,


Наш опрос
Как изменилась Ваша зарплата в гривнах за последние полгода?
Существенно выросла
Выросла, но не существенно
Не изменилась
Уменьшилась, но не существенно
Существенно уменьшилось
Меня сократили и теперь я ничего не получаю


Показать все опросы
Other


Курсы валют


Курсы наличного обмена валют в Украине

Внешний вид


Подозревается в неподсудности
  • 25 января 2013 |
  • 05:01 |
  • Alive |
  • Просмотров: 641
  • |
  • Комментарии: 4
  • |
-6
Первые сообщения о выявленных махинациях с недвижимостью военного ведомства и задержании первых подозреваемых в злоупотреблениях, астрономические суммы причиненного ущерба государству, казалось, делают неотвратимой весьма жесткую ответственность фигурантов этого дела перед законом. Так, 25 октября 2012 года в офисах ОАО «Оборонсервис» и ряда входящих в холдинг дочерних компаний были проведены следственные действия в рамках уголовного дела о мошенничестве с госимуществом и нанесении ущерба бюджету на сумму более 3 млрд. руб.

ВОТ ОНИ – ЗАКРОМА РОДИНЫ

Обыски и выемки прошли и на квартирах некоторых чиновников и менеджеров коммерческих структур. В том числе – в 13-комнатной квартире бывшей руководительницы департамента имущественных отношений Минобороны Евгении Васильевой. Помимо «занимательных» документов у нее дома было изъято более 3 млн. руб. наличностью, предметы антиквариата, несколько десятков картин, большое количество драгоценностей и ювелирных изделий – всего 1,5 тыс. так называемых предметов роскоши. По версии следствия, Васильева непосредственно причастна к хищению имущества дочерних предприятий холдинга «Оборонсервис» на общую сумму более 360 млн. руб. Обвинение в мошенничестве обернулось для чиновницы домашним арестом в ее же шикарной квартире, правда, с довольно строгими ограничениями контактов с внешним миром.

Затем 1 ноября Хамовнический суд Москвы санкционировал арест экс-главы коммерческой организации «Центр правовой поддержки «Эксперт» Екатерины Сметановой и ее гражданского мужа Максима Закутайло, ранее занимавшего должность гендиректора «Окружного материального склада Московского округа ВВС и ПВО». Через неделю им предъявили обвинение в умышленном занижении стоимости объектов при продаже военного имущества, чем они как раз и нанесли вместе с давней подругой Васильевой ущерб государству на те самые 3 млрд. рублей. Кроме того, по версии следствия, Сметанова лично получила еще имущественную выгоду, оценив в 115 млн. руб. здание на Арбате в центре Москвы, которое стоило не менее 140 млн. руб., и купив его через свою же фирму – ООО «Вита-Проджект».
Число фигурантов дела «Оборонсервиса» стабильно росло в течение месяца. 7 ноября стало известно, что арестован Дмитрий Митяев, и.о. гендиректора ОАО «Мира» (в эту компанию был преобразован ЦПП «Эксперт»). Коммерсант предложил представителю инвесткомпании, подавшей заявку на приобретение недвижимости Минобороны в подмосковном Щелково, посодействовать в ускорении процесса оформления необходимых бумаг в военном ведомстве за вознаграждение в 3 млн. руб. В момент передачи этой суммы он и был задержан с поличным. А 16 ноября были задержаны генеральный директор ОАО «Славянка» Александр Елькин, являвшийся также владельцем ЗАО «Безопасность и связь», и главный бухгалтер компании «БиС» Юлия Ротанова. Обоим вменено в вину нанесение ущерба госбюджету в размере свыше 52,6 млн. руб. При аресте у них были изъяты уличающие в незаконных операциях документы, так называемая черная бухгалтерия, денежные средства в сумме, превышающей 4,6 млн. долл. и 125 млн. руб. Через десять дней к арестантам добавился генеральный директор ЗАО «Безопасность и связь» Андрей Луганский. Сообщалось, что Елькин и Луганский предпринимали активные попытки для уничтожения фиктивных актов и платежных документов за невыполненные по контрактам с МО работы.
Собственно, на этом аресты завершились. В конце ноября руководитель Главного военного следственного управления СК РФ Александр Сорочкин как бы подвел итог задержаниям, сообщив, что сумма общего ущерба государству, который причинили все фигуранты дела «Оборонсервиса», за время следственных действий выросла почти до 7 млрд. руб. И при этом сделал какое-то странное заявление о том, что «совершение сделок, связанных с отчуждением недвижимого имущества организации «Оборонсервис», осуществлялось по обязательному согласованию с департаментом имущественных отношений Минобороны РФ», о чем в свое время, мол, распорядился Анатолий Сердюков. Но разве кто-то сомневался, что профильный департамент и предназначен именно для контроля за сделками с ведомственным имуществом?

ЧАС ПОСЛАБЛЕНИЙ НАСТАЛ

Видимо, очень надо было лишний раз подчеркнуть: министр поручил контроль своей профильной структуре, он ей всецело доверился, и в этом – главная беда добросовестного, старательного начальника, оказавшегося, ну, просто не в состоянии вычислить всех, кто хотел его облапошить. Не случайно же стали регулярно появляться сообщения об отсутствии у следствия каких-либо претензий к самому Сердюкову. А тут еще в его адрес несколько раз прозвучали защитные речи из уст премьер-министра Дмитрия Медведева. Он назвал весьма эффективной работу Сердюкова в качестве министра, при котором начались «долгожданные и очень сложные» преобразования в армии, но который не застрахован от ошибок, как любой другой человек. Короче, проблема «Оборонсервиса» – не более чем досадная ошибка.
С этим, наверное, можно было бы согласиться, если бы не конфуз, случившийся в день прибытия следственной бригады с обыском на квартиру к Васильевой, где дверь им открыл в 6 часов утра сам Сердюков. После этого пикантного эпизода никто и никогда не поверит, что министр был не посвящен в громадье дел женщины, связанной с ним столь откровенными отношениями и получавшей по его личному распоряжению зарплату, в десятки раз превышавшую оклад, предусмотренный штатным расписанием для ее должности.
Но все равно вдруг заметно были смягчены, например, условия домашнего ареста Евгении Васильевой. Отменен ранее установленный ей строгий запрет на любые контакты с кем-либо, кроме адвокатов и следователей. Началась также информационная кампания по фактическому отводу обвинений бывшей чиновницы в злоупотреблениях. Ее отец – бизнесмен Николай Васильев уже публично заявляет, что у него есть документы, подтверждающие факт покупки им московской квартиры в Молочном переулке для своей дочери. Антиквариат Евгения, оказывается, не коллекционировала, и фарфоровые изделия перешли ей по наследству от деда. А большое количество драгоценностей, обнаруженных следователями, по большей части были бижутерией и немногими образцами для ювелирного производства, которое собиралась открыть дочь Николая Васильева вместе с его женой.
В общем, при таком развитии ситуации Анатолий Сердюков абсолютно спокойно навестил соратницу, ограниченную сейчас лишь в контактах с фигурантами дела «Оборонсервиса». И страдающую «незаслуженно» под домашним арестом Евгению поддержал, и себя лишний раз обозначил абсолютно непричастным к делу человеком.
И все же смею утверждать, что скандал вокруг «Оборонсервиса» не является всего лишь неудачным стечением обстоятельств или просчета недобросовестных чиновников. Нет, ряд департаментов Минобороны и подконтрольный ведомству холдинг целенаправленно создавались по прямому указанию самого Сердюкова именно под те задачи, которые они успешно и выполняли, отжимая из госбюджета максимально возможное количество средств. В августе 2012 года, то есть за два месяца до первых задержаний по делу «Оборонсервиса», вышла в свет любопытная книга «Реформы по кругу, или Деньги на ветер». Эту монографию подготовил авторский коллектив бывших сотрудников военной финансово-экономической службы МО РФ. В ней есть такие строки: «Созданные в начале реформ холдинг ОАО «Оборонсервис» и входящие в него субхолдинги «Авиаремонт», «Спецремонт», «Ремвооружение», «Оборонстрой», «Агропром», «Оборонэнерго», «Военторг» и «Славянка» повысили стоимость работ и услуг без существенного улучшения их качества, предоставляемых Вооруженным силам и военнослужащим (гражданскому персоналу), значительно увеличили расходы бюджета и коррупционную составляющую финансовой и хозяйственной деятельности армии и флота».
В книге приводится множество примеров, когда внедренное в Вооруженных силах предоставление различных хозяйственных услуг сторонними организациями – аутсорсинг – вместо их удешевления и одновременного повышения качества приводило к прямо противоположным результатам. Ну, скажем, филиал «Карельский» ОАО «Славянка» с октября 2010 года по декабрь 2011-го четыре раза увеличивал стоимость холодной воды для военных городков, и она возросла только за этот период с 89,93 до 239,38 руб. в месяц. Хотя Федеральным законом от 30 декабря 2004 года № 210-ФЗ категорически запрещается повышать любые тарифы ЖКХ более одного раза за год. Да никто даже не пытался из центра одергивать свои зарвавшиеся предприятия на местах. Ведь это и есть надежный способ извлечения левых доходов.
Обозреватель «НВО» встретился с руководителем авторского коллектива книги генерал-полковником Василием Воробьевым, возглавлявшим Главное управление военного бюджета и финансирования ВС РФ (1991–1995 годы), а впоследствии Военный финансово-экономический университет (2001–2006 годы). Он поныне прекрасно осведомлен обо всем, что происходит в этой сфере. А потому смог подробно рассказать, как при Сердюкове в Минобороны была ликвидирована надежная, проверенная временем ведомственная система контроля за расходованием бюджетных средств в Вооруженных силах РФ, а организованная ей замена оказалась неэффективной.

ЕРПЕНИЕ МИНИСТРА НЕ БЕСПРЕДЕЛЬНО

Дело было так. Существовавшая многие десятилетия Финансовая инспекция Минобороны выявила по итогам 2010 года рост причиненного государству материального ущерба в 4,1 раза по сравнению с показателями 2005 года. Этот рост был особенно большим в 2008 году, когда активно развернулись структурные преобразования в самом ведомстве и в войсках. Два последующих года динамика увеличения ущерба сохранялась, по сути, такая же. «Однако к началу 2011 года сложилась тупиковая ситуация в системе ведомственного финансового контроля, – рассказывал Василий Воробьев. – С одной стороны, система продолжала работать, проводила ревизии и проверки, готовила докладные записки, решала другие задачи в соответствии со своим предназначением. С другой стороны, в результатах ее работы руководство Минобороны уже явно не нуждалось. На них просто перестали обращать внимание и лишь с трудом терпели само существование главного контрольного органа в ведомстве».

Подозревается в неподсудности


Терпение у Сердюкова, похоже, лопнуло в феврале 2011 года. Инспекторы Финансовой инспекции затеяли тогда ревизию ОАО «Воентелеком», работавшего по большей части по заказам Минобороны. И сразу же, в течение первых трех дней проверки, был выявлен ущерб государству на сумму в 1 млрд. 118,6 млн. руб. Обнаружилось, что на основе заключенного 6 октября 2010 года с МО РФ госконтракта № 821060/втк-21/10-00623 на выполнение комплекса работ по обеспечению закупок в рамках программы цифровизации Вооруженных сил РФ компанией «Воентелеком» 28 октября были заключены еще три договора об оказании услуг с ООО «СПСР-Экспресс». И вот по ним за хранение и складскую обработку грузов, за услуги транспортно-экспедиционного обслуживания и почтовой связи Министерство обороны должно было постоянно расплачиваться по значительно завышенным расценкам. Матерые инспекторы-полковники с ходу вычислили этот канал увода денежных средств из госбюджета и со знанием дела рассчитали размер причиненного ущерба. Как всегда, акт по результатам ревизии представили министру. Но в этот раз документ не был проигнорирован. Воробьев предполагает: «Скорее всего, Сердюкову уже сообщили по другим каналам о результатах проверки. Мол, вы кого и, собственно, зачем присылали? Они сунули свои носы не туда…» За день или два была подготовлена и незамедлительно подписана директива министра обороны о расформировании Финансовой инспекции МО. Матерых фининспекторов разогнали, всех до единого поувольняли в запас.

Но вскоре у министра обороны возникли проблемы другого плана – с законодательством, которое требовало от каждого федерального ведомства обязательно иметь внутренний контрольный орган, отслеживающий расход бюджетных средств. «Сердюкову пришлось хотя бы для видимости образовать новую Контрольно-финансовую инспекцию, – продолжал свой рассказ Василий Васильевич. – Ей определили весьма размытые функции и наделили крайне ограниченными полномочиями. Однако не в этом даже была ее основная слабость. В нее набрали в основном вчерашних выпускниц университетов в возрасте 22–23 лет. Так сказать, на смену 40–50-летним полковникам, имевшим специальное военно-экономическое образование, начинавшим свою службу начфинами войсковых частей, поработавшим в финорганах разных уровней. А пришедшие девочки мало того, что обладали сугубо теоретическими знаниями, так они вообще не имели хоть какого-то представления об особенностях военной экономики».

Уволенные в запас офицеры расформированной Финансовой инспекции стали регулярно получать звонки от своих знакомых из различных военных учреждений, организаций и войсковых частей, где вдруг начали объявляться новые фининспекторы. Это было натуральным посмешищем. Они бродили по кабинетам вроде бы с ревизией, но совершенно не знали, что должны делать, за что приниматься. Все проверяемые откровенно смеялись в глаза ревизорам: «Вы зачем, девочки, пришли, вас что конкретно интересует?» Инспекторы густо краснели: «Не знаем…» Но, похоже, именно такое положение дел как раз и устраивало недавнее руководство МО. Ведь буквально все акты проверок, проводившихся прежними, уволенными фининспекторами, по сути, канули в Лету.

Приведем выдержку из одного такого отчета, оказавшегося в распоряжении «НВО». «Финансовой инспекцией выявлялись несоответствия представляемых министру обороны докладов, – говорится в документе. – Так, в соответствии с докладом заместителя министра обороны РФ Г.М. Нагинского от 26 августа 2010 года министру обороны РФ на погашение кредиторской задолженности перед организациями, оказавшими услуги по переработке и хранению твердого топлива, требовалось выделение бюджетных ассигнований в сумме 29,7 миллиона рублей. Однако по результатам проведенных Финансовой инспекцией Министерства обороны проверок кредиторская задолженность, образовавшаяся в 2009–2010 годы, подтверждена на 14,9 миллиона рублей, что составило 50% от запрашиваемого. Финансовой инспекцией устанавливались факты заключения контрактов без проведения конкурсов, покупки жилья по завышенным ценам, вложения средств в неликвидное жилье. Такие факты выявлены в Москве, Санкт-Петербурге, Казани, Барнауле и других городах. Так, по результатам ревизий финансово-экономической и хозяйственной деятельности 149 и 199 отделов финансирования капитального строительства (г. Сочи, г. Санкт-Петербург) и 941 группы финансирования капитального строительства (г. Омск) Финансовой инспекцией МО выявлено различных нарушений на 346,1 миллиона рублей».
Впоследствии многие структуры вроде бы прверяли Минобороны и подконтрольные ей коммерческие организации. Между тем лишь на следующий день после обыска на квартире у Евгении Васильевой в конце октября 2012 года председатель Счетной палаты Сергей Степашин смог решительно заявить журналистам: «Компания «Оборонсервис» непрозрачная, и Счетная палата ставила вопрос о целесообразности ее дальнейшего функционирования. Такие выводы были сделаны по итогам проверки компании Счетной палатой в конце прошлого года. Еще в феврале этого года я докладывал главе государства ситуацию вокруг этой компании. Были даны соответствующие поручения оборонному ведомству и военной прокуратуре». По утверждению председателя СП, «сейчас Следственный комитет России реализует эти поручения». После того, как итоги аудита были рассмотрены на заседании коллегии 2 марта 2012 года и она приняла решение направить материалы СП в обе палаты Федерального собрания, ФСБ России и Главную военную прокуратуру.

Правда никто сейчас не вспоминает, что по тем же самым адресам ровно годом раньше, в марте 2011-го, уволенные тогда матерые полковники направили собранные в единый пакет десятки актов ревизий, проведенных расформированной Финансовой инспекцией МО. По некоторым из них достаточно быстро были организованы следственные действия в воинских частях и на флотах. И впоследствии даже прошли суды с обвинительными приговорами оплошавшим военнослужащим. А вот по таким мутным коммерческим структурам, как «Оборонсервис», полтора года почему-то не давалась следственным органам разрешающая отмашка. И до сих пор сохраняется какая-то неопределенность в отношении главы ведомства, который упразднил в нем контрольный орган, эффективно выявлявший крупномасштабные злоупотребления и хищения. Руководитель ГВСУ СКР Александр Сорочкин весьма расплывчато пояснил журналистам, что экс-министра вызовут в Следственный комитет, если для этого появятся основания. Пока оснований, судя по всему, так и не появилось.

My Webpage



Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут видеть и оставлять комментарии к данной публикации.

Вверх