне рассказали, что Остап - главный мародер в городе. Он из Энергодара, Запорожская область. Был среди тех первых сепаратистов, которые захватили СБУ в Луганске. Уволился с атомной станции и поехал захватывать. Думаю, за деньги.

Из того, что мы видели, среди луганских сепаратистов вообще нет россиян. Многие из Луганска или Луганской области, есть опять-таки как этот Остап - из Запорожья.

Как говорит Майкл Щур, ''это наши еноты''.

В целом в городе ни чеченов, ни кадыровцев не видели. Остап рассказал, что они отказались принимать боевиков Кадырова: типа, мы здесь сами справимся.

Сутки без еды

Мы просидели последние сутки, без еды, без никого. Потом пришел наш тюремщик и говорит: "Я не понял, к вам что, никто не заходил за это время?"

Мы говорим - нет, никто. Он такой: "Пи..ц"

Мы сразу попросились в туалет и помыться.

Тюремщик говорит: "Если вы не поняли, вода вам больше не понадобится. Вы видите, что я с вашими вещами".

"Так что это значит?" - спрашиваю я.

"Я не знаю, может, будут переводить", - отвечает.

Мне показалось, что нас отвезут либо в ОДА, либо на прием к Болотову. Только тогда, когда мы приехали к ОДА и увидели российских журналистов, поняли, что нас выпускают.

Остап сказал: все - мы можем идти.

Не дали никакого сопровождения. Когда вышли, стало страшно. Вечер, хотя еще не начался комендантский час. В Луганске на самом деле есть разные криминальные группировки - по подсчетам местных, около семи. И они не подчиняются одна другой. Болотову подчиняются только вот эти, из НКВД и СМЕРШа. А есть еще Югослав, Танк, Казаки и еще какие-то бандформирования. Поэтому мы боялись, что нас может кто-то еще захватить.

Мы позвонили сразу в редакцию, они нашли людей, которые нас забрали и отвезли в безопасное место. А на следующий день посадили на поезд.

А деньги - 1.800 гривен - нам вернули. Я еще в первый день нашего заключения набралась наглости и сказала Остапу, чтобы нам вернули наши деньги, потому что они нам так и не обеспечили безопасность. Деньги вернули. А за бензин - нет.


Источник



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх